A Year Every Minute

Для Санса и Папируса настали тяжёлые времена, но они оба были живы, и это единственное, что имело значение. Прошёл год с тех пор, как всё случилось, и теперь Папирус абсолютно забыл всё, что произошло тогда. Для него всё испытанное было ничем иным, кроме как плохим сном, кошмаром, который можно было легко забыть. Бывали времена, когда он хотел, чтобы его семья была больше, чтобы у него с Сансом был кто-то, кто бы заботился о них, но это желание всегда затмевала безграничная любовь, которую даровал ему брат. Всё, что Санс делал, он делал для Папируса. С другой стороны, Санс всё помнил. Являться единственным, кто знает предыдущего королевского учёного и всё, что случилось, было мучительно одиноко. Он потерял свой дом, друзей и коллег. Он лишился перепалок кошмарными шутками с отцом. Он утратил возможность наблюдать, как Гастер подрывает вещи, умышлено или нет. Ты никогда не поймёшь, как сильно кого-то любишь, пока не потеряешь его навсегда. Их маленькая пещера не была особо тёплой, но была сухой и домашней. Братья спали вместе на одном матрасе, у них было несколько игрушек и книг, которые они нашли на свалке, а их одежда была грязной и рваной, но, не взирая на это, также она являлась и тёплой. Санс проводил время присматривая за Папирусом и исследуя свалку. Всё, что они не могли использовать или съесть, он сбывал продавцам, которые были неподалёку. Некоторые из них проявляли жалость к двум бездомным детям, делая всё возможное, чтобы помочь им. Несмотря ни на что, Папирус был довольно счастливым ребёнком. В самом деле, он многого не знал, так что с ним у Санса не было никаких трудностей. Единственной проблемой являлось то, что у него не было других друзей, кроме старшего брата. Немногие дети, являлись ли они жителями Вотерфолла или же простыми посетителями этого места, хотели играть с маленьким грязным скелетом в лохмотьях. Тем не менее, это был Папирус, и никакой отвергнувший его монстр не мог сломить его дух. В конце концов, у него всегда был Санс, а Санс никогда бы его не бросил. Пока Папирус был в безопасности в их маленьком доме, Санс совершил поход в Сноудин, чтобы продать некоторые найденные на свалке вещи. К счастью, он не потерял свои знания, так что, когда ему удавалось найти что-то, что можно было починить, мальчик получал за это довольно неплохие деньги, которые, можно было надеяться, смогут кормить его с Папирусом целую неделю, а то и дольше. Санс остановился у владелицы магазина — очень доброй крольчихи, которая всегда с радостью покупала его хлам. Какая-то его часть чувствовала, что она делает это только из доброты и, на самом деле, ей не нужен весь его мусор. Санс был вынужден признать, что с видом, с которым он совершал данное, это было не удивительным. Многие ночи проходили за тем, что он оставался без еды, лишь бы Папирус не голодал. Санс был уверен, что стрессы и всё, что произошло, довольно сильно отразились и на его взгляде тоже. Не очень-то легко было быть двадцати двух летним и физически застрять в теле ребёнка. Сбыв свой товар, Санс направлялся в библиотеку, чтобы вернуть несколько книг и взять новые. Всегда было приятно читать страницы, которые не слиплись в кучу или не воняли свалкой, к тому же Папирус любил, когда его история на ночь время от времени менялась. Когда Санс выходил из библиотеки, он увидел у двери афишу, которая объявляла о том, что завтра в деревне появится «Санта». Мальчик сподобился немного улыбнуться, толкая дверь. Папирусу это пойдёт на пользу. Он всегда любил Санту. …Просто позор, что он не сможет ничего подарить ему в этом году. Покинув библиотеку и зайдя за угол, Санс телепортировался обратно в Вотерфолл, а затем остановился, услышав за своей спиной треск. Монстр обернулся и уставился туда, откуда он только что возник. Там была дыра. Маленькая чёрная дыра. Санс поднял бровь и присмотрелся. Края дыры мигали, и вокруг них быстро бежал код, в конце концов, затягивая пробел в пространстве строками информации. Дыра исчезла так же быстро, как и появилась. Санс не был уверен, что сделало её, но что-то наполнило его ужасом. Он развернулся и направился обратно к маленькой пещере, которую он делил с Папирусом. Эта ночь, как и многие другие, была наполнена кошмарами. Санс и раньше видел подобные сны, и он воспринимал их легче вместе с тем, как становился старше. Но, как и в случае с Папирусом, он обнаружил, что ему, снова став юным, довольно тяжело сдерживать эмоции. Всё в его снах казалось таким реальным. Он мог чувствовать холод Сноудина своим черепом. Мог чувствовать, как во время его шагов снег залетает ему в тапочки. Мог ощутить у себя в руках ткань красного шарфа, который, казалось, всегда носил Папирус. Всё это было таким реальным… Как и много раз до этого, он нашёл Папируса после того, как тот пытался поговорить с человеком. Иногда они щадили его, иногда — нет. В этот раз произошло последнее. Папируса сразили ударом в его самое уязвимое место, его тело начало обращаться в пыль, не оставив после себя ничего, кроме одежды. Затем Санс смотрел, как та же ужасающая сущность убивает всех остальных монстров. Она больше не была похожа на нормального человеческого ребёнка, она больше напоминала… дьявола. Это было исполненное злом существо, что хотело лишь убивать и поглотить весь мир. Санс находил его. Находил множество раз