Ледяной Зеро

С тех пор, как Мацумото оказалась в Лас Ночес, прошло всего… несколько часов. Благодаря чудо-девочке Орихиме чувствовала она себя прекрасно и бодро физически, а благодаря долгожданной встрече с раскаившемся Гином — морально. После долгих и трогательных обнимашек она даже думала признаться в своих чувствах, но не всё сразу. А вообще, она же, вроде как, хотела его проучить, типа бойкот и всё такое… Но после произошедшего ранее такое поведение будет как минимум неуместно. Поэтому хотя бы с любовью придется повременить. Да и как-никак, а всё же банальный, но весьма очевидный для подобной ситуации страх присутствовал: девушка боялась быть отвергнутой. И как бы да, Гин откровенно ей дорожит, да и она сама по себе ОЧЕНЬ привлекательна… Но, во-первых, не факт, что Ичимару дорожит ей ещё и в этом плане, а по его вечно лыбящейся роже сказать хоть что-нибудь просто невозможно, а во-вторых, ну, они же друзья детства. И тут один вдруг признается в любви… Вот вам и вечный вопрос о возможности существования дружбы между мужчиной и женщиной. Может, она и возможна, отрицать нельзя, но в этом случае она полетела к чертям. Ну, ладно, ещё только находится в полёте, но сам факт! В общем, чтобы отвлечь себя от мыслей о вечном, Рангику попросила Гина познакомить её со здешними жителями. Всё же находиться, да что там — жить (!) среди арранкаров синигами сложно, минимум непривычно, да и пока она чужая в этом коллективе, если можно так сказать, поэтому идти и знакомиться самой как-то стрёмно даже такому общительному и открытому человеку, как Мацумото. А вдруг она наткнётся на кого-то агрессивного, с кем пересекаться вообще нежелательно (все поняли, да, о ком я? Нойтора тот ещё собеседник)! А Гину можно доверять, он всё и всех покажет и расскажет. Но вот проблемка. Одежда. Её хакама ухеканы в хлам, и вообще лучше не носить здесь тряпки, выделяющиеся из общего антуража. Так что Ичимару пришлось бежать за одеждой, да еще и нужного размера. Да, это надолго. Пока Гин пропадал в поисках шмотья, Мацумото решила немного осмотреться. Однако ничего интересного она не увидела: обычное медицинское помещение, белое, стерильное, стопудово после недавнего кварцевания (интуи-и-иция подсказала). Мда, в таком месте ничего интересного не найдёшь. Может, спирт поискать? Так, нет, стоп! На новом месте, в незнакомой обстановке, в окружении незнакомцев — ни-ни! Будет ещё время на это. Вдруг Рангику услышала приближающиеся шаги. — Гин, это ты? А ты быстр… — но вместо Ичимару в комнату вошёл арранкар с розовыми волосами и в очках. Ну, блин, где там Гин шляется?! — О, так ты уже пришла в себя? — вполне обычно заметил арранкар. — Как себя чувствуешь? Болит где-нибудь? — Нет, всё хорошо. А ты кто? — Меня зовут Заель-Аппоро Гранц, я восьмой в Эспаде и местный учёный, по совместительству медик. — Очень приятно, Мацумото Рангику, — улыбнулась она в ответ. Но, присмотревшись к его лицу, она вспомнила недавнее сражение. — Погоди, а ты не тот, кто на поле боя в отключке лежал? — Э? А, ну да. Благодаря одному из капитанов — Куроцучи Маюри, кажется, — я надышался какой-то хренью и, если бы не Зеро, то точно бы ласты склеил. — А Зеро?.. — Хицугая Тоширо. Я уверен, что, как его лейтенант, ты прекрасно его знаешь, — ухмыльнулся Гранц. — Ещё бы! — комично-гордо вскинулась девушка. — А он что, Зеро? То есть, прям сильнейший среди арранкаров? — Ну, да… — У-у-уа-а-ау-у-у! Как круто! — у неё аж глаза засияли. — А я всегда знала, что мой капитан немеренно силён! — с уже действительно гордым видом заявила Мацумото. Сколько восторга в ней было от этой новости! — О-о-о-о-о! — её будто озарило: — А это же выходит, что он — сильнейший представитель целой расы! Ва-а-а-ай!!! Мой капитан такой молодец! — А ты, я смотрю, очень