Пророчество о наследнице

      — Так что случилось с тобой? — Кейтлин прислонилась плечом к столбику кровати, рассеянно наблюдая, как Дэмиан медленно перемещается между ней и окном. После долго плена и голодовки силы к нему возвращались весьма неохотно, и ходить приходилось с неимоверным усилием. И все же колдун упорно не желал показывать слабость перед ними, из-за чего Кейтлин просто следила за его самочувствием и влезать с просьбами отдохнуть больше не спешила.       — Засада! — бросил Грей так злобно, словно это было ругательство. Кейт вновь закатила глаза от досады и шумно выдохнула. Колдун повторял это уже в третий раз, будто не желая давать адекватных объяснений случившемуся. И все-таки важно было понять, каким оружием они смогли сломить могущественного колдуна и держать в плену столько дней.       — Я это понимаю. Но хотелось бы все же некоторой конкретики, — снова спокойным голосом попросила Кейтлин. Однако ответом ей, как и ранее, стала только тишина.       Дэмиан широко распахнул окно, пристально осматривая очертания дворца. С той высоты, на которой они находились, можно было увидеть весь комплекс башен и пролетов, составляющих этот огромный дворец. И хоть он давно знал о необычной форме строения, увидеть его вживую оказалось не менее занятно. Столь древний символ не в каждой книге о магии можно было увидеть. С какой же целью правители прошлого пошли на этот шаг?       — Твой дом ужасен! — резко бросил колдун, сужая черные глаза. Клубы темной ауры, словно дым, взвились от его ног и окутали защитным покровом. — Он словно вытягивает мою силу.       — Не переводи тему! — возмутилась Кейтлин и подошла ближе к нему, чтобы привлечь внимание. Грей сжал руки в кулаки. — Я должна знать правду.       — Тогда вот тебе правда! — грозно прорычал он, обернувшись, и Кейт испуганно отскочила назад. — Половина твоих подданных здесь ненавидит твою магию, да и тебя вместе с ней. А твой прекрасный замок выкачивает из меня магическую силу. Потрясающе, не так ли?       Кейтлин замерла, не в силах произнести ничего в ответ. Да ей и возразить ровным счетом нечего, ведь Дэмиан каждым своим словом всегда попадал по самым больным местам и ни разу не ошибался. Говорил ли о ней как о правителе, или об их отношениях с Никиасом, или о назревающем мятеже — всякий раз он не стеснялся в выражениях, но оттого лишь яснее доносил мысль.       — Лучше не придумаешь, — съязвила Кейт и прижалась спиной к стене, откидывая голову. Взгляд скользнул по черной фигуре слева. — Ты не обязан быть здесь. Уходи, если хочешь.       — Слушай меня. Я успел узнать от них не так много, однако… — Дэмиан провел ладонью по деревянной оконной раме, но взгляд его гневной стрелой уткнулся туда, где за много миль располагался замок. — Они без сомнений связаны с императором.       В груди что-то провалилось. Кейтлин развернулась лицом к колдуну и проследила за его острым взором. Дэмиан едва ли когда ошибался, его сила чтения в разы превосходила даже талантливого чтеца Никиаса, и все-таки… Император? Не слишком ли далеко его сети распространяются, если лазутчики успели достигнуть сердца Виленсии?       — Они? Что у них может быть общего? — Кейтлин подошла ближе и озадаченно нахмурила брови. — Ведь император стремится уничтожить всех, кто не обладает магией. А это общество фанатиков, напротив, ненавидят таких людей. Где связь?       — А связь очень простая, — подал голос до этого молчавший Никиас. — Если ты помнишь, Дерк Ренэт ведет политику, угнетающую именно магов.       Кейтлин перевела задумчивый взгляд на него и прижала сжатый кулак к губам. Ведь верно: о настоящих целях императора они узнали именно от нее, после того как тиран неосторожно открыл своей племяннице тайный план. А внешне его действия выглядят именно так, как сказал Никиас, и никак иначе. Кейтлин в раздумьях прошлась до письменного стола и оперлась о него ладонями. Как бы то ни было, смысл в таком странном похищении она никак не могла уловить. Если бы их целью было убийство, они так и сделали бы сразу. А если нет, то в чем же тогда цель?       — Не понимаю, — покачала головой Кейтлин. — Что они сделали с тобой?       — Ничего особенного, — передернул плечами колдун, однако темная магия у его ног опасно задрожала. — Говорить не о чем.       