Пророчество о наследнице

      Кейтлин уткнулась взглядом в вазу на столе, рассеянно чертя ложкой по пустой тарелке. Никиас не спешил уходить, медленно попивая вино из прозрачного резного бокала. Он был крайне задумчив, покачивая в ладони красную жидкость на дне. О чем были сейчас его мысли, по невозмутимому выражению лица угадать казалось невозможным. Взгляд его изумрудных глаз бесцельно бродил по просторному обеденному залу, будто здесь он не находил ни одного стоящего объекта. А вино тихо плескалось в бокале, разбавляя повисшую между ними тишину.       Кейтлин поспешила отвести взгляд и вновь посмотрела на разноцветную вазу, а в голове навязчивым комом вертелись последние слова Никиаса. На самом деле они ударили по сердцу сильнее, чем ей показалось вначале. В мечтаниях Кейтлин жаждала как можно чаще слышать о его настоящих чувствах, надеялась вместе с ним сбежать в родной мир. И только теперь почувствовала, как неприятно слышать эти долгожданные слова вот так. Раз уж Никиас предложил ей быть вместе в обмен на присягу, значит, он и впрямь решил просто посмеяться над ней. Это же насколько нужно ненавидеть человека, чтобы предложить столь гадкую вещь?       Кейтлин украдкой бросила на него заинтересованный взгляд, но потом быстро отвернулась. Никиас не был сосредоточен ни на чем, все так же безмолвно подперев щеку рукой, и потерянно смотрел сквозь полупустой бокал. О чем конкретно он мог размышлять сейчас, даже представить не получалось. Впрочем, именно в эту секунду он выглядел по-настоящему расслабленным и, судя по едва заметной улыбке на губах, счастливым. Увидев его таким, Кейтлин вспомнила, что и раньше уже замечала у него подобное выражение лица. Хотя, как бы ни старалась, она никак не могла припомнить, в какой именно ситуации могла его видеть.       — Ах! Никиас? Ты позволяешь своему питомцу сидеть рядом? — Найда остановилась напротив него, уперев руку в бедро. Позади нее мелькнула черная фигура, подобно тени следуя за своей хозяйкой. Кейтлин на мгновение застыла, вновь встретив своего друга, сопровождающего рал-дис. Однако сразу же опустила голову, остерегаясь гостьи.       — А, Найда, — лениво произнес Никиас, покрутив бокал на свету, — не думал, что ты соблаговолишь покормить своего.       Она дернула за поводок, надменно улыбаясь в ответ. Грей шагнул вперед и остановился чуть поодаль от нее, опустив взор потухших черных глаз.       — Он ведь такой хороший мальчик, — Найда игриво потрепала пленника по волосам и широко улыбнулась. Никиас прищурил глаза и оглядел ее воспитанника критическим взглядом.       — Ты помнишь, что я тебе говорил? — серьезно произнес Никиас, допив остатки вина. Бокал с резким звоном ударился о деревянную поверхность стола, и рал-дис поджала губы. — Дэмиан все еще находится под моим наблюдением.       — Я помню, — холодно бросила она и села напротив Никиаса, а затем жестом приказала пленнику сесть рядом. Дэмиан плавным движением опустился на стул, однако его глаза казались прикованными к лицу Никиаса, словно он старался прочесть в его зрачках его настоящие мысли. Никиас, впрочем, без задержки ответил на его взгляд.       — Помни, я не хочу, чтобы ты сломила его, понятно?! — жестким тоном приказал Никиас, и в голосе его скользнула так не свойственная ему сталь. — Если ты ошибешься, сама займешь его место!       — Можешь не повторять! — сердито ответила рал-дис и сжала зубы, не в силах выместить свою злость на ком-либо. — Я это помню.       Кейтлин в изумлении посмотрела на Никиаса, в первую секунду не поверив собственным ушам. Интересно, почему он поставил такой запрет? Ладно, он не хочет трогать ее разум, боится, что сила пророка может исказиться, и пророчества будут ошибочными. Ну, или точнее, она не так их поймет и интерпретирует. А при чем тут колдун? С его силой ничего не случится. Так почему же Никиас заботится о его разуме?       — Кто тебе разрешал так смотреть на меня? — сквозь размышления услышала она строгий голос.       