Не бросай меня, молю

— Хибики, у вас на корабле есть лакрима? Мне нужно сделать несколько звонков, — не своим голос спросила Харфтелия. Будто изуродованная трагедией, она вызывала лишь жалость. Поникшие волосы приобрели темный оттенок, а в глазах будто не было эмоций. — Да, я провожу тебя, — нервно ответил юноша. — Нет. Просто скажи где, сама найду, — сжав ладони в кулаки, дернула руками волшебница. — Нижняя палуба, на каюте вывеска «Связная», — за напарника ответил Рен, не отрываясь от своего экрана. Не прощаясь, девушка вышла из рубки, спускаясь ниже по лестнице. — Мастер Макаров услышал наш с ней разговор, — тихо прошептал Лейтис. — Мне пришло сообщение, что скоро должно состояться слушание Громовержцев. Если бы мы ушли в комнату, а не стояли у стойки… — Заткнись. Хватит себя жалеть, — рыкнула Алая, сложив руки на груди. — Никто не виноват. Полюшка сказала, что это оторвался тромб, следовательно, это могло произойти в любой момент. Не зависимо от ситуации и окружения, — девушке было трудно говорить. Она действительно верила в свои слова и не осуждала никого. Но отчаяние и пустота в душе полностью застилали ей глаза. Хотелось долго и громко плакать, а не лететь на спасение кучки идиотов.       «Лишь бы дозвониться до них. Хотя бы до двоих, остальные не так важны», — стоя напротив лакримы, Заклинательница Духов сильно сжала пальцами края столешницы. Кристалл приятно вибрировал, подтверждая ожидание ответа. — Покои принцессы Хисуи, с кем я говорю? — нервно улыбаясь, заикаясь на словах, спросила служанка. — Здравствуйте, мое имя Люсьена Хартфелия. Пожалуйста, это очень срочно и не ждет отлагательств, позовите принцессу. Вопрос жизни и смерти, — протараторила волшебница. Замешкавшись, незнакомка все же согласно кивнула головой, прося оставаться на линии. — Жизни и смерти… — тихо повторила блондинка. — Я не смогу посмотреть в глаза Лексуса и остальным. Они возненавидят меня… — шмыгнув носом, пропищала волшебница. Через десяток минут, в комнату вбежала обеспокоенная принцесса. — Люси, здравствуй, — напряженно поздоровалась она. — Что стряслось? — Хисуи, прости, пожалуйста, что обращаюсь к тебе за помощью в такой праздник. У нас беда. Громовержцев собираются судить в час ночи. Они конечно натворили дел, но я умоляю тебя, спаси их. Заседание состоится в Ошибане. Мы уже летим туда… — Тихо-тихо, спокойно, — прервала подругу девушка. — Успокойся, я немедленно вышлю тебе письмо с помилованием. В двух экземплярах. Пускай это будет моя оплата долга перед твоей гильдией, — нежно улыбнувшись, волшебница дружелюбно посмотрела на блондинку. — Хисуи, спасибо тебе огромное! Ты нам очень поможешь, в буквальном смысле спасешь! — задыхаясь от рвущихся слез, сорвалась ключница. — Приезжай на праздниках ко мне, ты не важно выглядишь, — ласково прошептала девушка. — Посидим, поговорим. Хорошо? — Договорились, — импульсивно выкрикнув, нервно и неестественно улыбнулась Хартфелия. — Моего разрешения должно быть достаточно, так что через пару минут вышлю, — не прощаясь, Хисуи прервала звонок. — Спасибо… — пропищала в никуда волшебница. — Но даже с этим… Нужно еще позвонить, подстраховаться, — для экстренных ситуаций, у Хвостатых Фей, у всех, было секретное заклинание, которым можно связаться с Местом. Одним из немногих из Совета, кто искренне верил и поддерживал Хвостатых. — Люси? — почти мгновенно ответ мужчина. А увидев в экране заплаканное лицо знакомой забеспокоился. Внимательно выслушав девушку, всю историю от начала до конца. И про Дикстона тоже. Он серьезно кивнул головой. — Через пятнадцать минут буду на месте, встретимся у здания суда. Я возьму разрешение у Лохара. Не волнуйся, мы вытащим их, — коротко улыбнувшись, мужчина отрубил связь лакримы. Волшебный факс