Кейтлин обернулась и пронизывающе посмотрела на него, скрестив руки на груди, но тот лишь молча смотрел на горизонт, не удосужившись повернуться. Дэмиан до неприятного болезненно воспринимает любые попытки разузнать о его личном, однако Кейтлин думала, что уж сейчас-то он поделиться сведениями. Не из праздного любопытства она его допрашивает.       Угольная аура сплелась в тугую сеть и плотно окутала хозяина, будто прятала и от вопросов, и от внешнего мира. Кейтлин сузила глаза, разглядывая постоянного магического спутника колдуна. Подчас она яснее самого Грея рассказывала о его эмоциях и самочувствии. И сейчас Кейтлин видела пробирающий до костей ужас при любом упоминании о плене.       — Дэмиан, пойдем, пройдемся, — Кейтлин властно положила руку ему на предплечье и потянула за собой, уводя к двери. Колдун стиснул зубы, аура взметнулась грозовым облаком над его головой, а по напряженному телу пробежала дрожь. Грей схватил ее за запястье в четком намерении сбросить ее ладонь, но Кейт сильнее стиснула пальцы на его руке и вытянула вслед за собой из покоев.       — Я ведь предупреждал, чтобы ты не трогала меня, — едва слышно прорычал колдун за ее спиной, но Кейтлин постаралась скрыть нервную дрожь, пробежавшую по позвоночнику. Черная магия вокруг него буквально метала молнии, норовя вот-вот вонзиться между лопаток страшным ударом боли. И все же Кейт надеялась, что ее другу хватит тактичности не ранить ее. Впрочем, сильнее она уповала на то, что Грей слишком ослаблен для вспышек гнева.       — Останетесь здесь, — приказала Кейтлин, заметив, что стража у дверей уже собралась следовать за ней. Разговор предстоял приватный, и телохранители молча кивнули в подтверждение.       Дэмиан на удивление послушно шел за ней вглубь просторных коридоров дворца. И если бы не громыхающая над его головой разрядами молний магия, клокочущую в нем злость никто бы и не заметил. Кейтлин поглубже вдохнула перед поворотом и порывисто разжала пальцы, поворачиваясь лицом. В черной радужке натурально полыхнуло зеленое пламя, скрыв за собой сузившийся зрачок. Грей сжал руки в кулаки и готов был рвать на куски любого, кто приблизится к ним.       — Я тебя слушаю, — спокойным тоном произнесла Кейтлин и сцепила ладони за спиной, чуть успокаивая себя.       — Действительно? — прорычал Грей, и где-то за окном знакомо грянул гром. Кейтлин сглотнула, но глаз не опустила. — А мне показалось, это я жду твоих оправданий.       Бушующая огнем аура тонкими змейками стекла к его ногам и прижалась, будто потерявшийся питомец к любимому хозяину. Угольный цвет ее потихоньку обесцветился до прозрачной дымки, привычно окутывающей колдуна, куда бы он ни пошел. Не было в ней больше гнева, словно воспоминания о произошедшем всколыхнули в нем качественно новые чувства. Или не новые? Сколько раз до этого Дэмиан попадал в плен сумасшедших садистов?       — Я чувствую твой страх, — мягким голосом заговорила она, и темная радужка чужих глаз дрогнула. — Но такого больше не случится. Тебе не о чем волноваться.       Дэмиан отвел глаза и опустил руки. Волнение с недавних пор стало последним, о чем он мог позволить себе забыть. Ровно с той отвратительной секунды, как император превратил его жизнь в ад, спокойствие Грею только снится. И странные взаимоотношения с наследницей вносили свою порцию тревог, с каждым разом превращаясь во все более и более причудливые и тесные.       — Ты многое видишь, но ничего из этого не понимаешь, — вздохнул колдун и перевел внимание на Кейт. Она замерла и в немом изумлении уставилась на него: такая разительная перемена от ярости к печали всего за секунду. Впрочем, не возможность ли это узнать о нем еще немного, чтобы без сомнений называть другом?       — Тогда объясни, — как можно мягче заговорила Кейтлин. — В чем тут дело?       — Не собираюсь я тебе ничего объяснять, — поджал губы Грей, сведя брови над сузившимися глазами. — Ты этого не понимаешь, и это исключительно твои проблемы.       — Ох, да перестань! — взмахнула рукой Кейт: разве после пережитого вместе она не стала ему единственным близким человеком? — Все это сейчас настолько незначительно!       Дэмиан лишь улыбнулся ее словам. Как часто люди обесценивают поистине важные вещи глупыми поисками все более и более дорогих. Как часто обесценивают из-за нежелания платить или уважать их ценность, просто называют незначительной мелочью и закрывают глаза на их нужность из собственной корысти. А ведь колдун полагал, что в Кейтлин нет этой корысти.       — Все, что есть, незначительно в сравнении с чем-то большим, — вдруг заговорил он наставническим тоном, и Кейтлин в удивлении округлила глаза. — Ведь всегда есть это большее. Значит ли это, что меньшее столь уж незначительно?       — Потому что иначе все становится незначительным, — закончила за него мысль Кейт, со временем научившись угадывать посыл в туманных словах колдуна. — Что ж, я понимаю тебя.       — Прекрасно.       И все же… Грей провел ладонью по взмокшему лбу — магия подлечивала его не так быстро, как он рассчитывал, и если они останутся во дворце еще дольше, ее крупиц может и не хватить. Дэмиан вздохнул и перевел взгляд на видневшийся в арочном окне горизонт. Он и раньше раздумывал отправиться именно туда за помощью, однако надеялся обойтись помощью наследницы. Кто бы мог подумать, что открывшийся в ней дар пророка заставит его вновь задуматься об этом человеке.       — Мой страх частично связан с тобой. Ты их цель и наша последняя надежда. И мне следует теперь больше тебя защищать, — наконец признал колдун. Пожалуй, лучше рассказать правду сейчас, чем потом она узнает сама. — Да и столь неприятный инцидент стал еще одним ударом по моему самолюбию.       — О, так вот в чем дело, — Кейтлин смущенно опустила глаза и обхватила себя руками. — Тебя это сильно обижает?       Обижает ли? Дэмиан перевел внимание на ее потерянное лицо, и на губах его появилась мягкая улыбка. Обижает? Едва ли его может обидеть что-то в этой жизни, но когда она так мило и откровенно спрашивает об этом…       — В начале нашего пути твои действия ввели меня в заблуждение, — легкомысленно ответил Грей, встречая ее виноватый взгляд. — Но сейчас я понимаю.       Кейтлин благодарно улыбнулась, видя его ответную улыбку. Быть может, она и впрямь перегнула палку, когда хотела приручить его склочный нрав. Ведь чувств, тех самых, о которых так волновался Никиас, у нее к колдуну нет и никогда не будет. Ласковый взгляд любимых изумрудных глаз настолько крепко укоренился в ее сердце с самой первой их встречи, что вырвать его оттуда можно разве что с мясом.       — Итак, что же там было? — повторила вопрос Кейтлин, и улыбка на губах Грея увяла.       Дэмиан глубоко вдохнул, по его лицу пробежала тень страха. Кейт отчетливо понимала, как сложно ему говорить о случившемся, однако истина была ей просто необходима. Если она хочет уберечь себя и его от повторного плена, Грей должен рассказать ей обо всем, что с ним сотворили мятежники.       — Я не стану объяснять тебе, откуда у меня эта неприязнь к прикосновениям, — как можно спокойнее начал он, однако напряжение в голосе скрыть был не в силах. — Но это для меня сродни каленому металлу по телу. История давняя, и мало кто о ней знает, но среди тех, кто похитил меня, были люди, умеющие чувствовать слабости жертвы.       Колдун в отвращении поморщился от одного воспоминания о случившемся. С любовниками он всегда старался избегать лишних прикосновений, и, вероятно, кто-то из них оказался чересчур догадливым доносчиком. О своих слабостях Дэмиан предпочитал не распространяться. Одна лишь Кейтлин знает теперь его настоящего. И как бы сильно он ни противился раскрываться перед ней, наследница день за днем оголяла его самые сокровенные тайны, не стесняясь лезть прямо в душу.       — И эти пытки преследовали какую-то цель? — после паузы спросила она.       — Кроме банальной мести, нет, — Грей неуверенно пожал плечами. — Пожалуй, твоя страна зла на меня сильнее, чем я думал.       Кейтлин задумчиво подняла взгляд к арочному потолку. Происходит нечто большее, чем просто месть. Похитить могущественного колдуна в самом центре дворца, фактически у нее под носом, — неслыханная дерзость с их стороны. К Грею и приближаться-то боятся без повода, похищение, без сомнений, не что иное, как жест самоуверенности с их стороны. У этой организации явно были и другие, более опасные цели, если брать в расчет их связь с императором. В противном случае они просты глупцы, раз оставили колдуна в живых так надолго.       — Мне не нравится то, что здесь происходит, — покачала головой Кейтлин и устремила серьезный взгляд на Грея.       — Как и мне, — кивнул он и сделал осторожный шаг в ее сторону. Кейт нахмурила брови, чувствуя на коже холодные касания его черной ауры. — Прими мои слова как помощь, пожалуйста. В такой тяжелой ситуации ваши взаимоотношения только еще больше все усложняют.       И ожидая в ответ очередную волну противоречий, Дэмиан начал подбирать в голове все новые и новые точки убеждения. Однако, вопреки его опасениям, Кейтлин лишь кивнула, на секунду отведя тяжелый взгляд. В глубоких глазах цвета благородной стали колдун смог разглядеть и сомнения, и горечь, и невозможное принятие его просьбы. Порой ее мысли чище читались на лице, чем в голове.       Плавно развернувшись на пятках, она направилась в обратную сторону, и Грей двинулся следом, изредка хватаясь рукой за стены и колонны в длинном коридоре. Ошметков магии едва хватало на полноценное лечение, и непривычное ощущение слабости давило в разы сильнее, чем могло бы. Магический символ, по форме которого был выстроен дворец Виленсии, был призван ослабить всякого входящего в его стены магического гостя и передавал часть его сил хозяину дворца. Немногие местные знали об этом, впрочем, немногие местные и магией обладали. А потому чудную особенность главной резиденции правящей семьи даже не ощущали.       Редкие лучи солнца скользнули по лицу, заставляя Кейтлин поежиться и на миг отпустить вихрь гнетущих ее мыслей. С первого их дня здесь она чувствовала иррациональную опасность и жгучее желание покинуть дворец. Если бы она сразу послушалась свой внутренний голос, а не слова Никиаса, быть может, этого можно было избежать. Но, с другой стороны, ей в голову не приходят другие безопасные места, где на них не нападут бесчисленные отряды императора. Да и сборники книг о магии она могла получить только в дворцовой библиотеке.       Кейтлин тяжко вздохнула и тряхнула головой. Как же сложно, и все-таки выход должен быть. Перво-наперво нужно покинуть это место, пока еще что-то опасное не случилось. И когда Дэмиан полностью восстановит свою магию за пределами дворца, они смогут быть в относительной безопасности за щитом из его сил и меча Никиаса. По крайней мере, сейчас у нее был только такой план.       Вернувшись в гостевые покои, Кейтлин не стала никак отвечать на впившийся ей в спину вопросительный взгляд мага. Она только искренне поблагодарила его за помощь. Охранять колдуна всю ночь, пусть даже от посторонней угрозы, чрезвычайно неблагодарное занятие. Но, к счастью, Дэмиан был не в силах чересчур усердно возмущаться по этому поводу, и ночь прошла относительно спокойно. Возможно, Никиас что-то недоговаривал, однако цвет его лица был ровным, а синих кругов под глазами почти не прибавилось.       — На закате мы покинем дворец, — понизив голос почти до шепота, произнесла Кейтлин, не оборачиваясь к друзьям. — Пожалуйста, подготовьтесь. Никиас, возьми книгу, работу над ней нельзя останавливать.       — Конечно, госпожа, — без лишних слов кивнул он. Минувшей ночью выпала возможность немного обдумать ситуацию, и он пришел к тому же выводу.       — Ты считаешь хорошим решение уйти? — с сомнением спросил колдун. — В нынешней ситуации.       — Да. Но перед этим вы двое спуститесь со мной в камеры, — она перевела взгляд на мага. — Там нас ждет гость, считающий себя достаточно сильным, чтобы атаковать правителя.       — Ты успела ввязаться в неприятности, пока меня не было, не так ли? — усмехнулся Дэмиан и краем зрения заметил прожигающий взор почерневших от гнева изумрудов.       — Решила стать приманкой для этого, — глухо отозвался Никиас, сжимая кулаки. — Госпожа, вы совершенно не думаете о безопасности.       — Это самое безрассудное из всего безрассудного, что ты делала! — с укором произнес колдун. — Понимая, что ты единственная, кто может помочь в войне, ты подставляешь себя под такой глупый удар!       — Не такой уж и глупый, он ведь не убил меня. Хоть и намеревался сделать это, — возразила Кейтлин и развернулась лицом к ним. — Я знала, что духу ни у одного из них не хватит.       — Помедли ты лишь мгновение, и они всадят тебе меч прямо в спину! — отчитал ее Дэмиан, словно неразумного ребенка. Кейтлин поморщилась: вероятнее всего, он на самом деле так и думает.       — Я держала ситуацию полностью под контролем. Один неверный шаг, и я бы просто убила его. Я была к этому готова.       