его любишь, — заметил Заель, поражённо смотря на девушку. Никогда он не видел, чтобы кем-то так откровенно восхищались. — Естественно, я же его лейтенант! Как же лейтенант не будет любить своего капитана? — Да, а энергии у тебя хоть отбавляй. Я хотел проверить твои рефлексы, но, похоже, зря переживал. — Зато познакомились, — дружелюбно улыбнулась Рангику. — Слушай, Заель, — её улыбка сменилась на авантюрную ухмылочку, — а у тебя же есть спирт, правда? — Ха-а? — Яре-яре, Рангику-чан, не успела толком поговорить с человеком, как уже за спиртное хватаешься, — якобы укоризненно покачал головой Гин, входя в комнату. — Так, а ведь за стопариком и раскрывается вся человеческая душа, — подняв палец вверх, поучительно произнесла Мацумото. — Хы, я знаю пару людей, которые обязательно тебя поддержат, — сказал Заель. — Да? И кто это? — Потише, Ран-тян, ты со всеми познакомишься, не переживай. Вот, держи, — Гин протянул ей одежду арранкарского стиля, — думаю, тебе пойдёт. — Спасибо, Гин. Можете выйти, я переоденусь? — Да ты нас не смущаешь, так переодевайся. — Гин. — Да-да? — Ги-ин. — Чегось? — Ги-и-ин-кун. — Всё-всё, понял. Заель, пойдём, не будем смущать даму. И мужчины, один как обычно лыбясь, а другой еле сдерживая смех, под пристальным взглядом серых глаз удалились. Принесённая одежда пришлась Мацумото по вкусу: корсет без плеч очень удобно сидел и хорошо удерживал грудь благодаря туго затянутому черному шнурку, а юбка до щиколоток подчёркивала тонкую талию. — Ну как, мне идёт? — заигрывающе спросила она, выйдя к мужчинам. — Да, Ран-тян, я не ошибся с выбором. Тебе нравится? — Да, Гин, спасибо, у тебя хороший вкус. — Ну, — обратил на себя внимание Заель, — вы идите, а я пойду заниматься своими делами. Нужно кое-что организовать. — О, и что же? — заинтересовано склонил голову Ичимару. — Прости, но этого я не скажу даже тебе. Но обещаю, что результат тебе понравится. Кажется, на его лице проскользнуло что-то очень похожее на те эмоции, что видны у Маюри перед опытами. Жутковато… — Надеюсь, этот результат не заставит себя долго ждать? — Нет, не переживай, ты узреешь его уже сегодня, — он всё больше походил на злого гения. — Ого! Ну, тогда не будем мешать. Пойдём, Ран-тян, познакомлю тебя с наиболее близким окружением Тоширо. И они ушли, оставляя Заеля в своей обители творить страшное зло. *** В комнате Тоширо и его фракции всё шло своим чередом: Дейчи как всегда читал, Чиэса как всегда закидывалась на пару с Мишей, а Тоширо… вот тут-то и произошёл сбой системы. Хицугая стоял посреди комнаты и пристально разглядывал стены. Сначала никто из остальных присутствующих не придал этому особого значения, но когда пошла пятая минута такого состояния Зеро, это уже начало напрягать, как если бы ваш кот уставился в одну точку, неотрывно смотря туда расширившимися зрачками. — Хицугая-сан, — первым не выдержал Дейчи, — что происходит? — Ничего особенного, — задумчиво пробурчал себе под нос Тоширо, медленно разворачиваясь к другой стене. — Просто я, хм, — и он внезапно пошёл в другую комнату. Тут уже оторвались от своего дела и Миша с Чиэсой, ибо такое поведение Зеро было крайне странным. — Хицугая-сан, с Вами всё в порядке? — Такада заглянула в спальню Миши и Дейчи, где сейчас и находился Тоширо, всё так же рассматривая стены, будто ничего интереснее он в жизни не видел. — Да-да, — в той же манере заверил блондин и, наконец, оторвался от своего занятия, обращая свой взор на фрассьонов. — Просто я присматриваюсь, какой ремонт тут можно сделать. — Ремонт?! — в недоумении переспросили хором трое арранкаров. — Ага. Я уже давно хочу этим заняться, а то чувствую себя, как в психушке. Всё такое белое. Кошмар. — Прям как Ваши волосы, — усмехнулась девушка. — Да-а-а, — бодро протянул Тоширо. — Я