запищал, требуя разрешения на получение бумаг. Обессилев, Заклинательница опустилась на колени. Обнимая себя за плечи, девушка безмолвно плакала. Ее сердце разрывалось от боли, из-за потери Мастера. И ярости на саму себя. В голове у нее крутилась одна единственная мысль «Он умер». Она вновь и вновь повторялась. Ударялась о стенки разума. Сводила с ума беззащитную блондинку. Ее тело трясло от той паники, которая росла внутри. Ей было крайне страшно встречаться с Громовержцами. Особенно с Бикслоу. Она была уверенна, что команда с первой же секунды будет презирать ее. Ведь из-за нее. Из-за ее разговора с Хибики их любимый Мастер умер. «Он мертв!» И вновь Люси, сотрясаемая истерикой, сжалась. Наклоняясь вперед, она прислонилась лбом к грязному полу, омывая его своими горячими слезами. Тихий стук в дверь. — Люси, мы уже подлетаем, через несколько минут пришвартуемся к вокзалу, от туда пешком, — не открывая двери, тихо говорил Лейтис. — Не следует нам заявлять о своем прибытии открыто, — добавил он под конец. — Хорошо, — истерично простонала Хартфелия. — Уже иду, — болезненно встав с пола, девушка щурилась, из-за слез почти ничего не было видно. Подойдя к зеркалу, она импульсивно выдохнула. Утерев полотенцем растекшуюся тушь, волшебница жестко выдернула бумаги о помиловании из принтера.

***

— Ставь везде завтрашнею дату. Разберемся с этим перед Новым Годом, чтобы спокойно уже отдыхать и праздновать, — толстый судья, отдав указания секретарше, взобрался на ступени, удобно упав в мягкое кресло. С левой стороны от него, в клетке сидели Громовержцы. Испачканные в грязи, на их лицах, в некоторых местах виднелась запекшаяся кровь. Порванная одежда лишь ухудшала их общий вид. — Провозглашаю открытие заседания, — в зале никого не было, кроме судьи, Барона, секретарши и обвиняемых. — Зачитайте обвинение, — льстиво улыбаясь на камеру, которая записывала каждое движение присутствующих, старик учтиво склонил голову перед немолодой женщиной. — Волшебники Хвоста Феи, команда Громовержцев. Лексус Дреер, Бикслоу, Фрид Джастин и Эвергрин. Обвиняются в умышленном нападении на поместье Барона. Они сознательно уничтожили заклинаниями его имение, все имущество. А после пытались ограбить его. Требовали документы, — Лексус зло оскалился. — Подсудимые, так как у вас нет защиты, слово предоставляется вам, — ядовито ухмыльнулся судья. — Защита есть! — жестко пнув дверь зала ногой, прокричала Алая. — Мы рады, что успели вовремя, — держась рядом с Местом, слабо кивнула головой Заклинательница. — Ваше письмо, видно, затерялось по пути, — холодно произнес волшебник. — Вы ведь удосужились предупредить гильдию Хвост Феи, а тем более Совет о заседании? Ведь здесь присутствуют волшебники, следовательно обычный судья не имеет права рассматривать подобные дела, — властно проговорил маг. — Ты! — вдруг выкрикнул Барон, завидев блондинку. — Именно, — опустив голову, девушка сильно сжала руки, чтобы скрыть собственную дрожь. — Люсьена Хартфелия, Эльза Алая и Мест-Дролбалт Грайден, кстати говоря, глава отряда рунных рыцарей, — сохраняя аристократичное спокойствие, добавила Заклинательница. — Мы требуем, чтобы вы немедленно отпустили наших друзей, — стукнув кулаком по стойке, крикнула мечница. — На каком, собственно, основании? — поправив очки, поинтересовалась секретарша. — Они волшебники, а все дела, в которых фигурируют маги, рассматриваются Советом, — вступил в разговор Мест. — У меня есть официальный запрос от Гран Дома, чтобы Громовержцы перешли под мою ответственность, — достав из внутреннего кармана письмо, мужчина не спешил передавать его судье. У Люси был план, как можно освободить друзей не используя вмешательство правительства. — А так же, у меня имеется письмо принцессы Хисуи о помиловании