Никиас укоризненно покачал головой, скрестив руки на груди. В отличие от колдуна, кипевшего от гнева, он всегда намного спокойнее воспринимал все новости. Даже такие серьезные, как эта. То ли он чувствовал родную душу чуть лучше, то ли успел провести с ней больше времени, но безрассудство Кейтлин понемногу становилось для него привычным, и порой это даже пугало. Впрочем, пытаться ее от чего-то отговорить — дело гиблое, это он усвоил четко.       — Достаточно об этом, — отрезала Кейтлин и зашагала к двери. — Никиас, проводи нас вниз, в камеры.       — Госпожа, вы считаете это хорошей идеей? Камеры опасны, — памятуя месяцы, проведенные там, Никиас постарался переубедить ее, однако Кейт осталась непоколебима.       — Никиас, это приказ! — с нажимом проговорила она. — Без обсуждений.       — Как прикажете, — вздохнул маг, открывая для нее дверь. — Магистр Реин будет недоволен… — тихим голосом добавил он.       Кейтлин в сопровождении колдуна покинула гостевые покои и последовала за провожатым. Пытаясь объяснять им мотивы своего поступка, Кейт бы попусту потеряла драгоценное время. Дэмиан и вовсе не считал ее затеи разумными, а Никиас слишком переживает о ее безопасности, теряя из виду бесконечное множество идеальных возможностей. Есть шанс, что ей удастся как-то повлиять на мятежников, а может, и нет. Однако попробовать все ж таки стоит, дело без сомнений стоит свеч.       — Тебе не нужно туда ходить. Тебе не о чем с ними говорить, — пытался вразумить ее Дэмиан по пути, и голос его с каждым словом пропитывался недовольством все сильнее.       — Мой долг, как правительницы Виленсии, — монотонно заговорила Кейт не поворачивая головы, — выяснять все о подобных случаях.       — Отправь кого-то другого, не стоит самой этим заниматься, — продолжал настаивать колдун. Кейтлин устало вздохнула и перевела взгляд на него.       — Ты понимаешь: такие, как он, дискредитируют меня в глазах окружающих, — без тени раздражения пояснила Кейтлин. Грей досадливо поджал губы. — Я должна понять, зачем они это делают. И тогда я смогу остановить их.       Что ж. Дэмиан как-то раньше не обращал внимания, однако девчонка старается развиваться и двигаться по проложенной для нее дороге. Никогда раньше он не относился к ней, как к равной. А тем более, как к госпоже Кейтлин, наследнице обеих стран великого магического мира. Пожалуй, когда-нибудь действительно настанет день, когда ему придется признать ее госпожой.       — Ты понемногу взрослеешь, растешь как правитель, — одобрительно кивнул колдун. Кейтлин задержала взгляд на его лице дольше обычного и ничего не ответила, как-то понуро опустив плечи. Грей сцепил руки за спиной и вскинул голову, шагая рядом с ней. Да, она определенно становится настоящим правителем.       Спустившись на самые нижние уровни дворца по узкой винтовой лестнице, они подошли к тяжелой железной двери с небольшим окном. Стражник подземелья, невысокий мужчина средних лет в военной форме, с большим почтением отнесся к высокой гостье, решивший посетить тюремные камеры. Стоило им приблизиться, он склонился перед госпожой в глубоком поклоне и учтиво отворил двери тюрьмы.       Подземелье выглядело так, словно являлось старейшей частью дворца. Абсолютная тишина, нарушаемая лишь треском факела в руках стражника, действовала угнетающе. Каменные стены, потрескавшиеся от времени, были покрыты влажным мхом и плесенью. По зловонному запаху сырости можно было с уверенностью сказать, что стены насквозь пропитаны влагой, сочившейся из небольших трещин в камне. Сырость была и на полу, приходилось ступать чуть ли не по щиколотку в ледяной воде. Жуткий холод заставлял гостей зябко ежиться.       — Он здесь? — тихо спросила Кейтлин у стражника, когда они остановились у последней двери бесчисленных камер.       — Да, госпожа, — негромко ответил он, вставляя ключ в замочную скважину.       Провернув несколько оборотов, мужчина с силой дернул тяжелую железную дверь. Она поддалась не сразу, а лишь раза с третьего, громко скрипя проржавевшими петлями. Стражник открыл ее настолько, чтобы можно было протиснуться лишь одному человеку, а затем скользнул внутрь. Послышался щелчок отодвигаемой щеколды, и внутренняя дверь распахнулась с пронзительным скрипом.       Стражник вышел наружу, приглашая госпожу к пленнику. Она подала знак телохранителям остаться снаружи, а сама проскользнула за дверь. Факел, оставленный стражником на внутренней двери, осветил небольшую камеру. Кроме вырезанного в стене тонкого выступа, служившего, очевидно, кроватью, она была абсолютно пуста. Все та же стоячая вода была и здесь, но было ее значительно больше вследствие того, что сами камеры оказались расположены несколько ниже, нежели коридор, по которому они пришли.       Знакомый мужчина сидел на каменном выступе, опустив голову и опершись о колени. Когда Кейтлин вошла, он даже не поднял глаз, словно его совсем не интересовало собственное будущее. Кейт с трудом узнала в нем того, кто атаковал ее всего день назад: он был невероятно грязным и побитым, будто его здесь нещадно пытали все это время. А ведь она отдала четкий приказ, запрещающий насилие.       — Я хочу поговорить с тобой, — Кейтлин присела на камень возле него. — Как тебя зовут? — спросила она, внимательно вглядываясь в бледное лицо.       — Какое это имеет значение? — безучастно ответил он, не шевельнувшись. Пустые глаза были прикованы к чернеющей воде, в которую были погружены его ступни. Сколько же пленников выживает в этих камерах в подобных условиях?       — Для меня имеет, — спокойным голосом ответила Кейт, стараясь хоть чуть завладеть его вниманием. — Ответь мне, пожалуйста.       — Меня зовут Рейнольд, — тихо произнес он и прикусил губу. Голову он, вероятно, поднять не осмеливался, возможно, вследствие произошедшего минувшей ночью.       — Мне нравится твое имя, — улыбнулась Кейтлин и придвинулась чуть ближе к нему. Пленник заметно дрожал от холода и, возможно, от страха. — Скажи, Рейнольд, тебя здесь били? Или, быть может, пытали?       — Не более, чем здесь принято, — пожал плечами мужчина и закрыл опухшие глаза.       — Это было категорически запрещено, — сочувственно произнесла она и подняла взор к расцвеченному оранжевыми огнями каменному потолку. — Мне очень жаль.       — Не стоит, госпожа, я вполне заслужил это, — вздохнул он, и его спина словно еще сильнее согнулась под тяжестью вины. Кейтлин опустила голову и почувствовала, что он искренне сожалеет о содеянном.       — Скажи, почему ты хотел убить меня? Ведь я пришла, чтобы помочь каждому из вас, чтобы закончить эту бессмысленную войну, — задала она главный интересующий вопрос, устремив внимательный взгляд на пленника.       — Император не враг нам, — Рейнольд поднял взгляд на нее и сузил веки. — Он желает помочь таким, как мы, простым людям.       — Вы с ним вместе, так? Император связывается с вами?       — Иногда он присылает человека сюда, узнать о нашем продвижении, — он неопределенно пожал плечами, вновь опустив взгляд в воду. — Это редко происходит.       — А с чего все началось? Как вы объединились с императором?       Голос мужчины был совсем тих и безжизнен. Кейтлин видела, что он почти приготовился к смерти и скрывать что-то не видел смысла. И потому старалась выведать как можно больше информации от него, рассчитывая на то, что в таком состоянии он не сразу поймет, что предает свою организацию. Впрочем, едва ли сейчас его заботило хоть что-то.       — Я не знаю об этом. Я недавно вступил в объединение, — только и ответил Рейнольд.       — А зачем вы все это делаете? Ведь в Виленсии и так нет магов. Да и здесь они не станут вас притеснять.       — Здесь вообще не должно быть магии! — с отвращением выплюнул он и стиснул пальцами холодный камень. — Магия — это блажь, ненужная сплоченному обществу.       — Но разве вы не судите о людях лишь по наличию магии? Очень многие, желающие защитить вас, обладают магией.       — Вы говорите о себе? Или о вашем друге? Неужели вы действительно поддержите нас, даже если мы обычные люди, а вы маги? — он недоверчиво посмотрел на нее.       — Конечно. Просто наличие силы не делает никого лучше или хуже, — Кейтлин ободрительно улыбнулась. — Судить следует лишь по поступкам, а не по различиям. Каждый уникален, и только его выбор определит, будет он следовать по пути добра, или же, наоборот, зла. А есть ли у него магия, или же нет, это совершенно не важно.       — Я никогда не смотрел на это так, — задумчиво произнес Рейнольд. — Спасибо, госпожа, что раскрыли мне глаза. Хоть и поздно…       — Ты раскаиваешься в содеянном? — вдруг спросила Кейтлин. Пленник несмело поднял на нее глаза, и в них впервые блеснула уверенность.       — Да, — печальным тоном ответил он, а затем перевел внимание на висящий на двери факел. — Теперь я понимаю, что ваша магия не делает вас жестоким тираном. Быть может, мы заблуждались.       — И что бы ты сделал, если бы имел возможность вернуться домой?       — Я был каменщиком до того, как вступил в эту организацию, — произнес Рейнольдс и улыбнулся своим воспоминаниям. — Наверное, я бы вернулся к своей работе. Я бы очень хотел этого.       Кейтлин тоже улыбнулась, всей душой чувствуя искренность в каждом услышанном слове. Никиас и Дэмиан определенно будут недовольны, однако, спускаясь к нему, она хотела именно этого. Маленькими победами в борьбе не выиграть войну, однако ей хотелось надломить врага, ослабить и ударить в самое уязвимое место.       — Я вижу в твоем сердце раскаяние, — Кейтлин встала и отошла к двери. — Я считаю, что каждый достоин второго шанса, если на самом деле готов измениться. И посему я отпущу тебя. Но, если я вновь встречу тебя на неверном пути, ты будешь убит. Без разбирательств.       — Госпожа, вы столь великодушны! — он упал в воду на колени к ее ногам.       — Тебя запутали и сбили с пути, и лишь поэтому я прощаю тебя. Но впредь постарайся не поддаваться на ложь и неверные доводы.       Кейтлин быстрым шагом вышла из камеры, буквально столкнувшись в дверях с сопровождающими. Они оба смотрели на нее с нескрываемым раздражением, даже не пытаясь отойти. Должно быть, подслушивали их разговор через открытую дверь.       — Я хочу, чтобы вы отпустили его, немедленно. И вернули все отнятые вещи, — обратилась она к стражнику, пропустив колкие взгляды друзей. — Не препятствуйте его действиям, пока это не противоречит вашим правилам.       — Да, госпожа, будет исполнено! — вмиг отчитался мужчина. Кейтлин кивнула и поспешила к лестнице, пока не околела в ледяной воде.       Никиас резко схватил ее за руку, вынуждая остановиться прямо на ступенях, едва они вышли из камер. Кейтлин вопросительно обернулась, уже предчувствуя, каким будет разговор.       — Что ты делаешь? — гневно спросил он, до боли сжимая ее запястье. — Отпускаешь его?       — Да, я его отпустила, — кивнула Кейтлин, выдернув руку и поднимаясь дальше вверх по отвесным ступеням. Никиас стиснул зубы и поспешил за ней, однако кружившая вокруг него аура злости подсказывала Кейт, что этим разговором он не ограничится.       Поднявшись, наконец, на верхний этаж дворца, Кейтлин прошла к широкому открытому балкону и остановилась, сжимая округлые перила. Резной камень надежно защищал смельчаков, рискнувших забраться так высоко над дворцом, и все же дующие здесь ветра, казалось, могли столкнуть прямо к подножью подъемного моста. Кейтлин прищурилась от слепящих лучей закатного солнца и посмотрела вдаль. Едва солнце опустится, им придется покинуть дворец, чтобы под покровом ночи ускользнуть как можно дальше от глаз императора. Но куда пойти?       — Ты вновь доверилась своему внутреннему чутью и отпустила того, кто пытался убить тебя, — колдун ненавязчиво прошел мимо нее, остановившись почти у самого края. — Только на сей раз ты не сможешь подобрать достойного основания. Я должен буду убить его.       — Нет, не смей этого делать! — грозно приказала Кейт, обернувшись на каблуках к нему. — Ты не представляешь, как это важно! Он считал магов убийцами, а я изменила его мнение. И теперь о расскажет об этом другим. И, возможно, они также поймут это.       — Ну, это вполне умный ход, — протянул Дэмиан и повернул голову к ней. — Вот только ты забываешь, что, вероятнее всего, случится все наоборот. Скорее его переубедят.       — Я верю ему. Пока что, — холодно отозвалась Кейтлин. Не сказать, что ее не беспокоил подобный исход, и все же она надеялась хоть что-то сделать, чтобы изменить опасную ситуацию в свою пользу.       — Госпожа, Вы желали отправиться на закате, — поникнув, произнес Никиас. Видимо, он потерял надежду переубедить ее в чем-то. — Быть может, целесообразнее будет уйти утром? Ночь на границе опасна.       Кейтлин рассеянно взглянула на него, а затем перевела взгляд на очертания дворца. Как странно, Кейт никак не могла понять, почему он имел такую сложную форму. Дворец напоминал лабиринт округлой формы. Нет, даже не столько лабиринт, сколько некий символ. Кому может понадобиться строить дворец подобным образом?       