Кейтлин несколько раз моргнула, и лишь сейчас поняла, что в упор смотрела на его лицо. Никиас тоже неотрывно смотрел на нее, однако во взгляде его не отразилось ни капли той злости, какую он вылил на Найду. Игривые изумрудные глаза весело мерцали в неверном свете факелов, пока алые огоньки танцевали в расширенных зрачках пляску страсти. Кейтлин утонула в этом теплом, нежном взгляде. Он вновь выглядел так же, как и пару секунд назад — счастливым. Интересно, он вновь думал о том же? Однако через мгновение опомнившись, Кейт поспешила опустить голову.       — Простите, господин, — прошептала Кейтлин, сцепив дрожащие руки под столом.       — Это тоже войдет в твое сегодняшнее наказание, — на удивление спокойным тоном ответил Никиас. Кейт огорченно вздохнула и прикрыла глаза. — Итак, меня интересует ваше обучение.       Кейтлин не стала слушать, о чем они говорили после. Найда дежурным тоном рассказывала о чем-то, Никиас лишь кивал, изредка что-то отвечая. Вероятно они обсуждали обучение или другие вопросы, касающиеся их службы императору. Кейтлин не хотелось слышать об этом. Вместо этого она осторожно, стараясь не привлекать ничье внимание лишними движениями, посмотрела на Дэмиана. Хоть он и выглядел крайне потрепанным и уставшим с многочисленными следами «обучения» рал-дис, все-таки сейчас он ей еле заметно улыбался, наверняка стараясь хоть чуть-чуть поддержать подругу.       Кейтлин выжидающе приподняла брови, взглядом спрашивая, как он себя чувствует. Она понимала, что если их беседа будет замечена, то обоим достанется. Никиас, а тем более Найда никогда не позволят пленникам общаться между собой. Но все же Кейт ужасно хотелось узнать, что с ним делают. Безумное волнение за него не давало покоя, хотя и, по существу, она не имела на это права. И по его кислому взгляду Кейтлин догадывалась, что он против ее заботы, однако ничего не могла поделать с волнением.       Дэмиан почти незаметно кивнул ей, на секунду разжав сцепленные пальцы. Кейтлин сразу же поняла, что он имел в виду. Вот так одним движением он смог рассказать ей все, что с ним случилось. Кто бы сомневался, что неуравновешенная рал-дис поспешит отомстить, едва сцапает его. Кейт медленно стерла невидимую слезинку, а затем прижала ладони к груди. Но колдун лишь скрестил руки, отрицательно покачав головой. Кейтлин усмехнулась, ожидая такой реакции с его стороны. До сих пор не любит, чтобы о нем беспокоились.       Никиас положил руку на колено Кейтлин, крепко сжав пальцами. Магия от его ладони тонкой змейкой поползла по ноге, пока не коснулась ошейника. Металлическое кольцо будто на самом деле сжалось на горле, Кейтлин поперхнулась и непонимающе посмотрела на Никиаса, но тот продолжал будничный разговор с рал-дис. Значит, все-таки заметил! Каково же теперь будет наказание, если она совершила столько проступков? Его пальцы до боли сжали ногу, наверняка оставляя синяки. Никиас был ужасно зол в эту секунду. Но почему-то казалось, словно злился он вовсе не на воспитанницу.       — Я все сказал! — грозно рыкнул Никиас и резким движением поднялся из-за стола, заставив посуду жалобно задребезжать. — Кейтлин, живо за мной!       Четко уловив в родном голосе злость, Кейт тут же вскочила на ноги и кинулась следом за ним. И хоть суть разговора осталась для нее тайной, абсолютно несдерживаемая ярость ее господина выглядела отнюдь не иллюзорно. Никиас буквально за секунду скрылся из обеденной, и Кейт побежала за ним, надеясь быстро отыскать в длинных коридорах. Не хотелось давать ему еще поводов для издевательств. Однако стоило ей выбежать из обеденной, Кейт чуть ли не нос к носу столкнулась с Никиасом, смиренно ожидающим ее появления. И как только Кейтлин появилась, он тут же схватил ее за руку и буквально поволок в сторону комнаты.       — Я устал, — раздраженным голосом произнес Никиас. Кейтлин подняла голову, но тот не обернулся в ее сторону, продолжая быстрым шагом идти по коридорам.       — Господин? — после паузы спросила Кейт, так и не поняв, что он хочет этим сказать.       — Поможешь мне расслабиться, — коротко бросил он из-за спины.       