Прошлое и жизнь Фриск.

      На улице дул приятный теплый ветер, от чего казалось, что он словно ласкает кожу своими прикосновениями. Листья деревьев мирно шелестели, а солнце начинало припекать, заставляя большую часть детей выходить на улицу, играть в догонялки и просто веселиться. Так что можно было с уверенностью сказать, что это будет теплый денек без пасмурной погоды, в отличии от класса биологии, где на данный момент было холодно как зимой. - Ох, да что же здесь так холодно? – проговорила Фриск, держа в озябших руках большую стопку учебников и ставя их на рядом стоящую парту. - Ну, могла бы для начала шторы раздвинуть и окно открыть, глядишь, и теплее было бы, – затараторил уверенный девичий голос из лаборантской. На этот ответ девчушка лишь закатила глаза, но перечить не стала.       Подойдя к темно-синим шторам, она с легкостью раздвинула их, открывая окно, давая проход теплому воздуху. Класс мгновенно стал светлей. На вид он был простеньким: нежно-синие стены, на которых были развешаны портреты знаменитых ученых, ученические столы и длинная учительская кафедра, на которой стояли стопки учебников биологии разных классов. При входе на глаза сразу же бросались растения и цветы, их было очень много и некоторые из них висели на стене в горшке, обвевая портреты своими лепестками, словно стараясь обнять их, от чего складывалось ощущение, что учитель просто помешен на растениях.       Вдохнув побольше воздуха, Фриск начала прислушиваться к шелесту деревьев, будто они шептали ей что-то, стараясь о чем-то сказать, к говору мимо проходящих людей и пению птиц, которые, словно, убаюкивали своим пением.       Из лаборантской, под звук шагов, вышла девчонка в оранжевом платье до колен. C алыми волосами и прической в виде коре. Она серьезно посмотрела на Фриск, та даже не услышала, что ее знакомая вышла и медленно начала сверлить ее серыми глазами. - Ты еще долго будешь бездельничать или же все же продолжим? – серьезным тоном спросила она, но увидев слегка детский виноватый взгляд Фриск, немного смягчилась и покачала головой.       Ее звали Мия, она самая круглая отличница в классе, после того как ее перевели в седьмом классе в среднюю школу, где училась Фриск, школа начала постепенно выигрывать во множество олимпиадах. Порой, одноклассники в шутку называли ее «миссия», но за место того, чтобы обижаться, она гордилась таким прозвищем из-за чего иногда задирала слишком высоко нос, мол, вы мне не ровня и никогда ею не станете. За короткое время она смогла добиться уважения и признания многих учеников в классе, и сместить Еву с поста старосты, встав на ее место. По первости она не особо замечала Фриск, а если быть точнее вообще внимания не обращала. Она для нее была как серая мышка, которая не особо представляла угрозы, но каждый раз, когда у них случалась какая либо лабораторная их ставили в пару, что не особо устраивало Мию, в то время как для ее одноклассницы было ровно с кем сидеть и с кем какую работу делать. Постепенно до нее начало доходить, что эта девочка не так проста как кажется. Если в каком-то споре она упорно стояла на своем, то та решительно, ничего не боясь, могла обхитрить ее, и глазом не моргнув. Фриск прекрасно понимала, что с таким человеком, как Мия невозможно договориться мирным путем, но и нельзя идти в лобовую атаку как многие, надо действовать осторожно и хитро, как ниндзя, чтобы добиться желаемого. Мия же в процессе всего этого, начала воспринимать Фриск как равную ей соперницу, не однократно говоря, что учителя и одноклассники недооценивают ее и что было бы неплохо показывать свою решительность им, на что та отвечала: «Мне не особо приятно большое внимание. Мне проще вести себя тихо, так хотя бы никто не пристает». Потом, даже не заметив, они стали чаще общаться, конечно, они не могли себя назвать близкими подругами, но просто хорошими знакомыми, могли. Сейчас же Фриск порой вспоминала слова Папса: «Кто же знал, что чтобы завести друзей надо, было заставлять их решать головоломки и сражаться?» в его словах она слышала похожую с Мией ситуацию.       