Неповиновение

      Вот уже без малого девятнадцать часов «Трофей» и Мстители висели на орбите Орд-Мантелла вместе с множеством других кораблей. Как правило, то были звездолёты, принадлежавшие мало-мальски крупным гангстерам: среди фрахтовиков Кка опознала несколько хаттских транспортов, грузовик с Трандоши и пару рилотских шаттлов, которые выглядели весьма потрёпанными. И если хатты ограничились двумя кораблями сопровождения на звездолёт, то у трандошан была целая эскадрилья разномастных истребителей, да ещё и под днищем виднелось дуло сдвоенной ионной пушки. И это серьёзно насторожило внимательную женщину, которая понимала, что не бывает дыма без огня.       – Фран, – позвала она отвлёкшегося экзота, – это не за нами?       Фран, продолжая жевать (он, как всегда, был зверски голоден), вернулся за штурвал, уселся в кресло, откинувшись на спинку, и вперился взглядом в указанный корабль. Доверия он внушал мало, однако и нападать, по всей видимости, не собирался. Именно это оставляло надежду на то, что трандошане пришли не по их душу.       – Думаю, что нет, – Фран задумчиво почесал висок и закинул длинные худые ноги на панель управления. – Не стали бы они так долго ждать.       Кка задумчиво нахмурилась, отчего гребень на её голове смешно встопорщился.       – Странно это. Они вооружились до зубов явно не потому, что испугались пиратов или нас.       – Считаешь, что они поджидают кого-то другого?       – Возможно. Ты же знаешь, трандошане не брезгуют грабежами, даже наоборот. Так что всё может быть, – Кка потянулась к переключателю, восстанавливая связь между флагманом и эскадрильей. – Но надо предупредить на всякий случай ребят, чтобы они были готовы…       – Если они ещё не уснули, – закончил за пезза экзот. – Шутка ли — восемнадцать часов в космосе без возможности размяться.       Связь установилась, и в рубке раздался гул голосов: пилоты, вопреки мнению Франа, не спали, а вели весьма оживлённую беседу о какой-то стычке у Билбринджи между гаморреанскими пиратами и группой наёмников, которые охотились за их главарём, двухнедельной давности. Один из пилотов никак не мог понять, как неуклюжее свиноподобное существо сумело удрать от гораздо более ловкого и подвижного родианца — охотника за головами, а другой пытался доказать ему, что от бластерного разряда гаморреанца спасла его толстая шкура. Однако дискуссия прекратилась сразу же после того, как раздался громогласный голос Скайуокера:       – А ну-ка прекратите балаган! – пилоты притихли, а Ребранд продолжил: – Что-то случилось, Кка?       Пезз пожала плечами, косясь на корабль, привлёкший её внимание. Он, как и вся эскадрилья сопровождения рядом, неподвижно застыл в космосе: ни дать ни взять тихий овраг, в котором сарлакки водятся.       – Не нравится мне этот фрахтовик. Вон тот, серый, с опознавательными знаками трандошанских работорговцев, – проговорила Кка. Фран продолжал сидеть с отсутствующим видом, закинув ноги на панель управления. – Как-то… подозрительно тихо они себя ведут, даже в эфир ни разу не влезли. Определённо ждут кого-то, не иначе как засаду устроили.       – Кому бы это и с какой радости? – нахмурился Скайуокер. – Я, конечно, знаю, что вывести из себя этих рептилоидов легче, чем разозлить Джаббу, но я не думаю, что они будут выяснять отношения накануне Торгов, да ещё и на орбите Орд-Мантелла…       – А зайгеррианцев нет ещё? – спросил вдруг кворрен-пилот Сайдос по прозвищу Слухач. – А то я, может быть, их профукал…       – Не было, – озадаченная вопросом Кка внезапно осознала, что Слухач был прав. – Но разве они имеют хоть какое-нибудь отношение к трандошанам?       – А разве вы не знаете? – удивился не на шутку кворрен. – О том, что трандошане теперь за голову любого зайгеррианца тысячу кредитов отдать готовы?       