Сердце пропустило удар, а по щекам растекся румянец лишь от одной мысли, что Кейт позволят прикоснуться к нему. По коже побежали мурашки, в памяти проснулись сладкие воспоминания о его страстных поцелуях. Кейтлин до безумия любила его соблазнительное тело: каждый раз, когда она видела его, желание коснуться становилось просто непреодолимым. Словно наваждение… Но что же движет Никиасом, если он пожелал расслабиться именно в ее руках?       Коридоры неумолимо сменяли друг друга. Никиас привел Кейт в их маленькую комнату и с грохотом захлопнул входную дверь. Кейтлин подпрыгнула от страха, впервые в жизни видя Никиаса в таком гневе. Руки его сжались в кулаки и едва заметно дрожали, будто он старался сдерживаться из последних сил. Кейт ужасно не хотелось становиться причиной его злости, наверное, стоило послушать, о чем он говорил с Найдой. Тогда, возможно, она бы понимала, почему сейчас Никиас был в таком бешенстве. Неужели он так разозлился из-за каких-то слов?       Никиас через голову стащил с себя рубашку и кинул ее на стоящий неподалеку стул. А следом за ней рядом упал и меч. Кейтлин прикусила нижнюю губу и молча наблюдала за его резкими движениями. Взгляд зеленых глаз на мгновение встретился с ее, и Кейт поспешила отвернуться, чтобы не побуждать господина срывать зло на ней. Вместо этого Никиас небрежно взъерошил волосы на голове и устало завалился на кровать. Подтянув к себе подушку, он подсунул ее под голову, поудобнее устраиваясь.       — Ну и чего ты ждешь? — недовольным голосом произнес Никиас, прикрыв глаза. — Начинай!       — Да, господин, — сглотнув, тихонько прошептала Кейт.       Нервно смахнув выступивший пот со лба, она медленно приблизилась к кровати и неуверенно присела на самый краешек. Никиас лежал на животе, подложив руки под голову, его глаза были закрыты. Взгляд плавно скользнул по широким плечам, и ладони тут же вспотели от волнения. Светлая кожа казалась почти мраморной в неярком свете факела, отчего и сам Никиас походил на неживую статую. Падающие лучи оставляли черные тени, словно очерчивали каждый изгиб его тела. Кейтлин рассеянно потерла ладони, стараясь разогреть, и только сейчас заметила сдвинутые брови и напряженные челюсти. До сих пор зол.       — Долго будешь рассматривать меня? — он приоткрыл один глаз, строгим взглядом смотря на нее. Кейтлин испуганно подскочила, прижав стиснутые ладони ко лбу.       — Простите, господин! — быстро пролепетала она и глубоко вдохнула полной грудью.       — Сядь мне на бедра, так будет удобнее, — чуть улыбнулся Никиас и вновь закрыл глаза.       Кейтлин осторожно устроилась там, где ей было приказано, однако взгляда оторвать от соблазнительного тела никак не могла. Ах, как же хотелось прижаться к нему и почувствовать обжигающее тепло. Медленно протянув руку, она одним пальцем провела вдоль позвоночника, словно лишь пробуя, а затем резко отдернула. Никиас инстинктивно вздрогнул от прикосновения, но ничего не сказал. На кончике пальца остался сладкий жар его кожи, медленно проникающий в ладонь. Кейтлин вновь нерешительно коснулась пальцем плеча, а затем провела вниз по контуру правой лопатки. Никиас снова непроизвольно дернулся. Нравится ли ему или он просто терпит? Так много вопросов хотелось задать, однако мышцы его под бедрами казались напряженными и не хотелось заставлять его ждать дольше. Кейтлин глубоко вдохнула и положила дрожащую ладонь возле шеи, неторопливо ведя вниз по коже.       Никиас молчал, ничего не требовал и не возражал, хотя и скрыть полностью гнев был не в силах. Он злился, и казалось, что всего секунда, и он вскочит и разнесет в щепки кровать, на которой лежит. Однако Никиас не двигался, ожидая от своей пленницы точного выполнения приказа. Кейтлин несильно сжала пальцы, круговыми движениями массируя напряженные мышцы. Он резко вдохнул и уже через пару мгновений немного расслабился в ее руках. Кейт тихонько улыбнулась, положив и вторую ладонь на его спину.       