Макая грязную тряпку в ведро с водой, Фриск продолжила протирать недавно освободившиеся от книг полки книжного шкафа, у которых за место обычных деревянных раздвижных дверей, были стеклянные. - Эксплуатация детского труда, – пробубнила себе под нос Мия, убирая с верхних полок плакаты по биологии.       Фриск слегка усмехнулась словам своей знакомой. - А что нам еще остается? Никто кроме нас эту работу делать не станет.       На эти слова та лишь хмыкнула, слезая со стола и одевая перчатки. - Да-а, хе-хе, куда же без нас, – с иронией в голосе она начала убирать мусор с пола, который включал в себя порванные и обшарпанные плакаты с какими-то черновиками в бак для мусора.       Взяв наполненный бак, Мия аккуратно вышла из лаборантской. Она надеялась, что никогда больше не будет убираться там, но, к сожалению, ее надеждам не суждено было сбыться.        Закончив с полками и глубоко вздохнув, о чем она еще пожалела, Фриск подавила желание чихнуть и, быстро побежав к окнам, слегка приоткрыла их. - До чего же здесь пыльно. Даже у Санса по сравнению с этим местом и то чище.       Вдохнув свежего воздуха, она посмотрела на лаборантскую, как взгляд упал на рядом стоящего пыльного скелета и больше от неожиданности, чем от самого вида, она шарахнулась в бок. Мда, все это время она его вообще не замечала, а тут на тебе, из ниоткуда. Осмотрев его сверху вниз и поняв, что именно ей придется сейчас его протирать, так как по тишине можно было понять, что Мия вышла из класса, девчушка тяжело вздохнула, начиная потихоньку краснеть как помидор. Она прекрасно понимала, что ей сейчас придется, в прямом смысле этого слова, протирать каждую косточку, от чего ей становилось не по себе.       Медленно вздохнув и так же плавно выдохнув, она постаралась успокоить нервишки, что у нее как раз не особо выходило. Обычный человек пятьдесят пять раз уже бы все протер, но не наша Фриск, которая, зажмурившись, пыталась думать о чем угодно, но не об этом. «Щенки. Лес. Дождь. Лапша. Постойте, если Папс моется в лапше, то не значит ли, что и Санс моется, но только в кетчупе?» – она моментально представила Санса в ванне из кетчупа, мирно попевающего его из бокала, вытянув, как балерина носочек вверх с хитрой усмешкой, аля, я тут главный. – «О ЧЕМ Я ДУМАЮ!?» – воскликнула она про себя, взявшись за голову.       Помотав головой, тем самым выбрасывая все ненужные мысли вон, она взяла тряпку в руки. Окунув ее в воду и отжав, начала аккуратно вытирать плечевую кость. Постепенно ее смущение начало отходить на задний план, давая место интересу и любопытству, начиная играть с его рукой, беря за запястье и махая ее в стороны, показывая движения.       Она себя представляла кукловодом, находясь на большой сцене. Раньше она как-то не особо интересовалась этим ученическим скелетом, ну учила она кости человека, писала контрольные по ним, но она никогда к нему не подходила, а тут такой шанс выдался.       Девчушка жестикулировала руками скелета, ставила во все возможные позы, подгибала ему колени и делала лунную походку. Она игралась с ним как маленькое дите, понимая, что Санс или же Папирус не согласились бы на такое. Даже ощущение были какие-то иные, словно она делала какое-то преступление, от чего на душе становилось еще веселее. В последний раз, когда она себя так чувствовала, была украденная бутылочка с яблочным сиропом на кухне в детстве, она тайком спряталась за диван и втихаря выпила всю бутылку, от чего ей от мамы не хило досталось. - Ну, наконец-то, вынесла, этот чертов мусор! Фриск, теперь твоя…очередь, - Фриск моментально застыла на месте, как и скелет, показывающий какой-то танец, походу, индийский. – Я, конечно, подозревала, что ты не ровно дышишь к нашему скелетику, но я не думала, что все на СТОЛЬКО серьезно. Это же надо ТАК задернуть ногу!       