Гарри Поттер и стопроцентная эффективность

- ОХРЕНЕТЬ!!! Громкий возглас заставил Гарри мигом разлепить глаза. Спросонья он различил огненную шевелюру Рона меж раздернутого полога, перевел взгляд на постель и застыл. Его укрывало нечто розовое. Стоило пошевелить коленкой, полотно распалось на фрагменты. Те взвились к потолку и затрепетали над ним тесной стайкой. Он понял. Гарри со вздохом потянулся за очками. - Они с шести утра стали под дверью собираться, - прошел мимо них Симус. Он распахнул дверь, и к стае над Поттером стремительно присоединились еще шесть или семь открыток. – Приятного чтения, - съехидничал Финниган, оставляя друзей вдвоем. - Он просто завидует, - заметил Рон. – К нему с утра только две прилетели. - А к тебе? – Гарри созерцал непрошеное сокровище. Вместо ответа Рон сморщил нос и неопределенно дернул плечами. – Ну, день только начинается. - В твоем случае это звучит угрожающе, - справедливо отметил Уизли. – Хотя вдруг они все от одной поклонницы. - Ага. От Малфоя, например. - Точно! Тут же могут быть и "антивалентинки"! - Знаешь, прочту-ка я их до завтрака, - Гарри выхватил одну. – Мало ли, - он открыл ее и пробежал глазами. - И как? – валентинка на глазах Рона превратилась в пепел. - Ну... – Гарри прочел еще одну. – Стихи... - И непонятно, от кого? - Нет, - он разглядывал опустевшую ладонь. – Четыре строки, рифма. Сейчас было что-то про встречу возле озера. Это метафора, или меня правда туда пригласили? – Гарри поймал еще одну открытку и усмехнулся. – "Урок зельеваренья". - "Варенья"? - Варенья, - кивнул Поттер. – Это для рифмы. Жаль, Снегг не видит. - Я начинаю думать, что Фред и Джордж сами сочинили стихи. Штук пять. А открытки сгорают, чтоб мы сравнить не могли. - Гермиона была права, - Гарри со вздохом выдернул из стайки пятую открытку. – Мы должны были вчера остановить близнецов. Кто вообще прислал все это?.. - Кстати, о Гермионе. Кажется, она выходит замуж. Но я придумал план, - увидев, как вытянулось лицо друга, Рон поспешил добавить. - Стопроцентная эффективность! - Где-то это я уже слышал, - выдавил Гарри хриплым голосом и прокашлялся. - Нет, стой, смотри... И он рассказал ему о ночной встрече, а также о плане действий, на который потратил остаток ночи. - То есть из слов Гермионы ты сделал вывод, что они с Крамом женятся, - произнес Гарри. – И решил сорвать свадьбу, подменив сегодня открытку Гермионы "антивалентинкой"? - Конечно, - Рон расхаживал по комнате, - их не отличить, пока не откроешь. А Крам, хоть и крут, но наверняка сомневается в себе. В конце концов, он обычный человек, как ты, как я... Да он там такого о себе прочтет, что их переписка прервется раз и навсегда! - Знаешь, Рон, твой план... - Гарри подбирал слова помягче. – Почему бы просто не поговорить с Грейнджер? – он вернулся к уничтожению летучей армии над своей головой. – Скажи, что не хочешь, чтобы она уезжала. Ни летом, ни вообще. - С ума сошел?! – Рон взвился, словно Гермиона ждала за дверью. – Как будто ты не знаешь, чем он кончится! Она и слушать не станет! - Попробуй не вспоминать про Крама. - Но... - Блин! – Гарри с отвращением смотрел, как сгорает очередная открытка. - "Антивалентинка"? - Ага. Одно радует. Отправители подобного даже не представляют, что я прочту. Я и сам не представлял. - Вот! – Рон поднял палец. – Одна должна достаться Краму. - Чтоб он думал, что ее написала Гермиона? – Гарри торопливо сдергивал оставшиеся валентинки. - Но ведь открытка анонимна! Гарри, - он сел на край кровати. – Я прошу тебя только отвлечь ее. На две минуты. И все. Ты же мой друг... - Ага, - последняя открытка обернулась пеплом, и он принялся одеваться. – А еще я друг Гермионы. И ты, между прочим, тоже. - Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста... - Идем на завтрак, - Гарри вздохнул. – Пока опять не налетели эти... *** Приключения начались уже на выходе из Общей гостиной. Стоило приподнять уголок портрета Полной Дамы, как... - Я люблю тебя! – выпалила Кэтти Белл им в лицо. Рон и Гарри онемели от изумления. Поттер, не находя слов, вопросительно указал пальцем на себя, затем на Рона... - Нет-нет-нет! – побледневшая Кэтти отчаянно замахала руками. – Это новый пароль! Пароль для Полный дамы. Я люблю тебя, - повторила Кэтти, глядя на картину, чтоб Уизли и Поттер окончательно успокоились. Все еще смущенная, Кэтти нырнула в Гостиную, а друзья вышли на лестницу. И пары шагов не удалось ступить, как их окликнули. - Запомнил момент, Уизли?! – Малфой стоял на параллельной лестнице. - Это был твой первый и последний шанс услышать признание в любви! Рон было ринулся к нему, но Гарри схватил его за шиворот. - Нет времени. К тому же... – он кивнул на тройку "самопризнающихся валентинок", уже порхавших к слизеринцу. – Даже думать не хочу, чего он здесь отирается. По дороге к Большому залу Гарри к своему несчастью собрал новую партию посланий. Хуже того – мстя за невнимание, они сложились в малиновый венок и нимбом летели над