Пророчество о наследнице

      Тысячи посвященных магии книг располагались в дворцовой библиотеке, защищенные всевозможными печатями и щитами. После Академии она была крупнейшим вместилищем знаний о магии во всем мире. Кейтлин неосознанно коснулась одной из книг, чувствуя прятавшийся в ней невообразимый поток энергии. Искрящаяся пелена знакомой ауры окутывала книги, переливаясь у каждой своим цветом. Какие невероятные знания они хранят, стоит лишь открыть.       Кейтлин рассеянно коснулась пластины на стене, и мерцающий щит в следующую секцию мгновенно исчез. Бегло оглядев ауры находящихся здесь книг, она так и не встретила нужную. Ни одна из этих книг не могла дать ей полезную информацию о пророчествах. Впереди Кейтлин чувствовала ту самую энергию, за которой пришла сюда. Светлая и теплая энергия книги звала ее, притягивала своим сиянием.       — Кейтлин, — Никиас осторожно потянул ее за руку и слова его, пробивающиеся за завесу магии, окрасились тревогой. Кейт перевела на него затуманенный взгляд. — Этот щит опасен.       — Я чувствую книгу, — не своим голосом произнесла она, и в глазах загорелась искра магии. — Мне нужно туда.       — Щит не пустит тебя, — Никиас вложил в свой тон как можно больше серьезности. Охваченная магией Кейтлин могла навредить сама себе. Некоторые из щитов могут даже убить рискнувшего к ним подойти слишком близко глупца.       Мельком коснувшись пластины по левую сторону от щита, Кейтлин уверенно протянула руку вперед, и Никиас с удивлением понял, что щит исчез. Прятавший Грея там, куда магу-созидателю никогда не проникнуть, он просто растворился перед ее силой. Никиас всегда считал, что пророческая магия относится к созидательной. Кейтлин уверенно потянула его через щит, и тот мгновенно занял свое законное место за их спинами. Чем же на самом деле являются пророчества?       — Невероятно, — с восхищением произнес Никиас, осматривая хранившиеся здесь книги.       Зная так много о магии созидания, он впервые получил доступ к литературе, содержащей сведения о магии разрушения. И именно здесь колдун что-то упорно изучал, словно заранее знал, какая сила откроется у Кейт. Никиас внимательно осматривал корешки книг, читая названия. Некоторые из них он уже читал, потратив невероятное количество сил, чтобы их достать. Если бы он обладал магией разрушения, он мог бы просто пройти сюда. Но щиты много тысячелетий назад поставили не просто так, они защищают знания от непосвященных.       Между тем Кейтлин задумчиво стояла у следующего щита, протянув ладонь к мерцающей энергии. Никиас всего на миг обернулся и тут же кинулся к ней, заметив недобрую вибрацию. Кейтлин неспешно водила ладонью по воздуху, словно поглаживала таинственную силу. И стоило Никиасу приблизиться, он почувствовал ответные импульсы, прозрачными волнами исходящие от щита.       — Что ты делаешь? — задал он осторожный вопрос. Память подкинула картинку, как Дэмиан пытался прорваться именно через этот щит, но магия его не пускала, вспыхивая зловещим красным цветом.       — Какая необыкновенная энергия, — будто зачарованная ее силой, произнесла Кейтлин. — Ты чувствуешь? Она отвечает мне.       — Это щит содержит обе стороны магии, — Никиас стиснул ее плечо, желая хоть этим привести в чувство. Бесполезно. Зрачки ее были расширены, а в глубине их плескалась едва сдерживаемая магия. И если ее сила позволила пройти барьер разрушительной магии, кто знает, может, и здесь получится.       — Да, он отличается от тех, что я ощущала до этого, — Кейт приложила ладонь к пластине слева, и щит привычно завибрировал в ответ на предложенную ему силу. Никиас перевел недоверчивый взгляд на правительницу.       