⚡️СВЕТ В НОЧИ⚡️

Влажная зелень за окном и пасмурное небо хоть и заставляли зябко поежиться, но умиротворяли стратега. Ведь он был огражден от них стенами уже ставшего родным ему дома. Порой угрюмый особняк вызывал у него чувство стабильности и странного, близкого только ему уюта. Здание было выстроено в соответствии со всеми правилами архитектуры и несло в себе лоск той элиты высшего сорта, к которой он сам с таким трепетом пытался приблизиться. Игнис безмятежно ковырял ложкой десертный сыр, ровно и планомерно выскребывая края банки. Он ожидал возвращения Гладиолуса, когда в кухню ворвался розововолосый монстр, разрушая его личную идиллию громким топотом босых ног. За такую подлость он тут же мстительно ощетинился. «Какого чёрта, ты здесь!» - с отвращением подумал Игнис. Стратег досадливо откинул ложку, он не ожидал увидеть Лайтнинг сейчас, тем более столь свободно разгуливающую по особняку. Ноктис просил не лезть в их дела, но всё это абсолютно не нравилось тактику, мысль о присутствии в их жизни стервы из Кокона напрягала, заставляя строить разные по степени мрачности предположения. Лайтнинг могла быть кем угодно - высланным солдатом, шпионом атамана или того хуже — Кокона, простой мошенницей. Впрочем, последнее казалось менее вероятным. Ясные глаза так честно вспыхивали от каждой несправедливости, что любой мог поверить в то, что она жертва. Сильная и готовая, защищаясь, разбить в кровь кулаки, но жертва. Жертва, которую он сам боится! Кажется, именно это противоречие не давало тактику покоя, пошатывая его уютный и четко выстроенный мирок. Игнис и принц успели ещё прошлой ночью по возвращении в очередной раз поругаться из-за Лайтнинг. Глупая самоуверенность сына короля требовала снять с неё оковы и в физическом, и в моральном плане. Стратег же абсолютно не понимал этого стремления дать опасной пленнице свободу, но переспорить Ноктиса было невозможно. Единственное, на что Игнису оставалось надеяться, это на то, что принц не сошёл с ума и действительно имеет на стерву сильное влияние. Впрочем, это не мешало подстраховаться. Принц всё равно не может быть объективным, пока испытывает к ней какие-либо чувства. Стратег до сих пор не имел точной информации о Лайтнинг и её прошлом, с учетом пары подозрительных деталей это было опасно. Все его последние запросы пока не дали никаких конкретных ответов. И тактик уже начинал подозревать, что придется воспользоваться помощью одного мало приятного ему человека. Удивительно, как легко находится дорога, когда ты перестаешь её искать. Из-за встречи с Ноктисом её аппетит не исчез, наоборот, по гортани бродил соленый спазм, как будто Лайтнинг только что плакала навзрыд, беспомощно зажмурившись и открыв рот в беззвучном крике. Это неприятное чувство хотелось скорее заесть чем-нибудь и забыть навсегда. Возможно, если бы это было другое время и другое место, она перенесла бы стресс достойно, как сержант Фэррон. Но сейчас она была новорожденным, беспощадно и одним рывком выкинутым в чуждый ей мир. Всё то, что Лайтнинг делала сейчас, происходило по инерции, рефлекторно и бездумно, так как разум и тело её находились в разных местах. «Какая же я дура. И зачем только нужно было возвращаться в бассейн, давать возможность соприкоснуться с собой… давать повод считать, что он может на что-то рассчитывать от меня!» - истерически кричал её разум. Клэр вспомнила последние слова парня, те чувства внутри, что вызывала близость с Ноктисом, и ей стало еще хуже. Почему, чем дальше, тем слабее она становится? Лайтнинг слишком распустилась или это всё дурацкая обстановка в доме, может быть, платье? Она уже готова была отпихнуть мужчину, упереться острым локтем в живот или даже перекинуть через бедро, посылая куда подальше, но… «Я рад, что с тобой все в порядке», - сердце сжалось, а руки сами опустились. Снова он давит на её женское начало, как