Суровое наказание

Сириус аппарировал в переулке между домами два и четыре на Тисовой улице. Безжалостно смяв милые крокусы миссис Дурсль, он шагнул во дворик дома четыре, ругнувшись сквозь зубы. В доме еще спали. Рассвет только-только вступал в свои права. Сириус в раздумьях походил из стороны в сторону перед крыльцом, размышляя вслух: - Ну не прогонит же он меня? Я ради него нарушил запреты, пришел чистый, напомадился, так сказать. Сириус не смог заснуть этой ночью, терзаемый мыслями о своем крестнике. Он совершенно ничего не знал о нем. Те редкие мгновения в позапрошлом и прошлом году не принесли никакой ясности на то, кем был Поттер-младший. Сам Блэк думал про себя, каким должен быть, по его мнению, идеальный мальчишка пятнадцати лет. - Должен заниматься спортом – Гарри играет в квиддич; должен вести здоровый образ жизни – в его возрасте это легко; должен хорошо учиться – вроде бы, Гарри смекалистый. Сириусу было очень сложно принять то, что он становится родителем для подростка. Он сам-то еще не вышел из такого возраста, когда просыпаешься утром со стояком, трахашься с кем попало, гуляешь и пьешь напропалую. Но за прошедшую ночь он все обдумал и решил, что станет идеальным родителем. Часы над ратушей мелодично прозвенели шесть раз. Солнце уже во всю заливало ярким светом чистые лужайки перед домами, ровные ряды окон и одинаковые стены. Сириус немного потоптался на крыльце, а потом все-таки нажал несколько раз на дверной звонок. Изнутри послышалось приглушенное стенами ворчание, дверь распахнулась, и на пороге оказался широкоплечий хмурый парень со всклоченными светлыми волосами в одних трусах. - Доброе утро, - буркнул он, видимо, через силу вынуждая себя быть приветливым. – Про Христа мы знаем, спасибо, - и было уже собрался захлопнуть дверь перед ошарашенным Блэком, но не успел. - Сириус! – радостный крик Гарри разбудил всех соседей. Дадли по-новому взглянул на Блэка, чуть подвинулся, выпуская крайне взъерошенного Гарри. Тот буквально повис на своем крестном, радостно бормоча: - Ты приехал за мной! А какой ты красивый, побрился, надел пиджак и галстук, причесался! Как с картинки, - восхищенно присвистнул Гарри, поглаживая плечи Сириуса. Тот несколько смутился, с затаенной нежностью обнимая Гарри в ответ, проговорил: - Ради тебя, Гарри. Светловолосый парень сухо представился: - Дадли Дурсль. И я все про вас знаю, мистер Блэк. Гарри любит говорить о вас. В льдисто-серых глазах громилы не было и намека на радушие. Сириус кивнул, нахмурившись. Он помнил, что Гарри не ладил со своим кузеном. Но сейчас тот почему-то был собран, словно перед прыжком, чтобы в любой момент защитить Гарри. Сириус вошел в дом, вполуха слушая тихое бормотание Гарри про лето в одиночестве. В доме было кристально чисто и свежо, на кухне закипал чайник. - Тетя с дядей вчера уехали до конца октября в Америку. Так что я без проблем могу хоть сейчас с тобой уехать. Сириус рассеянно кивнул, с любовью посмотрев на Гарри. Как тот вырос! Практически ростом с него. Только все такой же худой и патлатый. Дурсль-младший аккуратно взял под локоток Гарри, отведя в сторону, что-то проговорил вполголоса. Гарри возмущенно выдохнул, выпутываясь из ручищ кузена, что-то с жаром ответил и резко убежал наверх. Сириус подождал немного на кухне. Дадли молча поставил перед ним чашку с дымящимся черным чаем и придвинул вазочку с печеньем. Он не сводил внимательного цепкого взгляда с Блэка, заваривая себе чай. Через десять минут Гарри вернулся на кухню уже одетый и с палочкой в руках. - Я собрался, можем выходить, - широкая улыбка осветила его лицо. Дадли грустно посмотрел на Гарри, и тот почему-то отвел взгляд, едва заметно краснея. Сириус был уже в дверях. Поттер обнял Дурсля, что-то зашептал, но Блэк услышал: - Я буду тебе писать, Дадли. Сириус хороший, он не тронет меня. Я люблю его, как родного. И резко отстранился, хватая чемодан и клетку с Хедвиг. Блэк напоследок кивнул Дурслю и вышел вслед за Гарри. Дадли хмуро смотрел им вслед.