Не говоря ни слова, Никиас, казалось, уснул, пока Кейтлин неспешно разминала его спину. Тихое размеренное дыхание приятно ощущалось под пальцами, пока Кейт перебирала сильные мышцы и успокаивающе растирала. Ладони обжигал ласковый жар сильного тела, и казалось, что тысячи иголок вонзаются в кожу, оставляя дурманящее покалывание. Как же невероятно приятно прикасаться к любимому человеку, вне зависимости от обстоятельств. Кейтлин и сама наслаждалась своим наказанием, позволив себе забыть даже то, где сейчас находилась.       Спустя некоторое время ей наконец удалось почувствовать, как понемногу расслаблялся ее возлюбленный, убаюканный нежными прикосновениями. Кейтлин осторожно склонилась над ним и всмотрелась в умиротворенное лицо: Никиас безмятежно дремал, пока ее руки осторожно растирали поясницу. Опьяненная вседозволенностью, Кейтлин приблизилась к его губам и тихонько подула. Никиас поморщился, но глаза не открыл. Неужели действительно спит? Кейт прищурила глаза и оценивающе всмотрелась. Мерное дыхание не казалось притворством, ведь ей столько раз удавалось видеть его спящее лицо.       Наверное это ее единственная возможность попробовать на вкус его желание. Кейтлин еще несколько секунд смотрела, а потом с улыбкой прижалась щекой к сильной спине и блаженно прикрыла глаза. По коже вмиг побежали сладкие мурашки. Сдерживать эмоции с каждым днем становилось все сложнее. Сейчас он не мог сказать все эти обидные вещи, и Кейтлин просто не смогла противиться своим желаниям.       Лежать вот так, чувствовать его тепло своим телом — что может быть приятнее? Кейтлин по одной расстегнула пуговицы на рубашке и всем телом прижалась к разгоряченной коже. На мгновение показалось, что жар вдруг усилился, и на губах сама собой появилась улыбка. Да, ощущения и впрямь были намного острее, если одежда не мешала чувствовать это потрясающее тепло. Голову мутило от желания почувствовать сладость его поцелуев, жар его прикосновений. Кейтлин облизнула пересохшие губы и шумно сглотнула. Ладони беспорядочно скользили по его бокам, пока короткие ногти оставляли на светлой коже едва заметные алые полосы. Аромат любимого тела сводил с ума, и она никак не могла надышаться им, снова и снова глотая притягательный аромат.       — Удобно? — томным шепотом спросил Никиас, вероятно, проснувшийся из-за ее шумного дыхания.       Кейтлин испуганно распахнула глаза, однако с места не сдвинулась. В любимом голосе не было ни злости, ни презрения, и Кейт на секунду представила, что и ему тоже приятны ее прикосновения.       — Очень, — тихо ответила она.       — Ты выбрала интересный способ продолжить, — весело засмеялся Никиас, и его дыхание чуточку участилось.       — Так приятно, — с придыханием шепнула Кейтлин, небрежно целуя в лопатку.       Никиас шумно выдохнул. Кейтлин заходит уже слишком далеко, так недвусмысленно соблазняя его. Если он позволит ей продолжить, то завтра об этом узнает император, и тогда ничего хорошего точно не жди. Впрочем, не в характере Кейт вот так самовольно себя вести. Никогда раньше она не пыталась его завлечь вот так открыто. Так что изменилось сейчас?       — Кейтлин, что ты творишь? — сурово спросил Никиас.       — Помогаю расслабиться, — непринужденно ответила она, вновь целуя. Жар влажных губ оставлял ожоги, и Никиас едва находил в себе выдержку, чтобы не сорваться. — Как и приказывал господин.       Кроткий тон действовал на него как дурман. Никиас резким движением сбросил воспитанницу на кровать а сам уселся рядом с ней на коленях. Прожигающий взгляд, должно быть, смутил ее: Кейт поспешила запахнуть рубашку, пряча только что так бесстыдно прижимающееся к нему тело. По щекам ее тут же растекся алый румянец плавно переходя на шею. Как мило, только что вела себя до одури откровенно, а теперь старается закрыться и так соблазнительно смущается.       — Уже не такая смелая? — Никиас склонился к ней, рукой закрыв путь к отступлению. Кейтлин испуганно сжалась, старательно не обращая внимания, что он вновь так близко.       — Мне жаль, господин, я вас подвела, — дрогнувшим голосом пролепетала она и отвернулась. Никиас мягко сжал пальцами ее подбородок и повернул голову к себе, заставив смотреть в глаза.       — Ты никогда раньше не пыталась меня соблазнить, зачем ты это делала сейчас? — взгляд ее не казался замутненным, и потому Никиас резонно не понимал, из-за чего ей взбрело в голову повернуть их отношения в другую плоскость. — Меня настораживает твое поведение последнюю пару дней.       — Прошу прощения, господин, — невнятно ответила Кейтлин, стараясь смотреть куда угодно, но только не ему в глаза. Однако он продолжал удерживать ее голову, и отвернуться никак не получалось.       — Я не сержусь, просто ответь мне, зачем? — Никиас сменил тон с сурового на мягкий, надеясь хоть так понять что же движет ею.       — Наверное, я соскучилась по Никиасу, которого знала, — на этих словах Кейтлин мечтательно улыбнулась, вспомнив прошлое. Как же ей хотелось вновь ощутить на себе его жадный нежный взгляд и заботу ласковых рук.       — Ты не знала меня настоящего никогда! Ты любишь только тот образ, что я создал для завоевания тебя, — Никиас выпрямился, а в голосе его сверкнул гнев. — Поэтому прекрати так дико вести себя.       Кейтлин быстро стерла несколько выступивших слезинок и закусила губу. Снова плачет, и все по тем же причинам. Никиас подавленно опустил голову, уткнувшись лбом ей в плечо. В какой же момент он ошибся, ведь его план был так идеален? Никиас шумно выдохнул и поднял глаза на Кейтлин, которая неловко куталась в рубашку и прятала огорченный взгляд от чужого взора. Быть может, сейчас именно тот случай, когда можно попытаться испробовать собственную магию на ней? Есть ли возможность, что это сработает? Что же, в любом случае единственный способ проверить — это воспользоваться им прямо сейчас.       — Повтори свое желание, — вкрадчивым голосом прошептал Никиас, склонившись к ней так близко, что можно было ощутить ее дыхание на своей щеке. Кейтлин в изумлении широко открыла глаза и замерла. Впервые за столько времени он улыбался ей так же открыто и ярко, как при первой встрече. Сердце вдруг замерло в груди, словно желанный сон внезапно стал явью.       — Я, кажется, не поняла приказ, господин, — опомнившись, еле выдавила из себя Кейтлин.       — Ты же хотела чего-то, когда соблазняла меня минуту назад, — он плавным движением запустил ладонь под рубашку, кончиками пальцев поглаживая живот. Кейтлин вздрогнула и крепче стиснула в ладонях грубую ткань. — Так чего именно?       — Я… я пыталась вернуть те ощущения, — заикаясь, с трудом пролепетала Кейтлин. Осторожные прикосновения нежных рук кружили голову, и во рту пересохло. Пьяный взгляд изумрудных глаз проникал так глубоко под кожу, будто способен был отравить кровь. Кейтлин приоткрыла рот, судорожно выдыхая. Руки отнимались, и она почти не чувствовала в себе сил к сопротивлению.       — Ну и как? Получается? — игривым тоном прошептал Никиас и, словно смакуя каждое движение, плавно склонился ниже, мягко касаясь губами ямки не шее.       — Д-да… немного… — Кейтлин едва ли могла дышать, и разум все быстрее мутнел в его объятиях. О, всевышний, только не позволь этому закончиться. — Никиас…       — Не говори ничего, просто дай мне тоже вспомнить, — шепнул он в ухо и продолжил ненавязчиво исследовать губами такие знакомые шею, ключицы, плечи. Почти не чувствуя сопротивления, он неторопливо распахнул ее рубашку, продолжая нежную пытку. Шумные вздохи пробуждали животное желание наброситься на нее прямо сейчас. Кейт была, как и раньше, настолько возбуждающей, что оторваться казалось просто невозможным. И даже несмотря на все те слова, что он сказал ей во время обучения, сейчас ее тело, как и тогда, ярко отзывалось на каждое его прикосновение.       — Никиас! — даже если Кейтлин и сомневалась в его чувствах раньше, в эту секунду все ее сомнения разом развеялись. Нежной россыпью поцелуев его губы бродили по ее телу, оставляя пылающие ожоги. Трепет в сердце сливался с мурашками на коже, заставляя сердце колотиться так гулко, что закладывало в ушах. Он был снова собой, тем ласковым Никиасом, которого она помнила.       