Золочёные лилии

Тиана

      День был душный, и переплетение ветвей разросшихся кустарников не впускало даже лёгкого ветерка. Осень мягко ступала по земле, предвещая зиму и уходя всё южнее и южнее от Перешейка, но здесь, в столице, её шаги были пока незаметны.       Тиана раздражённо перебросила косы на спину, злясь, что не велела служанкам поднять все волосы наверх, и теперь они неприятно липли к шее. Здесь, на старенькой скамейке, тщательно скрытой от посторонних глаз буйной растительностью, царила тень, но от дневного жара она спасти была не в силах. Последние дни были совсем летними, и принцесса подозревала, что должна разразиться гроза. Скорее бы. Всяко лучше, чем жариться в шелках и тесном корсете.       Девушка рассеянно заперебирала пальцами струны лютни, не зная, что бы ещё сыграть, чтобы отвлечься. Живот неприятно ныл, и ощущение было такое, будто принцесса булыжник проглотила, хотя с утра едва заставила себя съесть вареное яйцо и сладкий пирожок. Лунные крови опять пришли в срок и, это, конечно, должно было радовать, но с другой стороны, в эти дни Тиана своим эмоциям была не хозяйка. Она уже успела сегодня запустить подушками в служанок, когда те имели неосторожность разбудить госпожу, прямо когда она смотрела такой чудесный сон! Тиана вновь была маленькой, и отец, живой и полный сил, хохотал, подкидывал её вверх и ловил с такой лёгкостью, будто она весила не больше кошки. Матушка улыбалась, а Томмен, Мирцелла и Джоффри, радостные, бегали кругами. Где-то рядом был дядя Джейме, сияя своей улыбкой на шутку брата-карлика. Всё было идеально, так, как и должно было быть. Тем сложнее было просыпаться, вновь осознавая, как поредела их семья. Сладость сна обернулась горьким послевкусием.       Тиана тряхнула головой, прогоняя остатки сновидения, и уверенно запела. Собственный голос дрожал в жарком воздухе, то звенел колокольчиком, то становился мягче. Девушке нравилось слушать, как сливается он со звучанием лютни. Все хвалили её, а отец говорил, что с такой певуньей не нужны приезжие барды.       Песня была невесёлая, обещая с приходом осени беды. Почему бы и нет: пришла же война. В любом случае, ничего легкомысленного петь не хотелось, тем более какую-нибудь слащавую любовную балладу, кои так любила Джеллиса.       Чужой голос ворвался в песню неожиданно, сплёлся с девичьим, поддерживая, обволакивая так, будто делал это сотню раз. Тиана резко обернулась, испуганная вторжением, и увидела близнеца, расхлябанно привалившегося к сирени. Бархатный голос брата растерял мальчишескую чистоту, но звучал приятно, оттеняя хрустальные переливы, идущие из горла девушки. На исходе лета Заблудилось сердце Между тьмой и светом. Кровь на черных крыльях… Кто напомнит песню, Кто напомнит песню, что ветра забыли? *       Допели близнецы вместе, чего не случалось уже давно, глаза в глаза, так, будто никого больше не существовало. Тиана извлекла из лютни последние аккорды, чувствуя, как дрожит на губах улыбка: как сладко было вновь чувствовать хрупкое единство. Джоффри сел рядом, но заговаривать не спешил. Тогда принцесса спросила первой:       — Что ты здесь делаешь?       — Я услышал пение… — пожал плечом брат и, помолчав, добавил: — Это было нашим секретным местом. Помнишь, как мы здесь прятались ото всех, сбегая с занятий? Ты говорила, что хотела бы остаться здесь навсегда со мной. Мы ведь были неразлучны, пока тебе не привезли твоих фрейлин, — он скривился и откинулся на спинку скамьи, устремив взгляд вверх. Тиана с удивлением услышала в его голосе ревнивые нотки. Она отложила лютню и придвинулась к брату ближе, повернувшись к нему всем телом. Девушка облокотилась на спинку скамьи и водрузила подбородок на ладонь, пристально вглядываясь в почти идеальные черты лица.       — Я и после часто сбегала к тебе. Воровала твой деревянный меч, а подруги отвлекали мастера над оружием, пока ты скрывался вместе со мной среди кустов акации и сирени. А потом у тебя появились мальчишки, с которыми ты дни напролёт дурачился в замке и махал мечом, — проворчала Тиана и кончиками пальцев почти невесомо провела по щеке близнеца. Признаться, она скучала по нему. Не по тому вздорному королю, что елозил на троне, а по своему брату, который всегда был готов поддержать очередное нарушение правил приличия и морали.       — Просто свора верных псов и не более. Ты же не могла думать, что они сумели бы заменить тебя? — Джоффри испытующе взглянул в глаза.       — А разве нет? — с вызовом бросила Тиана.       — Нет! — сердито фыркнул король. — С ними было не так весело бегать от стражи и доводить прислугу до истерики.       — Ты преувеличиваешь: я была не столь ужасна! — улыбнулась принцесса, против воли чувствуя, что польщена.       Джоффри тонко усмехнулся:       — Мне напомнить, кто подбил меня изрезать платья твоей септы, когда она оставила тебя без сладкого и прогулок на неделю?       — А между тем, это по твоей просьбе я тогда весь день просидела в башне за пыльной перегородкой, за что меня потом и наказали. Кто ж знал, что это вызовет такой переполох?       — Прислуга так и не нашла нас, пока мы сами не вышли, помнишь? — Джоффри, не скрывая гордости, подбоченился.       — Я скучаю по тем дням, — Тиана сморгнула внезапно набежавшие слёзы, чувствуя истощающую печаль. Здесь и сейчас хотелось плакать из-за всех прошедших печалей, которые вдруг разом вспомнились. Здесь и сейчас хотелось быть хрупкой девчонкой, а не благовоспитанной принцессой.       — Я скучаю по отцу, — тоненько пробормотала она и с готовностью уткнулась в плечо брату, как только почувствовала, что он обнимает её. Он положил подбородок на макушку сестре, его руки растерянно похлопали её по спине: он никогда не был мастером в успокаивании дам. Джоффри молчал на её признание, но Тиана знала, что он тоже скучает по отцу, отцу, который не уделял должного внимания и предпочитал свои печали проблемам детей, но был примером, и несмотря ни на что тем, к кому хотелось прийти, и чью одобрительную улыбку хотелось заполучить.       Сейчас единство близнецов было ощутимо и желанно. Джоффри мог быть невыносим, но сейчас Тиана всё ему прощала, хоть на один вечер, но прощала и вновь любила так же крепко, как и в детстве, безо всяких но, а лишь потому, что они вместе делили утробу матери. Девушка сильнее прижалась к брату, успокоенная его близостью.

***

      Травинки щекотали обнажённые руки и шею. Семилетняя Тиана чихнула и вновь испуганно уткнулась носом в землю. Невысокие кустики скрывали её от посторонних глаз, светло-зелёное платье сливалось с листвой. Девочка пряталась в саду от септы и белых плащей, которые собирались увезти её на занятия к старому мейстеру. Септа Аглая сердито протопала по дорожке совсем близко, и развеселившейся Тие хорошо были видны её туфли, выглядывающие из-под подола серого скучного платья. Шаги стихли, и принцесса вытянула шею, пытаясь оглядеться.       — Попалась! — тихо подкравшийся брат-близнец торжествующе упал сверху на принцессу. Та взвизгнула, извернулась и оказалась нос к носу с Джоффри.       — Да не ори ты так: септа обратно прибежит! — шикнул он на неё, тем не менее жутко довольный произведённым эффектом.       — Дурак! — возмущённо завозилась на траве Тия. — Как ты меня нашёл?       — Среди моих талантов есть и дар поиска сестры, — задрал нос мальчик. Девчушка прыснула, но под обиженным взглядом брата угомонилась и закусила губу.       — Отец пообещал взять меня на охоту завтра, — с гордостью известил сестру Джоффри.       — Да ты что?! Как здорово! А матушка отпустит?       — Она ничего не скажет поперёк слова короля. Когда я стану государем, мне тоже никто не сможет перечить.       — И лорд-Десница? — с сомнением спросила Тия.       — И лорд-Десница.       — Здорово, вот бы мне так, — протянула девочка с завистью.       — Выше Высочество, вот вы где! Ваше поведение не достойно принцессы Вестероса! — раздался совсем близко строгий голос.       — Бежим! — Тиана схватила брата за руку, подскочила, и они помчались в противоположную от септы сторону. Близнецы, хохоча, петляли среди кустов, пока не оказались пойманы сиром Мендоном.