при прошлой их встрече, на том злополучном диване. Зачем? Чтобы принести в жертву своему непомерному самолюбию? Клэр уже успела понять, что отчего-то, из-за какой-то дикой несправедливости она нравится этому подонку. И она здесь вовсе не из-за того, что представляет опасность или необходима им для чего-то. Лайтнинг здесь просто потому, что принц так захотел, захотел её как очередную в своей жизни вещь. А она? Она задыхается и краснеет от прикосновений его рук и звука его голоса. И Клэр не имеет права в этом признаваться. Даже себе. Не сейчас, не с этим подонком, не в этом мире, не в этой войне, иначе… Что от неё останется, от Лайтнинг? Её била мелкая дрожь отторжения собственных чувств и мыслей. В чем в чем, а в самоубеждении Лайтнинг была непревзойденным мастером. Она полжизни боролась со своими слабостями. И сейчас, на грани истерики, она убедила себя, что это пусть и сильная, но мимолетная слабость, ничего другого. И если она переведет дыхание, поставит мысленный блок, Ноктис – тот электрический ток, что он вызывает - исчезнет из-под её кожи раз и навсегда. -Кхм! Там ничего нет! – откашлявшись, заявил очкарик с предельной сдержанностью. Игнис пытался скрыть свой приступ неприязни к девушке. Неожиданный громкий голос заставил Лайтнинг остановиться, когда она попыталась открыть только что обнаруженный холодильник. Поглощенная мыслями, она не сразу заметила тактика. Застыв в одной позе и часто моргая, девушка смутно пыталась осознать ситуацию, в которой оказалась. Клэр почувствовала себя вором, пойманным на месте преступления. И кем? Самым неприятным из всех преступников. -Повар появится только завтра, там ничего нет! - ещё раз повторил парень, четко расставляя акценты. Видимо, его очки успели хорошенько рассмотреть её мутные от раздумий глаза, Игнис пытался донести до девушки, как до умалишенной, свои слова. Во всяком случае, Клэр восприняла именно так его подчеркнуто настойчивый тон. Лайтнинг выпрямилась и развернулась к нему лицом. Молча, она бросила хищный взгляд на банку, которую очкарик держал в руках. Разве он забыл, что она не верит ни единому его слову?! Не отрывая внимательных глаз от лица тактика, девушка напоказ открыла дверцу холодильника. И он действительно не был пуст. Странный, вызывающий жест, ставящий его на место. Игнис в секундном порыве вскинул голову, выстраивая угол своего взгляда почти параллельно носу. Неприятная ему девушка игнорирует его, да и ещё так оскорбительно. За что ему сейчас взяться, чтобы вывести её на чистую воду? Лайтнинг смахивает на одичавшего зверя, а Игнис уже успел приобрести по отношению к ней какой-то бессознательный и панический страх. Не это ли подводит тактика сейчас? Не выйдет ли ему боком этот разговор? У него пока нет никакой подтвержденной информации, и новый допрос лишь покажет стерве его слабость. Игнис не видел смысла пока разговаривать с ней. Тактик отчетливо понимал, что всё, что им может двигать, это неприязнь к ней, ведь его скулу всё ещё украшает темный след от кулака принца. Советник принял правильное для себя решение и, гордо подняв голову, широкими и уверенными шагами покинул помещение. Девушка, проводив его взглядом, сухо сглотнула и осунулась, переставая прятать нервный озноб: «Так-то лучше!» Прижав ко лбу ладонь, она пыталась сообразить, с чего начать. Продукты в холодильнике были, но их нужно было готовить. Лайтнинг терпеть не могла этого делать, но кусок мяса приготовить для себя она всегда могла. К тому же хотелось срочно занять чем-то дрожащие руки, чтобы освободить голову от всех этих мыслей. Сощурив глаза, почти в слепую взяв кухонный нож, она удивилась. Он был слишком легкий, кончик его был скруглен. Оценивая его, как орудие убийства, она поняла, что запрет на оружие в этом городе распространялся даже на домашнюю утварь. Столкнувшись в сказочном замке с привычными проблемами, Клэр