City that Care Forgot

Барабаны снова отбивали какой-то ритм — на этот раз неспешный, размеренный и ровный. Где-то на краю сознания мелькнуло удивление, потому что Алек точно помнил, что его сердце остановилось, а значит, он умер. Умер? Паника захлестнула так стремительно, что сердце опять зашлось, как сумасшедшее, разрывая грохотом барабанные перепонки. Что, если бокор сделал с ним то же, что с теми несчастными из переулка? Но Магнус ведь не позволил бы этого? Алек распахнул глаза и дернулся, пытаясь сесть. Прямо над ним был светлый потолок с лепниной, и лежал он больше не в грязной луже, а на мягкой кровати в их гостиничном номере. — А, проснулся, — раздался рядом знакомый женский голос, в котором слышалась усталость и удовлетворение. — Магнус, можешь прекращать убиваться, твой нефилим уже пришел в себя. Повернув голову, Алек увидел серьезное лицо Катарины, которая деловито меняла в капельнице пакет с какой-то прозрачной жидкостью. Алек посмотрел на свою левую руку и обнаружил там иглу с ведущими к капельнице трубками. — Сладкий, — позвал Магнус, присаживаясь рядом и осторожно, почти невесомо погладив его ладонь. Тот повернулся к нему, пытаясь улыбнуться, но у него почему-то не получилось. Мышцы вообще слушались как-то странно, словно чужие. Магнус наблюдал за его попытками с виноватым выражением на лице. — Александр, — начал он снова с такими сомневающимися интонациями, что Алек просто не мог больше их слышать. Он попробовал перехватить поглаживающие его ладонь пальцы, но вышло не очень, и Магнусу пришлось ему помочь. — Прости… мне так жаль… — За что? — спросил Алек, хотя прозвучало это так невнятно, что было даже странно, как Магнус сумел его понять. — За все… — вздохнул он. — За невнимательность, за самоуверенность, за то, что из-за меня ты чуть не умер… — Да хватит уже! — в поле зрения Алека снова появилась Катарина. — Никто здесь не собирался умирать! Тетродотоксин, конечно, довольно опасен, но Алек получил совсем небольшую дозу и в довольно интересном сочетании с несколькими другими компонентами. И, поскольку, он получил своевременную помощь, то уже через несколько дней будет в полном порядке. Кстати, Алек, проблемы с речью и двигательными функциями скоро пройдут, так что не переживай. Катарина ласково улыбнулась, но снова нахмурилась при взгляде на Магнуса. Тот сидел рядом с Алеком, как воплощение вечной скорби и раскаяния. — О, ради Бога, Магнус! — не выдержала женщина. — Что за похоронное настроение? С Алеком все хорошо! К тому же, он сумеречный охотник, ему доставалось и похуже! — С ним совершенно точно НЕ все хорошо! И в прошлые разы это была не моя вина! Ведьма закатила глаза и заговорщически понизила голос, снова обращаясь к Алеку: — Ты бы видел, какую панику он тут развел? Поставил на уши весь Нижний Мир Орлеана и даже выдернул меня с дежурства! Хотя тебе всего лишь был нужен физраствор, чтобы разблокировать передачу нервных импульсов, парочка правильно подобранных зелий и детоксикационная терапия. — Это совсем не смешно, Катарина! — Магнус посмотрел на подругу с осуждением. — Алек впал в кому прямо на моих глазах! На секунду я даже подумал, что он мертв! Было ясно, что без чертова бокора здесь не обошлось, но я не мог его допросить, потому что Лу в порыве чувств слегка перестарался!.. И я не сталкивался раньше с этим токсином! — Я напомню тебе об этом в следующий раз, когда ты снова начнешь корчить из себя всезнайку, — фыркнула Катарина. Она всегда нравилась Алеку, нравилось, как легко и с множеством взаимных подначек они с Магнусом общаются друг с другом. И уж если Катарина шутила, значит, опасности не было никакой. Да и сам Алек чувствовал себя вполне сносно — никакой боли, только слабость и легкое онемения во всем теле. Ну, и разговаривал он сейчас так же четко и понятно, как годовалый младенец. — И что будет твоему другу-вампиру за убийство примитивного? — тем временем уточнила Катарина, заставив Алека встрепенуться. — Не переживай, наказывать