Но решив все же не заострять внимание на этом, она двинулась в сторону гостевых покоев. Хотелось поговорить с Гейртом, ведь он был ее лучшим другом. Они столько лет, почти всю ее жизнь, прожили рядом. Она всегда делилась с ним почти всеми секретами, но после переезда в Кальтон связь с ним прервалась. Кейтлин давно не общалась с ним вот так просто, по душам. Возможно, у него будет дельная мысль, куда им податься, недаром Гейрт предупреждал об опасности во дворце.       Всю дорогу до восточного крыла, где располагались гостевые покои, никто из ее сопровождения так и не проронил ни слова. Каждый, за исключением личных телохранителей, выглядел печально-задумчивым и несколько подавленным. Даже всегда самоуверенный Дэмиан. Впрочем, именно он, как Кейтлин теперь понимала, выглядел вполне в своем обыкновении.       Дверь в покои ее друга была немного приоткрыта. Кейтлин негромко постучала, но когда спустя долгие минуты не последовало ответа, она тихонько прошла внутрь.       — Гейрт! — позвала Кейтлин, оглядываясь по сторонам. — Ты здесь?       Но лишь тишина была ей ответом. Кейт шустро обошла комнату, на секунду задержав взгляд на настежь открытом окне. И только потом заметила на письменном столе небольшой пергаментный цветок. Она улыбнулась, вспоминая, как раньше Гейрт всегда оставлял такие послания, когда ему срочно нужно было куда-то уйти. Дверь в его доме никогда не закрывалась, и теперь Кейтлин понимала почему.       Развернув цветок, она бегло прочла: «Кейтлин, дорогая, мне пришлось в срочном порядке покинуть дворец. Я должен был сделать это намного раньше, но, видишь ли, я не мог уйти, пока не удостоверился, что ты и твои друзья в порядке. Не волнуйся, ничего серьезного не произошло. Я не могу тебе рассказать, но опасность никому из вас не грозит. Я вернусь к вам, как только смогу, а ты, пожалуйста, поскорее покинь дворец. Здесь слишком опасно для тебя. И чем скорее ты это сделаешь, тем будет лучше для вас всех. Не ищи меня и не жди, я сам вас найду. Гейрт».       — Никиас, из дворца можно уйти, чтобы об этом не узнали? — спросила Кейтлин, оглянувшись на него. Тот в задумчивости приложил руку к подбородку.       — Если бы Великий маг ушел, вам бы сообщили, — уверенно ответил Никиас. — Быть может, он просто вышел куда-то?       — Нет, Гейрт оставил мне записку, — покачала она головой и свернула пергамент в трубочку, уткнувшись взглядом в горизонт. — Он ушел.       — Мы последуем за ним? — поинтересовался Дэмиан.       — Мы покинем дворец. Но пойдем своим путем, — обернувшись к друзьям, пояснила Кейтлин. — Если понадобится, он сам нас найдет.       — Тогда, если вы не против, госпожа, я соберу для вас все необходимое, — послушно кивнул Никиас.       — Да, но после раздумий я пришла к выводу, что ты был прав, отправимся мы утром, — она в задумчивости посмотрела в окно. Легкая морось туманом легла над равниной, скрывая очертания заходящего солнца — Сейчас идти опаснее.       — Как прикажете, — Никиас склонил голову, удаляясь из покоев.       Кейтлин рассеянно кивнула ему, вертя в руках сверток с посланием. Как же невовремя Гейрт исчез, им о стольком еще стоило поговорить. Без какого-либо плана двигаться по опасной территории — полнейшее безрассудство, однако оставаться — еще глупее. Должно быть место, куда они могут направиться, и Кейтлин хотела спросить об этом всезнающего Великого мага. Ох, что же теперь…       — Куда собираешься идти? — серьезно спросил Дэмиан, видимо, заметив ее сомнения. — Император ждет, когда ты ошибешься, чтобы вновь схватить тебя.       — Я не знаю, — честно призналась Кейтлин. — Вперед. Книга, что мы нашли, раскрывает много тайн моей магии, но столько всего остается под вопросом. Я хочу постараться найти кого-то, кто сможет мне помочь в этом.       Дэмиан отвел глаза, с трудом поднимая из глубин памяти давным-давно похороненные воспоминания. Как много бы он отдал, чтобы не встречаться с этим человеком. Но, хорошенько обдумав их положение, он был вынужден смириться с тем фактом, что никто другой в этом мире не способен оказать поддержку начинающему пророку.       — Ну, что ж, я знаю одного такого человека, но идти придется далеко, — задумчивым голосом ответил колдун. И Кейт вмиг ухватилась за единственную зацепку. — Через земли Тэйтра.       — Кто он? — только лишь и спросила Кейтлин.       — Моя очень старая знакомая, — туманно ответил тот.