Кейтлин зарылась ладонью в мягкие волосы, притягивая его еще ближе. Сладостные вздохи, словно в подтверждение каждому его движению, наполняли небольшую комнату, создавали манящую атмосферу взаимного желания. Аромат страсти раскрасил воздух сладким запахом дурмана, с каждым вдохом опьяняя все сильнее. И единственной мыслью сейчас в головах обоих было: «Время, прошу тебя, остановись, пока я с ним/ней!»       Ладонь непроизвольно скользнула по талии вверх, сжимая упругую грудь. Кейтлин звучно вскрикнула, длинные пальцы так невыносимо приятно зажали раскрасневшуюся бусину, неспешно поигрывая. Никиас облизнул губы и улыбнулся, укоризненно взглянув в замутненные глаза. Лицо его, как в насмешку, расплывалось, и только обжигающие изумруды светились настолько явно, что в них невозможно было ошибиться.       — Ты расстраиваешь меня, я не позволял тебе так соблазнительно стонать, — лукаво произнес Никиас и сильнее сжал пальцы. По телу пробежали волны сладкой дрожи.       — Мне стыдно, господин, — с придыхание пролепетала Кейтлин и соблазнительно улыбнулась, облизав губы. — Так стыдно.       — Ты хотела сказать, что тебе так нравится? Мои прикосновения, — Никиас вновь сжал ладонь, заставив ее прикрыть глаза от удовольствия.       — Безумно, — голос ее стал хриплым, и в каждом слове сквозило едва сдерживаемое желание. — Ты любишь меня, обманщик!       Кейтлин закусила губу, стараясь спрятать радостную улыбку. Столько лживых слов, и лишь одно родное прикосновение способно вдребезги разбить эту стену вранья. Что бы Никиас теперь ни сказал, она ни на секунду не поверит ему. Кейтлин теперь абсолютно уверена, что его любовь так же сильна, как и ее собственная. Слуга императора, предатель или же преданный подчиненный Магистра Реина… кем бы он ни был на самом деле, настоящие чувства его всегда оставались неизменны.       — Вот ведь наблюдательная госпожа, — игриво ругнулся Никиас, обхватив ее лицо руками, и жадно поцеловал. Кейтлин засмеялась и крепко обняла его, сознательно углубляя поцелуй. Она хотела его, хотела пройти до самого конца, невзирая на собственный страх. Чувства клубились в голове, в сердце, окутывая сладкой дымкой все тело. Черный туман подкрался так незаметно, что в первые секунды даже казался обманом одурманенного разума. Кейтлин не сразу поняла, что теряет сознание, но когда осознала, любимое лицо уже растворилось в черной пелене.       — Прости меня…

***

      Кейтлин потерла глаза, стараясь проснуться. Все тело ужасно ломило, вероятно, сказывалось вчерашнее наказание. Ох, она хорошо помнила, как по прибытию Никиас приказал ей всеми силами помочь ему расслабиться, но буквально через мгновение ужасная боль ошейника свалила ее. И вот с этого момента началась настоящая агония. Невероятно изобретательно он использовал обычный Фейлт, погрузив Кейт в ужаснейшую пытку. И длилась она, пока воспитанница не потеряла сознание от боли.       Кейтлин медленно приподнялась и только сейчас поняла, что Никиас крепко спал рядом с ней. Как странно, сейчас, когда она смотрела на него, ей припомнился… сон? Да, вероятнее всего, это был сон. В котором Никиас наконец вернулся к ней. Тот Никиас, ее любимый человек, вернулся, даря то самое непередаваемое ощущение наслаждения, которое она так хорошо помнила. Кейтлин горестно вздохнула: никогда раньше ей не снились эротические сны. И уж тем более настолько правдоподобные.       Никиас вдруг как по щелчку пальцев открыл глаза и вопросительно посмотрел на пленницу. Кейтлин огорченно отвела взгляд, с унынием вспоминая тот сладостный сон.       — Сегодня ты присягнешь в верности императору, — довольным голосом произнес Никиас. — И я искренне надеюсь, что ты не подведешь меня.       Кейтлин раскрыла рот, желая возразить, однако вдруг заметила какой-то загадочный блеск в его изумрудных глазах. Некое шестое чувство всколыхнулось в груди упрямым шепотом, значение которого ей так и не удалось понять. Кейтлин готова была поклясться, что вчера Никиас чуть не растерзал ее в гневе, а сейчас был необыкновенно спокоен, и даже выглядит удовлетворенным. С чего вдруг эта разительная перемена?       — Я не буду этого делать, — Кейтлин подтянула колени к груди и уткнулась в них лицом. Что бы вчера ни произошло, она не хотела об этом думать. Слишком уж больно.       — Ты вчера соглашалась, — грубо припечатал Никиас. Кейтлин вздрогнула. — Ты помнишь, что было вчера?       — Кажется, это был Фейлт, — невнятно пробормотала она. Однако воспоминания о минувшей ночи казались до неприятного расплывчатыми. Наверное, от боли ее разум совсем повредился. — Господин долго обучал меня, и я потеряла сознание. Больше ничего не помню.       — Ты непокорна, — Никиас за волосы поднял ее голову, изумрудный взгляд снова стал таким же презрительным. — И совершенно не понимаешь, что император не потерпит такой вольности.       — Я лучше приму смерть! — Кейтлин вцепилась в его руку и зажмурила глаза, готовясь к удару. Никиас стиснул зубы и с силой отшвырнул пленницу на кровать.       — Ты хоть помнишь, что твоя жизнь зависит от этого? — грозным тоном зарычал Никиас. Кейтлин сжалась на кровати, обхватив себя руками. — И я не дам тебе умереть, пока не заберу твой первый раз.       — Тогда сделай это! — закричала она, соскочив с кровати. Как же метко Никиас умел бить словами. Намного больнее любого кинжала или Фейлта. — Возьми его, и дай господину возможность убить меня!       Никиас поднялся с кровати и грозным хищником навис над воспитанницей, угрожающе смотря сверху вниз. Кейтлин закрыла лицо руками и сжалась в клубок. Весь его облик словно потемнел от ярости после этих слов. Никиас сжал кулаки до побелевших костяшек. Кейтлин опасливо поглядывала на него сквозь узкую щелку пальцев, всерьез испугавшись его в эту секунду. Даже теплая аура вокруг него внезапно окрасилась в удушающий серый, заполняя собой каждый дюйм комнаты. Вероятно, ее слова сильно впечатлили его, хотя Кейт не думала, что подобное может зацепить столь холодного Никиаса.       — Значит так, девчонка, — ледяным тоном произнес Никиас, и сердце замерло, словно боялось рассыпаться. Кейтлин сдержала дыхание, чутко вслушивалась в каждое слово, боясь упустить нечто важное. — Я отвечаю за твое обучение и за твою жизнь. И ты будешь мне подчиняться, так или иначе, я заставлю тебя!       — Я подчиняюсь господину, — Кейтлин подняла голову и с ужасом встретилась с мрачным взглядом Никиаса. Подтверждая свои слова, она соскочила с кровати и опустилась на колени перед ним, бережно касаясь кончиками пальцев его ступней. И не имеет значения, как далеко ей придется зайти. Чтобы быть с ним, она готова пойти на эти жертвы. — Подчиняюсь тебе, но не императору.       — Тогда я хочу, чтобы ты произнесла слова присяги для меня, — мягким тоном предложил Никиас и с нежностью потрепал ее по голове. Кейтлин подняла глаза на него и смахнула одинокую слезинку со щеки.       — Император раскусит меня, — она неловко коснулась его руки и крепко сжала, словно последнюю надежду на защиту. — Он увидит, что я не искренна.       — Ты готова сказать эти слова мне? — Никиас в ответ сжал ее ладошку и одарил ласковой улыбкой. — Готова подтвердить свою покорность мне?       — Да, я клянусь в верности господину Никиасу, — без колебаний проговорила Кейтлин. Ему она готова клясться в верности хоть сотни раз на дню. Ему она готова отдать даже собственную жизнь.       — Тогда ты готова сказать это и императору, если на самом деле честно поклялась сейчас, — Никиас уверенно потянул ее за руку, и Кейтлин неуклюже поднялась на ноги. Теплая улыбка не сходила с его губ, отчего казалось, что он искренне счастлив слышать ее клятву. Впрочем, какое имеет значение причина его радости?       — Хорошо, — растерянно кивнула в ответ Кейтлин.       Несколькими минутами позднее они уже направлялись в сторону рабочего кабинета императора. Никиас крепко держал Кейт за руку, шустрым шагом поднимаясь по винтовой лестнице на самый верх, и только в его прикосновении она чувствовала такую необходимую поддержку. На самом деле ей было до безумия страшно. Кейтлин никогда так не дрожала. Господин, которому она сейчас должна была принести клятву верности, был невероятно проницателен. И он легко догадается, что на самом деле ее верность, ее сердце — все это принадлежало Никиасу еще с самой первой их встречи.       