Кейтлин закрыла глаза, отыскивая бурлящий океан собственной магии внутри. Та откликнулась на удивление легко и устремилась по руке к холодному металлу пластины. Кейт зажмурилась, стараясь пробить окутывающий пластину невидимый магический барьер, призванный ощупать вливаемую в замок силу и уничтожить неподходящую. И проникнуть за него может только магия, сведения о которой содержат книги за щитом.       Энергия пластины с трудом отозвалась на призыв магии, недвижимая несколько столетий. Даже колдун не смог вскрыть это щит, Кейтлин первая, кто смог пройти за него с тех времен. Никиас чувствовал, как скрытая от глаз преграда начала вибрировать и рассасываться. Кейтлин резко распахнула глаза и торжествующе улыбнулась — щит исчез.       — Кажется, мне удалось его обаять, — довольно произнесла она и обернулась к спутнику.       — Ты уверена, что сможешь выйти? Может, не стоит туда идти? — нерешительно ответил Никиас. Ведь нет гарантий, что и второй раз щит откроется. А если Кейтлин там застрянет, никто из живых не вытащит ее оттуда. Из охраняемых щитами секций нет выхода, щиты на деле являются дверьми большого магического шара, и нет никакой возможности обойти его, не поджарившись живьем.       — Но книга там, — уверенным тоном возразила Кейт. — Я чувствую, как она меня зовет.       — Зовет? — осторожно переспросил маг, вероятно предполагая, что ослышался. Но Кейтлин утвердительно кивнула, развеивая последнюю надежду.       — Энергия книги. Она схожа с той, что я чувствую в себе, — пояснила Кейтлин.       Никиас изумленно поднял брови, но Кейт не стала заострять на этом внимание. Она не могла полноценно связаться со своей силой, зато хорошо ощущала ее. Вместе с магией к ней пришло осознание вездесущности магических явлений, благодаря ей Кейт начала видеть магию там, где раньше просто не замечала. Аура людей, щиты, барьеры, энергия книг, нити следящей сети, раскиданной по дворцу Никиасом — все это теперь стало видимым. Неужели он не понимал этого?       Кейтлин с опаской прошла вперед, осматриваясь. Здесь было намного меньше книг, чем в других отделах, зато все они излучали непередаваемой силы энергию. Кейт прошла вглубь, рассматривая окружающую книги ауру — где-то здесь была зовущая ее, но магия ее путалась с магией других, и отследить нужную оказалось чрезвычайно сложно. Прислушавшись к внутренним ощущениям, Кейтлин подошла к полкам и взяла книгу в темно-зеленой потрепанной временем обложке. Название на ней с трудом читалось, и приглядевшись, Кейт поняла, что написано оно было на том самом древнем магическом языке.       — Что здесь сказано? — она протянула книгу рассматривающему корешки магу. Никиас подошел ближе и внимательно вгляделся в название. Слова и впрямь едва различались на темной обложке, и некоторые буквы были частично стерты.       — Я не уверен… — рассеянно произнес он. — Prophetae — пророки, но первое я не могу разобрать.       Кейтлин раскрыла пожелтевшие страницы и в отчаянии застонала: фолиант был написан на ветеруме. А ведь она не смогла прочесть ни строчки в книге об этом языке, как же теперь узнать содержимое потрепанных временем строчек? Древность их несомненно соответствовала времени, когда пророки еще были обыденностью, а значит сведения в ней обязаны быть ценными. Сама магия привела Кейтлин к этой книге, узнать ее секреты должно быть чрезвычайно важно.       — Я чувствую, что именно из этой книги я смогу узнать о своей силе, — Кейтлин бережно закрыла чудом сохранившийся фолиант.       — Это очень сложный диалект, — Никиас покачал головой. Ветерум хоть и был ему знаком, некоторые встречающиеся здесь слова не были ему знакомы. — Будет непросто в нем разобраться.       — Я надеюсь, ты мне поможешь, — улыбнулась Кейт и сжала его ладонь. — Ну и колдун подключится, я надеюсь.       Никиас отвел взгляд и сжал зубы. Не стоит ее пугать раньше времени разговорами, что она может быть зачарована его магией. Он верил возлюбленной, однако сама эта мысль и тот поцелуй в лесу никак не шли из головы, подогревая темную ревность и безотчетный ужас. Колдун Грей конечно же никогда не будет принят правителем Виленсии как возможный супруг, и все же…       — Н-да… — сквозь зубы протянул Никиас и сощурил глаза. — Поможет.       До слов Гейрта он и не думал о магии колдуна в этом ключе, но и отрицать свою осведомленность о ее особенностях было бы глупо. Недаром до него периодически доходили слухи о содомии колдунов, однако Дэмиан многие годы был затворником, и Никиас совсем забыл об этой неприятной особенности его вечно кружащейся вокруг магии.       — Ты хочешь что-то рассказать мне? — Кейтлин заглянула пронизывающим взглядом в его изумрудные глаза, с нежностью положив ладонь на щеку. — Не отрицай, это приказ.       — Госпожа, если вы вдруг вспомнили о своем статусе, вспомните, пожалуйста, и о правилах, — огрызнулся Никиас.       Кейтлин с силой залепила ему пощечину и резко отвернулась. Как обидно слышать от него такие слова! Никиас был тем единственным, ради чего она оставалась в этом проклятом мире. Ни война, ни погибшие от лап императора не имели для нее такой огромной ценности, как и весь этот магический мир, который никогда не был ей родным. Кейтлин уже не представляла себе жизни без Никиаса, так прочно его образ въелся в ее сознание. И если он в самом деле ее когда-нибудь оттолкнет из-за долга, Кейтлин без раздумий сбежит туда, где однажды повстречала его.       — Я собственными руками убью тебя за твои высказывания! — зло бросила она через плечо, не оборачиваясь, чтобы не видеть любимых глаз. — А затем навсегда покину это место.       — Нет, госпожа, вы должны остаться, — тут же взмолился Никиас, робко касаясь ее руки. — Вы уже не маленькая девочка, и должны это понимать.       — А вот это ты верно заметил, — Кейтлин развернулась на каблуках, вырвав ладонь, и подошла вплотную к нему. — И твоя смерть — дело решенное. Все то, что ты позволил себе в отношении своей госпожи, явно противоречит регламенту. Но ты не пожелал остановиться, словно ребенок, заигравшийся с любимой игрушкой.       Он в отчаянии опустил голову, будто на него только что свалилась непомерная ноша. Кейтлин сейчас очень точно ткнула его в корень всех ошибок, именно то, что он продолжил, и стало причиной всех этих бед. Никиас каждую секунду своей жизни чувствовал вину перед госпожой, перед Магистром Реином, перед своей страной, которая его так радушно приняла, несмотря ни на что. Преступление, которое он осмелился совершить, невозможно оправдать, и когда-нибудь он заплатит за это прегрешение.       — Вы правы, великая госпожа, это только моя вина, — безропотно признал Никиас. — Любовь к вам убивает во мне чувство долга. Простите, госпожа.       Кейтлин виновато отвернулась. Зря она это сказала, да и ему не стоило так грубо одергивать ее. Обида холодным потоком резко гасила все эмоции, даже желание. Но в его близости Кейтлин все равно становилось некомфортно. Словно что-то внутри нее тянулось к нему так сильно, как страждущий к воде. Похоже, не только Никиаса любовь превращала в безумца.       — Нужно выходить, — отрешенно произнесла Кейтлин, коснувшись ладонью пластины. Щит вновь завибрировал, и через несколько секунд исчез. Никиас без слов последовал за ней.