решила, что нашла соломинку, которая должна помочь ей вернуть собранность. *** Ноктис шёл по коридору. Принц, как собака, преследовал Лайтнинг почти по запаху: её собственному и треклятого платья Стеллы. Он злился на девушку, Лайтнинг просто сбежала, когда он так откровенно заговорил с ней и заставила его чувствовать себя последним кретином. Это паршивое чувство не могло перекрыть даже тягучее, как мёд, умиротворение от её возвращения в его жизнь. «Глупо, глупо, глупо...» - злился он сам на себя. Каэлум собирался поговорить с Лайтнинг, когда она очнется. В голове созрело определенное решение, как с ней поступить и удержать возле себя. В итоге, он так по-идиотски не совладал со своими чувствами, а она, дура, испугалась его напора! Других вариантов в его голову не приходило. Впрочем, и этот давался с трудом человеку, который не понимает своих чувств, не то что переживания странной девушки из Верхнего мира. Он, правда, не знал, почему Ноктис Люцис Каэлум должен так унизительно приручать её. Принц привык брать всё нахрапом, и сейчас при её близости он не смог удержаться от этого. Его до сих пор колотило предчувствие - ещё чуть-чуть, и она послушно растечется в его руках, как любая другая на её месте. Но Лайтнинг не любая другая! И с каждой секундой она отталкивает принца сильнее, руками, ногами, всем своим естеством, противясь его желаниям и собственным инстинктам. Ноктис уже знал, что, сколько бы она не скрывала, у неё такое же горячее нутро, как и у него. Но принц так же помнил как Лайтнинг нежно обнимала сестру атамана, и его голова шла кругом от осознания того, что он выбрал не тот путь. «Нужно просто поговорить с ней», - Ноктис уговаривал себя в очередной раз сдержать характер и неприятные привычки, хотя бы чуть-чуть потерпеть. Он с неприязнью к себе понимал, что ему легче объяснить что-либо этой девушке грубо, телом, нежели словами. И у него нет ни сил, ни времени на что-то другое - сейчас, в самый разгар дня, когда голова принца должна быть занята предстоящими деловыми переговорами. «Я владыка себе и всему, что меня окружает, я сделаю то, что задумал!» - убеждал сам себя Каэлум. По тёмному коридору навстречу принцу вышел Игнис. Советник чуть не отшатнулся от той тёмной ауры, что быстрой волной захлестнула узкое помещение. Давненько он не ловил от Ноктиса столь пугающего настроения. Принц требовательно, исподлобья смотрел на советника. Игнис понимал - так сын короля показывает ему, что жаждет разговора, что ж и ему тоже есть, что сказать. - Она очнулась,- заявил очкарик, и сдержанная интонация только подчеркивала - советник собирается что-то потребовать от Ноктиса. - Знаю,- в том же тоне сообщил принц. - Она там? - Ноктис движением глаз указал на массивную дверь, ведущую на кухню. Игнис поднял выше, над оправой очков, брови. Тактик неспроста так демонстрировал свои эмоции принцу. Теперь он всё понял и собрал кусочки мозаики в единую картину. Было ясно, почему Лайтнинг так бестактно ворвалась на кухню — они уже встретились, и Ноктис успел с ней «поговорить». Сам принц выглядел спокойно, но это, как всегда, только маска. По стремительности и напору, с которым Ноктис шёл по коридору, разве что не оббивая кулаком стены, было видно, что девушка отвергла его. От этого его скрытая злость и устрашающая аура. Вся эта нелепая беготня по дому казалась Игнису детскими играми, недостойными будущего короля. - Да, там, - почти с вызовом сказал советник. - Ты не забыл, что у тебя сегодня ещё встреча? - продолжил Игнис, отворачиваясь от принца. Ноктис не забыл. Он еле сдержал оскал, машинально вырывавшийся, когда советник начал отчитывать его, как школьника. Была у Игниса такая неприятная привычка, не имеющая ни страха, ни разума. И оставался очкарик всегда в такой ситуации спокойно-сдержанным, даже каким-то насмешливым. Или Ноктису это казалось. Впрочем, когда это Игнис просто