Знания крестража

Когда мы вошли, то меня оглушил вопль: - Джинни! Пока свист в ушах затухал, я понял: в предках миссис Уизли определенно были банши. Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, а за ней — мистер Уизли, и оба бросились к дочери. Но я смотрел не на них – у камина стоял, улыбаясь, профессор Дамблдор, рядом – профессор МакГонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. Мне кажется, последняя ждала василиска. Прошуршав крыльями возле моего уха, феникс опустился на плечо Дамблдора и на меня с Роном было совершено покушение. Ой, это просто миссис Уизли нас обняла. - Вы спасли ее! Спасли! Как вы это сумели? — Нам всем очень бы хотелось это узнать, — произнесла профессор МакГонагалл утратившим обычную твердость голосом. У меня уже начало темнеть в глазах, когда миссис Уизли решила перестать нас душить обнимать, и я, отдышавшись, подошёл к столу и выложил Волшебную шляпу и меч, украшенный рубинами. А потом мне пришлось говорить. Под конец мне было сложно стоять на ногах, а голова была готова разорваться и слегка охрипший, перешел было к тому, как вовремя подоспел Фоукс, как Волшебная шляпа вооружила меня мечом. Я остановился перевести дыхание, так как совсем охрип. Дамблдор едва заметно улыбнулся, и огонь камина блеснул в стеклах его очков-половинок. — Я вот что хотел бы узнать: как лорд Волан-де-Морт изловчился околдовать Джинни? — тихо спросил директор. — Ведь он, по моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах. - Всему виной стало безответственное поведение Джинни, когда она стала что-то подозревать – она ничего не рассказала взрослым… И тут Джинни разрыдалась: - Я…я боялась…что меня исключат.. Дамблдор что-то обдумал и сказал: - Успокойтесь, мисс Уизли, исключать мы вас не будем, но вы будете ходить на отработки к мистеру Филчу весь следующий год. Очень немногим известно, что лорда Волан-де-Морта когда-то звали Томом Реддлом. Я учил его здесь пятьдесят лет назад. Окончив школу, он исчез, скитался в дальних краях, якшаясь с самыми опасными колдунами и магами. И все глубже погружался в тайны черной магии. Он подверг себя такому количеству чудовищных превращений, что, когда вновь появился — уже под именем Волан-де-Морта, — был совершенно неузнаваем. Не было ничего общего между зловещим Темным Лордом и умным славным мальчуганом, который был когда-то старостой школы. — Но что могло с ним связывать нашу Джинни? — воскликнул мистер Уизли. — Его… его дневник, — всхлипнула Джинни. — Я в нем писала, а он отвечал… весь этот год. Мистер Уизли сразу начал: -Джинни, почему ты ничего не рассказала мне или маме? А профессорам? — Я этого не знала, — рыдала Джинни. — Он был в одном из учебников, помнишь, которые мама купила. Я подумала, кто-то вложил его в книгу и забыл… — Мисс Уизли следует немедленно отправить в больничное крыло, — не терпящим возражения тоном вмешался Дамблдор. Он широким шагом подошел к двери и открыл ее: — Джинни нужен сон и еще, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мне это всегда прибавляет сил, — добавил он и дружески подмигнул девочке. — Мадам Помфри еще не спит — она сейчас раздает сок мандрагоры. С уверенностью могу сказать, что жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту. — Значит, Гермиона скоро будет в порядке! — обрадовался Рон. — Все худшее позади, — кивнул Дамблдор. Миссис Уизли, поддерживая Джинни, вывела ее из кабинета, а мистер Уизли, который никак не мог опомниться, побрел за ними. — Знаете, Минерва, — улыбнулся профессор Дамблдор, — пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами? А мне кажется тут требуется расследование, а