Чешуйчатый приятель

      В следующее мгновение Рэйнард уже лежал лицом вниз. Его подбородок выходил за пределы стола. Зад был поднят выше спины, а ноги широко расставлены и скованы металлическим фиксатором так, что сдвинуть их бы не получилось, даже при величайшем желании. Руки же были отведены за ноги, прямо под обнажённую задницу, и обездвижены наручниками, которые, в свою очередь, прикреплены к тому самому фиксатору. Постепенно пленник начал чувствовать свои конечности. Особенно отчётливо ощущалось усиливающиеся напряжение в зоне паха. Поза, в которой ему приходилось пребывать, не отличалась комфортом: колени затекали, а шея, казалось, вот-вот рассыпется на атомы.       — У меня для тебя есть невероятно классная штука, — сообщил Кьюри и с грохотом расположил на столе, прямо возле ног пленника, огромный аппарат с выпирающим резиновым фаллосом устрашающих габаритов.       — Что это там? Я не вижу… — заскулил Рэй, отлично понимая, что ничего хорошего там нет.       Но ответ на заданный вопрос сам возник у него в голове, как только он почувствовал, что нечто невероятно широкое начало упираться в его задний проход. Рэйнард был убеждён, что эта громадина в нём никак не сможет поместиться.       — Даа… К сожалению, без смазки не получится. Хотел, чтобы ты помучился посильнее, но боюсь, что секс-машина сломается, — после этих слов он шустро вонзил в Рэя два пальца и растянул отверстие, из-за чего пленник вздрогнул и скорчился, а потом он почувствовал, как холодная вязкая жидкость стала его заполнять. — Ну что, готов?       — Подожди, ты же не собираешься…       Полностью игнорируя начатое пленником предложение, Кьюри заткнул его тем, что практически полностью с размаху вогнал в него фаллический конец секс-машины. Лишняя смазка с чавканьем потекла из него и закапала на стол. Рэйнард застонал и моментально кончил, однако член совсем не размяк, а всё так же бодро торчал.       — Посмотри, она только вошла, а ты уже обкончался… Плохой мальчик, — самодовольно произнёс Кьюри и, оскалившись, нажал на кнопку аппарата.              По телу Рэя пронеслось стадо холодных мурашек. Он напрягся. А машина уже начала разгоняться: гигантский фаллос медленно, но ускоряясь, насиловал его. Каждый раз, когда конец упирался в Рэя, в голове начинало мутнеть, а язык сам просился наружу изо рта, прихватывая с собой порцию слюны, которая то и дело стекала по подбородку и капала на пол. Непонятное, совершенно нелогичное, чувство радости, которое, наверное, было вызвано бегущим по венам афродизиаком, заставляло Рэйнарда испытывать полнейшее отвращение к собственной персоне. А аппарат тем временем заметно ускорился.       Русал встал перед носом пленника и, обнажив свой член, уткнулся им в приоткрытый рот. Рэй удручённо поднял взгляд на мучителя, который, страшно улыбаясь, держал в руке очередной шприц.       — Соси и не смей кусаться. Если будешь плохо работать, то я сделаю тебе ещё один укол, — с этими словами он беспрепятственно вошёл в рот Рэя и сразу же начал двигаться во всю длину, упираясь в горло. — Молодец.       От такого безысходного и унизительного положения хотелось уткнуться лицом в чьё-нибудь надёжное плечо и, всхлипывая, реветь навзрыд. Но здесь нет никого, кому Рэйнард мог бы пожаловаться, кто мог бы его понять и пожалеть. И, казалось, что всё в этом своеобразном и, увы, реальном мире было настроено против нашего героя. Это измерение не вызывало в нём никаких положительных эмоций. И это совсем не удивительно! Каждый второй хочет изнасиловать его до истощения, буквально разорвать его и изодрать всю глотку. И самое страшное это то, что он и не знает, какой ещё кошмар может с ним произойти.       Кью, с лица которого не сползала сумасшедшая улыбка, продолжал измываться над ртом пленника. Машина разогналась до невообразимой скорости, и Рэй снова кончил на стол, теряя рассудок и заливаясь слюной. Русал ухватился за голову мученика обеими руками и вогнал свой член по самое не хочу. Глаза Рэя вдруг сами заслезились, он сморщился. Застонав, Кьюри высунул свой розовый язычок и кончил прямо в горло. Измученный Рэйнард потухшим взглядом посмотрел на самодовольного русала, осознавая всю ничтожность своего положения.       — Глотай, — скомандовал русал, на что Рэй послушно кивнул и проглотил тёплую жидкость. — Какой ты послушный. Я польщён.       Кьюри вытащил свой член изо рта пленника, прижался им к его лицу и начал тереться об щёки и об губы, продолжая стонать и кончать прямо на лицо. Тотчас Рэйнард кончил в очередной раз и невольно высунул язык, позволяя русалу скользить и по нему.       — Откуда в тебе столько спермы?! — восхитился мучитель, размазывая по лицу парня своё семя. — Думаю, нет смысла больше тянуть: ты готов к максимальной скорости, — он подошёл к машине и нажал злосчастную кнопку.       И капли сил на возражение не смог найти в себе измученный попаданец. Он тяжело дышал, чувствуя, как быстро и безжалостно насилует его бездушный аппарат. Его член снова встал, будто и не кончал несколько раз за последний час. Ноги и руки свело так, что он не чувствовал их, хотя парализующий препарат уже должен был прекратить своё действие. Все его ощущения были сосредоточены в том самом месте, которое прямо сейчас раздалбливалось огромным резиновым фаллосом. Он чувствовал, что уже достиг своего предела, но член упорно стоял, собираясь кончить ещё раз. Рэйнард издал громкий и протяжный стон, который больше походил на вой или даже крик. Сжавшись, он снова запачкал стол своей спермой, в этот раз особенно обильно. В заднице что-то запульсировало и, продолжая кончать, Рэй начал конвульсивно дёргаться и кричать:       — Умоляю! Останови её! Я больше не могу! Прошу!       Но в ответ раздался лишь смех, а секс-машина придвинулась ближе, из-за чего стала входить ещё глубже. Выгнув позвоночник, Рэйнард высунул язык и закатил глаза. Член выдавил из себя последние капли и повис, словно сдувшийся шарик. Пленник расслабился и бесчувственно растёкся по столу, никак не реагируя на продолжающий свою грязную работу аппарат. Только когда Кьюри понял, что мученик потерял сознание, машина была остановлена.       — Отдыхай. На аукционе тебе может не подвернуться такая возможность. Я, пожалуй, тоже посплю, — широко зевая, Кью распахнул входную дверь. — Парни, снимите его со стола и посадите под замок.       Насильник покинул помещение, а два крупных русала с синими волосами скользнули через дверь прямо к небольшому столику, на котором, тяжело посапывая, валялся Рэйнард. Они сняли с него всё, что ограничивало движения, подняли его и, держа за руки с двух сторон, потащили в известном только им направлении.

***

      Гадкое и плохо освещаемое помещение развернулось перед Рэем, как только он открыл глаза. От такого жуткого местечка он сжался и насторожился. Даже в пещере Тэнта и Такла было не так страшно, как здесь. Множество камер располагались по двум сторонам вдоль длинного коридора. За решётками сидели разные существа: русалки и русалы, наги и прочие, менее похожие на людей, заключённые. На шум двери собралась троица любопытных стражников и окружила Рэя со всех сторон.       — Так это тот самый, которого спустил Тиарнак? — вдруг поинтересовался один из них, широкоплечий брюнет. — Надо же, как он постарался. Я бы и не признал в нём человека. Он очень похож на ящера… Или лягушку.       — Ты прав, — согласился второй русал с короткими зелёными волосами. — Может, Кьюри ошибся?       — Ну нет, не думаю, — вдруг заговорил один из тех, кто держал Рэя справа. — Кьюри убеждён в том, что это человек.       — Какой-то он не такой… Совсем другой. У нашего принца что, вкусы поменялись? Ха-ха-ха, — засмеялся тот, что слева.       Самый высокий стражник с бледными глазами вдруг подплыл поближе к Рэю и, ухватившись за его подбородок, начал молча и внимательно рассматривать его лицо. Затем он провёл рукой по его щеке, спустился к шее и скользнул пальцем по ключице. Рэй вёл себя безэмоционально и покладисто, словно кукла. Любопытный парень хмыкнул, улыбнулся и вдруг заявил:       — Да какая разница? Личико у него ничего… А тело — так вообще огонь. Давайте с ним повеселимся?       — Мы бы рады, но не особо хочется, чтобы Джи на нас настучал, — удручённо ответил синеволосый стражник.       — Самая дальняя камера свободна, давайте проберёмся туда и быстро сделаем своё дело.       Остальных устроила данная авантюра, поэтому все пятеро стражников поволокли пленника в самый дальний участок длинного коридора, который, казалось, никак не мог иметь конца. Эта область была особенно тёмной: едва ли можно было рассмотреть лица окружающих. Распахнув решётчатую дверь, Рэя швырнули прямо на холодный пол, как жалкую собачонку, вниз лицом. Он перевернулся на спину, сел и потёр колени, наблюдая за дальнейшими действиями дурной компании, которая завалилась в темницу вслед за ним.       — Выглядит он, конечно, очень потрёпано, но другой возможности у нас может и не быть, — произнёс один из-за спины Рэйнарда, после чего поднял его, держа за ноги и широко их раздвигая.       Тут-то Рэйнард и понял, что происходит. Разумеется, он совершенно не удивился. В голове мелькнула только одна мысль: спортивление в текущей ситуации просто бесполезно. Однако надежда умирает последней, поэтому, собрав в себе все капли сил, что ещё были, он громко завопил:       — На помощь! — но это только рассмешило стражу.       — Эй, ты чего? Будь тише, — прошептал русал, державший Рэйнарда на руках, после чего его член начал проникать в ноющую задницу пленника. — Мы не будем тебя долго мучить, малыш.       — Да, слушайся дядю Хаю. Возможно, тебе даже понравится, — подхватил второй и, подойдя спереди, взял Рэя за широко расставленные ноги, после чего вслед за своим товарищем начал пытаться протиснуться внутрь.       — Чёрт, — прошептал пленник и стиснул зубы, чувствуя, как его снова начинает разрывать изнутри, а член, который всё ещё не отошёл от действия наркотика, вновь поднялся во всю длину и нахально тёрся о тело стоящего впереди насильника.       Как только обоим удалось войти в тело парня, два члена поочерёдно принялись входить и выходить, даря Рэйнарду совершенно новые ощущения, которые заставляли его выгибаться. Ноги тут же онемели, а в голове начали путаться мысли. Он закрыл глаза, приоткрыл рот и уткнулся лбом в шею русала, который стоял к нему лицом. Воспользовавшись моментом, стражник, взявшись за затылок парня, расположил его голову удобным образом и прильнул своими губами к его, проникая в рот языком. Затем рука спустилась с головы к соску, который вскоре был захвачен в плен большого и указательного пальцев. Русал принялся сжимать, крутить и больно тянуть его, из-за чего пленник невольно насаживался на двигающиеся в нём члены.       — Эй, Чи, ну-ка, освободи его ротик, — произнёс третий стражник и подплыл к лицу Рэя так, что оно оказалось на уровне его паха.       Чи с большой неохотой оторвался от губ парня, присосавшись к его языку и громко чмокнув напоследок, а затем недовольно рявкнул:       — Любишь ты кайф обламывать, Тео! Ему так нравилось со мной целоваться.       — Ну-ну, я же у тебя не отобрал его задницу. Не драматизируй, — ответил Тео и, обнажив свой половой орган, сунул его в рот попаданцу.       Лицо Рэя сморщилось: снова член во рту. И опять загоняют прямо до глотки, которая ещё не успела прийти в себя. Но вряд ли Тео это вообще интересовало: он бодро трахал невольника в рот, держа его за голову обеими руками и фыркая от удовольствия. Хая и Чи также продолжали своё. Не прерываясь и на секунду, русалы в два ствола имели одну щель, тяжело дыша от наслаждения прямо в шею Рэйнарда.       — Жаль, конечно, что больше в тебе членов не поместится, — обиженно сказал один из тех, кто не успел пристроиться в теле Рэя.       — Придётся тебе нам дрочить, в противном случае — мы выебем тебя сразу после наших друзей, — предупредил второй и начал пихать своего дружка в правую руку Рэя, на которую предварительно плюнул.       — Заманчиво, — согласился первый и проделал то же самое с левой рукой парня.       Такая перспектива Рэйнарду не особо была приятна. Хотелось, чтобы это, наконец, закончилось и ему бы уже дали отдохнуть. Поэтому, тяжело вздохнув, насколько это было возможно с членом во рту, он ухватился за два конца и принялся дрочить их одновременно. Периодически голова начинала кружиться, а кисти давали слабину, тогда русалы обхватывали холодными руками руку Рэя и помогали ему обслуживать их.       