Битва Солнц

Лес дышит прохладой. Несмотря на всех москитов, это лучше, чем идти по солнцепеку. Я не знаю, сколько километров мы уже прошли, много. Я чувствую это даже не по тому, как немеют ноги, а по тому, что мы ускорили темп. Пока что мы не встретили каких-либо значительных препятствий на своем пути, если не считать многочисленные корни деревьев, через некоторые из которых приходится перелазить, настолько они большие. Нам, хотя бы, везет, Шерил же вообще ободрала себе не только свое красивое платье, но и кожу на своих длинных ногах. — Уже недолго, — подбадривает нас Блэк, Маркус тем временем предлагает мне свою бутылочку с водой. — Со мной все нормально, — говорю я. — Прошел только час, я не настолько неприспособленная. — Просто жест дружбы, — пожимает плечами Маркус и отдает бутылочку Рите. — Спасибо, — она, в отличии от меня, пьет, потому что её вода кончилась еще пол часа назад. — У нас пятнадцать минут, — замечает Чарли. — Где этот Центр, чтоб его? — Судя по карте, мы идем прямо к нему, — Блэк вертит в руках коммутатор. — До него еще минут семь, успеваем. — Я не собираюсь приходить впритык! — раздражается Шерил и бросает на землю свой чемодан. Она достает из него часть вещей и выбрасывает их под дерево — туфли, платья, косметику. Оставляет только самое необходимое. Теперь ее чемодан легче в два раза, она забрасывает его за спину и начинает идти быстрее, обгоняет нас. — Мы должны держаться вместе, — кричит ей вслед Блэк. — Тогда догоняйте, — бросает она, не оборачиваясь. — Пошли, — машет Блэк и ускоряет шаг. Мы начинаем идти быстрее, почти бежим. Сумка оттягивает мне плечи, но я не хочу бросать свои вещи здесь. — Давай помогу, — Барри забирает у Риты рюкзак. — Ты такой добрый, — говорит Рита и принимает его руку, когда мы перелазим через очередной корень. — Не хвали меня, ты меня не знаешь, — смущается парень. — Иногда я бываю плохим. Рита смеётся. — Уверена, что нет. Ну, кроме случая с сигаретой, меня до сих пор подташнивает. — Извини за сигарету, — краснеет Барри. Из-за того, что мы практически бежим, говорить много он не может. У него на плече два рюкзака, двойная нагрузка, так что странно, что он вообще разговаривает. — Вчера многого не стоило делать. — Начиная с того, что не стоило становиться Солнцем? — дразнит друга Кит. — Нет, с этим проблем нет, — улыбается Барри. — Не стоило пить вчера. Нам всем. Тогда бы Нолан был рядом. Из двухчасового фильма этот момент явно вырежут, Нолана уже все забыли, его теперь просто нет. — Смотрите! — Роджер на секунду останавливается, чтобы указать направление. Мы видим белые стены длинного тоннеля. Они тянутся далеко вперед, заканчиваясь большим шаром, Тренировочный центр! Чтобы добраться до него, нам всего-то остается пересечь весь тоннель. Он открытый сверху и достаточно широкий. Тоннель все ближе, лес постепенно переходит в камни. Тоннель продолжает природу — он порос мхом, а на каменных выступах растет трава и мелкие деревья. — Шесть минут! — кричит спереди Блэк. Мы, в любом случае, уже успеваем. — Нееет! — раздаётся крик позади нас. Мы резко тормозим и оборачиваемся. Я вижу рыжую голову Амори, он бежит со всех сил, он уже отбросил рюкзак, бежит налегке, но ему не успеть. За ним по пятам по туннелю бежит огромный бурый медведь. Зверь сильный и быстрый, я слышу его рев, его лапа тянется к Амори. Это замедленная съемка в моей голове. Амори, медведь и Барри. Мой друг срывается с места, как только понимает что к чему. Он бежит не вперед, а назад, к парню на помощь, и никто другой не делает того же. Все расступаются, пропуская его и бегут со всех ног прочь, спасая свои жизни. — Вернись, дурак! — в отчаянии кричит Кит, и бросается вслед за другом, и вот уже я понимаю, что и сама бегу. Медведь все ближе, у Амори нет шансов, он падает, но прежде, чем медведь наносит удар, Барри встает между зверем и человеком и бьет медведя ножом. Зверь ревет, встает на задние лапы и бьёт. Удар приходится Барри в район груди, парень отшатывается, но стоит. Мне кажется, что медведь промахнулся, мне хочется верить в это. Подбегает Кит, он пытается ударить медведя слева, но тот падает прежде, чем Кит обходит его. Из глаза животного торчит метательный нож. Маркус так