14. Как остаться с тобой
21 июля 2025 г., 17:23
Мои руки судорожно вцепились в шею Коннора мёртвой хваткой. Я жадно вдыхал запах ментоловых сигарет, который горьковато смешивался с его одеколоном… Упираясь в кровать руками, он заключил мою голову между ними, и я позволил ему слегка приподняться, лишь бы только видеть его лицо. Он выглядел взволнованным, и я отчётливо ощущал его смущение. Вопросительно уставившись мне в глаза, Франта несколько раз похлопал длинными ресницами. Сейчас, в пьяном состоянии, он казался таким уязвимым, таким беззащитным…
— О чём ты? — наконец выдохнул он, горячо задыхаясь. — Отпусти… Мне нужно идти домой.
— Нет… Ты пойдёшь к нему… Умоляю, не уходи, — я горько смотрел ему в глаза, сверкая мокрым взглядом.
— Ты слишком пьян, Трой… Тебе надо поспать, — с этими словами он решительно оттолкнулся от кровати, порываясь встать, но я сжал руки на его шее в замок.
Коннор вскочил, и я повис на нём, словно назойливая обезьяна. Он попытался аккуратно разомкнуть мои пальцы, но оказался слишком пьян для таких упражнений. Я снова дёрнул его к себе, на кровать, и Коннор, словно пёрышко, рухнул рядом. Мы были почти одного роста и комплекции. Не мешкая, я забрался на него, придавив своим телом.
— Я не отпущу тебя, — промямлил я пьяным голосом.
Коннор явно ничего не понимал. Да и я тоже… Мной двигало лишь одно: осознание того, что, вернувшись домой, он, как и обещал, зайдёт к Шу. К этому подлецу, который так грязно насмехается надо мной и над моей любовью. Я отчаянно желал не допустить этого. Мне хотелось, чтобы Коннор был только моим, чтобы Шу не смел трогать его и пальцем.
Смущаясь и тяжело дыша от возбуждения, я уткнулся лицом в его шею и обеими руками полез под рубашку, трепетно касаясь его мягкой кожи. Он больше не сопротивлялся. Лишь вздрогнул и, запрокинув голову, тяжело вздохнул. Плавно скользя ладонями по его телу, я старался коснуться каждого миллиметра… И оно горячо отзывалось на каждое моё прикосновение.
Убедившись, что Коннор присмирел, я принялся покрывать его шею сначала робкими поцелуями, которые постепенно превращались в долгие и наглые. Он, словно кот, сходящий с ума от удовольствия, тянул подбородок вверх, подставляя шею под мои губы. Развязав его галстук окончательно, я, сгорая от нетерпения, принялся расстёгивать пуговицы рубашки, обнажая слегка подкачанный торс, и, наконец, ласково осыпал поцелуями его ключицы. Я так старался быть нежным, чтобы он это заметил. Оторвавшись от его тела, я приподнялся и посмотрел на его лицо: зелёные глаза были устало прикрыты, рот жадно ловил воздух, а щёки пылали румянцем. Приоткрыв веки, он устремил взгляд на меня и досадно прошептал:
— Что же ты делаешь?
Я не знал, что ответить, поэтому просто продолжал смотреть на него влюблёнными глазами, надеясь, что они всё скажут за меня. Алкоголь развязал мне язык и руки, но я всё ещё не был готов признаться прямо.
Внезапно Коннор взялся за мои плечи и резким движением поменял нас местами. Теперь я лежал под ним, а он нависал надо мной. Его ладонь прижалась к моей щеке, и я, подобно необласканной дворняге, податливо потянулся к ней. Почти уткнувшись носом в мой, он тоскливо посмотрел мне в глаза и решительно предупредил:
— Ты очень сильно пожалеешь, если я останусь.
Едва контролируя дыхание, я ждал, что же он сделает или скажет. Мне было страшно и волнительно одновременно. Я умолял, чтобы он не уходил, но не хотел потом жалеть. Не хотел, чтобы это было в первый и последний раз… Ведь, если верить Шу, так оно и будет. Мой разум, затуманенный алкоголем, отказывался мыслить рационально… Я умоляюще смотрел ему в глаза, намекая на то, с чем не должен был спешить.