***

      Солёный ветер бил в лицо, и Тиана жадно дышала, раскинув руки в стороны. Пронзительно кричали чайки, и девушке хотелось кричать тоже. Выезжать за пределы города было небезопасно, но оставаться запертой в замке было выше всяческих сил. Королева-мать была против, дядя Тирион был против, но когда это удерживало своевольную принцессу, если она что-то сильно захотела?       День был жарким, солнце било в глаза, отражаясь от водной поверхности, лёгкие пушистые облачка степенно плыли по небу, а в груди Тианы поселился смех. Она сбросила служанке на руки роскошно расшитый оливкового цвета плащ, скинула туфли и чулки, босиком подойдя ближе к воде. Песчинки щекотали подошву, расступаясь под тяжестью тела. Принцесса оглянулась, лукаво взглянув на брата. Джоффри щурился, сложив руки на груди, и забавно оттопырил губу, когда совсем рядом, визжа и давясь от смеха, пробежали Джеллиса, Илана и Томмен, затеявшие салочки на берегу. Позади широким полукругом выстроились королевские гвардейцы, все пять, присутствующие сейчас в столице. Дабы не привлекать лишнее внимание, своих знаменитых снежных плащей и доспехов они были лишены. Левее суетились две служанки, расстилая покрывало. Ещё дальше, на приличном расстоянии, мелькало несколько рыцарей из домашней гвардии Ланнистеров в красных плащах. Охраной королевской семьи озаботились серьёзно.       Набежавшая волна коснулась ног, и Тиана тонко взвизгнула, ощутив обжигающе-холодное прикосновение. Но всё же смело ринулась вперёд, поднимая тучу сверкающих брызг. Подол совсем простого бледно-лилового платья намок, как не придерживала его рукой хозяйка.       — Ты ведёшь себя как простолюдинка, — долетел до девушки ворчливый голос Джоффри. Он брезгливо глядел на воду. Сегодня на нем не было короны, и можно было представить, что они какие-нибудь крестьянские дети. Очень красивые крестьянские дети.       Тиана хмыкнула:       — Зануда! Иди лучше ко мне. Или боишься?       Вода больше не казалась холодной, ласково поглаживала ноги. Джоффри подошёл ближе и тут же оказался обрызган веселящейся сестрой.       — Вот чертовка!       Он было ринулся за принцессой, но набежавшая волна заставила его отступить. Тиана издевательски захохотала, но испуганно ахнула мгновение спустя, когда он решительно разулся и бросился на неё. Она забежала глубже и принялась активно работать руками, щедро поливая приближающегося брата водой. Тот зарычал, рванулся вперёд — и они оба рухнули в воду. Дыхание перехватило от резкого погружения, спину, грудь и голову обожгло холодом на мгновение. Тиана оттолкнулась от дна, благо было мелко, и вынырнула, радуясь, что предусмотрительно надела лёгкое, пошитое на дорнийский манер платье без корсета, а не более привычное многослойное придворное.       — Ты невыносима, — заявил Джоффри, вставая и отплёвываясь. С его одежды ручьём стекала вода.       — Можно подумать, это я тебя уронила! — рассмеялась Тиана, убирая с лица влажные пряди. Дыхание никак не хотело выравниваться. Она стояла коленями на дне, и над поверхностью возвышались только голова и немного плечи. — Поплыли? — дёрнула она головой в сторону от берега. Вместо ответа Джоффри фыркнул, выражая своё отношение к такому некоролевскому делу. Ну и не надо!       — Томмен! — громко позвала девушка. — Томмен, будешь плавать со мной?       Её младший брат, до этого догонявший Илану, остановился и радостно закивал. Тиана поднялась с колен, выжимая косу и глядя на то, как мальчик шустро избавлялся от дублета и обуви, оставаясь в одной рубахе и бриджах. Изящная Джеллиса скакала по песку горной козочкой, отбегая от накатывающихся волн.       Краем глаза принцесса заметила, что Джоффри смотрел на неё, но когда она обернулась к нему, тот уже сердито выжимал снятый дублет, зябко поводя плечами под намокшей рубашкой. Громкое гиканье Томмена, смело бросившегося в воду, заставило отвлечься от разглядывания близнеца и с улыбкой наблюдать за приближающимся братишкой.       Просторные рукава из воздушной ткани плотно прилипли к коже, и узорчатая вышивка стала видна отчётливее, выделяясь на руках, как замысловатая вязь шрамов. Невесомый шёлк платья крепко обнял стан, и ветер холодил влажную кожу. Томмен бежал, высоко подбрасывая ноги, но не удержал равновесия и свалился, подняв тучу брызг. Принцесса рассмеялась, заслоняясь рукой, и поманила отплёвывающегося мальчика за собой. Джоффри прошёл мимо них, упрямо глядя только вперёд — зануда.       