Отчего же Никиас так спокоен? Кейтлин украдкой посмотрела на его лицо: мягкая полуулыбка так и не сходила с его губ, а задорный блеск в глазах не уступал по яркости рассветному солнцу, бьющему через открытые окна. Думать о том, что ему не жаль отправлять ее на верную гибель, до боли не хотелось, однако провал Никиаса мог закончиться смертью для них обоих. Так почему же его не беспокоит исход?       За тревожными размышлениями Кейтлин не заметила, как они остановились напротив двери с таким знакомым уже ей драконом. Кабинет императора. Кейт судорожно сглотнула и с шумом выдохнула, пытаясь хоть чуть-чуть успокоиться. Обратного пути нет. Как бы ей ни было больно и неприятно сейчас в последний раз держать возлюбленного за руку, прощаться с жизнью Кейтлин в действительности никогда не хотела. И все эти смелые слова, сказанные недавно, застряли плотным комом в горле, не давая вдохнуть.       — Просто скажи те слова, что произнесла в комнате, и все закончится, — Никиас тепло улыбнулся ей, крепко сжав ладонь.       — Я скажу это, но в душе я думаю иначе, — Кейтлин прикрыла глаза и опустила голову. Император без колебаний почувствует разницу между собой и слугой. Так глупо идти туда, и все же Кейтлин не сомневалась в Никиасе. Его уверенность немного утешала и давала надежду.       — Подумай о своей настоящей цели, — вдруг проронил Никиас. Кейтлин непонимающе взглянула на него, но тот не обернулся, уверенно открыв дверь в кабинет господина.       Император черным изваянием стоял возле окна и лишь взглядом приветствовал вошедших. В руках его оказалась небольшая синяя книга, которую тот с упоение изучал перед их прибытием. Неподалеку, возле полок, с задумчивым видом стоял Алистер, пальцами перебирая корешки книг. Вероятно, он что-то разыскивал, однако с приходом гостей спешно развернулся к ним и прошел к ближайшему креслу, чтобы присесть. Личная охрана императора с абсолютно непроницаемым видом стояла с обеих сторон от двери, сложив руки за спиной. Никиас прошел в центр кабинета и учтиво остановился перед господином, ожидая приказа. Император захлопнул книгу и отложил ее на стол, а затем окинул внимательным взглядом гостью и слугу.       — Так скоро подчинилась? — заинтересованно спросил Дерк Ренэт и подошел ближе. Никиас покорно преклонил колено, дернув Кейтлин за руку. Та поспешила опуститься на пол, коснувшись лбом холодного пола.       — Господин, я выполнил свою работу, — голос Никиаса казался до неприличного спокойным. Кейтлин закусила губу от волнения и зажмурилась.       — Ты готова к испытанию? — жесткий тон императора заставил ее содрогнуться. Вот он, момент истины. — Произнеси присягу!       — Клянусь в верности господину, — громко проговорила Кейтлин, не поднимая головы.       — Кто твой господин? — услышала она холодный голос прямо перед собой.       — Император Дерк Ренэт, — после секундной заминки ответила Кейтлин и сглотнула ком в горле. Правитель молчал, и она не рисковала поднять на него взгляд. Слезы медленно текли по щекам от осознания собственной ничтожности и скорой гибели. Если он прикоснется, если прочтет ее мысли…       — Встань, — приказал император, и Кейт медленно подняла голову, взглянув на него с колен. Стальной взгляд господина походил на расплавленный металл, который вот-вот выльется на них и погребет под собой. — Сейчас проверим, так ли это на самом деле.       Дерк Ренэт положил ладонь ей на лоб, и Кейтлин пронзительно закричала. Жгучая магия, словно огненная змея, врезалась в мозг, прожигая себе дорогу. В глазах все поплыло, разноцветные размытые картинки мерцали перед глазами, но искры боли не давали даже осознать их. Весь мир вокруг словно исчез, растворился в этой боли. К горлу подступила тошнота, по спине потекли капли холодного пота. И в это мгновение что-то ворвалось в сознание, отрезая дорогу чужой силе.       — Очень интересно, — сквозь мерцание прошлых воспоминаний услышала Кейтлин мягкий баритон, перед тем как рухнуть на каменный пол.