Фриск моментально привела его в приличное состояние, будто ничего и не было, но Мия, кажется, не торопилась замолкать. - Вот ей Богу, если бы этот скелет был жив, он бы кричал в агонии. Ну, ты садистка, - она наигранно скрестила руки на груди. – От тебя я такого не ожидала.        Быстро поняв интонацию Мии, она улыбнулась, но быстро сделала серьезное лицо. - Это не то, что ты увидела, – она начала ладонями водить в стороны, словно, гипнотизируя. – Это были голюцинации. Ты просто надышалась пыли, вот тебе и мерещится всякая ерунда. - Ого, - она скептически посмотрела на Фриск. – А я и не знала, что от пыли могут быть голюны. - Тогда ты еще не весь мир познала. - Я его познаю только тогда, когда ты соизволишь отнести на первый этаж мусор. Если ты не заметила теперь твоя очередь.       Мия указала на рядом стоящий заполненный бак с ненужным хламом, та лишь тяжело вздохнула. - Эх, вот умеешь ты все испортить. - Походу, это будет моя работа в будущем. Меньше болтай и больше делай.       Подняв бак, Фриск не спеша направилась к двери. Она совсем не ожидала, что он окажется, на столько, тяжелым, но ничего не оставалось, как просто послушаться и продолжить идти пингвинней походкой к выходу из класса. «Она что? Кирпичи туда положила?» - Знаешь, Фриск… - Что? – девчушка слегка повернула голову. - Я почему-то вспомнила, как ты смотрела на нашего ученического скелета, когда учительница выносила его. - И? – та непонимающе на нее уставилась, но где-то в голове понимала, к чему она клонит. - Мы ведь с тобой рядом сидим. И каждый раз, когда ты на него смотрела, краснела и готова была рассмеяться на весь класс. Можешь объяснить почему? - Хм…не знаю. Как-то само получалось. Больше не говоря ни слова, Фриск спокойно вышла из класса, тихонько закрыв за собой дверь. - …Хм… - только и смогла произнести Мия, прижав пальцы к губам и серьезно задумавшись.       Фриск шла по длинному коридору, вся пунцовая, нервно всматривавшись в пол. Это ее реплика далась ей крайне тяжело. Она уже и не помнила, над чем именно она тогда готова была рассмеяться, но факт оставался фактом, это ее очень смутило.

***

      Фриск сидела в турецкой позе, все рассматривая учебник по физике и тыкая ручкой в тетрадь, отбивая только ей понятный ритм. Джошуа в это время был на работе, а Эмили вообще уехала, предоставляя Фриск самой себе, но одной в доме скучно даже с котом, валяющимся весь день на диване, так почему бы не сходить в гости?       Надоев в пустую читать одно и тоже, в призрачных попытках стараясь хоть что-то понять, она пролистала учебник еще раз и отложила в сторону, тяжело вздыхая. Все же эта уборка ее сильно вымотала, что она уже физику не понимала, конечно, она и раньше не питала приятных чувств к этому предмету, но теперь тем более.       Потянувшись и слегка зевнув, она повернулась к рядом сопящему на диване скелету. Да, пока она пыталась разобраться с нагреванием, ее друг видел седьмой сон. В доме же царила все поглощающая тишина, перебиваемая только тиканьем часов.       Фриск редко могла видеть его настолько спокойным и умиротворенным, словно во сне он забывал о чем-то и уходил в распростертые объятия Морфея. Она, не отрываясь, разглядывала спокойное лицо и закрытее глаза. Ей с чего-то очень хотелось прикоснуться рукой к его лбу и просто напросто обнять, но очень боялась, что если сделает хоть какое-то движение, то такой сладкой тишины уже не будет, а нарушать эту идиллию она никак не хотела.       