всей команды Громовержцев, — подойдя ближе к столу судьи, блондинка нарочито не смотрела на друзей. Она чувствовала с каким восторгом и радостью они на нее смотрят, но не испытывала того же. — Либо, мы можем выключить весь этот фарс и поговорить на более приятные темы, — указав ладонью на камеру, девушка коротко улыбнулась. — Как на пример? — почувствовав запах выгоды, пропел судья. — Вам нравится мое платье? — покрутившись на месте, спросила ключница. — И как это относится к нашему вопросу? — поднял одну бровь мужчина. Алая и Грайден молчали, предоставляя Заклинательнице возможность решить все бескровно. — Продав его, денег хватит купить целый город и сделать его собственным государством, даже еще немного останется, — склонив голову, коротко объяснила девушка. Судья задохнулся воздухом. — Всем конечно известно, что мой отец был великим торговцем. Но мало кому дано знать, что его лучшим другом был Грегори Кетрол Флоренс. Великий модельер и волшебник. Он творил свои работы используя не только обычную ткань. Освещая ее в святых местах, он накладывал на каждое изделие заклинания. От чего его творения подходят для любого человека. Вы, наверное, удивитесь, но даже вы в нем будете прекрасно выглядеть. Думаю, почва для разговора у нас благоприятная? — посмотрев на судью с вызовом, холодно сказала Люси под конец. — И за него вы просите освободить Громовержцев. И только? — вопросительно протянул мужчина. — Уничтожение всех упоминаний о их пребывании здесь, как и заявлений Барона. Вы обязуетесь больше никогда не трогать Хвост Феи, не при каких-либо обстоятельствах. И еще, пускай Барон отдаст нам документы на Дикстона. Этот человек несколько лет издевался над маленьким ребенком, который оказался сыном Бикслоу. За все эти мелкие просьбы, я отдам вам целое состояние. Прямо сейчас, — стоя напротив стола судьи, Хартфелия держалась несколько отстраненно, что было удивительно при данных обстоятельствах. — Это взятка! — пискляво крикнул Барон. — Заткнись! И немедленно принеси документы, — шикнул на него мужчина. — Но… — Я сказал быстро! — покраснев от алчности, судья боялся, что сделка сорвется. — Я вас провожу, мало ли бандиты нападут, — кровожадно усмехнулся Мест. — Пока мы ждем его возвращения, не сделаете ли вы письмо? Чтобы подтвердить свои обещания, что не имеете претензий к Громовержцам. Будет неловко, если вы обманите меня. — Эй, — посмотрев на секретаршу, шикнул мужчина. — Открой клетку, — взяв со стола перо и лист бумаги, мужчина аккуратно расписывал весь лист. На тему, что он лично отпустил Громовержцев и снял с них все обвинения. — Я сама, — вырвав у секретарши ключи, рыкнула Алая. Освободив друзей от анти-магических кандалов, Эльза жестко остановила Бикслоу, когда тот хотел подойти к Заклинательнице. — Не трогай ее, она сейчас не в себе, — болезненно прохрипела Хвостатая. — Я объясню вам все на корабле. — Ну и тяжелый же этот гад, — глубоко дыша, Мест появился на пороге зала суда. — Люси, документы у меня, я все проверил. — Отлично, — облегченно выдохнула девушка. Ключница завела руки за спину. Потянув веревочку, она медленно растягивала верх платья. — Люси, что ты делаешь? — тихо прошептал Джастин заметив манипуляции подруги. Ослабив шнуровку, волшебница не отвечала на глупый вопрос. Стягивая с плеч ткань, Хартфелия подобрала подол платья снимая одежду через голову. Небрежно бросив платье на стол, она резко развязала бантик юбки-подкладки. Переступив через нее, она так же положила ее рядом со судьей. — Я жду документа, — протянув руку, волшебница ровно стояла одетая лишь в корсет и тонкие леггинсы. — Печать, — мужчина жестко ударил ею по листу, — и подпись, — резко размахнув рукой, он нанес последние штрихи. Смущенный поступком Заклинательницы, он, дрожащей