с ума схожу: вокруг всё белое, в зеркале всё белое, на сборе Эспады передо мной тоже сидит белое (он сидит напротив Улькиорры)! Ещё немного, и я свихнусь. Оно вам надо? — задал он риторический вопрос. Фрассьоны лишь отрицательно, даже испуганно покачали головой: мало ли что вытворит такое существо, как Хицугая, слетев с катушек. — Вот. Поэтому я слушаю ваши предложения, и мы идём на Грунт в магазин ремонта, по крайней мере за краской. Так, стоп, — он задумался. — Мы идём на Грунт в магазин ремонта за краской. — А наши предложения уже не принимаются? — поразился внезапной перемене Миша. — Нет. — Но ведь… — Нет. — Ладно. — Идём, — и он твёрдой, уверенной походкой направился к выходу. Фрассьоны лишь пожали плечами и двинулись за ним. Но стоило Тоширо открыть дверь, как он встретился взглядами с Гином. — Привет, а мы к вам, — помахал рукой лис. — И куда вы собрались? — На Грунт. — Как? И без меня? — захлопала глазками Рангику, которую до сих пор не было видно за Гином. — Мацумото? Ты в порядке? — В полном! — заверила она, показывая знак «ок». — Я пришла знакомиться с Вашими фрассьонами, капитан. — О, да пожалуйста, а я пойду. Миша, Дейчи, Чиэса, можете оставаться здесь, я и сам справлюсь. — Хицугая-сан, а это кто? — полушёпотом спросила Чиэса. — Эх. Знакомьтесь, это Рангику Мацумото, мой бывший лейтенант. — В смысле бывший?! — начала возмущаться девушка. — То есть, раз новые подчиненные есть, старые не нужны?! — Ну, это ты как-то слишком самокритично… — Хицугая-тайчо! — её возмущению не было предела. — Я больше не тайчо, — спокойно и вкрадчиво пояснил он, — а соответственно, и ты больше не мой лейтенант. Логично же? — Ну, да, — стушевалась Рангику. — Тогда возьмите меня в свою фракцию! — Нет. — Что? — Нет. — Почему?! — Потому что мне лень выбивать у Айдзена комнату на пятерых, — флегматично ответил Тоширо. — К тому же, ты и без меня без присмотра не останешься, — мимолётно, но весьма красноречиво глянул он на Гина. Тот легко кивнул, кажется, в знак благодарности. — «Без присмотра», блин, будто я домашняя зверушка какая, — пробурчала Мацумото, обиженно насупившись. — Ну, я пошёл, а вы тут давайте знакомьтесь, — Тоширо обогнул Ичимару и направился к Заелю, чтобы забрать свой гигай. — Ах да, Дейчи, — он вернулся на пару секунд, — лучше беги, пока можешь, — и исчез в сонидо. — В каком это смысле? — обеспокоенно заозирался Гото, будто ища помощи. — Да не переживай ты так, — начал успокаивать его Ичимару, — всё хорошо. И понеслась. Мацумото и Чиэса нашли друг друга, такого слаженного алко-дуэта мир ещё не видел. Миша тоже не терялся и очень хорошо вписывался в компанию, спаивая слабо сопротивляющегося Дейчи. А позже Рангику заметила, что Гин почему-то не пьёт, и она сочла своим священным долгом склонить его присоединиться к остальным. Она, правда, угрохала на это минут сорок, но своего таки добилась. А Гото хоть и пил, но меньше всех, так как не хотел напиваться до потери памяти, поэтому был самый трезвый. — Эх, прав был Хицугая-сан, — досадливо вздыхал змей, удерживая навалившегося на него Мишу в вертикальном положении. *** А сам Хицугая-сан сейчас находился совершенно не там, куда планировал пойти. А всё благодаря одному его другу, который оказался крайне злопамятен. Флешбек. Тоширо шёл по коридорам замка в направлении заелевых лабораторий. Дойдя до них, он долго не мог дождаться самого хозяина, который несколько минут даже не откликался. Наконец, выйдя к своему визитёру, Гранц отдал ему шарик гигая. Для Тоширо всё ещё оставалось загадкой, как учёный смог запихать огромную тушу из мяса и костей в шарик размером с горошину, но слушать долгую и нудную лекцию настроения не было. И хотелось скорее попасть в Мир живых. — Заель? — Да? — А можешь мне гарганту открыть? — Ты так