***

      Покинув библиотеку, Кейтлин в сопровождении телохранителей быстрым шагом двинулась в сторону своих покоев. Теперь, найдя книгу, которая, как ей подсказывало предчувствие, могла бы открыть тайны ее магии, Кейт хотела как можно скорее ее прочесть. Жаль только сама она не могла понять ни слова, поэтому работать над книгой ей придется в обществе того, кого она не хотела сейчас видеть.       Разногласия порой встречались в их отношениях, но раньше не доходили до ссоры. И признать в этот раз кого-то одного виновным тоже было бы лицемерием, потому Кейт не представляла, как миром решить их спор. Ей до сих пор было некомфортно ощущать себя его госпожой и видеть в нем своего охранника. А Никиас будто нарочно заставлял ее мучиться, напоминая всякий раз о ее статусе. Будто желал оставить в ее сердце огромную рану и заставить отказаться от этих чувств. Только все его старания пропадали даром, потому что от любви ради власти Кейтлин точно никогда не откажется.       Никиас шел за ней, держась как можно дальше, и размышлял о своих случайно брошенных словах. Они оба погорячились, наговорив друг другу лишнего. Но оба сказали то, что каждый из них отказывался видеть. Шаг за шагом они все быстрее приближались к катастрофе, грозящей вот-вот вспыхнуть. Никакие предостережения не взывали к чувству долга. Раз за разом совершая ошибки и Кейтлин, и Никиас подвергали себя риску, приближая расплату. Рано или поздно их связь станет камнем, который потянет влюбленных на дно.       Зайдя в свои покои, Кейтлин велела охранникам стоять у дверей, предупреждая о каждом, кто хочет войти к ней, а Никиаса пригласила внутрь. Его главная задача на ближайшие дни помочь ей разобраться с найденным фолиантом. Оставленная здесь книга о ветеруме должна будет помочь Никиасу перевести те слова, которые он не знал. И сколько бы ни занял перевод, им без сомнений нужно приложить все усилия, чтобы закончить как можно скорее. Никто не знает, когда в следующий раз магии вырвется наружу и поглотит хозяина.       — Госпожа желает сразу приступить к работе? — притихшим тоном спросил Никиас. Кейтлин устало опустилась в кресло за столом, приложив ладонь ко лбу.       — Прекрати, я больше не желаю слышать это обращение! — с отвращением рявкнула она.       — Как прикажете, Кейтлин, — кивнул Никиас. — Но по регламенту…       — Я лучше тебя знаю регламент! — жестко одернула его Кейт, хлопнув ладонью по деревянной поверхности. Звонкий гул удар воткнулся в мага, как стрела. — Но здесь обращайся ко мне по имени.       Регламент строго диктовал требования в частности к обращению. Лишь Магистр Реин и лишь госпожа, в самом крайнем случае — правитель. Но Кейтлин просто не могла больше слышать это обращение именно от того, кого так сильно любила. От него «госпожа» звучало как насмешка судьбы над их разбитой жизнью.       Столько немыслимых правил она уже успела прочесть за то время, пока ожидала своих личных слуг, что голова пухла от их глупости. Конечно, это и те, что она успела услышать от колдуна: расстояние трех шагов для подданных, запрет на любые прикосновения, даже запрещено смотреть ей прямо в глаза. И максимальное проявление эмоций со стороны правителя в обществе — взмах руки и кивок. И каждое нарушение каралось смертью для подчиненного. Неважно, кто из них виновен в проступке.       И сверх этого Кейтлин узнала об обязательном ежедневном личном посещении народа, о проведении аудиенций, на которые положено выделять по шесть часов раз в неделю. Но желающих рассказать о своих неприятностях слишком много, и потому ведется учет всех пришедших. Со временем это превратилось в огромные очереди, и неконтролируемую толпу, и теперь нужно заранее попасть в список, только таким образом удалось хоть чуть уменьшить очереди. Впрочем, проблему доступности это не решило.       — Вам принести что-нибудь? — мягкий голос вырвал ее из размышлений. Кейтлин глубоко вдохнула, упорядочивая мысли.       — Нет, — она взяла в руки книгу и раскрыла на первой странице. — Nisi qui natus est, cum donum verus propheta potest recte interpretari hoc libro, — неспешно прочла строчку и подняла глаза на Никиаса. Магия и впрямь помогала ей с языком, но понять прочитанное пока не удавалось.       — Здесь говорится о книге и о пророках, — задумчиво ответил Никиас и протянул руку. — Можно?       — Сядь рядом, я одна не справлюсь, — спокойно кивнула Кейтлин.       Никиас придвинул свободное кресло к столу и сел напротив нее, развернув книгу к себе. Диалект и правда был настолько древним, что понять удавалось не больше половины слов. Никиас изучал ветерум в Академии много лет, но уровень изучения языка был приблизительно разговорный, чтобы император имел возможность говорить со своими подданными магами без вмешательства лишних ушей. А здесь использовался академический стиль, на котором, возможно, говорили пророки древности.       — «Nisi qui natus est, cum donum verus propheta», — он медленно провел пальцем вдоль первой строчки. — Мне кажется тут написано: Но только тот, кто рожден с истинным даром пророка… «potest recte interpretari hoc libro» — сможет верно интерпретировать эту книгу. Я полагаю так.       — Истинным даром пророка… — рассеянно повторила Кейтлин и развернула книгу так, чтобы они вдвоем могли видеть текст. — Sed hoc donum secum fert magnum periculum, ut omnis, qui ea possidet.       — Но этот дар… Эм, несет в себе большую опасность… А вот дальше я не могу понять, — Никиас долго всматривался в слова, пытаясь разобраться.       — Быть может, для других? — с сомнением спросила Кейт.       — Нет, — он отрицательно покачал головой. — Скорее, здесь говорится о тебе.       — Опасность для меня? Да, это похоже на правду, — кивнула она и подняла глаза. Никиас взял со стола магическую книгу и открыл где-то посередине.       — Здесь можно постараться найти ответы.

