Не бросай меня, молю

      Заказчик, даже по прибытию в свое поместье, отказался просвещать бравых защитников о том, что же они защищали. Тем более, за что пострадали. Мало задаваясь данным вопросом, девушки учтиво приняли приглашение богатея, поправить свое здоровье в его покоях несколько дней. Это было необходимо не только Хвостатым, но и неизвестной девушке, которая явно ненавидела их. Избитая, с подтеками на лице, она ровно и спокойно дышала, будто была в глубоком сне. Восполненный благодарностью, заказчик вызвал из города ветеринара и лекаря, чтобы они осмотрели больных. Медвежонку быстро выписали антибиотики в уколах и более действенную мазь, которая, по словам старичка, должна была залечить его лапу за считанные дни. С блондинкой дела обстояли хуже. Квалифицированный врач опознал у нее глубокую кому, в следствии открытой черепно-мозговой травмы на затылке.       Вынув пинцетом все осколки черепа, лекарь произнес неутешительный прогноз. Даже если девушка очнется, скорее всего, она останется инвалидом до конца дней. Не сможет правильно говорить, будет нарушена координация движений, а так же, возможно, полная парализация всех конечностей. Но даже это не сильно беспокоило подруг. Мира пересказала все, что помнила из тех минут, Хартфелии. Особенно уделила внимание последним ее репликам. Если, по невероятной случайности, у Бикслоу нет еще детей, разбросанных по всему Фиору в городах, где он выполнял задания, то эта девушка — мать Дикстона. Люси заочно возненавидела ее. Неважно какие обстоятельства были, что ее сподвигло, Заклинательница всей душой ненавидела пострадавшую за то, что она допустила все издевательства над ее сыном.       Решив, что в любом случае они ей обязаны, девушки решили отвезти ее в гильдию, где, будучи под присмотром Полюшки и Венди, есть вероятность, что незнакомка пойдет на поправку. Ведь в делах с мозгом, всегда нужно делать ставку на удачу. Кому-то свойственно везение, а кому-то нет. В любом случае, Люси и Мира хотели скорее вернуться в Хвост Феи. Им не терпелось встретиться с Мастером, обнять этого непутевого старичка и чтобы жизнь снова потекла в старом русле. — Часы? Как ты тут оказался? — выйдя из душа, замотанная в полотенце, на ее ногу тут же запрыгнул медвежонок. Крепко уцепившись, он что-то по-своему стонал ей. — Лев очень просил передать тебе это письмо, — в своей манере, высоким голосом, пропел Дух, держа в руке конверт. — Как он там? — прихрамывая от веса детеныша на ноге, блондинка подошла ближе к другу. — Как обычно, — безразлично ответил Часы. — Действует всем на нервы и ноет, что ему скучно. — Да, это на него похоже, — по-доброму хихикнула Заклинательница. — Не могу долго находиться, — учтиво поклонившись, Дух медленно растворился. Подняв голову, медвежонок коротко крякнул. — Слезай давай, сейчас твой ужин принесут, — чуть дернув ногой, с улыбкой проговорила Хартфелия, резко открыв письмо. Дорогая Люси.       Я понятия не имею, что произошло, но мой ключ уже появился в земном мире. Это просто невероятно, обычно на восстановление уходят недели, а не несколько десятков часов. Я в шоке!       Короче… Найди меня, пожалуйста, всего пару дней прошло, а мне уже скучно! Очень жду нашей встречи.       Твой, Локи. — Люси, ты чего плачешь? — войдя в комнату с огромным подносом разной еды, обеспокоенно спросила Мира. — Я… Я не вернусь с тобой в гильдию, — всхлипнув, блондинка подняла голову, на ее лице была самая лучезарная улыбку, приправленная кристалликами слез на щеках. — Ключ Локи появился, нужно скорее найти его и вернуть домой, — нежно утирая пальчиками свои слезы, прошептала ключница. — Ты уверена, что не хочешь заглянуть в гильдию? — оставив поднос на столе, Штраус-старшая обняла подругу за шею, крепко обнимая ее. — Тогда не смогу еще раз сбежать, совесть не позволит, — облокотившись лбом на плечо дьяволицы, девушка нежно улыбнулась. — Твоя правда, — хихикнула волшебница. — Куда ты отправишься? — чуть отпрянув, спросила Мира. — Пока останусь в городе, подлечу лапу Никса и подожду каких-нибудь новостей. Обычно, где есть Золотой Ключик, там точно имеются неприятности, — посмеиваясь, Хартфелия вытерла глаза от оставшихся слез. — Ты не говори остальным о моей задаче. Не хочу, чтобы кто-нибудь вмешивался в поиск. Хорошо? — Бикслоу психовать будет, — огорченно прошептала Штраус-старшая. — Я, — запнувшись на буквах, девушка печально опустила голову. — Ты потом с ним все обговоришь, правильно? — мило наклонив голову, улыбнулась волшебница. Слабо кивнув головой, Люси посмотрела как весело маленькому медвежонку покусывать ее пушистые тапочки.