Постепенно и усталость брала свое, тихо намекая, что и ей следует отдохнуть, как-никак, она сегодня работала, так что телу и уму нужен отдых.       Положив голову на краешек дивана, она еще некоторое время смотрела на друга, пока и сама под его сопение не начала засыпать. Перед глазами начинало все плыть, а веки тяжелить и вот она уже падала в черную мглу, где не видно даже собственного носа.       Ее, на удивление, разбудило тиканье часов, девчушка еще долго пыталась ухватиться за сон последними силами, но оно как вода - проходило сквозь пальцы. - Хех, ты еще долго отлеживать кости будешь? – спросил Санс, все так же смотря на нее с улыбкой, ответом же было невнятное бормотание. - Сколько…сколько я спала? – тихо промямлила она, что даже человек с острым слухом не расслышал бы ее слов, в горле все будто пересохло, а язык предательски заплетался и отказывался слушаться. - Где-то часа так три, - ответил он, чудом услышав, что она сказала. – Не думал, что ты у нас записалась в клуб «Сов». - Знаешь, Санс, - уже как можно четче сказала она. – Сегодня я невыспавшаяся сова, которая принуждаемая волей обстоятельств и судьбой быть жаворонком.       Приподняв голову, отгоняя от себя остатки сна, она упала головой на диван, тихо простонав от боли, которая сковывала шею как цепи. Упершись руками об диван, она снова попыталась приподняться уже всем телом, прикусывая нижнюю губу, чтобы громче не застонать от затекшего тела.       Тяжело вздохнув, смотря на ее тщетные попытки хоть как-то встать, скелет уселся рядом с ней на диван, положив руку ей на макушку. - А я ведь говорил «не отлеживай кости», - проговорил он, перебирая ее запутавшиеся волосы и чувствуя их мягкость, это очень успокаивало. - Са-а-анс, - протянула она и недовольно взглянула. – Вот тебе нравится, когда я страдаю и мучаюсь от боли. - Правда? Я так не думаю. - А как же тот момент, когда ты даже не предотвратил нашу с Папсом драку? - Я помог под конец, - продолжил он, оправдывая себя даже не убирая руки с ее макушки. - Под конец! А раньше ты что делал? - Ну-у, - протянув, он задумался, - Я сходил в Грилбиз, а потом купил попкорн, чтобы досмотреть вашу с ним драку. Даже тяжело было на тебя смотреть, как ты проигрываешь. - Что!? Ты смотрел и ничего не делал? – в ней мгновенно слились несколько чувств – негодование и неверинье, но даже так она почему-то не злилась. - Я хотел увидеть, как именно ты будешь защищаться, какие атаки будешь принимать. Я ведь Ториель обещал, что с тобой все будет хорошо, но и так же мне надо было проверить тебя. Своего рода это был тест. - И как? Я выполнила его? – спросила Фриск, а в глазах блеснула радость. - Ну-у-у, - скелет еще раз задумался, посмотрев в потолок, словно ища там ответ. - Нет,…ты его провалила. - Удар ниже пояса…       Фриск была очень удивлена, что она провалила тот тест, о котором даже и не знала. Уже начиная представлять как Санс хрустя попкорном, вальяжно сидит в кустах и наблюдает за происходящим. Так что надув щечки она обиженно постаралась отвернуться, но и это у нее не особо получилось.       Хихикнув про себя, он снова тяжело вздохнув пододвинулся к ней ближе одной рукой приподнимая голову, а другой растирая шею. От такой неожиданности, девчушка приглушенно пискнула и вжалась в пол. «Что ты делаешь?» - Оно поможет прогнать кровь к нужному участку тела и снимет боль. Мне уже тяжело смотреть на твои бесхребетные попытки, – ответил он, словно прочитав ее мысли.        