A Year Every Minute

После завтрака Гастер, Санс и Папирус покинули Ядро и миновали Хотленд. Кратчайшим путём к Вотерфоллу была переправа, единственной лодочкой которой заведовал одетый в мантию монстр. На выходных он был немного занят, так что троице пришлось подождать на лавочке, пока Речная Личность вернётся из последнего путешествия. Сансу всё ещё было тяжело оставаться в сознании. Его костяные ладони сжимали термос, в котором было ещё больше кофе для него, нежели в первой выпитой дома кружке. У Гастера и Папируса не было никаких проблем с тем, чтобы оставаться бодрыми, хотя Гастер явно был более приземлённым, нежели маленький скелет, который прыгал сейчас у края реки… Если, конечно, вы бы не дали Гастеру чем-нибудь заняться. В таком случае можно было бы предельно ясно понять, откуда Папирус взял всю свою энергию. — Всё ещё с нами? — спросил Гастер, опустив взгляд белых огоньков глаз на Санса. Несмотря на то, что они были вне лаборатории, на Гастере всё ещё был лабораторный халат. Он очень редко его снимал, если был не дома, в особенности теперь, когда он нашёл себе чёрный халат вместо белого. После происшествия с кровью, учёный решил, что будет лучше скрывать некоторые из пятен, которые являлись частью его работы, от Папируса, нежели выносить их на всеобщее обозрение на белой ткани. — тип того, — пробормотал Санс и наконец-то оглянулся. Он заметил портфель возле своего отца. — что это? — Увидишь. Немногим позже маленькая деревянная лодочка возникла на реке, плывя против течения. На носу у неё сидела закутанная в мантию фигура. Гастер помог Папирусу встать на палубу, прежде чем последовать его примеру, а Санс взошёл на борт сразу за ними. Двое мальчиков сели ближе к корме, в то время, как их отец занял место ближе к носу. — Тра-ла-ла, куда бы вы хотели отправиться сегодня? — Вотерфолл. — Тогда мы поплыли. Лодочка отчалила, несмотря на то, что у неё не было весел или мотора. Папирус перегнулся через борт, опустив руку в воду, наблюдая за своим отражением в ряби на водной глади. Санс только начал просыпаться, но лодка, ласково покачивая его из стороны в сторону, быстро его усыпила. Голова Санса упала на руку, и вскоре мальчик задремал снова, и даже странный и приятный разговор между Гастером и Речной Личностью не смог удержать его в сознании. — Тра-ла-ла, рад видеть вас, Доктор. — Тебя тоже. Как идут дела с переправой? — Приятно. — ПАПА, ТЫ ЗНАЕШЬ ИХ? — спросил Папирус, наконец-то сев ровно и заняв место рядом со спящим братом. Гастер кивнул: — Мы знали друг друга на поверхности. — ВАУИ! ВЫ РАБОТАЛИ ВМЕСТЕ? Доктор хохотнул: — Не-а. — Тра-ла-ла, я никогда не мог представить, что ты остепенишься и заведёшь детей. — Кто это остепенился? — Гастер хмыкнул, взглянув на закутанную в мантию фигуру. — Санс и Папирус — мои величайшие достижения. — …Я вижу, — Речная Личность медленно повернули голову назад, видимо, не нуждаясь больше ни в каких намёках на то, что двое мальчиков были созданы каким-то отличающимся от нормального путём. — Тра-ла-ла, и они даже ничего не взрывают. Ты перерос это, Доктор? — Нет, чёрт возьми, — рассмеялся Гастер. — ЕСЛИ ВЫ НЕ РАБОТАЛИ ВМЕСТЕ, ТО ОТКУДА ВЫ ДРУГ ДРУГА ЗНАЕТЕ? — спросил Папирус, когда лодка начала замедляться. — Тра-ла-ла, мы прибыли. Когда лодка остановилась в Вотерфолле, Гастер встал и начал жестикулировать Папирусу: — Я расскажу тебе в другой раз, парниш. Разбуди своего брата. Папирус надулся и посмотрел на Санса, который, дремля, слюнявил свою ладонь. Костлявая