так использовал свои фирменные интонации? Принц на секунду похолодел, видимо, он действительно жалок и не может скрыть своих эмоций. Он сам дает тактику повод унижать и тыкать его носом в собственные ошибки: «Девчонка выбивает тебя из колеи в столь неподходящее время!» Ноктис сдержался и до конца выслушал тактика. - Тебе стоит хорошенько подумать, как ограничить её передвижения по дому и обозначить статус здесь. Не хочется, чтобы она будоражила слуг, да и, если она кому-нибудь ляпнет о делах в Южном Клыке, могут возникнуть проблемы,- рассудительно нравоучал Игнис. Закончив, он заметил, что еле заметная искра подростковой злости во взгляде Ноктиса куда-то исчезла. Хотя вряд ли самоуверенному сыну короля могли понравиться его слова, поэтому тактик насторожился. - Я решу все эти вопросы, - твердо и спокойно заявил принц, всего одна лаконичная и абстрактная фраза, но как сказанная. Каэлум показывал всем своим холодным и бесчувственным видом, что это не пустые обещания, он действительно уже решил для себя, как поступит. Игнис, прищуривая глаза за стеклами очков, готов был бессознательно любоваться грацией его властности сейчас. Ноктис почувствовал эту слабость, почти фетиш тактика к своей силе. И сейчас, подняв до вершины, мстительно решил скинуть, сделав советнику как можно больнее. - А вот тебе следовало бы лучше выполнять мои поручения! - все так же величественно корил он своего помощника. «Что Ноктис имеет в виду?» - советник был его правой рукой и всегда выполнял свою работу более чем хорошо. Но не успел тактик возразить, как Каэлум продолжил, приблизившись к очкарику вплотную, чуть было не упираясь кончиком носа в него. - Я, кажется, просил найти ей одежду, - теперь его голос был явственно угрожающим. Советник всегда выполнял свою работу более чем хорошо, но это касалось действительно работы, а не глупых капризов! Губы Игниса еле заметно дрогнули в кривой улыбке, стратег понял, как глубоко платье Стеллы задело Ноктиса. Десятиочковое попадание! В общем-то этого очкарик и ожидал, совершая мелкую пакость. Конечно, он маневрировал над пропастью, но с тем напряжением, что испытывал Игнис, выполняя за принца грязную работу, он мог себе позволить разрядиться в таких неприятных для других мелочах. В конце концов, это поручение выглядело как неуместное и унизительное наказание для стратега. Игнис привычно для себя быстро изменил тактику разговора и ответил абсолютно невинным тоном: - Я нашел то, что было в доме. Ноктис приподнял голову, спокойно демонстрируя алые глаза и все прелести, ожидающие советника, если тот продолжит играть с монстром внутри Каэлума. От такого взгляда любого могло заколотить в приступе озноба. Принц уже устал от отношения советника к Лайтнинг, но повлиять на него никак не получалось. Он мог просто приказать, он мог даже использовать способность подчинения. И советник бы послушно выполнил приказ, но вот подгнившее нутро Игниса не могло обойтись без подвоха, как с этим чёртовым платьем покойницы. Спускать такое будущий король не мог и не хотел, однако Ноктис нуждался в помощи советника. Всё это превращало их диалог в маленькую политическую игру. - Не перегибай палку, это может плохо закончиться, - предупредил Ноктис тактика. Игнис же не идиот и должен прекрасно понимать, что принц за святотатство может во второй раз съездить ему по лицу. «И он снова начнет песню о том, что старается для блага, моего же блага… Какое, к чёртовой матери, благо и платье Стеллы!»