рукой, подал ей бумагу. Внимательно прочитав содержимое, девушка кивнула головой. — Погоди, а как же украшения? Флоренс всегда создавал к своим работам ювелирные аксессуары, — вдруг встрепенулся он. — Уговор был только на платье, разве нет? — грубо рыкнула ключница. Сняв с себя теплый плащ, Мест накрыл им Хвостатую. — Ты обманщица! — Еще одно слово, и я лично тебе морду набью. И поверь, меня за это даже в Совете по головке погладят, — сквозь зубы рычал Грайден уводя знакомую из зала. Он никогда прежде не видел подобного поступка. Мест был в шоке от увиденного, он чувствовал горькую обиду за волшебницу, но вместе с тем и гордость за нее. Она держалась как истинная аристократка, дочь своей матери. — Люси, — Бикслоу потянулся рукой к любимой, но та лишь опустила ниже голову, скорее выходя из здания. — Не трогай ее, — умоляюще протянула Алая. — Нам нужно торопиться в гильдию… — Что у вас произошло? Хартфелия была вся в слезах, когда позвонила, — взъерошив волосы, мужчина не хотел комментировать момент с раздеванием, впрочем как и остальные. — Именно из-за этого, нам и надо спешить в гильдию. Мест, ты поедешь с нами, Мастер доверял тебе, — Эльзе было тяжело сохранять самообладание. Она говорила сбивчиво, на грани срыва. — В смысле «доверял»? — вдруг спросил Фрид, но волшебница не ответила. — Мы объясним вам все на корабле. Нужно торопиться не используя магию, она может пригодится Дикстону, — хрипя, прошептала Заклинательница. На улице было слишком холодно, чтобы идти в одном плаще, но блондинка упрямо продолжала перебирать ножками, цокая на округу небольшими каблучками. — Не нравиться мне все это, — нахмурился Дреер. — Люси, где твое платье? — подняв компанию на борт, за счет телепорта «Кристины», тихо спросил Ив. — Скорее обратно в гильдию, — властно прикрикнула Алая, переводя внимание Пегасов на себя. — Доберемся с ветерком, — серьезно ответил Рен, вновь приводя двигатели в рабочее состояние. — Объясняйте! Что произошло? — грубо прорычал Лексус. — У Мастера был тромб, — стоя в дверях, спиной к остальным, тихо прошептала блондинка. Ей было страшно повернуться лицом к друзьям. — Мне пришло сообщение о вашем суде, я решил рассказать об этом Люси, чтобы уже она решила кому говорить об этом, а кому нет, — внезапно вступил в разговор Лейтис. — Мы отошли в сторону, а там у стойки оказался Мастер, — продолжила Заклинательница. — Тромб оторвался. Тело Мастера умерло, — глубоко вздохнув пропищала волшебница. — А его душу сейчас удерживает Дикстон. — Нам надо вернуться в гильдию, чтобы вы успели проститься с ним, — болезненно прошептала Алая. — Это чертово издевательство! — взревел Бикслоу. — Тромб?! Серьезно? Да не мог наш Макаров так просто… — оглядывая лица Пегасов, мужчина увидел на них мрачные тени. — Твоего сына сейчас поддерживают магией остальные. Он буквально за секунды опустошил свой резерв удерживая Мастера Макарова в этом мире, — смотря вперед, Акацуки уверенно вел корабль в направлении Магнолии наращивая скорость. — Если бы не он… — Это не может быть правдой! Дед не мог вот так просто!!! — вокруг Лексуса зловеще затрещали молнии. — Угомонись, — властно крикнул Ив. — Мы все бережем магию, чтобы продлить пребывание Мастера Макарова в этом мире. На счету каждая частичка магии!       Заперев дверь в подсобке, и импульсивно пнув к ней тяжелый ящик с какими-то запчастями, Хартфелия упала на пол. Перекатившись на бок, она поджала под себя ноги. Дрожа всем телом от холода и горя она отчаянно всхлипывала. Сжимаясь сильнее после каждого крика друзей. Словесная перепалка и неверящие крики Громовержцев страхом отдавались в ее теле. Паника только росла от чувства, что она вполне заслужила к себе ненависть друзей. Это заслуженно, но от этого не становилось лучше. Только хуже.       