Eidolon

Идеал…идеал! Идеал — крутилось у меня в голове. Называйте это как хотите. Любовь с первого взгляда, идеал с первого взгляда, идеал с первой шутки, да что угодно! Этот парень запал мне в душу. Будто вся моя жизнь переменилась от одной лишь встречи. Не знаю, хорошо это или нет, но я разузнал у Боба, что это за парень. Джерард… Это имя звучало для меня будто молитва, слетавшая с моих губ в дурную минуту. Так вот, как оказалось, Уэй был не так прост — парень перевелся к нам из другого университета, о чем я вообще в первый раз слышал. А более Боб не знал, да и никто не знал, так как парень ни с кем не общался. Я, казалось, стал жить чужой жизнью, а именно жизнью этого парня. Для меня не было большей радости, чем видеть улыбку на его лице. Это не было зависимостью от человека, нет, просто наблюдение за моим «идеалом» стало неотъемлемой частью дня. — Фрэнк, ты опять покинул этот мир, — Боб удрученно покачал головой, кладя шершавую ладонь на мое острое плечо. — Почему ты не подойдешь к чертовому Уэю и не поговоришь с ним, раз его персона так заинтересовала тебя? Я встрепенулся, фокусируя взгляд на лестнице, у которой ранее стоял Джерард, облокотившийся на перила. — А? — мне было жутко стыдно, что я вновь прослушал своего друга. Брайар с мученическим выражением лица похлопал меня по плечу и отправился вперед по коридору. — Я буду у нас в корпусе, если вдруг понадоблюсь. И поговори с чертовым Уэем, — крикнув напоследок блондин, помахав мне рукой. Я оглянулся на подоконник, на котором ранее лежало мое яблоко. Но его, к удивлению, не было. — Фрэнк, почему ты не хочешь поговорить с чертовым Уэем? — еще чуть-чуть и я бы подпрыгнул на месте от неожиданности. Я обернулся и, прежде чем услышал характерный при укусе яблока звук, увидел Джерарда. Поправка, при укусе моего яблока. Я уже говорил, что никогда не отличался высоким ростом? Так вот, сейчас это было особенно заметно, так как Уэй был выше меня на целую голову. Он медленно пережевывал кусочки зеленого плода. У меня промелькнула мысль, что мне тоже до жути захотелось яблок. — Дать укусить? — он сощурился, тыкая мне почти в нос необкусанной частью фрукта. Но в этот момент, казалось, все тело запротестовало против меня, носовые пазухи начали зудеть, и я от души чихнул. Я старательно пытался не открывать глаза, жмуря их до цветных пятен. Какая неловкость, черт возьми! Хоть комедию снимай! — Ну ты и слюнявый! Фу, вредные слюни! — услышал я веселый голос и решился открыть глаза, надеясь, что меня не ударят. Парень кинул огрызок в сторону и достал из кармана носовой платок, вытирая руки. — Знаешь, чертов Уэй больше не хочет доедать это яблоко, но он все еще мечтает поговорить с Фрэнком… Наверно это можно было считать нашим официальным знакомством. Я долго извинялся перед Джерардом, на что он лишь смеялся и говорил «с кем не бывает, Фрэнки». И, несмотря на то, что наше знакомство, можно сказать, было провалено, дальнейшее общение было настолько непринужденным, что казалось, будто мы знаем друг друга целый век. В тот же вечер мой «идеал» предложил сходить в местный бар в честь «первой встречи». И, думаю, вы понимаете, что я не мог ему отказать. Хотя позже я и думал, что слишком быстро согласился. Надеясь на то, что смогу найти более или менее приемлемую для выхода в свет одежду, я перерыл все свои вещи. Боб лежал на кровати, перелистывая какой-то журнал, и пытался «подбодрить» меня. — Айеро, ты как чертова куртизанка перед встречей с клиентом! — отложив глянцевые страницы в сторону, он подхватил мой красный галстук, висящий на стуле, и кинул его на мою кровать. Между тем разговор, шедший между нами, весьма затянулся, а потому я думал, что опоздаю. — Спорим, ты так не рядился даже на свидание, а, Фрэнки? — я запустил в неугомонного своей шапкой, отчего Брайар лишь сильнее стал смеяться. — Да нормально ты выглядишь, нормально. Я еще раз осмотрел себя в зеркале. Думаю, красно-черная рубашка в клетку была-таки неплохим выбором. Наконец, собравшись с силами, я понял, что готов, и под громкие аплодисменты Боба, вышел из комнаты. Джерард ждал меня у самого входа. Он медленно затягивался, выпуская изо рта облачко пушистого дыма. Я никогда не считал, что курение — недостаток и весьма терпимо относился к этому, ведь было время, когда я и сам был не прочь выкурить сигарету другую. — Хэй, Фрэнк, я заждался тебя, — Джерард улыбнулся и крепко обнял меня в знак приветствия, а я, право, не знал, отчего он так рад меня видеть. — Ну, что, к свершениям? Мы зашагали с ним вниз по улице, обсуждая музыку. Не сказать, что наши вкусы совпадали, но я был рад тому, что Джерард все же слышал о таких группах как Misfits и Black Flag и отдавал им дань уважения. Мы шли уже минут пятнадцать, а долгие рассуждения о том, что Уэй не слишком любит прическу «девилок», вызывали у меня безудержный смех; особенно когда парень наклонял вперед голову, скидывая почти всю свою длинную шевелюру на лицо, из-за чего был похож скорее на героя очередного хоррора, нежели на Джерри Онли[1]. Между тем мы подошли к какому-то зданию, которое я раньше либо не видел, либо просто не замечал. Что странно, туда входили люди больше похожие на ботаников, нежели на