Ледяной Зеро

— У нас есть подозрения, что капитан десятого отряда Хицугая Тоширо предал Готей 13. — Как такое может быть? Откуда взялось такое мнение? — спросила Унохана, не веря своим ушам. — Слушайте же, — продолжил Генрюсай. — Лейтенант седьмого отряда Тецузаэмон Иба случайно увидел, как капитан Хицугая в зоне леса разговаривал с кем-то, кто обладал реацу, принадлежащей арранкару. После этого он сразу доложил о произошедшем Сасакибе. Поскольку это серьёзное обвинение, был проведен тест с детектором лжи. Он показал, что информация не ложная, а Лейтенант Иба не был заменен на душу+ или иллюзию. — И что Вы собираетесь делать? — после долгой паузы нервно и как-то обречённо спросил Комамура. — Было принято решение организовать для капитана Хицугаи засаду. Благодаря эффекту неожиданности у нас будет возможность быстро и при меньшем сопротивлении обезвредить его. — И кто же этим займется? — так же удручённо спросил Кенпачи. — На это задание отправляются капитан Куроцучи и капитан Кучики, — ответил главнокомандующий. — Есть, — тихо, но твёрдо ответили названные. — А как связано предательство Хицугаи и эта порошковая муть? — заинтересовался Зараки. — Как я уже сказал, — подал голос Маюри, — я не знаю наверняка, будет ли действовать препарат. А если будет, то так ли, как должен. Чтобы это проверить, нужен синигами с капитанским уровнем реацу. Такие на дороге не валяются, поэтому для проверки вполне можно использовать предателя. — Что?! Это же бесчеловечно! — возразил Укитаке, не на шутку перепугавшись за молодого капитана. — Предатель — не предатель, но он всё равно капитан Готей 13! Пусть уже бывший! И он, в конце концов, не лабораторная крыса, чтобы ставить на нём опыты! — поддержал своего друга Кьёраку, резко подавшись вперед. — Отставить! — повысил голос Генрюсай. — В связи со сложившейся ситуацией мы не можем пренебрегать такой возможностью. Мне тоже не нравится такой расклад, но у нас просто нет выбора. Нельзя идти на войну с Айдзеном и арранкарами, не зная даже собственных возможностей. Укитаке только стиснул зубы от безысходности. — Капитан Куроцучи, капитан Кучики, отправляйтесь. — Есть.

***

Тем временем Тоширо       Хицугая, оставив своего лейтенанта наедине с пылью и шваброй, решил всё-таки отдать клаксон его владелице и отправился в одиннадцатый отряд. — Капитан десятого отряда, Хицугая Тоширо, — громко сказал он, подойдя к огромным деревянным воротам с кандзи «11». Ворота, как ни странно, открылись всего примерно через минуту. Хицугаю встретил третий офицер — Мадараме Иккаку. — Здравствуйте, капитан Хицугая! Какими судьбами? — поприветствовал Тоширо офицер. — Здравствуй, Мадараме. Ваш лейтенант на днях ко мне заходила и забыла свою игрушку из мира живых. Вот, пришел вернуть, — объяснил беловолосый. — Какую игрушку? — не понял Иккаку. Ведь клаксон Тоширо держал в руке, а руки, как всегда, сложил в свои широкие рукава. — Ладно, давайте, заходите, — весело пригласил парень, поблёскивая на солнце отполированной лысиной. И даже не дождавшись ответа, слегка подтянул его к себе за руки и закрыл ворота. Хицугая, конечно, опешил от такого поведения, но не стал ни отчитывать, ни сопротивляться. Ведь заняться ему всё равно нечем. — Присоединитесь к нашей тренировке? — А? Я? Нет. Не думаю, что это хорошая идея. Я лучше просто отдам игрушку и пойду. — Да ладно Вам, капитан Хицугая. Хотя бы просто останьтесь. Вы нечасто к нам заглядываете, — дружелюбно улыбнулся лысик. — Хм… — задумался он, — Ну ладно. Пожалуй, я мог бы ненадолго задержаться.       Через некоторое время они вошли в просторный зал для тренировок. Ничем особенным он не отличался: в нём почти ничего не было, за исключением целой кучи деревянных мечей и немногочисленных матов, которые за ненадобностью покрывались уже седьмым слоем пыли. По периметру в абсолютно хаотичном порядке сидели бойцы одиннадцатого отряда. Двое из них, а точнее, Аясегава и седьмой офицер, дрались на тренировочных мечах в центре этого неровного круга. Только Тоширо и Иккаку вошли в зал, как седьмой офицер из середины зала по красивой параболе пролетел в другой его конец. Двое вошедших от неожиданности повели головами по траектории сего фееричного полёта, а в момент падения даже сощурились и вжали головы в плечи, посадка и близко не выглядела мягкой. Кто-то подошёл к упавшему и помог ему встать. Правда, после резкого рывка его шатало так, словно он повторил недавний алко-подвиг Мацумото. — Ага, вот и Иккаку вернулся, — обратил внимание на вошедших пятый офицер. — О, да к нам пожаловал капитан Хицугая! Рад Вас видеть. — Здравствуй, Аясегава, — поздоровался Тоширо.       