Зажмуриваясь до темных кругов, она с головой окуналась в чувство собственной ничтожности. Плащ Места совершенно не грел, разрываемая бессилием, она мерзла на полу.       Заметив пропажу Хартфелии, Хибики спустился в трюм. Там всегда была запасная одежда его гильдии, как женская, так и мужская. Наспех взяв джинсы и майку со свитером, юноша поднялся. Он, за счет магии архива, легко смог вычислить расположение волшебницы. — Люси, я принес сменную одежду, — тихо постучавшись, парень услышал, как девушка резко замолчала. — Ты простудишься, переоденься, пожалуйста. — Всхлипывая, Заклинательница нехотя отодвинула ящик, открыв небольшую щель. В которую Пегас просунул сменные вещи. Присев у стены, юноша импульсивно провел ладонью по своему лицу. — Тебе не за что себя винить. Это была моя оплошность, а не твоя. Единственный виновник здесь я, — прошептал волшебник, слыша как в коморке шуршит одежда. — Ты не рыцарь, а тем более не принц на белом коне, чтобы брать всю вину на себя, — девушка робко вышла из подсобки. — Мы оба виноваты. В равной степени, — заметив, как на лице Хартфелии размазалась тушь и тени, маг вытащил из кармана платок. — Не будем считаться, — серьезно прошептал он. Приняв от друга платок, девушка рассеянно вытирала глаза, не видя дорожек туши. — Нам стоит вернуться в рубку. Мы скоро прибудем в Магнолию, Рен выжимает из «Кристины» все соки.       Ключница не ответила. Она понимала, что ее уединение было эгоистичным поступком. Не одна она страдала, не одна она была виновата в смерти Макарова. И тем более не ей прятаться от взглядов друзей, Громовержцев.       Пустота внутри нее росла каждое прожитое мгновение. Прожитое. У нее свело живот от подступающей тошноты. Горели все органы от боли, а вина уверенно занимала почетную полочку в душе Хартфелии. Укрываясь теплее плащом Места, девушка робко вошла в комнату, где находились все волшебники.       Лексус сидел на небольшом диване у стены. Мужчина глубоко опустил голову, поставив локти на колени, маг нервно покачивался туловищем. Было слышно как скрепят его зубы, и видно, на сколько сильно напряжены его руки. Даже вены выступили. Дреер верил и не верил друзьям одновременно. Не хотел! В начале мама, потом отец с ума сошел и бросил его. Теперь дед. Это было несправедливо и нечестно. Он не имел права так поступать с ним. Лексус этого не заслужил. Только изменившись, вновь поверив в дружбу, во все устои Хвоста Феи, мужчина не рассчитывал так скоро расставаться с дедом. Единственным кровным родственником который у него был. Ком в горле не желал исчезать. Уничтожая в себе позывы разрыдаться, маг печально опустил голову.       Заметив Заклинательницу, Бикслоу резко встал с пола. Вздрогнув в испуге, девушка подошла ближе к Алой, которая стояла рядом со штурвалом. В комнате царила тишина, и никто не пытался ее разрушить. Взяв друга за руку, Джастин лишь покачал головой. Поджав губы, волшебник чертыхнулся в мыслях, но терпеливо сел обратно на пол. — Нацу, ты уже на пределе, — тихо прошептал Грей. Который сам еле держался в сознании сидя на стуле у стойки. — Нормально все, — прорычал волшебник отдавая все, до последней капли. — Моя очередь, — жестко рыкнул Редфокс, начиная передавать свою магию малышу, волшебник напрягся. — Ребята, вы не можете так постоянно сменять друг друга. Вам не удастся удержать меня, — нахмурив брови, проговорил Макаров. Левитируя, он, по своей привычке, сложил ноги по-турецки. — А это уже нам решать, а не тебе, — запыхавшись, со второго этажа торопливо спускался Лексус. До Нового Года оставалось двадцать минут, но все уже позабыли о празднике. Волшебникам было безразлично, ведь не существует такой магии, какая бы вернула жизнь Мастеру. — Внучек, тебя все-таки