Прошлое и жизнь Фриск.

      Перед тем как отпустить своего непутевого брата к своему отцу, Фриск еще долго обнимала его, понимая, что путь у него будет не близкий.       Попрощавшись, она закрыла главную дверь квартиры, шаги были еще слышны, но не так отчетливо. - А куда он отправился? – спросил Папирус у нее. - К отцу на работу. Если он позвонил, значит, у него что-то стряслось и ему нужна помощь, – сказала она быстро и отчетливо, слегка холодным тоном.       Взгляд ее не выражал никаких эмоций, она была, как камень, который стоял и смотрел на входную дверь. Как будто ждала, что она скоро вновь откроется.       Папирус и даже Санс, который все это время сидел на диване в зале удивился такой реакции девочки. - Фриск, с тобой все в порядке? – подойдя, спросил Санс с беспокойством. - Д-да, в порядке.       Она повернула к нему голову и мило улыбнулась. -Хех, ты, это, нас больше так не пугай. Лады? – успокоившись, спросил он.       Фриск только кивнула, ей было очень приятно, что о ней беспокоятся. Хотя, улыбка может быть как настоящей, так и поддельной. - Ты не голодна? – спросил Папс, посмотрев на Фриск. - А то я немного лапши у вас взял, спагетти не нашлось. Ты не против?       Поняв, что дело пахнет керасином и несварением желудка, она быстро покачала головой. Так как понимала, что она этих "спагетти" просто не переживет. - Нет-нет, я, конечно, не против, что ты их взял, но я не голодна!       Если можно было бы посмотреть на Фриск вблизи, то мы бы разглядели маленькие капельки пота, стекавшие со лба. -Серьезно? Ладно, я пошел за…       И как только он хотел закончить свою речь, ее живот предательски заурчал. «Почему именно сейчас?! Предатель!» - прокричала она в уме.       В другой любой ситуации она бы согласилась покушать, но не сейчас. После того, как она побыла на свидании с Папирусом она взяла честное слово, что никогда не будет пробовать его спагетти. Но представив, что он расстроиться она взяла волю в кулак и сказала: -Ну, разве что чуть-чуть.       Ее улыбка слегка подрагивала от предстоящих ощущений. -Хорошо! Я, великий Папирус, приготовил самые умопомрачительные спагетти! – он прокричал эти слова и побежал на кухню. Санс посмотрел на нее снисходительно и положил свою руку ей на плечо. -Эй, не дрейфь, все будет путем, - он с иронией похлопал ее по плечу. - Я буду за тебя молиться. - А сам ты значит не хочешь? - она прищурила глаза и посмотрела на Санса. - Ну, у меня есть свои козори в рукаве.       Придя на кухню и сев за стол, Фриск еще некоторое время смотрела на спагетти. Это блюдо очень сильно напоминало "Спагетти ал-ла карбонара". Хоть, Фриск и не разбиралась в искусстве готовки, но она могла смело сказать, что о нечто подобном она читала в кулинарной книге на трудах.       Блюдо пахло, очень вкусно и от него шел маленький пар. Нос щекотало от перца.       Фриск дрожащими руками взялась за вилку. Она медленно намотала его на вилку, так как понимала, что внешность может быть обманчива и попробовала. Ее лицо слегка скривилось, но вкус был на удивление нормальным? Конечно, был вкус горечи и огромного количества соли, но есть можно было. - Очень вкусно – сказала она слегка улыбнувшись, подняв голову и посмотрев на Папса. - Ой, да ладно. – сказал он и слегка покраснел. - А что ты в него положил? - Ну, мне тут твой брат подсказал, что я не клал в спагетти. И это оказалось сливочное масло. Его кладут в спагетти, чтобы они не слипались. "Что-то мне кажется он преуменьшил свои ошибки..."       Весь завтрак они провели, разговаривая о новых блюдах, и периодически слушая костяные шуточки от Санса. - О кстати, а может, сегодня сходим к Ториэль? – спросил Санс и посмотрел на двоих. - Да, давайте! – сказала Фриск, ей самой не терпелось, поскорее с ней встретиться.       Под конец Фриск и Санс пошли в зал, она пыталась уговорить Папса, дать ей все убрать, но тот категорически отказывался и все время отправлял в зал.       Санс смотрел на ее скучающее лицо и у него созрел план, как разрядить обстановку. - Фриск, ты нам никогда не показывала свои фотографии. – Санс широко улыбнулся и почесал подбородок. - А вы мне свои не показывали, - запротестовала она, прищурив глаза. - А их у нас нет. - Как это? – она удивленно посмотрела на него. - А вот. У нас не было фотоаппаратов и мобильных, а была только память. – он постучал себе по голове. – Так, что показывай. - Ну, ладно. – Фриск закатила глаза и пошла за фотоальбомом. Придя обратно, двое братьев уже сидели на диване и ждали ее. Она уселась между ними и открыла альбом. Первой фотографией была девушка на фоне воды. Ветер раздувал ее рыжие волосы и красное платье, а сама она выглядела счастливой. - Это моя мама! – сказала Фриск с улыбкой на губах. - Ого, а вы похожи!       Папирус разглядывал фотографию и замечал все больше схожести с ее мамой и Фриск. - А где это вы? – с интересом спросил он. - Ну, мне было тогда семь лет, когда мы все вместе поехали на море. Я даже помню, мама тогда взяла книгу со стихотворениями, чтобы почитать на досуге. И она нам с братом дала ее. Мне там понравилось одно стихотворение так, что я его выучила…       Она резко замолчала, так как понимала, что ее заставят рассказывать этот стих как в школе. -Расскажешь? – с интересом спросил Санс. -Да, наверное, нет. Я его не очень хорошо помню, да и оно слегка грустное, – сказала Фриск махнув рукой.       Она стала пытаться отходить от темы, но все было бестолку. - Да давай будет интересно послушать. -Ну, ладно. Она вздохнула, выпрямилась и начала. Она сидела на полу И груду писем разбирала, И, как остывшую золу, Брала их в руки и бросала. Брала знакомые листы И чудно так на них глядела, Как души смотрят с высоты На ими брошенное тело... О, сколько жизни было тут, Невозвратимо пережитой! О, сколько горестных минут, Любви и радости убитой!.. Стоял я молча в стороне И пасть готов был на колени,- И страшно грустно стало мне, Как от присущей милой тени.       Она рассказывала, слегка запинаясь, но не теряя ритм. Ее руки становились холоднее с каждым прочитанным четверостишием. Было видно, что она устала теребить кончик своего свитера. Санс это заметил, но не стал перебивать ее. Рассказав до конца, она вздохнула с облегчение, переводя дыхание. - Вот это да! – с восхищением сказал Папирус, особо не вникая в смысл стихотворения.       Двое братьев сразу зааплодировали ей, она же слегка покраснела и закрыла лицо руками, только дабы никто не видел ее румянец.       Как только Фриск набрала воздуха, чтобы рассказать о следующей фотографии, как ей позвонили на телефон.       Она взяла трубку уже спокойными руками и ответила. - Да? - Фриск, ну наконец, дозвонилась. Вы там скоро или как? Пирог уже стынет, все заждались! - Да, да мы уже выходим!       Фриск положила телефон и продолжила. -Ториэль звонила, нас потеряла. - Мы ведь забыли! – прокричал Папирус.       Он взял Санса и Фриск на руки и быстро выбежал в подъезд. Сансу было норм, ему не привыкать, а вот Фриск вырывалась, как могла! -Дверь не закрыли! Она прокричала, как смогла, наверное, многие услышали ее… -Ох, точно!