***

      Мира настояла на том, чтобы она сама оплатила транспортировку блондинки до Магнолии. Хартфелии могли еще пригодиться деньги с оплаты задания, на личные вещи, которых у нее не было, или на проживание в отеле. Заказав медицинскую машину, с врачом на время пребывания в пути, Штраус-старшая обещала подруге урегулировать все конфликты в гильдии и дать ей достаточно времени для поисков Локи. А так же, тайно записывать задания, которые выберет Мавис. Девочка активно кивала головой, говоря, что они с Люси не будут скучать и дня. Маленький медвежонок, залез на спину Заклинательницы, ухватившись за нее, словно он рюкзачок.       Путь обещал быть долгим, но ожидания того стоили. Не предполагая, что Мира вернется так скоро, Макаров был приятно удивлен ее приподнятому настроению. Карета медицинской перевозки, плотно подъехала ко входу в здание. Попросив Венди обустроить одну кушетку в лазарете, девушка робко встретилась взглядами с Бикслоу. — У нее появились дела, как у Заклинателя Духов. Как только она решит этот вопрос, обязательно вернется в гильдию, — опустив голову, спокойно произнесла девушка. — Малова-то будет. За объяснение даже не принять, — зло прошипел маг. — Чуть позже, ты все мне расскажешь. — Да, но прежде, — смело посмотрев в глаза согильдийца, волшебница обернулась к нему боком. — Скажи, ты знаешь эту девушку? — указав ладонью на машину, где команда медиков, стараясь не травмировать пациентку, вытаскивала кушетку. — А что тут происходит? — широко зевая, огибая машину, в гильдию зашел сонный Гилдардц. — Это кто ее так? — увидев месиво на лице девушки, прошептал мужчина, будто мог разбудить ее. — Это не важно, погоди, — шикнула на него официантка. — Бикслоу, скажи, ты ее знаешь? Помнишь? — А в чем дело? — сложив руки на груди, маг внимательно оглядывал незнакомку. Она вроде и напоминала ему кого-то, но это лишь образ, чувство, что он, может быть, виделся с ней. Из-за ее уродства синяков было трудно опознать ее. — Она имеет зуб на Хвост Феи, в частности на тебя. Говорила, что ты ей жизнь сломал, — тихо прошептала волшебница. — А я помню ее, — подошедший Дреер, внимательно прислушался к запаху незнакомки. — Мы пару дней гостили в поместье Графа, выполняя пустяковое поручение. Охрана его самого на приеме, помнишь? — он посмотрел на повелителя душ. — Ты еще слюнки пускал на его дочурку. Милая такая деваха была, всегда в кимоно ходила, и косу на сторону заплетала, — пытаясь припомнить детали, закрыв глаза, блондин щелкал пальцами в воздухе, слегка нахмурив брови. — Широ? Ты про нее говоришь? — промычав, Бикслоу все же вспомнил имя той девушки. — Именно, — переведя взгляд на узкую кушетку Лексус тяжело выдохнул. — Странно видеть ее такой, и что это за тряпки на ней? — Она была среди бандитов, обещала прикончить меня и Люси в отместку Хвосту Феи, и особенно тебе, — Мира внимательно посмотрела на Громовержца. — Что ты ей сделал? — Ну-у, — маг нехотя провел ладонью по затылку. — Переспал он с ней, а на следующий день мы уехали. Ты ведь сам тогда хвалился, забыл что-ли? — тяжело выдохнул Дреер-младший. — Лексус, ты можешь почувствовать запах Дикстона и сравнить с ее? — Штраус-старшая, серьезно посмотрела на согильдийца. — Эта девушка говорила про то, что Бикслоу вселил в нее… — Мира не хотела заканчивать цитату. — Если у тебя, по невероятной случайности, нет еще детей, о которых ты не в курсе, то Широ биологическая мать твоего сына. Это не точно, мы с Люси только предположили, не более, — заметив, как побледнел друг, торопливо добавила волшебница. — Да почему она узнает о таких вещах раньше меня? Уже во второй раз! — схватившись за голову, рычал волшебник. — Бикслоу, они правы, — чутко прислушиваясь к запахам, тихо прошептал Лексус. — Зашибись, блин, — импульсивно приложив ладонь ко рту, выдохнул маг.       Вернувшись к стойке, где Дикстон находился под присмотром Макао и Мастера, мужчина тяжело сел рядом с ним. Обеспокоено смотря за спину отца, туда, где Лексус и Гилдардц помогали медработникам с переноской, мальчик любопытно смотрел на пострадавшую девушку. Попросив у Кинаны крепкий кофе, хотя очень хотелось выпеть чего-то более крепкого, и на спирту, Бикслоу устало положил голову на стойку.       «В начале, Люси познакомилась с моим сыном. Теперь она завела дружбу с моей бывшей любовницей. Да что не так с этой блондинкой?!» — медленно подняв голову на пару сантиметров, мужчина резко расслабился, глухо ударяясь лбом о стойку. «Благо, у Люси не столько силенок, и это точно не она так разукрасила Широ. Черт, что делать-то теперь?» — встав на высоком стуле на ноги, Дикстон мягко прислонился к сильному плечу папы головой, ласково поглаживая ладошкой по его спине. «Сына…» — улыбкой подумалось мужчине. Нежно посадив его на свое колено, маг крепко обнял его. — Не волнуйся. Люси обязательно вернется, вот увидишь, — счастливо прошептал малыш, даже не подозревая об истинных мыслях отца. — Ой, чуть не забыла, — прикрикнула Мира. Вернувшись к машине, она достала из-под кресла небольшую коробку, в подарочной упаковке. — Люси очень просила передать тебе. Сказала, что ты обо всем узнаешь в письме, — вынув из кармана штанов конверт, улыбнулась волшебница. — Это от Люси?! — просиял мальчик. — Да, именно, — просто хихикнула девушка. — Открывай скорее, — чуть грустно прошептал Бикслоу. Кивнув головой на подругу, Мира лишь отрицательно покачала головой, подтверждая догадку, что Хартфелия передала послание только для ребенка. Здравствуй, мой родной!       Я уже соскучилась по тебе. Так не хватает тебя, представляешь, я так разленилась, что разрешаю себе спать подольше. А не встаю вместе с тобой готовить завтрак. Придется тебе снова перевоспитывать меня. Справишься?       За меня не волнуйся. Знаешь, я тут познакомилась кое с кем и он показал мне правду и то, что все мои мысли были неверными. Этот человек хоть и подлец, но если встречу его снова, обязательно скажу «Спасибо». Он, фактически, спас меня от самой себя. Так что, Дикстон, можешь смело забыть все те глупости, что я тебе наговорила. Я была полностью не права и теперь это понимаю.       Как там папа? Уверена, ходит голодным и кормит тебя какой-нибудь гадостью. Если я права, разрешаю отругать его!       Пожалуйста, чаще практикуйся в письме. Хоть связи со мной и нет, но я буду рада, когда вернусь, почитать от тебя письма-ответы на мои строчки.       И еще одно. Я случайно увидела лавку в городе, и решила тебя, и себя, побаловать. До этого как-то времени не было и повода, хотя я планировала эту покупку. Сохрани для меня те воспоминания, которые ты будешь переживать в мое отсутствие. Любая мелочь, хоть обычный приход в гильдию. Делай снимки всего, что считаешь важным. И про себя не забудь. Но об этом, я думаю, позаботится твой папа, что бы на кадрах были не только остальные, но и ты, в главной роли.       А еще, я приютила, на время, у себя маленького медвежонка. Наша фотография в коробке. Он чем-то на тебя похож. Такой же любопытный и умный. Я назвала его Никсом. Думаю, подходящее имя. Как считаешь? Я скоро выпущу его на волю, где ему будет лучше, так что, прости, но не смогу тебя познакомить с ним.       Ой, уже машина приехала, мне пора заканчивать. Не скучай и не волнуйся. Скучаю по тебе, мой родной мальчуган!       Твоя, Люси. — Медведь? Серьезно? — скорчил лицо в удивлении Бикслоу, внимательно слушая, как Дикстон закончит читать. — Ну, бандиты повредили его лапу. Люси хочет залечить его и отпустить на свободу. Забавный малый, — слегка краснея, улыбнулась Штраус-старшая. — А какой он? — тут же спросил мальчик. — Очень большой? Он не съест Люси? — Что ты. Он еще совсем малыш, — показав руками его размер роста, хихикнула Мира. — Посмотри фотографию и увидишь, — пододвинув ближе коробку, мягче улыбнулась девушка. Осторожно развязав веревочку, мальчуган аккуратно распаковал обертку, складывая ее рядом. Глянцевая поверхность ярко представляла новейший фотоаппарат, который моментально проявляет фотографии и сохраняет снимки на лакриме памяти. А стоило открыть крышку, как на самом верху, всех документов и содержимого, лежала аккуратная карточка. Люси смешно согнулась, держа на спине довольного медвежонка, который сладко жевал ее волосы. На ее голове виднелись повязки, а на одной щеке был охлаждающий пластырь от ожогов. — Он такой пушистый, — восхищенно прошептал Дикстон. — И Люси совсем не страшно, так здорово, — болтая ножками посмеивался мальчишка. Пришедший Драгнил, любопытно подошел к стойке, а увидев фотографию напарницы громко закричал. Что она там развлекается, и даже его не взяла с собой. Но особенно его огорчило то, что напарница сражалась с магом огня, и, снова, без него.       