- Ноктис ощутил, что действительно готов снова ударить очкарика. «Нет уж, ты и этого не достоин!» - принц прищёлкнул кнутом своего внутреннего монстра. Теперь уж он будет сдержан и холоден до конца или он не потомок Гильгамеша. Ноктис глубоко вздохнул, требуя себя усмирить злость и повлиять на советника по-иному. Ему нужно было, чтоб Игнис сам желал помочь, иначе ничего хорошего не выйдет. У самого очкарика такие манипуляции всегда получались непринужденно, принцу же было сложно подстраиваться под других даже так, но этого требовала ситуация. Главное, чтоб голос сына короля не дрогнул, выдавая его слабость, очкарик на подкорке чувствовал такое. - Купи ей нормальную одежду, - принц начал холодно, издалека. - Боюсь, прогадаю с размером, - парировал Игнис, вертко пытаясь избежать подобного рода задания. - Возьми её с собой, - невозмутимо продолжал сын короля. Игнис чуть не поперхнулся беспечностью Ноктиса: «А если она сбежит?» - Я всегда думал, что ты умнее, - холодно, даже без язвительности продолжал принц. - Ты сколько угодно можешь противиться её присутствию здесь, но факт остается фактом, и ты ничего не сможешь с этим сделать,- Ноктис напомнил, что решения сына короля являются догмой, законом и неопровержимым правилом. - Чем раньше ты это осознаешь, тем меньше проблем у нас возникнет,- сказал Ноктис рассудительным тоном. - Или мне стоит этим заняться? Поехать с ней самому? Тактик задумчиво опустил глаза, понимая, что Каэлум-младший использует совсем необычный для их взаимоотношений метод подчинения. Причем удачно, Игнис меньше всего хотел, чтобы Ноктис отправился с этой девушкой в людное место и привлек внимание к ней и себе в такой странной ситуации. Принц давил на его самое больное место — исполнительность и ответственность. Уж лучше он сам проследит за ней, нежели даст так подставить их дело. - Хорошо, - наконец, сдался Игнис. - Я постараюсь. Их тени косо ползли по стене коридора. *** Продираясь сквозь влажную листву, он поднимался все выше. Ловко цепляясь за шершавую, но скользкую кору, парень оставлял на ладонях терпкий запах сырой земли и мха. Крючковатые ветки напоминали жилистые руки, его руки - надежные и сильные. Опробовав очередную ветку, как опору, он повис всем телом. Та натужно крякнула и начала угрожающе трещать. «Не такие уж и надежные», - стискивая зубы скорее от напряжения, нежели от досады, подумал темноволосый парень. Он поспешно начал искать новую опору. - Оставь ты это, - послышался голос снизу. Заранее пессимистичный и усталый. - Ну, нет, не дождешься! – ответил брюнет, широко улыбаясь, и продолжил свой путь. Блондин, полудремавший на мотоцикле, только одним глазом поглядывал в густую крону дерева. В глубине души он радовался неутомимости и почти детскому упорству напарника. Он так не мог и не умел, его мотало по жизни грубым течением и сомнениями. Поэтому-то светловолосый ценил и уважал чуждые себе качества в друге. Кроме этого, Зак - хороший товарищ, настоящий. Он убедился в этом ещё тогда, когда тот спас его от банды из северного района – он нес его, потерявшего сознание, на своей спине почти через полгорода. Высокий, сильный, смелый, простой Зак, сверхчеловек – парень из Кокона. И всё у него выходило ловко, хоть и шумно. Клауд отчетливо понимал, что пусть порой Зак ведет себя инфантильно, но младший тут он. Брюнет уютно примостился на ветке и достал фотоаппарат, чтобы воспользоваться оптикой. «Дааа, точка для обзора», - саркастически подумал он. «Впрочем, внизу ещё хуже, а ближе не пробраться, внутрь тем более…» - в душе он клял все эти охранные кордоны, прямо-таки маниакальные меры безопасности. Раздражало и то, что ему приходится, как шпане, ворующей яблоки, лазить по деревьям в поисках сомнительных и маловероятных зацепок. Клауд от безнадеги закрыл уже и второй глаз, все равно вряд ли что-то интересное сегодня произойдет. И тут же получил чем-то увесистым по макушке. - Не спать! – окрикнул его Зак из-за густых зарослей дерева. *** Кухня - большая комната со светлыми окнами, столами и множеством поверхностей, поблескивающих хромом, будь-то ручки полок, дверь холодильника или беспорядочно расставленные кастрюли... Но эта комната не была металлически холодной и неуютной, скорее наоборот, и цветные ромбы на полу раскрашивали её в теплые цвета. Ноктис редко посещал это место в доме, считая таинство приготовления еды — магией специально обученных людей. Но раз уж Лайтнинг направилась сюда... Когда Ноктис вошел в кухню, первое, что он заметил, необычный шум, ритмичный стук. - Что ты делаешь?