***

      Они дошли до Ториэль без приключений… Ну, если не считать, что когда они обходили дом и шли через посадку их заметил маленький мальчик лет так шести, а возле него стояла девочка на два года младше. Они просто стояли в сторонке и тупо смотрели на эту троицу. Даа, неловкое молчание было у всех. Далее Папирус увязался за белкой, Санс объяснил это тем, что он их никогда не видел.       Они шли до горы очень долго, хоть и казалось, что до нее рукой подать, но это была категорическая ошибка! Фриск казалось, что она скоро превратится в жареный омлет, так как солнце пекло как никогда. Чувство было, что растения тоже изнемогали от жажды, многие деревья склоняли свои верхушки к земле, как будто уже не могли полноценно стоять. Скелеты тоже мучались от жары, но если Папс уже не мог стоять на ногах, как Фриск, то Санс себя вел сдержано даже в куртке, не показывая, что ему жарко. Вот он дает!       Придя к Ториэль, их обнимали все, чуть ли не до полусмерти. В общем, день прошел весело. Альфис спрашивала, как они дошли, и ужасалась аномальной жаре на поверхности. Андайн, как и предполагал Санс, потащила Фриск готовить, и им влетело от Ториэль за испорченный вид кухни. Так что они бегали от нее, как от разъяренного зверя со сковородкой. Санс перепугался, когда увидел Фриск вместе с Андайн в кетчупе, при этом убегающих от Ториэль. Далее к Сансу присоединился и Асгор, они просто стояли и смотрели на их разборки. Санс еще несколько раз пожалел, что не взял с собой кетчуп, а Асгор фотоаппарат. Вся эта эпопея закончилась тем, что Ториэль поймала Андайн и Фриск, через силу загнала в ванную комнату и приготовила пирог.       Фриск сидела с мокрой головой и ела его. Ей очень понравилось бегать от Тори, но извиниться она не забыла. «Было бы здорово проводить так каждый день!»       Она слегка улыбнулась своим мыслям. --------------------------------------------------------------------------- «П-почему здесь так холодно и темно?» - подумала Фриск, потирая свои ладони в попытках согреться, при этом видя только беспроглядную тьму перед собой.