Когда все разговоры, по поводу внезапного возвращения Миры, утихли, девушка робко попросила Мастера об уединении. Спокойно кивнув головой, старичок направился в, пока еще, свой кабинет. И стоило двери закрыться, как волшебница тихо всхлипнула. По ее щекам стекали слезы счастья. Нахмурив брови, старик присел на диван, призывно похлопав ладонью рядом с собой. Но Штраус-старшая думала иначе. Упав на колени, она бережно обняла Мастера, прислоняясь головой к его груди. Этот человек вырастил ее. Дал ей все, что она имеет. Показал, как можно хорошо жить. Макаров был ее отцом.       Чувство вины съедало ее эти дни. Ведь в Новогоднюю ночь, она слишком резко и категорично прикрикнула на него, когда он пытался подсмотреть ей под платье. А через несколько минут Мира нашла его под стойкой. Эти дни девушка честно корила себя, считая, что из-за ее грубости старику стало плохо. Она действительно думала, что она виновата. Но увидев, что Мастер страдал на протяжении всего дня, почувствовав, какое счастье он испытывал видя волшебников. В тот день, в его душе не было сожалений о жизни, он был готов к смерти и она это узнала.       Всю дорогу до Магнолии дьяволица вынашивала благую тираду о глупости Макарова. Но стоило его увидеть, как все ушло. Осталось лишь теплое чувство облегчения, что Мастер по прежнему в гильдии. Он все еще здесь и он теплый.       Нежно улыбаясь, Дреер-старший ласково гладил волосы девушки. Он догадывался, о чем она могла узнать, но не хотел озвучивать свои мысли. Когда на руках плачет твое дитя, пусть и не кровное, но родное, как-то пропадает желание разбираться в его душе. Хочется лишь утешить, успокоить. Подарить то, зачем пришел ребенок. Отцовскую любовь. И Макаров молчал. Продолжая улыбаться, он чувствовал, как его наполняет трепетное тепло, что дыхание перехватывает, когда девушка так доверчиво прижимается для объятий, роняя слезы, точно зная, что ее не осудят за лишнюю влагу.

***

      На следующий день Мира, как и ее брат с сестрой, не пришли в гильдию. Решив побаловать родных, волшебница наготовила кучу вкусностей, а после они устроили генеральную уборку. Ведь за короткое отсутствие главы Штраусов, Эльфман успел сильно насвинячить буквально везде. Ворча, что он не специально, огромный мужчина, покорно выполнял все поручения старшей сестры. Поднимал и клал в стирку грязные вещи. Складывал грязную посуду в раковину. Выносил накопившийся мусор. Такой простой день, наполненный домашними хлопотами, совершенно не напрягал родственников, напротив, им было в радость трудиться всем вместе. Помогая друг другу, подшучивая, смеясь, даже в уборке они находили повод повеселиться, не отвлекаясь от дел.       Хоть Бикслоу и было обидно, что для него не нашлось послания, но ему стало много спокойнее. Люси действительно не ждала, что он устроит за ней погоню, как могли бы мечтать многие глупышки, она знала про его обязанности, и даже наставляла не забывать про них. Зная, что ее письма, в любом случае, прочтет и мужчина, она показывала, что на его стороне и просила продолжать в том же духе. Хартфелия обещала вернуться к Дикстону, а следовательно и к его отцу. И Громовержец верил ей. Здесь уже было не просто доверие, а безграничная вера. Но и даже при всех плюсах его не отпускало мерзкое чувство ревности. Он голову ломал над вопросом, что это за «хмырь», который, как она сказала, «открыл ей глаза на правду». А узнав у официантки каким именно способом им обеим открылась «правда», он был в ужасе, уже люто ненавидел этого мерзавца. И совершенно не поддерживал чувство благодарности к неизвестному, что испытывала Заклинательница.       Где-то через неделю, после возвращения Миры в гильдию, сдавшись под безмерным оптимизмом Драгнила Хвостатые Феи продолжили стройку. Менее торопливо, но в этот раз к работе подключили Бикслоу. Его магия манипуляции душ, была незаменима при работах на втором этаже. Руководя процессом возведения каркаса, Ридас внимательно корректировал друзей. Это был первый раз, когда по задумке ребенка, мужчина составил целый проект, из-за чего маг хотел соблюсти каждый миллиметр при строительстве.