- спросил Ноктис, видя, что девушка во всю хозяйничает не на своей территории. Голос его звучал как всегда грубо. Девушка дернулась и подняла голову - снова Он. Дыхание сбилось почти в астматическим приступе. Она ведь только что выгнала его из головы, а принц так быстро, по-предательски вернулся. «В этот раз нас хотя бы разделяет стол, и ты при всем желании не зажмешь меня в угол», - пыталась она успокоить сердцебиение. Оно предвещало очередную волну жара. Лайтнинг от досады за себя крепко стиснула рукоять ножа, которым только что резала овощи. - Дай мне хотя бы спокойно поесть!- ощетинилась девушка, вытягивая в его направлении лезвие. Ноктис чуть не усмехнулся в голос: «Нашла чем угрожать Каэлуму!» Он наклонил голову набок, сощурил глаза и почти по-детски продолжил спрашивать: - Ты готовишь еду? У Лайтнинг чуть не дернулся глаз, и щёки её вспыхнули. Она не верила в наивность этого человека. Девушка искала подвоха в его вопросе, может, он гнусно намекает, что она неспособна на такое? - Если уж я могу порезать человека, то и с овощами справлюсь! – жестко сказала она, опрокидывая содержимое доски в тарелку. Ноктис не совсем понял её слова, но кровожадное сравнение ему понравилось. И, пытаясь разрядить обстановку, он позволил себе улыбнуться, садясь на стул. Лайтнинг же снова бросило в жаркий озноб от его невозмутимой реакции и улыбки, неподходящей ни подонку, ни ситуации. Этот мягкий изгиб губ она уже однажды видела. Он что снова вынудил сказать её грубость и радуется? Девушка, безуспешно пряча свои эмоции, взялась за ожидавший её в специях кусок мяса. Внутренне Клэр готовилась к подвоху со стороны Ноктиса. Принц же долго думал. Как бы не были приятны его животные повадки в её отношении, Игнис прав – он должен разъяснить ситуацию. Барная стойка, разделявшая их, очень кстати помогла ему остудить свой пыл и держаться на приемлемой дистанции, чтоб не наделать глупостей. Первой гнетущее молчание все-таки оборвала она: - Что тебе нужно? Принц, наконец, поднял взгляд и отчетливо увидел, что девушку буквально трясет от его присутствия. Лайтнинг не впервые задает ему подобный вопрос. - Ты всегда такая нервная? Успокойся, я не собираюсь тебя трогать, - голос принца выдавал его раздражение. В лазурных глазах, которые ему так нравились, вспыхнуло истинное недоверие дикого зверя, и он еле заметно нахмурился. Они снова молчали, смотря друг другу в глаза. Странное и неприятное единение захватило их умы. Кто виноват? Она такая истеричка или он последняя сволочь? - Я хочу поговорить с тобой, - попытался перемахнуть эту пропасть Ноктис. - О чем? - Лайтнинг старалась теперь говорить спокойней, чтобы случайно не выдать, какую непростительную бурю в её душе вызывает каждое его слово и действие. - О Ваниль, - сказал принц, добавляя голосу твёрдости, пронизывающую сердце невыносимой девушки. Лайтнинг побледнела: - Что с ней? - принц сразу почувствовал, как её нервозность безвозвратно улетучилась, оставив только волнение за глупую сестру атамана. А это уже давно и порядком злило его. - Почему ты так переживаешь из-за неё? - начал он пытать Лайтнинг. – Даже несмотря на то, что она предала тебя. Легким движением, заставляющим мурашки расползтись по плечам, Лайт вытряхнула из головы растерянность, вызванную страхом за Ваниль: - Вы обманули её, использовали, похитили...