Закрыв глаза, Коннор коснулся своим носом моего, и я почувствовал, как пылко он дышит, как дрожат его губы, медленно приближающиеся к моим. Затаив дыхание, я двинулся навстречу. Наши губы слились в поцелуй.
Это было непохоже на то, что делал Шу. Его поцелуй был грубым и хищным. Коннор же целовался нежно и ювелирно, робко касаясь едва выглядывающим языком. Поцелуй, о котором я мечтал, имел вкус алкоголя и сигарет… Это не совпадало с окрыляющими фантазиями, но почему-то казалось поэтичным и метафоричным: моя любовь заставляла романтизировать всё, что происходило в этот момент. Его чёлка слегка щекотала лоб, вызывая мурашки. Я неумело, но охотно отвечал на его опытный поцелуй, чувствуя, как в брюках у нас обоих становится тесно. Моё тело трепетало и не могло поверить в происходящее. Неужели это не сон?!
Вздохнув, Коннор оторвался от моих губ и пристально посмотрел мне в глаза. Я жаждал продолжения… Его дрожащие руки принялись задирать мою футболку, обнажая бледный торс. Наконец, он неловко стянул её, ещё больше вгоняя меня в краску. Плавно он провёл ладонью от ключицы к низу живота. Его пальцы взялись за молнию моих брюк, медленно расстегнули её и, ухватившись за резинку, приспустили их, обнажив нижнее бельё, и он застыл, словно засомневавшись.
Отведя взгляд в сторону, Коннор цокнул языком, нервно закусил губу, усмехнулся и покачал головой. Что происходило у него в голове? К сожалению, я не имел об этом ни малейшего представления. Однако, когда наши взгляды встретились вновь, Франта отстранился, сполз с меня и сел на край кровати. Я приподнялся и вопросительно посмотрел на него. Он сидел, угрюмо согнувшись.
— Я не могу так с тобой… Ты просто пьян и не понимаешь, что делаешь, — едва слышно прошептал он.
Расстроившись, я робко приблизился и, ухватившись за ворот его рубашки, прижался губами к щеке. Он, словно получив удар током, резко оттолкнул меня ладонью в грудь, и я снова повалился на кровать, но тут же поднялся и упрямо ухватился за него.
— Я тебя не отпущу, — заявил я, сжимая его руку.
— Да что с тобой такое?! — вскрикнул Коннор, пытаясь вырваться.
— Я знаю… Знаю, что ты пойдёшь к нему…
— О чём ты?
— Я слышал вас… Слышал, когда шёл в туалет…
— Так это… был ты… Я думал, мне показалось…
Коннор озадаченно и испуганно на меня посмотрел. Я не понимал его удивления… Его слова мог услышать любой.
— Шу — ужасный человек… — пробормотал я. — Ты не должен был так близко его подпускать…
— Трой, — он пришёл в себя и усмехнулся, — это, вообще, не твоё дело. Жаль, конечно, что ты об этом узнал, но уже ничего не поделать.
Снова… Снова он указывает мне на моё место. Почему Шу заслуживает его близости, а я — нет?
— Ложись и спи, — спокойно сказал он.
— Ты не уйдёшь? — взволнованно уточнил я, заглядывая ему в лицо.
В ответ Коннор лишь откинулся на кровать, потянув меня за собой. Я продолжал крепко держать его руку, не веря в свою победу. Он правда останется? Стоило мне закрыть глаза, как я почти сразу уснул.
Сознание возвращалось обрывками. Тяжёлая голова, сухость во рту и… пустота рядом в кровати. Я провёл рукой по простыне — холодно.
Спустя какое-то время я проснулся. В комнате по-прежнему было темно. Даже ночник погас. Коннора рядом не оказалось. Всё-таки он ушёл… Тяжело вздохнув, я уткнулся лицом в подушку. Я не смог его удержать… Он снова обвёл меня вокруг пальца. Почему он не мог остаться со мной?