По началу, она хотела протестовать, мол, и сама справится не маленькая уже, но поняв, что своими попытками она сделает только хуже, решила воздержаться. Растирание было не очень быстрым, но теплым, приятно растекаясь по плечам, как вода. Больше не смея сопротивляться, она понемногу начала расслаблять все тело, блаженно закрывая глаза, а на губах застывала улыбка спокойствия. Раньше, когда она была меленькой, она часто просила маму помыть ей волосы и когда она растирала ей голову мягким полотенцем, она мечтала лишь об одном, чтобы эти приятные чувства не кончались, прямо как сейчас. - Хех, мне вот интересно, - он начал первый, разрывая эту тишину, все рассматривая ее полузакрытые глаза и то как дрожали ресницы. – Как ты сражалась с монстрами, если от такой боли уже готова свернуться в три погибели. - Матива-а-ация, - блаженно протянув, она добавила. – Мне о-очень хотелось попасть домой. И знаешь,…я до сих пор помню наш с тобой разговор в ресторане, словно он был не год тому назад, а вчера.       Санс удивленно уставился на нее, но та даже не заметила, все так же продолжая улыбаться. - Ты мне тогда говорил, что мне никуда не надо уходить, что у меня и здесь все есть и, честно,…я бы, скорее всего, осталась, даже не раздумывая. У меня и в правду там все было: друзья, родные, все о чем я только могла мечтать, но единственное то, что мне не давало покоя, а в душе скребли кошки – это Джоши, он всегда говорил, что я его единственный светлячок, от чего сердце в тески сжимало и заставляло продолжать двигаться дальше, несмотря на боль, холод или жару.       Закончив растирать шею, Фриск вытянула руки вверх, потянувшись и слегка зевнув. - Хех, еще ребенок.       Услышав это, девчушка недовольно взглянула и скрестила руки на груди, показывая протест. - Между прочим, не ребенок, а вполне самостоятельный человек. И в отличии от детей, я могу не обращаться за помощью к взрослым каждую минуту. - Да ладно? Говорит та, которая не могла встать целых пятнадцать минут пока ей не помогли. - Ты первый начал! Я даже не успела среагировать. - Ну а ты не сопротивлялась. Даже получала удовольствие.       На последних словах она покрылась багровым румянцем, но старалась не подавать этого, конечно, ей это понравилось, только вот в его присутствии признавать этого не хотелось. - Что ж, я попробую что-нибудь найти покушать кроме замороженной лапши в морозилке, а ты пока разберись с процессом нагревания, а то сама походу скоро нагреешься как печь.       Санс удалился на кухню, оставляя Фриск красную с учебником по физики. Посмотрев на учебник еще раз, девчушка слегка скривилась, словно попробовала что-то очень кислое. Конечно, она проходила этот параграф и раньше, но на тот момент она болела и контрольные по нему не писала, а учебник открывать было, ой, как тяжело. Им учитель объяснил, что в следующим году они будут косвенно касаться этой темы еще раз, да и в последующих классах они будут это разбирать, но уже углубленно, так что собрав всю силу в кулак Фриск принялась учить то, что пропустила, но что-то шло не так. «Вот сколько я учу это, ничего не идет в голову. Хм, а может если я не понимаю, то могу… Нет! Неа! Я сама смогу справиться! Это ведь не смертельно, значит и не возможным тоже быть не может… Но я уже столько всего перепробовала… Даже на голове стояла и Мия объясняла что и как… Значит стоит попросить помощи. Но если откажет? Будем настаивать! Другого выбора нет». - Са-а-анс, - протянула она и вытянула вперед учебник. – Поможешь?       