вытащили из тюряги? — подленько хихикнул старичок. В Громовержцах были смешанные чувства. Вроде, вот он. Сидит перед ними. Улыбается. На голове неизменные колготки. Но старик просвечивался подтверждая слова о его гибели. — Дед… — Дреер-младший сам не знал, что хотел сказать, слова острыми иголками застряли в горле. — Мастер! — громко крикнул Локи, неожиданно появившись в зале возле Заклинательницы. — Простите, за самодеятельность, но мы не можем допустить вашей гибели. — Это уже произошло, — как-то без радостно хмыкнул старик. — Простите, на объяснения времени нет, — вглядываясь в глаза друзей, громко крикнул Дух. — Люси, ты должна уничтожить мой ключ, — обняв хозяйку за плечи, юноша пристально посмотрел в ее глаза. — У Владыки нет собственного ключа, поэтому для его вызова нужно уничтожить чьи-нибудь врата. Он появиться и все объяснит. Я вернусь через пять минут, — встряхнув подругу, парень смотрел как с ее глаз капают слезы. — Верь мне! Это того стоит. К тому же, ключ лишь вещь, ее можно восстановить. Понимаешь? Во мне достаточно сил, чтобы вновь появится и без ключа, — нагло солгал Дух. — Хорошо, что мне делать? — утерев ненужный слезы, прошептала девушка, громко шмыгнув носом. — Вы что задумали? — крикнул Макаров. — Продлеваем вам жизнь, на одну-две вечности, — широко улыбнулся Локи. — Собери все оставшиеся силы и влей в мой ключ, думай о Владыке, воспроизведи его образ в памяти. У тебя получится, — чувственно поцеловав Заклинательницу в лоб, тихонько прошептал Дух. — Будь на пределе возможностей, — наклонившись к ее уху, добавил парень. — И не смей трогать жизненный резерв. — Я поняла, — грустно улыбнулась девушка. Глубоко выдохнув, она мягко оттолкнула друга. — У меня нет права на ошибку… — закрыв глаза, прошептала блондинка сама себе.       Мгновенно волшебница высвободила всю свою силу. Вспоминая, как она это сделала в первую встречу с Владыкой, девушка буквально вырывала из себя силу, желая призвать Короля. Словно отдача от атаки, присутствующие маги прикрыли руками лицо, робко выглядывая из-за них. Золотой свет проникал во все закоулки здания. Под ногами Хартфелии образовалась огромная и мощная печать. Рыча, Люси вспоминала лицо Владыки, но в мысли лезли совершенно другие кадры. Улыбка Макарова, когда он встречает своих подопечных после успешного завершения задания. Самоотверженный рык Льва, когда он рвется в атаку, желая защитить хозяйку. Всю свою жизнь ключница пользовалась добротой, заботой и отзывчивостью других. Ее всегда оберегали. А сейчас у нее была реальная возможность спасти маленького старичка, который дарит себя всем своим подопечным, считая каждого своим ребенком. Сквозь гул собственного сердцебиения, девушка слышала, как Мастер что-то кричал ей. Но ей было это безразлично, если есть маленький шанс вернуть его, она им воспользуется и плевать на последствия. Робко улыбаясь, Локи чувствовал, все идет по плану. Владыка принимал жертву Люси. Он знал это, потому что его ключ покрылся паутинкой трещин. Никто из Хвостатых и не подозревал, что в хрупкой блондинке таиться подобная мощь. Они шокировано смотрели на нее, не до конца понимая происходящее. Но каждый надеялся, что она справится и Макаров вернется к ним. — У тебя получилось, — тихо прошептал Локи, когда его ключ разлетелся на множество осколков. Все пространство сотрясала сила Хартфелии вперемежку с магией Владыки. Потолок неестественно вытянулся вверх, а всех присутствующих, даже Мастеров, захватило чувство легкого страха с благоговением к величественному Духу. — Люси, старый друг, остановись, — ласково проговорил он, — и ты, человеческое дитя. Тебе нет нужны больше удерживать душу, этим займусь я, — тихонько улыбнувшись, добавил Владыка. Будто после долгого бега, Дикстон упал