А в следующий момент произошло нечто, чего беловолосая головка и вообразить не могла. Как по команде, одиннадцатые подскочили и, столпившись перед бирюзовоглазым, стали кричать наперебой: «Пожалуйста, поучаствуйте в нашей тренировке! Очень просим!». Опешивший от такого поворота парень не знал, как реагировать. Он и сам не заметил, как просто спрятался за спиной Мадараме. А Юмичика тем временем довольно улыбался во все тридцать два зуба. Кто бы мог подумать, что именно сегодня о приходе Хицугаи получится сообщить только всем присутствующим в спортзале, ведь тот, кто сообщал, проорал это на всё помещение, так как по-другому до старших офицеров было не докричаться. А остальные, в свою очередь, услышав о необычном визите, сразу загорелись желанием завлечь капитана десятого в свои «занятия». Пока Иккаку побежал его впускать, Юмичика всем растолковал, что так просто Хицугая на это не согласится. И сказал, чтобы все поступили так, как поступили, ибо такой толпе, так отчаянно просящей тебя о чём-то, точно не откажешь. Порой это срабатывало даже на Зараки. — Воу-воу-воу, ребята, полегче!!! — успокоил всех Иккаку. — Я думаю, капитан Хицугая согласится! Правда, капитан? — спросил он с такой же довольной любой, как и у его друга, заглядывая себе за спину. Там стоял ошарашенный, перепуганный до чёртиков, с глазами-плошками, беловолосый мальчик, сейчас как-то совсем не создающий впечатления сурового капитана, с которым шутки плохи. Ещё бы не испугаться, когда на тебя, в сто тридцать три сантиметра ростом, накидывается орда здоровых, орущих мужиков! Иккаку чуть не умилился этой картине, но потом вспомнил, в каком отряде и под чьим началом он служит. Зато Юмичика, кажется, уже был готов растечься кавайной лужицей. — Ага, да, хорошо, я потренируюсь с вами, да, — нервно ответил Тоширо. — Вот и хорошо, — отозвался Юмичика, пока все рассаживались обратно. — Вы это спланировали, черти, — сощурил глаза парень, придя в себя. — Вы о чём, капитан? — протянул Аясегава, нарочито отводя хитрые глаза. — Действительно, — поддержал тот сарказм с ехидной, раздраженной улыбкой, больше смахивающей на оскал. — Ладно, не время прохлаждаться, пора тренироваться! Капитан Хицугая, Вашим спарринг-партнером буду я! — бодро заявил Мадараме. — Эй! — возмутился Юмичика. — Я хоте… — Ничего не слышу, с капитаном Хицугая буду драться я! Я точка! То есть, и точка! — радостно завопил лысый, чуть ли не волоча за собой парня. Вытащив его на середину зала, Иккаку начал небольшой инструктаж. — Значит так, капитан Хицугая. Снимайте свой хаори и скидывайте верхнюю часть шихакушо. Кладите свою катану и берите деревянный меч. Мы тренируемся только так.       Тоширо сделал всё, как ему сказали. Хаори он аккуратно сложил и отложил в сторону. Туда же отправилась катана и клаксон. Но когда он скинул верхнюю часть своего кимоно, то у всех челюсть встретилась с полом. — Чего это вы? — Спросил Тоширо, подозрительно оглядываясь на удивлённые лица вокруг. Но все продолжали молча сидеть и тихо офигевать. И никто не знал, как объяснить, откуда такая реакция. Всем, конечно, было прекрасно понятно, что Хицугая явно не окажется каким-нибудь дрищом или задохликом и будет выглядеть сильнее, чем другие дети его возраста. Но вид ребёнка с мускулатурой, развитой подстать взрослому мужчине как минимум создаёт когнитивный диссонанс! — Э, просто, — начал пятый, — нас смущает то, что, извините, но с Вашим кх… детским… кхе… телом Вас можно рассматривать как наглядное пособие по мышечной анатомии. — В Готее все такие… — непонимающе приподнял бровь Тоширо. — Ну… Просто… Хе-хе… Вы же, как бы… Немного… Кхе, ребенок, кхе-кхе, — офицер отчаянно пытался замаскировать слово под кашлем, но, очевидно, безуспешно. Всем ведь было известно, что Хицугая не любит, когда его называют ребёнком. Но сейчас по-другому никак. Поэтому Юмичика изо всех сил старался слиться со своими сослуживцами, как зебра. — Ой, боже, — вздохнул капитан. У него опять начался нервный тик на левой брови, да сколько же можно. — Неважно, — успокоился он. — Так приступим? — Да, конечно! — воскликнул третий офицер. — В тренировочном бою мы не используем сюмпо и кидо. Последнее — в основном потому, что не умеем его кастовать. А кроме меча, можно использовать рукопашный бой. — Короче, просто грубая сила. Хорошо, мне самому интересно, как я с этим справлюсь.       