Санс на тот момент что-то ища в кухонных полках, даже не повернулся. - Нет. - Но почему? Я ведь знаю, ты очень хорошо дружишь с физикой. - Ты ведь попросила, чтобы я тебе не мешал с домашкой в прошлый раз. Не обижайся, я просто выполняю обещание. - Но ты мой единственный спасательный билет на корабль! - Скорее на «Титаник», – продолжил он, все так же что-то ища, но уже с усмешкой от ее попыток. – Куда же он мог его положить? «Хм, значит, не видит и на уговоры не поддается…»       Фриск серьезно задумалась, наблюдая за другом, и как он что-то перебирает, как ее осенило, только светящейся лампочки над головой не хватало. - Са-анс? – хитро улыбнувшись, она подошла поближе, тот от такого даже странного голоса повернулся к ней, забывая о делах попадая в замешательство. – А если я тебе скажу, что знаю, куда Папс спрятал кетчуп с кофе. - Малая…да ты умеешь уговаривать! - Что ж я наконец-то все купил и можно…       Папирус даже не успел договорить, как застыл в проходе с открытой дверью и с двумя покетами в руках, изумленно смотря на эту двоицу. - Это я как раз таки поняла, но а как же… - Фриск указала на что-то в учебнике сидя с Сансом на полу и кушая соленную соломку, обмакивая ее в блюдце с кетчупом. - Чтобы расплавить твердое тело необходимо затратить энергию на нагревание этого тела до температуры плавления материала и энергию для разрушения кристаллической решетки. - Ага, значит, лямбду мы умножаем на массу тела. - Правильно, где лямбда – это удельная теплота плавления, показывающая, сколько надо тепла передать телу массой одного килограмма, чтобы перевести его из твердого состояния в жидкое.       Папс забыл, когда в последний раз видел своего брата таким сосредоточенным и…веселым, даже на душе от такого становилось почему-то спокойно, так что, решив не мешать им, он тихо закрыл дверь и маленькими шажками направился на кухню, даже из-за найденного ими кетчупа ругаться не хотелось. - Вот это ностальгия, - он глубоко вздохнул и встретился лицом к лицу с яркими глазами, которые смотрели на него с неподдельной радостью. - Будешь моим репетитором?! А еще, вдобавок, моим учителем по физике! - Хех, ну уж нет, мне такой «радости» в роли учителя не нужно. Да и к тому же, эти задачи для детских костей, я то думал они по сложней будут. - Ну, знаешь, - с возмущением она скрестила руки на груди. – Для меня это все не так легко и просто. Я только учусь.       Она еще раз посмотрела на задачу, как вдруг вспомнила о чем-то важном. - Санс, - обратилась она к нему. – Я ведь совсем забыла, о чем хотела тебе рассказать!       Скелет посмотрел на нее с удивлением, отложив книгу в сторону. - Я ведь тебе не сказала, что я завтра уезжаю.       Эти слова как нож скользнул по сердцу острым лезвием, заставляя на секунду замереть. - И надолго? – спросил он спокойно, стараясь подавить эти чувства. - Да так, на неделю, а может быть на три. Мы с Джоши уезжаем к папе на работу, по идее он к нам всегда приезжает, но в этот раз мы к нему. Это так здорово! В последний раз я у него была где-то лет пять назад. Так не терпеться, уже сразу утром отправиться! - Ага, это здорово, – он весело приобнял ее за плечо, на что та залилась звонким смехом.       На самом деле ему было совершенно не весело. Честно, он бы обнял ее крепко, прижал бы к себе и не отпускал бы никуда. Придумал бы, что угодно, но только не отпустил. Уж не очень хорошие чувства были, а душу, словно в тески сжимало. - Санс? – спросила она, обеспокоенно заметив его напряжение, на это он лишь потрепал ее волосы. - Да все нормально, малая, - успокаивал он даже, скорее всего не ее, а себя.       Он никак не мог понять, что это за тревожные преследующие чувства, но он точно понимал, что этой ночью он не уснет.

***

      Фриск аккуратно сняла серебряную цепочку с синим камушком, с того самого дня рождения она ни разу этот подарок не снимала. - Хм, пусть останется дома. Не хотелось бы, чтобы с ним что-то случилось       Положив его на свой рабочий стол, она вышла из комнаты, прихватив с собой сумку с вещами, и плотно прикрыла дверь.