- тихо говорила она, а в голове звучало: «Зачем объяснять такие очевидные вещи?» Она, кажется, уже говорила это им на допросе. - Нет, почему именно её? Сколько ты её знаешь? Неделю? Лайтнинг подняла на него свои светлые и удивленные глаза: «Он, действительно, не понимает?» - Она невинная жертва, - одним растерянным выдохом сказала она. Ноктис ждал этого ответа, чтоб продолжить свой монолог. - Ты готова умереть за всех угнетенных? Боюсь, их слишком много, - его надменная усмешка в очередной раз подчеркнула их сильное различие. - Может быть, тебе уже стоит начать думать о своем благополучии, или у тебя есть только одно стремление - сдохнуть? - его раздражало то, что девушка, которую он так хотел, готова думать о ком угодно, но не о себе, не о своей безопасности. Лайтнинг же не понимала, как объяснить принцу то, что он не может понять в своей непроглядной гнусности. Она долго молчала, формулируя мысли в подходящие слова. Её сдержанный, готовый вот-вот сломаться голос зазвучал под аккомпанемент тишины. - У меня осталась младшая сестра на Коконе. И если с ней произойдет подобное, я надеюсь, что кто-нибудь поступит так же, как я,- её голос все-таки дрогнул от внезапной откровенности, и она отвернулась, хватая в руки первую попавшуюся сковороду. Ноктис задержал дыхание, кожу на лице как будто опалил тот невидимый свет, что Лайтнинг сейчас излучала. Он никогда не верил в подобные слова, замечая в людях только тёмное нутро. Все, ВСЕ в его мире ставили личное благо превыше прочего, но не она: «Разве так бывает?» Он долго молчал, переваривая это. Её слова вызывали внутри бурю. Клэр с болью в сердце сдерживала ком в горле. Зачем она вообще это сказала? Фэррон было невыносимо тоскливо и паршиво каждый раз, когда она вспоминала о покинутой сестре. Когда она теперь увидит Серу и увидит ли вообще? Что скажут её сестре? Что Лайтнинг пропала без вести или погибла на задании? Сначала родители, а теперь и Клэр... Девушка вздрогнула, когда сквозь шипение мяса на раскаленной сковороде услышала шлепок дверцы холодильника. Парень достал бутылку с водой и, приблизившись к её спине, заглянул через плечо, чтобы пронаблюдать процесс приготовления и заодно проскользнуть взглядом по открытой и манящей линии шеи. - Сестра похожа на тебя? - неожиданно спросил он. От этого вопроса Лайтнинг ощутила, как по спине пробежали мурашки, как будто он снова дышал около её уха. Принц вторгся в её внутреннее пространство, в её сознание, и она бросила предупреждающий и колкий взгляд на него. - Нет, она совсем другая,- резко ответила девушка. Ноктис нахмурился, понимая, что всё ещё торопится, она никак не хочет подпускать его к себе. И, выпив воду, вернулся назад за стол, чтоб легче было завершить этот сложный разговор. - Знаешь, Ваниль здесь нет,- вертя в руках бутылку, сказал он. Девушка молча отреагировала на его провокацию, внутри пылало: «Тогда к чему весь этот разговор? Чтоб поиздеваться надо мной, позлить?» - Но она в безопасном месте, с ней всё в порядке, - то ли устало, то ли нехотя продолжил принц. Лайтнинг сейчас с трудом воспринимала его слова, в голове всплывали только отдельные слова, сбивая с толка и будоража нервы. - Когда всё закончится, ты её увидишь. Она решительно развернулась к Ноктису. Лицо его было безучастно, говоря заранее подготовленные слова. «Все закончится!» - повторила она, понимая, что принц рассчитывает, что она останется здесь до конца. - Я не хочу держать тебя здесь, как пленницу, но не... - Почему? - вдруг спросила она. - Что почему? – он устало поднял глаза, тёмные полосы пролегли около них. - А как ты хочешь держать меня здесь? В качестве кого?!