***

      Когда настойчивый стук в дверь прервал их, они едва осилили пару страниц. Кейтлин устало потянулась, прикрыв глаза, и откинулась на спинку мягкого кресла. Абсолютно ничего путного за это время они так и не узнали. Дар пророка невероятно редкая и необычайно сложная сила. Кейт уже начала сомневаться, что у нее есть такая необыкновенная магия. По мере прочтения, она заметила, что стала понемногу понимать смысл некоторых слов, хоть и очень смутно. Магический язык словно сам разговаривал с ней, открывая свои секреты. Не об этом ли говорил Грей, когда упомянул, что ветерум понимают лишь маги?       В двери заглянул стражник, прося разрешения сказать. Кейтлин махнула рукой, позволяя отчитаться. Ей нужен перерыв от чтения, да и приближение ночи не добавляло жизненных сил.       — Магистр Реин желает вас видеть, госпожа, — быстро произнес мужчина. Кейт прижала пальцы к вискам и поставила локти на стол, всеми силами изгоняя усталость.       — Да, конечно, — с тяжелым вздохом отозвалась она. — Пусть зайдет.       Легкий шорох двери сигнализировал о том, что Артис Реин бесшумно прошел внутрь. Кейтлин зажмурила глаза и уронила голову на скрещенные перед собой руки, совершенно не желая подчиняться регламенту, требующему приветствовать настоящего правителя. Нет-нет, она вовсе не наследница этих земель и не желает иметь с ними ничего общего, в особенности с законами.       — Кейтлин, ты не появлялась целый день. Даже не поела, — озабоченным тоном проговорил Магистр Реин. — Может, тебе принести хоть чаю?       — Нет, спасибо, я не хочу ничего, — сухо поблагодарила она и покачала головой.       — Что ты читаешь? — Магистр подошел ближе и пробежался глазами по страницам книги. — Ты понимаешь этот язык?       — Никиас помогает мне, — Кейтлин поднялась с кресла и встала возле окна, вновь раздумывая о прочитанном. — Здесь говорится о пророках, живших несколько тысяч лет назад. Их магия была уникальна, и я должна в ней разобраться.       — Ты знаешь, библиотека раньше была особым достоянием нашей страны, — Артис Реин подошел к ней и мягко обнял за плечи. — Но сейчас залы так пустынны. И все из-за войны.       — Какие у него цели? Император выдвигает условия или требования? — чуть повернув голову к нему спросила Кейтлин.       — В целом, нет, — Магистр Реин поднял взгляд к потолку и поджал губы. — Просто старается уничтожить большую часть моего народа, хотя его идеология и пропагандирует нетерпимость к магии.       — О, нет! — презрительно усмехнулась Кейт. — Его идеология, настоящая, как раз таки направлена против обычных людей. И хотя детали мне неизвестны, я абсолютно точно уловила намерения в его словах.       — Кейтлин, чтобы он не затевал на самом деле, это противоречит идее созидания мира. Посмотри туда, — он указал на подъемный мост.       Через широкие врата въехала небольшая повозка, еда ощутимо подпрыгивая на неровной дороге. Остановив ее у маленькой двери, ведущей в нижние этажи дворца, возница спрыгнул на землю и начал кропотливо высвобождать лошадей. Те устало трясли гривой, желая как можно скорее попасть в конюшни и напиться воды. Несколько служанок вышли на улицу и помогли с трудом передвигающимся солдатам спуститься на землю. У некоторых отсутствовали конечности, кто-то был почти весь в бинтах. Подъехала еще одна телега, и картина вновь повторилась.       — Ужасно… — горько прошептала Кейтлин.       — Поверь, они счастливцы, — спокойным голосом ответил правитель, и Кейт подняла на него удивленный взгляд. — Они вернулись живыми. Немногие возвращаются.       — Я знала… — едва слышно произнесла она и вновь посмотрела на тускло освещенный факелами внутренний двор. — Догадывалась.       — Люди уже очень давно ждут твоей помощи, Кейтлин.       