его никто не собирается, — Магнус улыбнулся какой-то чужой жестокой улыбкой. — Этот ублюдочный бокор еще легко отделался! Конечно, местный Совет не был в восторге от того, что Лу пообедал такой известной в городе личностью, но когда я объяснил им несколько очевидных вещей… Катарина хмыкнула. — Ну, хоть какая-то от тебя польза! Пока ты был в коме, — она снова повернулась к Алеку, — Магнус был просто не выносим. Чтобы не мешал работать, мне пришлось выгнать его улаживать проблемы с Советом. — Я объяснил этим не самым понятливым людям, что случилось бы, если бы местный примитивный, заигравшийся в вуду, убил сумеречного охотника, — голос Магнуса все еще звучал непривычно жестко. — И перспектива общения с Инквизитором, главой Нью-Йоркского Института и еще несколькими весьма рассерженными нефилимами их так испугала, что я не удивлюсь, если теперь они вручат Лу орден и ключ от города! — Думаю, что ты высказал им не только это, — с улыбкой покачала головой Катарина, сжимая плечо Магнуса в знак поддержки. Тот накрыл ее руку своей и вздохнул, наконец-то расслабляясь. — Возможно, я был немного не в себе, — признал он. — Возможно, я даже назвал членов Совета сборищем некомпетентных идиотов за то, что позволили Жану Тамго проворачивать свои делишки у них под носом. Но честное слово, я не сказал ни слова неправды! Не выдержав, Алек тихонько засмеялся, и спорщики тут же повернулись к нему. Катарина довольно кивнула. — Ты в порядке, Алек. Дальше о тебе позаботится твой сумасшедший маг, а мне пора в больницу, проверить, как там остальные. И не забывай пить зелья, даже если они невкусные! И она выпорхнула из комнаты, подхватив со спинки стула свое пальто. Алек проводил ее взглядом и снова перевел взгляд на Магнуса, который сидел рядом и явно переживал. — Остальные? — переспросил Алек. Язык все еще слушался плохо, и он уже приготовился повторить, но Магнус снова понял. — Те мертвецы, которых мы видели во время ритуала вуду и вчера в переулке. Как я и говорил, они не были мертвы, но с помощью комбинации токсинов бокор превратил их в ходячих кукол, не способных говорить и мыслить. Я всегда считал вуду глупыми сказками и не знал, что жрецы способны на такое. Хорошо, что Катарина когда-то жила на Гаити, помогая лечить детей после очередного землетрясения, и заодно изучила местную культуру и познания в медицине. Магнус замолчал, опустив взгляд, а когда снова поднял голову, в его глазах снова читалась вина. — Прости, сладкий… Я же видел, что с тобой что-то не так, и должен был понять раньше. Я вообще не должен был насмехаться над этим мерзавцем, и тогда ничего этого не случилось бы. Он, должно быть, подкупил кого-то в отеле, чтобы они отравили твой коктейль или воду, которую ты пил утром. Наверное, он надеялся, что мы оба выпьем яд, но в итоге пострадал только ты. Должно быть, он собирался забрать тебя, когда ты впадешь в кому, а потом якобы оживить во время очередного ритуала. Это бы укрепило его влияние в городе, ведь многие слышали, как он грозил нам местью духов, — Магнус вздохнул. — Все из-за меня… Алеку хотелось сказать так много. Что во всем виноват сумасшедший бокор, а не Магнус, что все закончилось хорошо, поэтому он не должен себя винить. Что Алеку почти физически больно смотреть на это самобичевание, а от виноватого взгляда Магнуса у него каждый раз обрывается сердце. Но его онемевший язык вряд ли сейчас был способен на такую длинную речь. — Я тебя люблю, — сказал он вместо этого. Правда, с его нынешней невнятной дикцией это больше походило на «бубубу», но Магнус даже не улыбнулся. — Иногда я забываю, как мне с тобой повезло, Александр. Не стесняйся мне об этом напоминать. Он прижал руку Алека к губам, глядя на него с нежностью и обожанием. Где-то в соседней комнате тикали часы, за окном не то вставало, не то садилось солнце, капельница продолжала вливать в вены Алека физраствор, а Магнус поглаживал его запястье кончиками пальцев. Отпуск проходил точно по плану.