и не научился ею пользоваться? — Нет, ну почему, я могу спокойно через неё пройти. — Ну да, прогресс. — Не ёрничай. Открой лучше. — Хорошо, хорошо, — Октава махнул рукой и открыл пасть межмирового прохода. — Милости прошу. — Спасибо. До встречи! — попрощался Тоширо из уже захлопывающейся гарганты. — До встречи, мой друг, но вряд ли до скорой, — Заель маниакально заулыбался, зловеще сверкнув линзами очков. *** — Ась? — Тоширо мало понимал, что, собственно, происходит. — Какого?! — Он перестал понимать хоть что-либо, когда гаранта за его спиной как-то слишком быстро закрылась, а перед глазами предстал совсем не городской пейзаж. — В рот мне чих-пых, какого хрена тут творится?! Дело в том, что вместо того, чтобы открыться в нормальном месте, то есть, в Каракуре, гарганта выплюнула нашего героя в самом неожиданном месте. Ответ на вопрос «что происходит» Тоширо обнаружил на листке бумаги, что был прибит к ближайшему дереву. Текст на листке гласил: «Дорогой Зеро, это тебе мой сюрприз в честь моей сладкой мести. Ты, конечно, этого не помнишь, но в первый день нашей встречи я тебя спас от смерти, из-за чего профукал очень важный эксперимент, а ты меня после этого своей реацу в лепёшку чуть не раскатал. Ещё тогда, очнувшись, я пообещал, что обязательно отомщу тебе за это, и вот, момент настал. А теперь вот тебе указания, как выбраться из этой напасти. Начну с того, что своей реацу ты пользоваться не можешь, ведь специально для этого дня я разработал устройство, которое сможет подавить даже твою реацу на какое-то время. Радиус его действия очень большой, так что даже не пытайся его найти и сломать, гораздо проще будет сделать так, как я скажу. Итак, тебе всего-то нужно идти прямо в ту сторону от дерева, на котором была записка. Когда ты доберёшься до мёртвой зоны моего устройства, увидишь характерный знак, и тогда сможешь открыть гарганту. Как — решай сам. Ты способный, так что, я думаю, у тебя получится, если постараешься. Ну, ни пуха ни пера!

Заель»

У бедного Хицугаи от прочитанного разыгрался нервный тик. Что за бред несёт этот сумасшедший?! Что за причина такая ерундовая?! Придавил реацу, со всеми бывает! Принцесса, блин, нашлась! Очешуеть просто! Ну погоди, попрыгаешь ещё, Сакура-сан. А пока Хицугае ничего не оставалось, кроме как задушить на время всю свою злость и негодование и приготовиться продираться сквозь заросли тропического леса. Сходил, блин, за красками! *** В комнате было темно. Ещё бы, ничего удивительного, если единственный источник света — это тусклый месяц, что светит сквозь решётки на окнах. Орихиме, переодившись в принесённую тем страшным бледным парнем арранкарскую одежду, не нашла ничего лучше, чем просто сесть на диван и обмозговать сложившуюся ситуацию. Во-первых, её похитили и так-то вполне понятно, почему. Правда, странно, что ей разрешили попрощаться хоть с кем-то, но это не особо важно. Единственное, в чём она была уверена, так это в том, что Куросаки-кун за ней придёт, в этом сомнений нет. Главное, чтобы на пути к ней он не пострадал. Иноуэ и так постоянно приносит одни только проблемы, она будет чувствовать себя очень виноватой, если, спасая её, Куросаки-кун пострадает. Во-вторых, ситуация с Тоширо вообще из ряда вон. Это что же получается? Что капитаны сами подстроили нечто подобное? Но зачем? Ведь Тоширо-кун хороший, он сильный и всегда придёт на помощь. Но вдруг всё не так просто? Что, если Тоширо с самого начала был заодно с Айдзеном? Тогда, может, капитаны сказали, что он умер, чтобы не подрывать боевой дух остальных синигами? Хотя нет, зная их, они бы так не поступили. Да и не разумно это: если бойцы будут уверены, что Хицугая мёртв, они будут совершенно не готовы увидеть его на вражеской стороне, и это сыграет Тоширо на руку. Тогда