и замирает с поднятой рукой, потому что в этот миг Барри падает. А дальше я ничего не понимаю. Кит кричит, подбегает к другу и трясет его за плечи. Кто-то тянет меня прочь, звуковой сигнал отсчитывает секунды. Тридцать. Двадцать девять. Двадцать восемь. — Мы должны идти! — орет Маркус, хватая Кита за плечи. Парень упирается, но Маркус сильнее, и ему удается поднять Кита на ноги. Амори пробегает мимо меня, ноги его заплетаются от шока. Двадцать шесть, двадцать пять. — Оставь его, он мертв! — Маркус с силой тянет Кита за собой. Мёртв? Кто? Мой мозг отказывается воспринимать случившееся. — Не стой столбом, — меня хорошенько встряхивают. Чарли. Я позволяю ему увести себя, в тоннеле мы одни. Амори немного впереди, Маркус и Кит сзади. Я вижу железную дверь, она с каждой секундой закрывается все больше. Возле двери Рита, она бледна, как полотно, и избегает смотреть на нас. В ее руках наши вещи. — Скорее, — кричит Блэк из-за двери. Одиннадцать. Десять. Блэк втягивает Амори внутрь, Рита входит следом. Девять, восемь, семь. Чарли тащит меня к дверям, которые уже совсем узкие. Шесть. Я оглядываюсь. Пять. Четыре. Три. Маркус заталкивает Кита. Два. Запрыгивает сам. Один. Двери закрываются. Мы успели. Барри остался там. — А-а-а-а-а, — не крик, вопль, вырывается из груди Кита, и он падает на землю, обхватывая голову руками. — А-а-а, — это уже больше похоже на стон. Плечи парня трясутся, и я вдруг, наконец, понимаю, что к чему. Барри. Медведь не промахнулся, он вспорол Барри грудь своими когтями. Он оторвал его душу от тела. Барри. Он ушел. Тот Барри, который первым из всех обратился ко мне, тот Барри, с которым я была дружна, который улыбался мне, шутил, играл в «Правда или действие». Тот Барри, который на тренировке подхватил меня, когда я потеряла сознание, который понес Ритин рюкзак, потому что ей было тяжело. Тот Барри, который отважно бросился спасать незнакомого парня, своего соперника, от дикого зверя. Он изначально не хотел играть. Он просто хотел помочь. И он помог. Всем нам. Он успел помочь многим из нас, несмотря на то, что пробыл с нами так недолго. Осознание всего ужаса приводит меня в состояние оцепенения. То же случилось со мной и на арене. Я ведь могла что-то сделать. Если бы мои реакции были быстры, я бы, возможно, смогла спасти Барри. Но я просто застыла, словно бы все уже произошло, и нет смысла пытаться это изменить. Я застыла так, будто Барри уже умер в моей голове, и я просто стояла и ждала, когда же это случится на деле. Я хотела бы быть отважной, ловкой и сообразительной. Хотела бы в долю секунды принимать верное решение. Но я опоздала с этим, в любом случае. У меня нет смысла проигрывать возможные варианты. Это не вернет Барри. Но я уверена, что таких вариантов много. Я могла бы зашуметь, отвлечь внимание медведя на себя, бросить в него что-то, или изначально быть внимательнее, рассмотреть медведя среди деревьев, предупредить и Амори, и Барри. Я могла бы сделать много. Так почему же я не такая умная и внимательная? Почему мой друг должен расплачиваться за мою неосторожность? — Пошли, — сдавленным голосом зовёт Блэк. — Идите, — Маркус подталкивает Амори и Чарли вперед. Они нехотя уходят, оставляя только нас троих. Рита безмолвно плачет, прижимая к груди рюкзак Барри, а Кит с остервенением бьет кулаком по земле, пока не разбивает его в кровь. Лучше не попадать ему под руку сейчас, но я поддаюсь эмоциям, опускаюсь рядом с парнем и обнимаю его со спины. Он вздрагивает, но не прогоняет меня. Я кладу голову ему на плечо, и мы некоторое время плачем вместе. Мы добрались до Лагеря к назначенному сроку. Но какова цена? Я ненавижу организаторов, ненавижу их за то, что они, пользуясь человеческой нуждой, приводят людей к гибели ради чьей-то богатенькой забавы. Что они теперь сделают с моим мёртвым другом? Где похоронят его? Где найдет покой его добродушная улыбка и ясный взгляд? Татуировка жжется, словно напоминая о том, что на ней пора набить имя. Я кричу от боли, Кит сжимает мою ладонь и дрожит от непролитых слёз, а Рита сидит спиной к стене, зарывшись лицом в складки рюкзака. Над нами летает дрон, снимая наше горе крупным планом. Я хватаю с земли камень и одним ударом разбиваю камеру.