до этого, и так же, как и раньше, это существо его убивало. Последняя мысль Санса перед тем, как он просыпался в холодном поту, всегда была о его младшем брате. Санс открыл глаза и увидел мерцающий кристаллами потолок их пещеры. Он взглянул на Папируса, который счастливо спал на грязном и старом матрасе, что они называли своим; слёзы собрались в уголках глазниц старшего скелета. Не говоря ни слова, Санс перевернулся и притянул к себе младшего брата, крепко прижимая того к себе и зарываясь лицом в его макушку. — ММ… САНС… — пробормотал Папирус, улыбаясь сквозь сон и утыкаясь в грудь брата. Санс с трудом сглотнул, стремясь изо всех сил держать свои всхлипы как можно более тихими. Он щёлкнул зубами о голову брата и провёл остаток ночи бездумно глядя в стену, а когда Папирус проснулся, просто прикинулся, что спал. — САААНС… — садясь, пробормотал скелет и протянул руку, чтобы потормошить своего «спящего» брата. Санс открыл глаза, под которыми надёжно обосновались тёмные круги. — да-а, бро? — Я ГОЛОДЕН. Старший брат сел и потёр затылок. — да-а. полагаю, вчера у нас не было шикарного ужина, так ведь? Некоторое время они находились на дне, но сегодня это должно было измениться. Вчера Санс починил приличный сотовый телефон и продал его крольчихе. — я об этом позабочусь. давай сходим в сноудин и купим чего-нибудь особенного сегодня, хах? — Санс попытался улыбнуться, но и этого, по-видимому, было достаточно для того, чтобы возбудить маленького брата. — ОКЕЙ! — Папирус вскочил на ноги и надел ботинки, которые были на несколько размеров ему велики. Санс вздохнул и стянул себя с кровати. Он взял Папируса за руку, и они вдвоём начали долгую прогулку в Сноудин. Санс не решался использовать телепортацию вместе с младшим братом после увиденного прошлым вечером. Переправа же была слишком дорогой для тех, кто считал последние монетки, дабы купить себе еды. Когда они приблизились к Сноудину, Санс взглянул на своего брата, который вытянул свою маленькую ручку в перчатке вперёд и наблюдал, как хлопья снега приземляются на её ткань. — угадай, что я вчера узнал. — ХМ? — здесь будет санта, — Санс улыбнулся, но спустя мгновение осознал, что Папирус мог забыть, кто это. — САНТА?! — возопил маленький скелет, и тяжесть упала у Санса с плеч, когда он узнал, что его младший брат помнит его. — да-а. так что мы скушаем чего-нибудь хорошего, дабы отпраздновать, а затем пойдём посмотреть на него, ок? Папирус расхохотался и счастливо забегал по снегу вокруг, пока они приближались к центру города. В-первую очередь, они остановились у Гриллби. В то время, как старый Папирус бы стонал от жирной пищи, в этот раз он не возражал. Им очень редко удавалось съесть что-то горячее и свежее, так что сейчас это было настоящем наслаждением для них обоих. Санс даже не утрудился спросить у бармена, знаком ли он с их отцом, так как заранее знал ответ. Когда они закончили кушать, наступило время посмотреть на Санту. Король прибыл в центр города и разместился на огромном стуле, что был поставлен возле Подарождественской ёлки. Он был одет в тот же костюм, в котором его запомнил Санс со всех предыдущих раз. Братья встали в очередь и принялись ждать. — знаешь, что попросишь у него в этом году, бро? — ДА-А! — да-а? и что же это? — НЕ СКАЖУ. Санс хохотнул. — ок. Наконец-то они оказались в голове очереди, Папирус с пристрастием побежал вперёд и взобрался на колени «Санты». Асгор выглядел несколько шокированным состоянием маленького мальчика: его одежда была слишком большой для него и грязной. Тем не менее он попытался сохранить хладнокровие. — Как тебя зовут, маленький мальчик? — ПАПИРУС! — Какое интересное имя. Сколько тебе лет, Папирус? — ТРИ! — он поднял три костяных пальца. — О-о, большой мальчик! — хохотнул король. — Чего ты хочешь на Подарождество в этом году, Папирус? — ДРУГА! Король и Санс немного опешили. Асгор бросил на Санса взгляд. Скелет стоял с пустыми глазницами и выглядел даже хуже, чем его младший брат — одежда свисала с его костей, а под глазами находились тёмные круги. — Понимаю. Ну, я уверен, что ты найдёшь друга, чтобы провести Подарождество вместе с ним! А это твой брат? — спросил Король, глядя на Санса. — ДА. САНС МОЙ ЛУЧШИЙ ДРУГ! НО Я ХОЧУ БОЛЬШЕ ДРУЗЕЙ! Асгор заставил себя хохотнуть. — Как ты думаешь, твой брат захочет чего-нибудь пожелать на Подарождество? Санс всего лишь пожал плечами, его глазницы до сих пор были пустыми. — меня и спрашивать не надо. всё, чего я хочу — чтобы мой брат был счастлив. — ЭТО ГЛУПО! — отругал его Папирус, а тогда обернулся к «Санте». — Я ПОЖЕЛАЮ ЗА НЕГО. Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ОН НАШЁЛ ТО, ЧТО ИЩЕТ. — И что это может быть? — Асгор поднял брови. Санс нервно рассмеялся и протянул руки, дабы снять Папируса с коленей Короля. — ничего. пойдём, папс, другие дети тоже хотят, чтобы наступила их очередь. — АААХ, — надулся Папирус, когда брат повёл его прочь, и обернулся, чтобы помахать рукой. — ПОКА, САНТА! Король помахал ему в ответ, но не смог не провести двух отдаляющихся нищих детей грустным взглядом. Санс и Папирус начали свой путь обратно в Вотерфолл. Впервые в этом году оба монстра чувствовали, что они сыты. Пока они шли, Папирус поднял взгляд на старшего брата. — САНС? — да-а, бро? — ЧТО ТЫ ИЩЕШЬ? Санс сжал руку Папируса немного сильнее. — кое-что важное.