Она закусила губу и скинула его ладонь с плеча. Пройдя мимо стола, Кейт остановилась посреди комнаты и задержала дыхание. Каждый считал своим долгом напомнить ей о том, что она и так прекрасно знала. Знала, об убийствах и боли, знала о бесконечных страданиях каждого, знала и о тяготах войны. И сразу же отправит на тот свет Дерка Рэнета, как только найдет способ это сделать. А сейчас… нет ничего важнее, чем разобраться в хитросплетениях информации книги, которую посчастливилось ей найти. Или до сражения с императором ей попросту не дожить.       — Я хочу остаться одна… — рассеянно произнесла Кейт.       — Я распоряжусь, чтобы тебе принесли еды, — строгим голосом произнес Магистр Реин и прошел к двери, в последний миг обернувшись. — И не вздумай отказываться.       Кейтлин глубоко вздохнула, проводив отца взглядом. Желудок предательски сжался, напомнив о своем существовании — пожалуй, перекус не будет лишним. В последний раз поесть ей удалось еще до прибытия во дворец, а после события завертелись так быстро, что времени даже на еду не осталось. Кейтлин обернулась в сторону Никиаса и вздохнула. Как долго еще придется терпеть законы дворца, прежде чем они смогут покинуть его? Как же невовремя пропал Грей!       — Госпожа, я могу взять книгу, чтобы продолжить работу? — невозмутимо спросил Никиас. Она отрицательно покачала головой, серьезно посмотрев в изумрудные глаза.       — Отказано, — стальным тоном произнесла Кейтлин. — Ты продолжить работу здесь. В столе найдешь бумагу.       — Простите, вы желали побыть одни?       Кейтлин приблизилась к нему и надавила ладонью на плечо. Попытку сбежать от нее, тем более такую очевидную, Кейт заметит даже без глаз. И если в действительности положено смертное наказание за все его прошлые действия, не означает ли это, что сейчас его жизнь полностью принадлежит ей?       — Продолжай работу. Это приказ, — Кейтлин развернула его голову, пока изумрудные глаза не посмотрели на нее. — Мне нужно, чтобы ты остался здесь.       — Я прочел несколько строк, — кивнул Никиас, и Кейт убрала руки. Он опустил взгляд в книгу и провел пальцем по нижней строчке. — Здесь что-то говорится о драконах.       — Что именно?       — Dracones, unum ex fortissimis creaturis. Saecula secuti sunt prophetas, — прочитал Никиас. — «Драконы, одни из сильнейших существ».       — «Испокон веков следуют за пророками», — закончила Кейтлин. — Драконы…       Никиас вернулся к прочтению, а Кейт опустилась на диван, поджав ноги. Дэмиан как-то говорил, что драконы исчезли несколько тысячелетий назад, примерно в то же время, что и пророки. И произошло это явно не случайно, если в книге затронута тема этих чешуйчатых ящериц, значит они были отнюдь не ручными питомцами. Должно быть что-то связывающее их, без чего ни те, ни другие не смогли существовать.       — Какова вероятность, что драконы не исчезли навсегда? — задумчиво спросила Кейтлин. Никиас поднял голову, рассеянно смотря на правительницу.       — Дэмиан мог ответить тебе. Я никогда ничего не знал о драконах, — ответил он.       — Куда же он исчез? — Кейт грустно вздохнула и сжала руки на коленях. — Он мне сейчас очень нужен.       Никиас презрительно фыркнул, возвращаясь к книге. Сразу несколько эмоций душили его, не давая сосредоточиться на тексте, и он не мог определить, что выводило из себя больше: ревность или тревога за жизнь госпожи. Печально, конечно, что в действительности Грей хранил так много всевозможных знаний и наверняка бы с легкостью прочел книгу, однако мысль, что его любимая скучает о другом мужчине, что может быть под властью его магии…       — Говори, или я самолично отправлю тебя в камеры, — безапелляционно приказала Кейтлин. Ее грозный тон не терпел возражений, и Никиас почувствовал укол совести. Не стоило ему так явно выражать неприязнь, не стоило ему… Придется рассказать.       — Госпожа, колдун окружен магией. Даже неосознанно он притягивает вас, заставляя в какой-то мере влюбляться.       Кейтлин удивленно округлила глаза, недоверчиво смотря на собеседника. Никиас отвел печальный взгляд, искусно делая вид, что ему совершенно безразлично. Но от нее он больше никогда не сможет скрыть своих настоящих чувств, слишком тщательно она изучила любимого. И с точностью могла сказать, что в романтическом плане Грей ни разу не привлекал ее.       Кейтлин неспешно поднялась со своего места и подошла к нему, встав за спиной и нежно положив руки на плечи. Что ж, это объясняет его сегодняшнее поведение в библиотеке. Никиас глубоко вздохнул, поглаживая ладонью ее тонкие пальцы. Интересно, как долго он думает, что ей мог нравиться кто-то кроме него? Впрочем, Кейт уже замечала. как некоторые из встреченных ими врагов соблазняли колдуна. Осознанно или нет, они тянулись пасть в его объятия независимо от пола или первоначальных намерений.       — Это лишь ревность или здесь замешано что-то еще? — бесстрастно спросила Кейтлин.       — Госпожа не может принадлежать кому-то одному, — он отрицательно покачал головой. — Я переживаю за вашу безопасность, это моя работа.       — И ты плохо справляешься с ней, Никиас, — небрежно проворчала она. — Я всего в шаге от опасного поступка, но ты не остановил меня ни разу.       — Не смею спорить с великой правительницей, — Никиас поднял в голову, и в его лучистом взгляде она увидела согревающее душу тепло. — Как я уже говорил, я готов заплатить своей жизнью за ночь с вами, госпожа.       — Зато я не готова, — Кейтлин резко отдернула руки, возвращаясь на диван. — Что написано дальше?       Спустя несколько минут в дверь негромко постучали. Кейтлин догадалась, что это слуги принесли ей поздний ужин и позволила им войти. Как и предполагалось, не обладающие магией люди ничем не отличались от ее прошлого видения, только вокруг магических существ теперь витала прозрачная аура силы. Остальные же выглядели по-прежнему и запоминать слуг придется вручную.       Получив разрешение войти, две служанки с подносами в руках торопливо прошли в покои и оставили ужин на рабочем столе. Кейтлин пригляделась и узнала в них все тех же девушек в серых платьях, которые приходили к ней вечером. Видимо, только ее личная прислуга может находиться в личных покоях наследницы страны.       Бросив несколько неодобрительных взглядов в сторону Никиаса, они обе поспешили удалиться. Что ж, а вот и подтверждение догадки: в господских покоях могут находиться только личные слуги и семейство. В самом крайнем случае допускалось присутствие личных телохранителей. А вот Никиас не относился ни к одной категории. И это считалось верхом неприличия, словно девушки застали их двоих в постели.       «Да и ладно! — мысленно отмахнулась Кейтлин. — Пусть что хотят, то и думают!»       В сердцах запустив небольшую квадратную подушку в стену, Кейт взяла со стола чашку чая и встала возле Никиаса. Маг лишь с тоской взглянул на стоящие на столе разнообразные фрукты и сладкую выпечку. Кейтлин обернулась на еду и догадалась, что за несколько дней он тоже ни разу нормально не поел. И сейчас просто не мог равнодушно смотреть на еду.       Кейтлин улыбнулась, протянув ему яблоко, и Никиас с благодарностью принял его. Сложно не заметить его голодный взгляд, хотя сама Кейт бесстрастно взирала на тарелки с фруктами. Волнения и груз долга начисто отбили весь аппетит, и если бы не боль в животе, пожалуй, Кейтлин еще долго не удосужилась бы поесть. Никиас облизнул испачканные соком губы и поднял изумрудные глаза на нее.       — Продолжай, — властно приказала Кейтлин.