вовсе не пир... — Можно, — сухо кивнула профессор МакГонагалл и уже у дверей спросила: — Полагаю, в мое отсутствие вы разберетесь с Поттером и Уизли, не так ли? — Истинная правда, — заверил ее Дамблдор. Я немного опешил, мне тут школу приходиться от закрытия спасать, а они еще исключать меня решили?! — Помнится, я говорил, что придется исключить вас обоих из школы, если вы еще раз нарушите правила, — начал директор. От ужаса Рон вытаращил глаза. — Это лишний раз доказывает, что даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно, — усмехнулся Дамблдор. — Вы оба получите Особые награды за услуги школе. И… дайте-ка подумать… да, по двести баллов каждому для Гриффиндора. Только начал я отходить от предыдущего шока, как тут новый! Какие-то баллы? Рон сделался ярко-розовый, как цветы Локонса на Валентинов день. — Но почему-то еще один здесь присутствующий хранит слишком упорное молчание. А было бы интересно послушать о его участии в этом рискованном предприятии. — Дамблдор посмотрел на Локонса. — К чему эта излишняя скромность, Златопуст? Тот стоял в углу комнаты, по-прежнему улыбаясь растерянной, чуть дурашливой улыбкой. Услыхав Дамблдора, он огляделся вокруг, силясь понять, к кому это обращаются. — Профессор Дамблдор, —Я поспешил вставить. — Произошел несчастный случай — внизу, в Тайной комнате. Профессор Локонс… — Я что, профессор? — осведомился Локонс с кротким удивлением. — Вот те на! А я-то считал себя идиотом… — Он хотел наложить на нас заклятие Забвения, — продолжил Рон, — а палочка возьми и стрельни в него самого… — Мм-да. — Дамблдор покачал головой, и его длинные серебряные усы задрожали. — Значит, поражен собственным оружием? — Оружием? — эхом отозвался Локонс. — У меня нет оружия. А вот у этого мальчика есть. — Локонс указал на меня. — Меч, очень красивый. Он вам может его одолжить. —Мистер Уизли, пожалуйста, отведите профессора Локонса в больничное крыло, — обратился Дамблдор к Рону. — Мне еще нужно сказать Гарри несколько слов. Локонc неуверенно поплелся к двери. Рон, выходя, оглянулся, бросил на директора и меня любопытный взгляд и, взяв Локонса за руку, вышел с ним в коридор. Пройдя через комнату к камину, Дамблдор опустился в одно из кресел. — Садись, Гарри, — предложил он, и я сел, испытывая ужасную головную боль и тошноту. Дамблдор разгладил усы. — Прежде всего, я должен поблагодарить тебя. — Глаза его вновь блеснули. — Там, внизу, ты проявил настоящую доблесть — иначе Фоукс не прилетел бы к тебе. Он провел рукой по перьям феникса, который легонько хлопал крыльями, сидя на его колене. Я попытался улыбнуться, но вышло слабо. — Значит, ты встретился там с Томом Реддлом, — произнес Дамблдор в раздумье. — Я полагаю, что ты-то и интересовал его больше всего… И тут он замер что-то ожидая. Я лишь посерел, и он продолжил: — Ты говоришь на языке змей, Гарри, — ответил Дамблдор спокойно, — потому что на нем говорит Волан-де-Морт — единственный оставшийся потомок Салазара Слизерина. Если не ошибаюсь, он нечаянно вложил в тебя толику своих сил — в ту ночь, когда наградил этим шрамом. Уверен, сам он этого не хотел. — Волан-де-Морт в меня вложил частицу самого себя? — спросил я. — Судя по всему. Похоже, он ждал, что я скажу что-то еще, но, не дождавшись, он продолжил: — Все что тебе сейчас нужно, Гарри, - это еда и отдых. Ступай-ка ты к себе, вымойся — и за праздничный стол. А я напишу в Азкабан — надо вызволять нашего лесничего. Заодно набросаю объявление в «Ежедневный пророк». — Выдвинув верхний ящик стола, Дамблдор достал пузырек чернил, ножичком заточил перо и прибавил: — И еще нам потребуется новый