Они встали в боевую стойку. На лице Иккаку заиграла довольная, маниакальная лыба. Ох, как он был доволен сегодняшним днём! Он же больше ни с какими капитанами, кроме своего, не дрался. А Хицугая, как ни странно, был первым из капитанов, с кем хотелось потренироваться. Всё-таки он самый юный капитан за всю историю Готей 13. Любопытство — оно и в Загробном мире любопытство. Каково это — драться с тем, кто моложе, ниже и легче тебя, но при этом сильнее? — Нападай, — скомандовал Хицугая.       Мадараме разогнался и нанёс удар сверху, но его мечу поставили блок. Иккаку отскочил, но не успел он и опомниться, как ему нанесли молниеносной удар с разворота. Хорошо, что он успел защититься, а то было бы плохо. Сидящие же просто любовались боем, выкрикивая какие-то поддерживающие слова. Это зрелище было не хуже, чем шоу Иккаку VS Зараки, только плюс был в том, что это что-то новенькое.       Через десять минут бой закончился. Тоширо стоял порядком уставший и запыхавшийся. — Да уж, давно я так не тренировался, не используя ничего, кроме меча да рукопашки, — сказал он. — Хе, оно и заметно, — саркастично ухмыльнулся ему в ответ Мадараме, держа в руках свой сломанный меч. — Меньшего я от Вас и не ожидал, — сказал он, разглядывая обломок. — О, Снежок пришёл! Ура! — В окне показалось детское личико Ячиру. — Что ты тут делаешь? На тренировку пришел? — спросила девочка, подходя ближе к парню. — Не совсем. Я хотел вернуть Вам Вашу игр… — прервался Хицугая. Точнее, его прервали. Юмичика и Иккаку перешли в сюмпо и, схватив Тоширо, унесли его на крышу какого-то из зданий на территории одиннадцатого. — Вы что вытворяете?! — повысил голос Хицугая. Вот сейчас это уже было нагло. — Капитан Хицугая, простите нас, пожалуйста, за эту выходку! Но у нас есть веская причина! — сложа руки в молящем жесте, затараторил Аясегава. — Какая ещё причина? — ещё гневно, но более спокойно спросил джубантай-тайчо. — Дело в том, — начал Мадараме, — что мы никак не можем позволить этой адской игрушке опять попасть в руки лейтенанта! Она беспрерывно с ней ходит и суёт в уши каждому встречному! И даже если никого поблизости нет, эта херня всё равно орёт на всю округу! У нас головы раскалываются! Пожалуйста, капитан Хицугая, смилуйтесь! — Ладно, ладно, хорошо. А чего же вы мне сразу не сказали? — Мы заметили, что именно Вы принесли, только в тот момент, когда лейтенант уже пришла, — ответил пятый, чуть ли не плача. — И уволокли Вас потому, что перепугались. У нас головы лопнут, если она продолжит в том же духе! — Да понял я! Я не стану отдавать ей клаксон. Если она, конечно, сама его не заметит. Вы ведь оставили его там на видном месте.       Офицеры переглянулись. — Бляяя!!! — заорали они и умчались обратно. — Во дают, — подивился Тоширо.       Тут к нему подлетела адская бабочка и села на сразу же подставленный палец. Хицугаю вызывали в двенадцатый отряд. — Хм, странно. Зачем я кому-то понадобился в двенадцатом? — спросил Тоширо у самого себя. Тем не менее, используя сюмпо, он направился в тренировочный зал. Там он застал весьма комичную картину: лейтенант Кусаджиши каким-то чудесным образом забралась в рукав к Иккаку, у которого вся лысина была залита слюнями, и, весело хохоча, пыталась дотянуться до несчастного клаксона. А Аясегава вообще уже лежал в нокауте, жопой кверху. Тоширо от такого зрелища реально чуть не заржал. Однако, убедившись, что его никто не заметил, он взял свои вещи и быстро унёс оттуда ноги, от греха подальше.       Войдя в здание двенадцатого отряда, он никого не обнаружил. — Эй, есть кто живой? — спросил Тоширо. Но вместо ответа из темноты в него что-то быстро вылетело. Он это что-то поймал. Это оказался шприц с жидкостью, по едва ощутимому запаху предположительно являющейся сильным быстродействующим снотворным. — И как это понимать? А, капитан Куроцучи?