рука опустилась на Санса и начала его трясти, дабы он проснулся. Голова Санса подпрыгивала и вздрагивала, пока он не сел. — ПРОСЫПАЙСЯ, ЛЕНТЯЙ! МЫ ПРИБЫЛИ! — ммм… ок, — пробормотал Санс, медленно вставая. Папирус спрыгнул с борта лодки, а его брат стащился следом за ним. — До свидания, Доктор, — произнесли Речная Личность, когда Гастер расплатился с ними за переправу. Пока на лодку всходили другие монстры, тройка скелетов начала свою прогулку по Вотерфоллу. — ты знаешь их? — спросил Санс, наблюдая, как маленькая лодочка мчится прочь. Прежде чем Гастер успел что-либо произнести, Папирус взял на себя смелость ответить за него: — ОНИ ЗНАЮТ ДРУГ ДРУГА С ПОВЕРХНОСТИ. ТЫ БЫ ЗНАЛ ЭТО, ЕСЛИ БЫ НЕ ПРОСПАЛ ВСЮ ДОРОГУ СЮДА! — …ох. хах, — Санс мигнул и потёр кулаками глазные впадины. Троица прошла деревянным пирсом, и Гастер достал из кармана два складных зонтика, протянув один из них Сансу. — Здесь становится довольно мокро, так что открой свой зонтик. Наконец-то они миновали причалы и начали прогулку вдоль мокрой дорожки, деревянный настил которой едва ли спасал от грязи. — ВАУИ! — наконец-то воскликнул Папирус и указал на горизонт. На большом расстоянии от них виднелся замок; это было чем-то, чего крохотный скелет никогда не видел снаружи. — ЭТО ЗАМОК, ГДЕ ЖИВЁТ КОРОЛЬ? — Конечно, — Гастер улыбнулся и, опустив зонтик, начал распаковывать то, что было у него в портфеле. Два мальчика, выглядывая из-под своего зонтика, глазели на сверкающие кристаллы ввысоке. — ЭТО ЗВЁЗДЫ? — Это кристаллы, но приятно думать о том, что они - звёзды. — ОНИ КРАСИВЫЕ. — Сейчас они станут ещё красивей. Предмет, который Гастер вытащил из портфеля, после того, как он начал его собирать, превратился в телескоп. Лицо Санса просияло; он всегда любил астрономию… даже не смотря на то, что он мог никогда не увидеть звёзды собственными глазами. — я не знал, что у тебя есть телескоп, дингс. — А почему бы и нет? Просто от него здесь не особо много пользы, — Гастер пожал плечами и отступил, закончив сборку. — Идите и опробуйте его. Санс жадно протянул зонтик Папирусу и сразу же начал всматриваться в окуляр, направив телескоп на кристаллы. — Я ХОЧУ ПОСМОТРЕТЬ! — надулся его брат, пытаясь взглянуть из-за Санса. — Посмотришь. Просто дай своему брату посмотреть первым. Вот, пока он смотрит… Доктор достал книжку, которая была в чемодане вместе с телескопом, и присел, чтобы сравняться с сыном в росте. Он начал рассказывать Папирусу о множестве созвездий в ночном небе на поверхности, о том, как они были изначально названы и том, как они могут помочь вернуться домой. Они оставались там на протяжении некоторого времени. Папирус и Санс сменяли очереди, чтобы посмотреть в телескоп, и задавали разные вопросы, которые они только смогли придумать о звёздах на поверхности. Наконец-то, скелеты решили двигаться дальше. Гастер собрал вещи и поднял свой зонт. Было ещё много чего, что можно было увидеть. — ЧТО ЭТО? — спросил Папирус, когда они проходили мимо. Он отпустил руку брата, чтобы подойти к стене. Светящиеся таблички, вырезанные из камня и украшенные светящимися кристаллами, ярко сияли и привлекли внимание маленького скелета. — ВОЙНА ЛЮДЕЙ И МОНСТРОВ? Санс бросил взгляд на Гастера, но его отец уже подошёл к Папирусу, чтобы объяснить. — Я думаю, вы ещё не дошли до этого на уроках истории? — Я ТАК НЕ ДУМАЮ, — Папирус покачал головой, и тогда перевёл взгляд на другие записи. Он прошёл немного к следующей табличке и прочитал её медленно и громко: — «ПОЧЕМУ ЛЮДИ АТАКОВАЛИ? КАЗАЛОСЬ, ИМ НЕЧЕГО БОЯТЬСЯ. ЛЮДИ НЕВЕРОЯТНО СИЛЬНЫ. НУЖНО СОБРАТЬ ДУШИ ПРАКТИЧЕСКИ ВСЕХ МОНСТРОВ, ЧТОБЫ СРАВНИТЬ ИХ С МОЩЬЮ ЕДИНСТВЕННОЙ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ДУШИ. НО У ЛЮДЕЙ БЫЛА ОДНА СЛАБОСТЬ. ИРОНИЧНО, НО ЭТО БЫЛА СИЛА ИХ ДУШ». Гастер и Санс соблюдали тишину, следуя за Папирусом, который переходил от таблички к табличке, громко читая их себе. Они оба уже знали историю того, что случилось, а Гастер был знаком с произошедшим особенно тесно. Закончив читать, маленький скелет поднял взгляд на своего создателя. — Я НЕ ПОНЯЛ. ПОЧЕМУ ОНИ ЗАТОЧИЛИ НАС В ПОДЗЕМЕЛЬЕ? — Либо это, либо мы были бы уничтожены. Не так много монстров выжило в войне. Сейчас Столица выглядит многолюдно, но так было не всегда. — НО… ПОЧЕМУ? ЧТО МЫ СДЕЛАЛИ? — Папирус нахмурился. Гастер вздохнул: — Мы не сделали ничего. По крайней мере, я запомнил не это. Иногда люди воюют, не имея для этого никаких реальных причин. Маленький мальчик надулся, взяв отца за руку, и они продолжили прогулку сквозь дождь Вотерфолла, спускаясь вниз от стен пещер. — ЭТО НЕПРАВИЛЬНО. ДОЛЖНА БЫТЬ ПРИЧИНА. Гастер улыбнулся и взглянул на Санса, который молча следовал за ними. Он не видел никакого смысла в том, чтобы прерывать разговор отца с Папирусом. Гастер в этот раз произвёл поразительно хорошую работу для того, чтобы обработать тему. — Я знаю, что ты видишь добро во всех, Папс, но верь мне, когда я говорю, что людям нельзя доверять. Я видел, на что они способны. — ХММ… — пробормотал Папирус неуверенно. — ВОЗМОЖНО… НО ВОЗМОЖНО, ИМ НУЖЕН БЫЛ КТО-ТО, С КЕМ МОЖНО БЫЛО БЫ ПОГОВОРИТЬ. НИКТО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ПОЛНОСТЬЮ ПЛОХИМ. У КАЖДОГО ЕСТЬ ДОБРО ВНУТРИ, — Папирус наконец-то улыбнулся, придя к утверждению, что это было правильной мыслью, чтобы в неё верить. — Если бы только все были такими, как ты, Папирус, мир был бы гораздо лучшим местом, — хмыкнул Гастер. Санс наконец-то встал рядом с братом и похлопал его по голове. — продолжай верить, бро. кто-то должен это делать. — Я БУДУ ВЕРИТЬ! НЬЕХ-ХЕХ! — он схватил свободной рукой Санса, и они вместе зашагали грязной тропинкой вглубь Вотерфолла. Вокруг становилось всё темнее и темнее, кристаллов становилось меньше, их место начали занимать светящиеся цветы и растения. Даже вода здесь сияла гипнотически синим светом. — ЭТИ ЦВЕТЫ КРАСИВЫЕ, — указал Папирус, подойдя ближе к одному из них. — Эти цветы красивые. Маленький скелет замер, его глазницы расширились. Медленно он повернулся и взглянул на Санса и своего отца, который давил в себе смех. — ЭТОТ… ЭТОТ ЦВЕТОК ГОВОРИТ СО МНОЙ? — Этот цветок говорит со мной? — НЬЕХ! — Папирус отполз немного назад, хватаясь за Санса. — всё хорошо, бро, это просто эхо-цветы, — мальчик с любовью потрепал макушку своего брата. Несмотря на то, что он сам раньше никогда не видел их так близко, он знал, чем они являлись, ещё со школы, а также видел их раньше в лаборатории Гастера. — Эхо-цветы — магические растения, которые растут только в Вотерфолле. Они повторяют всё, что им говорят. С ними забавно играть. — ОХ, — Папирус мигнул, а тогда снова приблизился к цветку. Он приложил ладони ко рту, несмотря на то, что всё равно не был способен на шепот. — ВЕЛИЧАЙШИЙ ПАПИРУС! — Величайший Папирус. Маленький мальчик улыбнулся и повернулся к Сансу, который ответил на его улыбку и подошёл к другому цветку неподалёку. — я легендарный пердун. — Я легендарный пердун. — САНС! — Папирус бросил на брата свирепый взгляд.