- зло повышая голос, спросила она. Даже жертва видит самое слабое место в его плане. Бледное лицо парня ни чуть не изменилось, сколько не пыталась Лайтнинг пронзить, исполосовать его своим стальным взглядом. Он был тверд и спокоен даже больше обычного, пряча внутри своё смятение. - Считай, я нанял тебя на работу, - даже не моргая, сказал сын короля. - Промпто будет отсутствовать, мне понадобится человек вместо него. Выполнишь кое-что для меня и получишь Ваниль, когда всё закончится, - поставил он жирную точку. Лайтнинг выложила на тарелку стейк и молча отвернулась, убирая сковороду. Не зря она его так остерегалась, Каэлум загнал её в ловушку. Как он может предлагать ей такое? Клэр молчала, Ноктис даже пожалел, что сейчас не находится близко к ней и не может, выкрутив запястье, получить желаемое согласие. Сморгнув садистские мысли, он посмотрел на тарелку с её едой. - Что сделать? - пересиливая себя, спросила Лайтнинг. Она вовсе не решилась согласиться, просто девушка цеплялась за слова, чтобы болезненней уколоть его резким отказом. - Уж точно не готовить, - невнятно проговорил парень, Лайтнинг развернулась. Он уже успел быстрыми и изящными движениями столовых приборов отрезать кусок мяса, который с недоверием рассматривал на вилке. Его наглое поведение в очередной раз выбило девушку из колеи. И, кажется, именно это стало последней каплей, перевесившей чашу её благоразумия, заливая с ног до головы ливнем истерики. - Это моя еда! - краснея до кончиков ушей, громко заявила она. Видя это, он спокойно напомнил ей: - Здесь все принадлежит мне! - и решительно отправил мясо в рот. Лайтнинг горько сглотнула накатившие досаду и голод и тихо, но очень четко сказала: - Но не я... Я не принадлежу тебе, подонок! И не буду никогда! Настроение испортить она умела. Отложив вилку и нож, он сохранил маску, но побледнел ещё сильнее, как будто иней покрыл кайму лица. Глаза пристально смотрели на Лайтнинг, она же не видела, как они очень медленно меняют цвет. - Ты просто не умеешь проигрывать,- сдержанно сказал принц. - Это ты не умеешь! - почти переходя на крик, сказала девушка, она как будто пыталась достучаться сквозь этот холодный заслон до жестокого парня. Напрасно, ей казалось, что подонок абсолютно непроницаем. Внутри него бушевали сотни острых клинков. И Лайтнинг горько пожалела бы, если хоть один из них вырвался наружу. - Нет, я вообще никогда не проигрываю, - по-королевски гордо сказал Каэлум. Ноктис поднялся из-за стола и направился к выходу из кухни. Продолжать разговор было бесполезно и опасно. Лайтнинг же мучилась от его глухоты, в душе у неё накопилось столько неприятных и горьких слов для него, а Ноктис сбегает. Она даже готова была запустить этой злополучной тарелкой ему в спину: «Пусть подавится!» - Сволочь, я презираю тебя, слышишь, ты жалок!- бессильно крикнула она вдогонку принцу, когда он был у самой двери. Ноктис замер, в этот раз даже по безучастной спине было видно, что он с трудом переваривает её слова. - Думаешь, сможешь купить меня! - переводя дыхание, продолжала она. Ноктис повернулся и увидел, как Лайтнинг сжимает кулаки и морщит лоб, готовая в любой момент сорвать голос, желая защитить себя от Каэлума. Слишком слабая телом, слишком сильная духом и такая беспомощная перед ним. Такая, какой он её любил, а вот она ненавидела его… - Уже купил, - сообщил он твердо и громко, и его внешнее спокойствие ещё сильнее укололо. - Ты, кажется, обещала Ваниль, что с ней всё будет хорошо. Принц покинул кухню, оставляя девушку одну наедине с её душевными терзаниями. Лайтнинг чуть не упала на колени: «Как можно быть таким подонком?» Ноктис, скрывшийся за дверью, где его ждал Игнис, страдал не меньше. Почему она делает ему и себе так больно, натягивая тонкую струну их отношений до предела, превращая её в режущую удавку. Он же готов ради неё на многое. Принц пытался показать ей это как мог, а она не желает просто поддаться, прислушаться, уступить хотя бы чуть-чуть. Если уж она не хочет признать очевидное, он сам заставит её это сделать. Пусть он сделает больно и ей, и себе. Раз уж ей хочется защищать эту чёртову девчонку вместо того, чтобы Каэлум защищал её саму, пусть подавится своим самопожертвованием, пусть упивается и купается в нем. Принц уж сделает всё, чтоб эта святая мученица получила сполна свою долю, и ему это принесет удовольствие.