В памяти всплывали обрывки: его руки, его дыхание, его губы… а потом — его голос, твёрдый, сквозь тяжёлую дыру желания: «Ты слишком пьян. Ты не понимаешь, что делаешь». И мои собственные слёзы, моё признание в том, что я всё видел. И моя жалкая просьба, почти мольба, остаться.
Ложь. Всё это была ложь. Чтобы успокоить, чтобы усыпить, чтобы сбежать.
Стыд накатил новой, ещё более тошнотворной волной. Я не просто был отвергнут. Я был тем, кого успокаивают и с кем потом тихо уходят. Я взывал к его совести, умолял, а он… он просто сделал вид, что соглашается, дождался, пока я отключусь, и ушёл. К нему.
***
Утром позвонил Тайлер. Он расспрашивал о прошлом вечере, интересовался, как долго мы пробыли в баре и сколько я выпил. Я сильно преуменьшил, отвечая на его вопросы. О том, что Коннор заходил ко мне, я решил не говорить. Не хотел, чтобы очкарик переживал. Да и как я мог? «Привет, твой приятель, в которого я влюблён, чуть не переспал со мной, пока я был пьяным и плакал, а потом сбежал к своему насильнику»? Нет! Это унижение было только моим. Выходные промчались незаметно. Я печалился, но не прекращал учиться. Особое внимание, конечно, уделял предмету Франты. Несмотря на усердие, мне так и не удалось попасть в список лучших студентов. Но с каждым днём моё упорство росло, и я чувствовал, что скоро обязательно достигну цели! В понедельник я взял с собой ноутбук, твёрдо решив сдать его на починку. Сколько ещё ему ждать? Я опаздывал и едва не забыл его, хотя он ждал в прихожей с вечера. Мой автобус, как всегда по утрам, был забит битком. Ждать другой не было времени, так что я с отчаянием шагнул в эту давку, а следом за мной зашёл Коннор. Я не сразу его заметил, но стоило услышать, как он здоровается с водителем, знакомый голос заставил меня вздрогнуть. Кое-как повернув голову, я посмотрел на него. Я замер, ожидая, что он отвернётся, сделает вид, что не замечает, нахмурится — всё что угодно, лишь бы не это… Но он посмотрел. И кивнул. И даже что-то сказал про пробки. И его голос был… обычным. Спокойным. Дружелюбным. Как будто между нами ничего не произошло. Как будто он не разбирал мою одежду дрожащими пальцами. Как будто я не целовал его шею, пытаясь заставить его остаться. И от этого… стало легче. Потому что если он не злится, если он не испуган, если он может смотреть на меня и улыбаться этим немного усталым уголком губ… значит, не всё потеряно. Значит, тот вечер не стал концом. Значит, дверь не захлопнулась навсегда. Словами не описать, как я был рад, что он не стал меня игнорировать после той пятницы! Я даже боялся об этом думать. Я ответил что-то, стараясь, чтобы голос не дрожал от внезапно нахлынувшей надежды. Мы простояли рядом несколько остановок, и это было и пыткой, и блаженством. Быть так близко и помнить всё… Он не ненавидит меня. Он не избегает меня. На радостях я и не заметил, как быстро мы доехали. На нашей остановке он вышел раньше, кивнув водителю на прощание. Я, едва придя в себя, выскочил из автобуса, отчаянно сдерживая бешено колотящееся сердце в груди, и бросился за ним. Он, видимо, тоже спешил и сразу рванул к колледжу. — Коннор! — крикнул я, пытаясь его остановить. Он обернулся и сбавил шаг, так что я смог его догнать. Запыхавшись, я тяжело дышал, глядя на шагающего рядом учителя. Коннор выглядел свежо и бодро. — У тебя первая пара? — спросил он. — Да. — Тогда тебе лучше поспешить. — Тебе ведь тоже! Он очаровательно улыбнулся и сообщил: — Нет, у меня первой пары нет. Просто решил прийти пораньше, кое-что проверить. Так что беги вперёд. Обречённо вздохнув, я сорвался с места и помчался на занятия, бросив на бегу: — С нетерпением жду твоей завтрашней пары!