Два члена в заднице вели себя особенно агрессивно. Стражников словно забавляло, как тело пленника плыло, стоило им только давить на стенки чуточку сильнее и, вероятно, стимулировать простату. Отверстие пульсировало и сжимало чужаков, снося им крышу от удовольствия.       Член пленника всё так же стоял, наливаясь кровью и касаясь живота извращенца-Чи, который, наконец, обратил на него внимание и решил за него взяться в двух смыслах. Правой рукой русал принялся надрачивать, а левой — ласкать яйца. Тут у Рэя уже не хватило терпения, и он вдруг жалобно и протяжно застонал и обкончался на руки и живот стражника, из-за чего все пятеро довольно засмеялись. Особенно довольным остался Чи.       — Кажется, я скоро тоже кончу, — предупредил русал, которому Рэй делал минет, после чего стал особенно интенсивно и глубоко иметь пленника в рот и в горло.       Не заставив себя долго ждать, сперма полилась на язык и потекла в горло. Невольник хотел было сплюнуть, но тут к его губам снова присосался Чи, игриво намекая, что у него есть только один способ избавиться от спермы — проглотить. Застонав в рот русалу, Рэй покорно сглотнул и почувствовал, как на обе его руки потекла тёплая и вязкая жидкость, а затем и Тео, стоявший позади, ухватился зубами за плечо жертвы, кончил прямо в задницу и резко покинул его тело.       Рэй остался в руках ненасытного Чи, который повалил пленника на пол и начал двигаться с ещё большей скоростью и лёгкостью. Он с вожделением наблюдал за тем, как невольник дёргался, стонал и выгибался от каждого его движения.       — Как жаль, что я не могу оставить тебя себе, — прошептал стражник и засосал один из сосков солдата.       — Прошу, хватит… — заливаясь стонами, взмолился попаданец и попытался оттолкнуть русала, на что тот ответил грубыми толчками в задницу.       Пленный протяжно простонал, запрокинул голову и выгнулся дугой. С его члена струёй прыснула сперма прямо на живот партнёра, которому это так сильно понравилось, что он тут же спустил всё, что у него было, в тело Рэя, который почувствовал, что его сознание снова захотело его покинуть. Вытащив свой член из пленника, Чи облизнулся и поднялся. Из переполненной дырки просочилось семя и закапало на пол.       — Вот это кайф… — произнёс Чи.       — И не поспоришь, — согласился Тео.       — Жаль, что сегодня аукцион… Я бы хотел ещё раз трахнуть его, но уже в задницу.       — Мы вполне могли бы успеть сделать это ещё раз до аукциона, если Кьюри не проснётся.       Вдруг за решёткой раздался шорох и появился силуэт существа, стоящего на двух ногах. Он сложил руки на груди и, казалось, чем-то был крайне возмущён.       — Вы что, совсем охренели?! — возмутился хриплый голос.       — Это же… Джи… — испуганно прошептал один из насильников.       — Вот чёрт.       — Вы, придурки, опять за старое?! Я же вас предупреждал: не смейте портить товар.       — Джи… Понимаешь, тут такое дело… — начал Тео.       — Да, тут такое дело, — подхватил Хая.       — Мы не смогли удержаться, — закончил Чи. — Ведь это человек, которого…       — Что?! Человек?! — удивлённо перебил его Джи и, зайдя в клетку, бросился к обессиленному Рэйнарду.       — Да… С тех пор, как ты здесь появился, нам крайне редко удаётся заняться сексом с симпатичными существами.       — Войди в наше положение…       — Вы уверены, что это человек?       — Да.       — Тогда я забираю его под свой контроль, — заявил хриплый Джи и, закинув Рэйнарда к себе на спину, зашагал к выходу. — Какой тяжёлый…       — То есть ты не расскажешь Кьюри? — обрадовался один из стражников.       — Нет, не расскажу. Вы сами всё расскажете, — засмеявшись, сказал Джи, стоявший уже за пределами камеры. Он с размаху захлопнул дверь темницы, которая тут же щёлкнула замком, намекая, что не намерена выпускать никого из тех, кто находился внутри.       Стражники принялись возмущённо тараторить и ныть, но Джи уже не слушал их и двигался к началу коридора, где камеры ещё были светлые и относительно уютные.       — Не знаю, почему ты это делаешь, но спасибо, — не открывая глаз, промямлил Рэйнард. — Почему… Почему они тебя боятся?       — Долгая история.