красневшим от раздражения Поттером. Рон пытался сдержать смех. На выходе с завтрака им удачно встретились близнецы. - Эй, вы! – Гарри отчаянно хотелось запустить в довольные лица каким-нибудь заклятьем. – Снимите с меня это! - Прости, Гарри, но нет, - Фред всплеснул руками. - Ничего личного... - ... Только бизнес, - закончил Джордж. - Угадай, ради кого была скуплена партия открыток-шпионов. - Шпионов?! – Гарри побледнел от ярости. - Это еще и... - А ты как думал. Каждый хочет знать, что чувствует к нему Гарри Поттер. - Ты хотел сказать "каждая", - поправил Джордж. - Я бы не стал утверждать со стопроцентной уверенностью... - Я выкуплю их, - решился Гарри. – Сколько? - Тц-тц-тц, - Фред помахал пальцем. – Если они не сработают, это повредит репутации. А она, уж извини, Гарри, бесценна. Близнецы удалились с блаженными улыбками. Гарри, чувствуя, что закипает от беспомощности, шагнул в Большой зал с таким видом, словно намеревался перевернуть здесь все столы. Тут же десяток новых валентинок бодрым строем поплыл к нему через зал. - Да сколько же учеников в Хогвартсе! – простонал Поттер. И вдруг заметил у стола Гриффиндора еще один венок. Спустя секунду он в очередной раз за утро испытал приступ удивления. Его товарищем по несчастью оказалась Полумна Лавгуд. Судя по отвисшей челюсти Рона, он был удивлен не меньше. Полумна сидела по соседству с Невиллом и Гермионой. Друзья подошли к ним и некоторое время лишь молча смотрели друг на друга. - Откуда у тебя столько? – Рон невежливо ткнул пальцем в венок Полумны, от чего открытки испуганно разлетелись, но затем опять собрались. - Рон, - укоризненно прошипела Гермиона. - Я имею в виду... ну... это же Полумна... или подожди – это все "антивалентинки"? Гермиона начала подниматься из-за стола, но Лавгуд ее остановила. - Ничего, я привыкла, - Полумна вынула на стол пустую "валентинку" и стукнула по ней палочкой. – Полумна Лавгуд. Открытка затрепетала, поднялась в воздух и едва ли не с нежностью обняла ее венок, присоединившись к сонму товарок. - Когда меня впервые спросили "откуда столько", их было всего три. Теперь Уизли смотрел на Полумну с восхищением. Он машинально потянулся к палочке и сумке, где лежали валентинки, но заметил ехидный взгляд Грейнджер и отдернул руки. Они с Гарри отодвинули стулья и сели завтракать, одновременно решив, что удивляться будут позже. - И что ты... пишешь себе? – поинтересовался Гарри, чувствуя себя крайне глупо. - Не знаю, я пока их не читала, откладываю до вечера. Не хочу нарваться на "антивалентинку". - Ты отправила себе "антивалентинку"? - Конечно, и не одну. Я считаю, человек должен быть честен с самим собой и признавать не только достоинства, но и недостатки. Гарри поймал себя на мысли, что держит в руках вилку и смотрит, как ест Полумна. Да позавтракает он, в конце концов, или нет? - Трансфигурация через десять минут, - поднялась Гермиона. – Я придумаю что-нибудь для Макгонагалл. Только не сильно опаз... Увидев, что Гермиона, а вместе с ней Рон и Невилл уставились на нечто за его спиной, Гарри, скрепя сердце, продолжил есть. В конце концов, Полумна тоже спокойно возила ложкой по тарелке с овсянкой. На макушку ему полилось что-то холодное, потекло за шиворот, по щекам, на глаза... Гарри развернулся на скамье, ожидая увидеть Малфоя или его приспешников, но там стояли три незнакомых девушки. И смотрели на него с большой злостью. И у двух стаканы еще были полны тыквенного сока. Гарри снял очки и стряхнул с них капли. - Вы... вы кто? – спросил он обескуражено. И, кажется, привел их в бешенство. - Кто мы? Он спрашивает – кто мы, - пискнула подруга той, что облила его. - "Кто это вообще написал? Слизеринцы? Это валентинка или "антивалентинка"? Почему я должен читать этот бред?!", - лицо третьей исказила ярость. Только Гарри понял, кто перед ним, как получил вторую порцию, теперь уже в лоб. – "Я бедный Гарри Поттер, читать признания – как это утомляет!" - услышал он, пытаясь вытереть лицо. - Постойте, так это вы... И снова сок. - Мы ненавидим тебя, Поттер! – они удалились. Наверняка с гордо поднятой головой. Гарри не видел – глаза немилосердно жгло, а ресницы склеивались. - Кто это вообще? – Рон, как и остальные, был ошеломлен. - Полагаю, этот вопрос им и не понравился. Когда я произнес его про себя, читая утром их "валентинки-шпионы". - Пойдем, - на его плечо легла рука Гермионы. – Помогу тебе. На тебе живого места не осталось. - Осталось! – с неожиданным энтузиазмом воскликнула Полумна. – Взгляните на его венок – на него ни капли не попало. Жаль, ты не видел, как виртуозно он уклонялся. - По-моему, эти девочки с Пуффендуя, - подал голос Невилл. – Кажется, я видел их... - Так, идите все на урок, - отрезала Гермиона и потянула Гарри за руку. - Мы скоро присоединимся. Гарри слышал, как поднялись и вышли Полумна с Невиллом. Проходя мимо Рона, он отчаянно сжал плечо друга, надеясь, что тот вспомнит о своем плане. Ответом ему был кашель поперхнувшегося Уизли.