преподаватель защиты от темных искусств. Ох, что-то они у нас не задерживаются… * * * Я встал, пошел к выходу и уже протянул руку, чтобы открыть дверь, как вдруг она распахнулась, с такой яростью, что, ударившись, отскочила от стены. На пороге стоял Люциус Малфой с перекошенным от бешенства лицом. Чуть позади съежился весь обмотанный бинтами Добби. Куда же подевался хладнокровный политик? И для чего он притащил сюда Добби? Последний спокойно может телепортироваться. — Добрый вечер, Люциус, — дружелюбно приветствовал его Дамблдор. Едва не сбив меня с ног, Малфой подскочил к столу. Добби юркнул за ним с подобострастным ужасом на лице и, согнувшись в три погибели, засеменил следом. — Так, значит, вы вернулись. — Холодные глаза Малфоя впились в Дамблдора. — Попечительский совет отстранил вас, но вы, как я вижу, пренебрегли мнением совета. Сочли для себя возможным вернуться в Хогвартс. — Спешу известить вас, Люциус, — Дамблдор спокойно, чуть улыбаясь, смотрел на непрошеного гостя, — ко мне обратились одиннадцать членов Попечительского совета — все, кроме вас. Разговор был нелегкий и откровенный. Узнав, что очередная жертва дочь Артура Уизли, совет попросил меня без промедления вернуться. Похоже, пришли к общему мнению, что при нынешних обстоятельствах лучшего директора школы, чем я, не сыщешь. И вот что странно: некоторые члены совета намекают на то, что их согласие на мою отставку было вырвано под угрозой заклятия, которому могут подвергнуться их семьи. Мистер Малфой, и без того всегда бледный, сделался еще бледнее, глаза его превратились в щелки. Как по колдовству. — Ну и что, вы уже прекратили нападения? — спросил он с издевкой. — Преступник пойман? — Да, — все так же улыбался Дамблдор. — И кто же он? — Все тот же злодей — Темный Лорд. Только в этот раз он действовал через другого человека. С помощью одного дневника. Интересно, почему Дамблдор не заведет расследование? — Ясно, — нараспев проговорил мистер Малфой. — Умный план. — Дамблдор внимательно глядел в глаза Малфою, голос его оставался таким же ровным. — Если бы Гарри… Малфой бросил на меня быстрый, пронзительный взгляд. — …и его друг Рон, — продолжал директор, — не нашли ту книжицу, даже я считал бы виновной во всем Джинни Уизли. И никто никогда бы не доказал, что она поступала так не по своей воле… Мистер Малфой молчал — А теперь вообразите, — говорил Дамблдор, — каковы были бы последствия. Уизли — одна из самых известных чистокровных семей в мире волшебников. Артур Уизли — один из авторов Закона о защите маглов. А его дочь убивает полукровок. Подумать только, что стало бы с ним и с его Законом! Большая удача, что дневник был найден, прочтен, а записи в нем потом исчезли. — Да, большая удача, — с трудом выдавил из себя Малфой. Его лицо превратилось в маску. Люциус Малфой оценив обстановку, повернулся к домовику: — Идем, Добби! Нужно мне припугнуть этого типа. - Профессор Дамблдор, я тоже пойду. - Иди, Гарри. Нагнав Малфоя старшего я спросил: — Мистер Малфой, — я поближе подошел к нему, — а не знаете ли вы, как к Джинни попал этот дневник? — Откуда мне знать, где эта паршивка его взяла! - Мистер Малфой, хватит строить комедию. Я знаю, что это вы подкинули дневник. Лицо Малфоя побледнело так что его можно сравнивать с мелом. Он прошипел: - Ты ничего не докажешь! Я усмехнулся, но на моем лице это выглядело как-то слабо. - Подумайте сами, мистер Малфой, кому Визенгамот поверит больше. Мне – Мальчику-который-выжил, или вам - бывшему Пожирателю Смерти?* Кажется, у него задергался глаз. - Чего ты хочешь? Вау, я заимел личного слугу! - Я свяжусь с вами позже. - До встречи.