заядлых выпивак и алкоголиков. Я недоуменно приподнял брови, обращая взор на девушку, несшую в руках стопку книг с разноцветными корешками. — Джерард, ты уверен, что мы пришли туда, куда нужно? — он кивнул мне, приоткрывая рот так, что можно было увидеть мелкие ровные зубы. Схватив меня под руку, Уэй устремился к входной двери, казалось, не замечая никого рядом с собой. Но тут он резко затормозил, отчего я влетел всем телом прямо ему в спину. — Да, конечно, проходите… — услышав приятный женский голос, я стал еще больше сомневаться, что мы пришли в бар. — Знаешь, Фрэнк, я тут вспомнил твое выражение лица, когда предложил сходить выпить, — конечно, у меня было неописуемое выражение лица, а ты что хотел? — И решил, что лучше будет, если мы сходим в другое место… Не успел он договорить, как я сразу же понял, куда мы пришли. Не очень большое помещение, скорее похожее на малых размеров зал или ангар, в котором мы оказались, грубо выражаясь, утопал в книгах. Сомнений не возникало — мы находились на книжной ярмарке! — Вау, — восторженно выдохнул я. Я не мог не любить такие, безусловно, атмосферные места, дарящие свою энергию каждому. — Нравится? — Джерард улыбнулся, оттягивая меня за рукав от входа. Я, все еще находясь в состоянии шока, на автомате кивнул ему. — Я так и знал! Джер вовсе возликовал от моей реакции, направляясь к полкам, прилавкам и стеллажам с книгами. Я решил, что раз уж мы здесь, то не стоит мне просто так глаза людям мозолить, к тому же, я давно хотел приобрести себе две-три новые книги. Подойдя к ближайшей полке, я выудил книгу с обложкой, цвета бордового бархата и открыл на первой попавшейся странице. Это странно, конечно, но я всегда выбирал себе книгу именно таким образом — открывал на случайном моменте и читал, а уж тогда понимал, нравится мне это произведение или нет. Вообще, как таковой, я не видел логики в том, чтобы выбирать для своего чтения что-то лишь по первым или последним строчкам. Ведь если вступление и концовка идеальны — это еще не значит, что автор не может слажать где-то в середине повествования. А тогда весь сюжет коту под хвост. Пока я рассуждал о книге, которую, кстати, все-таки приобрел, где-то совсем рядом послышались возмущенные голоса. Как ни странно, но в нескольких шагах от меня стоял Джерард со стопкой книг на руках и спорил с каким-то очень высоким парнем. — Чувак. Ты явно чего-то не понимаешь! — черные волосы растрепались и образовали подобие гнезда на голове. — Я не Жерар, я Джерард! Ты видишь разницу?! Я с усмешкой наблюдал за этой безумно комичной картиной, но, в конце концов, представление закончилось, и Джерард, показушно отвернувшись от парня, направился в мою сторону. — Я купил нам книги! — он радостно улыбнулся, выглядывая из-за стопки произведений. Чертов Уэй, ты не можешь быть настолько идеальным! — Нам? — я дернул его в сторону, чтобы та старушка, которой он преграждал путь, потом не говорила о «невоспитанной молодежи». — Ой, да ладно, — хмыкнул Джерард, — считай, я заплатил за твою выпивку… Спустя где-то час после этого, мы, наконец, ушли из «книжного храма», как назвал его Джерард, и обустроились в парке, недалеко от Канзасского университета. Расположившись прямо на траве, Джер разложил перед собой трофеи. Сколько же он на них потратил, черт возьми? Разделив их на две только ему понятные кучи, он ухмыльнулся и отодвинул одну из них мне. — Зачем мне столько? — недоумевал я, взирая на Пизанскую-книжную башню. — Глупо говоришь, Фрэнки. Я же сказал, что плачу за выпивку, — он изобразил вселенские страдания на лице, якобы «с кем я говорю». — Я же не могу выпить больше, чем ты, верно? Я рассмеялся скорее больше от того, что он состроил такую серьезную мину, будто баллотируется на пост президента. Он подхватил мой смех, устраиваясь у могучего дерева. — Джер… — я толкнул его в бок. — Черт, Джерард, да успокойся. Я спросить хотел, — он перестал смеяться, смахивая слезинку с глаза, — что вы с тем парнем на ярмарке не поделили? Джерард сначала потупил взгляд, будто напрягая память, и воскликнул: — Да, все началось вполне безобидно. Как таковой он ничем мне не насолил. Просто, понимаешь, странная ситуация такая, но он утверждал, что меня не могут звать «Джерардом»! Нет, ну ты представляешь! — Это еще почему? — я с неподдельным интересом уставился на него. — Якобы у Керуака был «Жерар»[2], а «Джерарда» не было! Вот так люди и перестают любить битников! Я снова засмеялся. Да я просто не мог сдержать заливистого хохота. Мы сидели так еще где-то около часа и болтали почти ни о чем. Но потом стало холодать, и мы направились к университету. Мне казалось, будто я еще никогда так хорошо не проводил свой день. Мы расстались у самого входа, договорившись о встрече. Я помахал ему рукой и, окрыленный непонятно чем, взбежал вверх по лестнице, вваливаясь в нашу с Бобом комнату. — Фрэнк, ты что, ограбил библиотеку? — Боб с интересом смотрел на книги, которые я неимоверно аккуратной стопочкой поставил у кровати. Я не слушал моего соседа ни краем уха, я просто был слишком рад, разглядывая «Ярмарку Тщеславия», «Шоколадную Войну», «В дороге» и другие книги, название которых я не запомнил, или просто не хотел запоминать.