Тиана и Томмен вернулись на берег спустя некоторое время, довольные и мокрые. Служанки мгновенно набросили им на плечи плащи. Принцесса благодарно завернулась в предоставленный бархат, скрывая свой неподобающий вид: платье и сорочка так сильно льнули к телу, что казались второй кожей.       Джоффри сидел, вернее, полулежал, облокотившись на локоть, на расстеленном большом покрывале и отправлял в рот виноградины, одну за другой. Он уже переоделся в сухую рубаху, расстёгнутую у ворота, и чуть щурился, как показалось Тиане, недовольно глядя на сестру. Потемневшие от влаги волосы небрежно торчали во все стороны. Придворные дамы дорого бы дали, что поглядеть на него в таком виде. Они и так шушукались о том, как он красив. Те, в ком течёт львиная кровь и не бывают иными, — вспомнила Тиана слова леди Дарлессы, и, что уж говорить, была с ними согласна.       Джеллиса, вопреки обыкновенной весёлости, молчала, глядя на возвышающийся слева город. Почти весь подол её платья был мокрый и измазанный песком. Илана же и вовсе гуляла по мелководью, выискивая ракушки. Похоже, Джоффри опять сказал что-то не то.       — Ты напрасно к нам не присоединился, — заметила Тиана, присаживаясь рядом с близнецом.       — Не хотелось, — скучающе ответил он. — Да и глупость всё это.       — А я плаваю быстрее Тии! — похвастался сияющий Томмен, откусывая от груши.       — Она тебе просто поддалась, глупый, — снисходительно пояснил Джоффри.       — Вовсе нет, — возразила Тиана, вступаясь за младшего брата. Она расплела и без того растрепавшуюся косу и откинула слипшиеся пряди назад. Спина мгновенно стала мокрой. — Он плавает всё лучше и лучше.       Говорить о том, что платье мешало ей, путаясь в ногах, девушка не стала.       — Но явно не лучше меня. Меня учил отец, — надменно задрал подбородок король.       — Меня он тоже учил! Пусть немного, но учил! — неожиданно вскинулся мальчик, зло блеснув глазами. — Не тебе единственному он уделял внимание.       — Надо же, кто зубки отрастил, — процедил Джоффри, угрожающе прищурившись.       Тиана ясно видела, что от удара или ещё чего такого Томмена спасало пока только то, что он далеко сидел — не дотянешься. Она примирительно дотронулась до плеча близнеца, ощутив, как тот вздрогнул:       — Я знаю, ты отличный пловец и непременно догнал бы меня, — польстила она ему, чтобы прекратить это глупое соперничество. — Отец учил нас всех, только в силу нашего возраста нас с тобой больше. И нам всем его не хватает.       Джоффри скрипнул зубами, совсем как лорд Станнис, и скинул руку сестры, отшатнувшись. Слава Семерым, он промолчал! Томмен угрюмо откусил от груши, не глядя на брата и сестру и предложил Джеллисе сливу, получив в ответ светлую улыбку и звонкое «Благодарю, мой принц».

***

      Мерный шёпот накатывающихся волн, крики чаек и нежная песнь свирели настраивали на мечтательный лад. Тиана лежала на спине, сложив руки на животе, и наблюдала, как плывут, обгоняя друг друга, пышные облака. Томмен с Джеллисой и Иланой усердно строили замок из песка, споря и смеясь, как малые дети. Джоффри вполголоса переговаривался (удивительное дело!) с Псом. О чём с Клиганом можно было вообще разговаривать, оставалось для принцессы загадкой.       Девушка закрыла глаза, прислушиваясь к ощущению тихого счастья внутри. Когда она открыла их вновь, над ней маячило лицо близнеца.       — Если ты решила поспать, то могла бы это сделать и дома.       Джоффри уселся рядом с сестрой, едва не задев её ногами.       — У тебя есть предложение получше?       Он пожал плечами, отрешённо поскрёб ногтем вышитое крыло бабочки на подоле платья сестры. Она успела переодеться в сухой наряд, такой же воздушный, как и предыдущий, разве что с более богатой вышивкой. Тонко взвизгнула Джеллиса, и Джоффри поморщился:       — Какая же она громкая! Как ты её терпишь?       Тиана лениво улыбнулась:       — Все мы не без недостатков.       Её близнец беззастенчиво ухмыльнулся, будто говоря, что к нему это не относится. Всё же хорошо, что Санса с ними не поехала: едва ли Джоффри вёл бы себя столь непринуждённо в обществе своей невесты-игрушки.       — Может, заедем в ближайшую деревню? — предложила принцесса.       — Зачем ещё? — поморщился брат.       — Затем, что я не хочу обратно за стены так скоро. Вот представь: ты весь такой красивый и на коне, благодетель, почти Воин. Казна не обеднеет от того, что ты кинешь пару оленей простолюдинам. Они будут с восторгом выкрикивать твоё имя и моё. Разве не славно?       Так уже случалось, когда тогда ещё принц выезжал вместе с сёстрами по близким к столице поселениям.       — Я подумаю, — сказал Джоффри, но девушка видела, что нарисованная картина ему пришлась по вкусу.       — Сегодня на редкость чудесная погода, — заметила Тиана, наблюдая за тем, как Илана, Джеллиса и Томмен устроили пляски под свирель. Песок так и летел в разные стороны из-под их ног. Это выглядело слишком весело, чтобы не присоединиться. Джоффри закатил глаза, перехватив заинтересованный взгляд сестры и надменно бросил:       — Неужели ты тоже хочешь потанцевать?       — Да, хочу. А что такого?       — На берегу, у самого залива, с песком под ногами? — брат недоверчиво изогнул брови.       — Её Высочество принцесса Тиана желает танцевать здесь, сейчас и с братом! — торжественно объявила девушка, садясь, и протянула руку в сторону Томмена, собираясь кликнуть его. Однако Джоффри оказался быстрее: ловко поднявшись, он рывком за вытянутую руку поставил сестру на ноги. Не ожидавшая такого принцесса, качнулась и опёрлась ладонью в плечо брата.       — Джоффри!       Укоризненное выражение лица совершенно портила улыбка, которую Тиана никак не могла заставить себя спрятать.       — Тебе везёт, что я сегодня милостив.       — Так мне будет оказана честь танцевать с королём? — она шутливо вскинула брови в преувеличенном удивлении.       — Не хочешь — не настаиваю, — огрызнулся Джоффри.       — Хочу! — капризно вскинула подбородок принцесса и потянула близнеца с покрывала.       Оставаться постоянно в рамках придворного этикета было слишком обременительно, и живая натура принцессы требовала свободы. Все правила были разучены, все движения отточены, но рядом с теми, кто был дорог, Тиана желала оставаться собой, а не совершенной фигуркой.       Танцевать на песке было глупейшей затеей. Ноги проваливались, и двигаться изящно было невозможно. Девушка беспрестанно смеялась, глядя на сосредоточенное лицо брата. Их танец был мало похож на придворный, манерный и отточенный. Принцесса подпрыгивала, кружилась, требовательно тянула брата за руки, жмурясь от яркого солнца.       — Ты ведёшь себя как маленькая, — фыркнул Джоффри, однако поддаваясь Тиане. Он пытался важно хмурить брови, но лучившиеся удовольствием глаза выдавали.       — Ну я же твоя маленькая сестричка, — рассмеялась девушка. Она была слишком счастлива сейчас, чтобы хоть что-то могло испортить её настроение.       — Кажется, ты путаешь себя с Мирцеллой, — король ловко прижал сестру к себе, насмешливо изогнув губы.       — Нет, мой суровый старший брат! — Тиана клюнула его в щёку и выскользнула из распавшихся объятий. — Это ты ведёшь себя как лорд Станнис. Можно ещё поскрипеть зубами для пущей правдоподобности.       Близнец закатил глаза, а Тиана закружилась в его руках, чтобы затем уткнуться брату в шею, покачиваясь в такт мелодии и пытаясь сдержать рвущиеся смешки. Она и не помнила, когда ей было настолько хорошо. Радостные фрейлины и Томмен уже давно убежали к самой воде.       — Твоя септа была бы недовольна, — поддел сестру Джоффри, шепнув на ухо.       — Моя септа здесь ничего не решает, — улыбнулась она ему хитро, — король ведь ты.       Дядя Тирион сказал бы, что это наглая лесть, хотя и сам далеко не всегда мог устоять перед невинными комплиментами племянницы. Всем приятно слышать о себе хорошее.       По замку непременно завтра же поползут слухи о том, что принцесса с фрейлинами, принц и король вели себя на прогулке слишком вольно. Слугам ничего столь не мило, как потрепаться о господах. Ну да и плевать на них! Короля Эйериса погубили вовсе не шепотки под лестницами, а меч дяди Тианы, сира Джейме. А впрочем, со слугами всё равно сегодня же поговорят королевские гвардейцы. В их обязанности входит охрана секретов короны, и они следят, чтобы ничего лишнего люд о жизни королевской семьи не узнал. Волноваться не о чем.