что? Ох, в этом деле слишком много вопросов, на которые нет ответов. Всё это очень странно. Может, сам Готей 13 не тот, за кого себя выдаёт?! Ой, Божечки! Лучше попросить поговорить с Тоширо-куном — он, возможно, хоть что-то прояснит. Вдруг раздался стук в дверь. — Войдите, — тихо и робко ответила Орихиме. Дверь открылась, и в комнату вошёл тот самый жуткий парень, который пугал девушку одним своим видом. А в руках у него был поднос с едой. Поставив его перед Орихиме, он сказал, что придёт за посудой через полчаса. А на неуверенный комментарий Иноуэ, что она не голодна, пригрозил, что если она не будет есть, он силком запихает еду ей в рот, ибо она нужна для поддержания жизнедеятельности. И ушёл. Какой же он страшный. Бедной Орихиме было не по себе в его присутствии. Создавалось ощущение, что стоит ей сказать хоть что-то не то, как он тут же сожжёт её заживо. А теперь ещё надо впихнуть в себя еду, а ведь Иноуэ и вправду не голодна. Куросаки-кун, не задерживайся, хорошо? Только, пожалуйста, береги себя. *** Вот уже битый час Тоширо продирается сквозь тернии тропических растений, проклиная Заеля на чём свет стоит. — Бля-я-ять! — выдохнул он, облокачиваясь на дерево. — Ну, Заель, погоди у меня, устрою я тебе весёлую жизнь! Правда, ещё не знаю как, но… И тут его руки что-то коснулось. И это что-то начало медленно, но верно ползти по руке вверх. Опустив глаза на свою руку, Хицугая встретился с парой огромных чёрных глаз. Точнее, с четырьмя парами глаз. По нему медленно и размеренно полз чёрный, мохнатый, глазастый, ОЧЕНЬ большой паук, лапы которого, если взять его в руку, будут свободно свисать с широкой хицугаевской ладони. Тоширо какое-то время наблюдал за передвижением пушистого насекомого, обдумывая что-то. А потом его лицо озарила мягкая улыбка. — Привет, малыш, — парень вытянул руку перед собой, выводя паука, сидящего на локте, на уровень своего лица. — Какой же ты большой. Я читал про твой вид, но не думал, что особи могут достигать таких размеров. Неужели ты единственный, кто смог так вырасти? — размышлял Тоширо вслух. — А если я попрошу тебя помочь мне проучить одну дофига обидчивую и злопамятную очкастую сволочь, что скажешь? Паук лишь слегка покачнулся, видимо, чуть не упав с узкой для его габаритов руки. — Вот и славно, — настала очередь Тоширо зловеще улыбаться. Дальнейший путь Зеро проделал в компании здорового тропического паука, которого уже успел окрестить Пушком. Парень твёрдо решил, что отныне Пушок — его домашний питомец. А Пушок особо и не возражал, удобно устроившись у нового хозяина на голове. Спустя ещё полтора часа, Тоширо наконец добрался до этой самой мёртвой зоны. Понял он это по лежащей на камне пилюле с надписью: «Выпей, реацу быстрее придёт в норму». — Ага, выпей, — забурчал Хицугая. — Интересный ты человек, Заель, где ж я тебе тут воду найду? Но парень не стал на этом зацикливаться, просто проглотив таблетку и без воды. Она действительно помогла: реацу довольно быстро стабилизировалась. — Ну, приступим, — вздохнул Тоширо, стараясь сконцентрироваться. Гриммджо, вроде, как-то мимоходом поверхностно объяснял, как можно открыть гарганту, но Тоширо тогда был занят чем-то другим, поэтому возможности нормально послушать не было. Оставалось пытаться выудить из своей памяти хоть что-то из слов Гримма и повторить то, что Хицугая наблюдал уже много раз. Должно получиться. Спустя десять минут тщетных попыток открыть злосчастный проход меж мирами у Тоширо наконец получилось создать черную пространственную дыру, которую теперь надо было растянуть до таких размеров, чтобы он смог туда пройти. Хоть бы не сорвалось! И вот, свершилось! Хицугая открыл полноценную гарганту, ведущую обратно в Лас Ночес. Ох, Гранц, готовься, ты будешь визжать, как сучка!