на стойку. Тяжело дыша, мальчик обливался потом. Он был почти пуст, если бы Гажил не наполнял его своей магией, точно потерял бы сознание. — Владыка… — прохрипела Хартфелия. — Тише, нет нужны говорить мне о том, что я и так знаю, — по-отцовски прошептал Дух. — Локи все объяснил мне. И я приму за честь, если Мастер Макаров согласиться стать Духом. — На каких условиях? Я буду простым ключиком? — сложив руки на груди, серьезно спросил старик. — Исключено, — прикрыл глаза Король. — Зная о вашем характере. Огромном сердце и любви к своим подопечным, я не могу на это пойти. В человеческом мире есть одни необычные врата, — начал рассказывать Дух. — Я собираюсь вновь сделать такой подарок человечеству. — Он согласен! — импульсивно выкрикнул Лексус. — Я не позволю моему старикану так быстро окочуриться! — Внучек… — Мастер, я не могу находиться здесь долго, — посмотрев на Заклинательницу, тихо прошептал Владыка. Все были так увлечены появлением огромного Духа, что совершенно забыли о том, что блондинка поддерживает его призыв своими силами. Лежа на полу, она корчилась от боли, Король забирал слишком много сил. — Что ты делаешь?! — закричал Мастер. — Прекрати немедленно мучить ее. — Такова плата за мой призыв, — печально ответил Владыка. — Сейчас все зависит от вас. Будет ли эта жертва бесполезной, или нет. — Ладно, черт с тобой, только давай быстрее, — видя как подопечная страдает, резко согласился Макаров. — Так бы сразу, — счастливо улыбался Дух. И стоило ему оглушительно хлопнуть в ладоши, как образ Дреера-старшего пропал со стойки. Нахмурив брови, Король медленно развел ладони. Находясь в невесомости, между ними появилась небольшая подвеска. Кроваво-красного цвета, на черной веревочки, сиял знак Хвоста Феи. Такой же, какой носил старичок на своем сердце не одно десятилетие. Медленно опустив новые врата в руки Заклинательницы, Владыка трепетно улыбнулся. — Ты справилась, старый друг. Тебе не за что себя винить, — ласково поправив волосы Хартфелии, Дух рассыпался миллионами искр.       «Этими вратами может воспользоваться любой из твоей гильдии. Сил он будет забирать не много. Удачи…» — эхом отдался в ее разуме голос Владыки. — Кто-нибудь, наденьте подвеску и позовите Мастера, — хрипела волшебница. — Его может вызвать любой, — задыхаясь от нехватки магии, Люси вытянула руку, в которой крепко сжимала веревочку. Сев возле нее на колени, Лексус импульсивно выполнил все требования, пытаясь поднять девушку с холодного пола. — Давай уже, дед, не выпендривайся, — прорычал он, пытаясь как-то влить магию в предмет. В этот момент он впервые задался вопросом о том, как же это делают Заклинатели. — Что не ждали? — радостно посмеялся Макаров, стоя на перилах второго этажа. Совершенно не прозрачный. В привычной одежде. И с широченной улыбкой на лице. — Мастер, — ласково пропела блондинка. — Больше так не делай, — спрыгнув на первый этаж, старик строго посмотрел на подопечную. — Никогда, — добавил он тихонько. — Отойдите, дурачье, у нее сильнейшее истощение, — толкнув Дреера-младшего, шипела Полюшка. — Сейчас исправим, — одновременно произнесли Нацу и Грей. Шатаясь, с темными кругами под глазами, они честно направлялись к подруге. Желая помочь ей вопреки всему. — Это меньшее, что я могу сделать, — взяв ладонь Хартфелии, коротко улыбнулся Лексус. Передавая ей свою чистую магию, мужчина пытался передать ей и свою безграничную благодарность. Если бы не она и Локи, он бы потерял себя со смертью деда. — Новогоднее Чудо все же существует, — сипло проговорила Альберона опрокидывая в рот бутылку крепкого вина. — Люси, — устало простонал Дикстон. Сидя на руках у отца, он потянулся ладонями к девушке. Передавая сыну свою магию, мужчина пытался избавить его от болезненного состояния.