Кка оглянулась на Франа, который отрицательно пожал плечами. Остальные Мстители вразнобой загудели, что об этом вообще впервые слышат. Но Сайдоса на то и прозвали Слухачом: он знал каждую сплетню, каждый слух, и ничто не могло ускользнуть от его внимательного уха. Проныра мог запросто назвать размер гарема Зиро Хатта, рассказать, сколько заплатил Шота за свой космический дворец, выдать, какую взятку дали Верховному канцлеру Республики за очередное «тёпленькое местечко» и кто из преступного синдиката «Чёрное солнце» решил пойти в политику, чтобы стать ещё более влиятельной личностью. В прошлые времена Сайдос нередко получал за своё всезнайство как от хозяев, так и от собратьев по несчастью; однако для Сплочения Слухач стал настоящим сокровищем, ведь теперь о любой, даже самой незначительной сделке сплоченцы знали всё.       – Ну, всё началось с того, что один зайгеррианкий безумец обсчитал Корску Ра, бандита с Трандоши, – Слухач, приготовившись рассказывать, развалился на своём пилотском кресле, вытянул ноги и принялся жестикулировать руками, хотя его никто не видел. – Корска, понятное дело, разъярился и приказал ловить зайгеррианца всем своим вассалам, корешам и знакомым. А зайгеррианец оказался дальним родственником — то ли двоюродным племянником, то ли троюродным братом — короля Зайгеррии, Дараша Скинтеля, что его и спасло. Надо добавить, что Дараш Скинтель, как и его племянничек, особым умом не отличался и объявил Корску в розыск. – При этих словах Фран приствистнул, понимая всю безрассудность этого поступка. – А на Зайгеррии в тот момент его дочка была, Расска Железнохватка; она, если вы помните, бластерные винтовки узлом завязывать могла. И, значит, этот придурок-племянничек, взяв за компанию четырёх таких же безмозглых молодцев, как и он сам, пошёл к Расске наведаться, а она ему шею и свернула. Тут королевская стража её схватила, и с тех пор след Железнохватки пропал. Папаша от горя совсем обезумел и приказал хватать всех, кого увидят, без разбору, – Слухач всплеснул руками. – Так вот, я что думаю: зайгеррианцы ведь своего не упустят, на Торги обязательно прилетят, вот Корска, видимо, и решил их подстеречь, чтобы дочку вызволить. Если она ещё жива, конечно.       Кворрен закончил и сложил руки на груди, ожидая реакции спутников, но те надолго затихли, переваривая услышанное. Конечно, Кка и раньше слышала о том, что трандошане поцапались с зайгеррианцами, но и подумать не могла, что дело дойдёт до кровной вражды. А ведь последняя являлась весьма серьёзным поводом для вооружённых столкновений, взаимных обвинений и даже для войны.       – Если Слухач прав, то зайгеррианцы до планеты не долетят, – наконец подвёл итог один из пилотов. – Если они появятся, конечно.       – Появятся, как пить дать, – буркнул Ребранд. – Они же только торговать другими разумными умеют, ничего больше.       Скайуокер правду говорил: напыщенные зайгеррианцы не были способны ни к какому труду, кроме коммерции, а торговля живым товаром им удавалась лучше всего остального. За это зайгеррианцев ненавидела большая часть Галактики — та, которой уже довелось побывать под их властью. Оставшаяся часть зайгеррианцам просто завидовала и потому ненавидела их чуть ли не сильнее, чем порабощённые.       Трандошанский грузовик внезапно вышел из оцепенения и, недвусмысленно развернув орудия в сторону «Трофея», медленно и грозно поплыл на него — так надвигается неумолимый шторм, которому всё равно, что произойдёт с теми, кто попадёт под его смертоносную руку. Истребители-сопровождающие развернули крылья и, сверкая почерневшими от выстрелов пушками, надвинулись на «Барлоз», в рубке которого внезапно зазвонил тонкий сигнал входящего вызова. На радаре, чуть позади корабля сплоченцев, в этот момент появилась новая жёлтая точка очередного корабля.       – Ни с мес-с-с-ста, – шипящим посвистом приказал капитан трандошанского корабля. На заднем фоне кто-то ругался, что-то гремело.       – С какого перепугу? – Кка спешно приводила в бодрствующее состояние все системы «Трофея», готовясь сделать резкий манёвр, чтобы уйти с линии огня. Фран уже активировал щиты, и они поднялись на сорок процентов — по крайней мере, от одного-то выстрела они спасут.       – А развалитес-сь на атомы и по вс-с-сей Галактике не с-соберёте – узнаете, – тон трандошанина был угрожающим, но Кка и Фран и не думали бояться. Корабль немного опустился, будто просев, и в этот же миг совсем рядом с обшивкой прожужжал первый лазерный выстрел, уносясь вдаль, к странной жёлтой точке на радаре.       – Стойте, – голос у Ребранда был неожиданно тихим, но в этом спокойствии таилось что-то поистине звериное. – Кка, разворачивайтесь на сто восемьдесят градусов. Мстители – за мной! – и маленький блестящий V-крыл взмыл вверх, увлекая за собой ещё восемь таких же, как он сам.       «Трофей», ввинчиваясь вниз, словно штопор, поворачивался носом к неизвестному кораблю, по щитам которого стучали многочисленные выстрелы. Трандошанская эскадрилья понеслась в атаку, сделала круг, обстреляв чужой фрахтовик, и вернулась к флагману. Кка охнула, разглядев оранжевый опознавательный знак зайгеррианской короны на серой обшивке чужого корабля. Очередной устрашающий приказ отдал капитан-ящер:       – Я вас-с-с предупреждал!       Упреждающий выстрел вонзился в невидимую плёнку щитов сплоченского звездолёта, растворяясь в ней. Но Скайуокер ровным голосом продолжал твердить своё, командуя одновременно не только Мстителями, но и «Барлозом»:       – Луч захвата на Зайгеррию… Ребята, стрелять только по грузовику, трандошан не трогать… – истребители разделились напополам и, описав симметричные дуги, стаей коршунов понеслись на зайгеррианский фрахтовик. Краем глаза Ребранд успел прочитать название, ауребешем выведенное на боку звездолёта – «Охотник», в котором заключалась неожиданно злая ирония. Ловец попал в собственный капкан. – Первая волна пошла! Стреляем по орудиям!       Град зелёных выстрелов обрушился на «Охотника», копьями вонзаясь в его бронированную спину. Вспыхнула и разлетелась на запчасти лазерная турель, на прощание сверкнув оранжево-красной вспышкой. Щиты, однако, по-прежнему держались, хотя ясно было, что осталось им совсем немного: при таком напоре зайгеррианцев могла спасти только Сила, которая подсказывала Скайуокеру, что заносчивые экзоты сильно нервничают, заставляя при этом волноваться и…       Глаза у Ребранда налились кровью, а радужка покраснела.       – Ну, сволочи, – прошипел он не хуже любого трандошанина, пригибаясь к штурвалу, – За детей вы получите отдельно.       Синяя струя потянулась от «Трофея» к «Охотнику», связывая два корабля в единую систему. Мстители ушли на второй круг, уступая место эскадрилье трандошан, под натиском которых щиты дали сбой. Но зайгеррианцы не дремали: развернув турели на чужие истребители, они сделали несколько выстрелов, лишив двигателей один из звездолётов, и тот понёсся к Орд-Мантеллу под действием сил притяжения, становясь его очередным искусственным спутником. Сзади трандошанского фрахтовика мало-помалу вырастал тви’леккский шаттл — его хозяева, видимо, решили присоединиться к разделу добычи.       – Что вы творите, bantha poodoo?! – не стесняясь в выражениях, орал трандошанин в микрофон, не понимая, чего добиваются сплоченцы.       – Пытаемся состыковаться! – отвечала Кка. Фран к тому времени сменил кабину пилота на кресло стрелка и теперь обменивался очередями с «Охотником». – Ребята, неужели так сложно снести ещё пару турелей? У нас щиты тоже не железные! – крикнула она уже в эфир, где переговаривались Мстители.       – Сейчас всё будет, – валеец поднырнул под брюхо корабля, перевернувшись вверх тормашками, и осыпал его дождём лазерных зарядов. Обшивка коротко блеснула, дав трещину. Рилотский шаттл попытался пристроиться к зайгеррианскому с другой стороны, чтобы состыковаться, но последний открывал шквальный огонь по всем, кто приближался к нему, и потому тви’леккам пришлось отойти дальше, чтобы не стать жертвой какого-нибудь шального выстрела.       Неожиданно двери ангара «Охотника» поползли в разные стороны, выпуская в открытый космос улей истребителей, которые тут же начали контратаку, смешиваясь с вражескими эскадрильями. Трандошане отступили назад, под прикрытие своего флагмана, чтобы перегруппироваться, а сплоченцы сделали круг вокруг корабля, проскользнув перед транспаристиловыми иллюминаторами капитанского мостика, что изрядно напугало зайгеррианцев.       – Я так понимаю, двери открыты? – съехидничал один из пилотов, выписывая «бочку» – таким образом он пытался уйти от огня противника.       – Нас зовут в гости, – прищурился Ребранд, выпрямляясь. – Мститель-2, Мститель-3, за мной, остальные — продолжать атаку!       Три истребителя, выстроившись клином, пронеслись по прямой над «Охотником», нырнули вниз, перевернулись и на скорости влетели в распахнутый ангар, брюхом проехав по дюрастиловому полу; от контакта с металлом днище истребителей заискрилось. Двое зайгеррианцев, стоявших в ангаре, отшатнулись от нёсшихся на них громад; ещё одному повезло куда меньше, и его зажало между звездолётом Скайуокера и переборкой, в которую тот врезался носом.       Сжав в одной руке бластер, а в другой — энергетический хлыст, зайгеррианцы осторожно продвигались к кораблям, готовые выстрелить в любой момент.       Ребранд, подняв крышу кабины, выскочил из своего V-крыла; в его правой руке светился голубым световой меч. Подняв другую руку, он чуть сжал пальцы – и зайгеррианцы мёртвыми упали на пол, не успев даже ничего осознать.       Остальные пилоты только вылезали из своих машин; один из них, дранцианец* Эс, подошёл к зайгеррианцу и пнул его носком сапога, проверяя, жив ли он, потом нагнулся, подбирая оружие и передавая его высоченному рагзату** Ксатозу.       – Что ты с ним сделал? – спросил он у Ребранда.       Пронзительно завизжала сигнальная сирена: едва живой зайгеррианец, о котором все забыли, дотянулся до аварийной кнопки и теперь с ухмылкой взирал на сплоченцев, даже зная, что его больше ничто не спасёт. Грянул короткий выстрел: Ксатоз не стал больше медлить и прикончил его на месте, лишая себя проблемы, а его — мук.       – Сломал продолговатый мозг, – коротко ответил Скайуокер. – Ну, поторопимся, нам ещё корабль зачищать.       Эс запихнул хлыст за пояс, которым он не умел и не хотел пользоваться.       – Кто первый?       – Пилоты, – да, Сплочение предпочитало бескровные победы, но в большинстве случаев без трупов обойтись было сложно. Работорговцы не знали никакой другой силы, кроме бластерного заряда, да ещё и руководствовались они принципом «или они, или мы», а благородствовать ценой собственной жизни простые сплоченцы не хотели, даже несмотря на приказ сверху: «Никого не убивать». – Нам нужна связь с «Трофеем», Кка собирается провести стыковку.       Двери ангара, через которые можно было попасть в сам корабль, были заблокированы. Но они не стали серьёзной преградой для сплоченцев: Ребранд просто вскрыл их световым мечом, сделав в дюрастиле круглое отверстие. Но сразу же за дверью троицу поджидали зайгеррианцы, и не успели Эс и его компаньон ничего сообразить, как раздался взрыв, коридор и часть ангара заволокло дымом, и сверкнули ярко-жёлтые искрящиеся хлысты.       Дранцианец и рагзат палили наугад, надеясь, что выстрелы не заденут Скайуокера. Послышался вскрик: синий луч нырнул вперёд, касаясь чьего-то бока, и раздался стук падающего тела. В считанные секунды всё было кончено.       Дым никак не рассеивался, и если бы не световой меч Ребранда, яркой полосой светившийся посреди него, сплоченцы не разглядели бы путь. Ощупывая дорогу одной рукой — в другой был зажат бластер — Ксатоз двигался за командиром, а за ним точно так же шёл Эс. Пригнувшись, чтобы пролезть в дыру, все трое шагнули внутрь тёмного коридора, на чёрных металлических стенах которого горели слабые жёлтые лампочки. Совсем рядом переливался красными бликами лифт; с потолка нёсся оглушающий вопль сирены.       – Сюда, – Скайуокер махнул рукой и уже собрался нажать на кнопку вызова лифта, как вдруг где-то вдалеке раздался выстрел, и замок потух. Зайгеррианцы решили забаррикадироваться излюбленным контрабандистским способом: пальнуть в замок, чтобы не работал, и сидеть-ждать.       Рагзат уже выуживал из кобуры пистолет-подъёмник, подготавливая его к работе.       – Значит, придётся кустарным методом, – приподнял он невидимую бровь.       Ребранд в очередной раз вонзил меч в сталь; он вошёл в неё так же легко, как нож в растопленное масло. Сделав в двери очередное круглое отверстие, Скайуокер Силой толкнул вырезанный кусок дюрастила от себя и, когда он с грохотом упал вниз, понял, что стоит на краю шахты лифта.       – Подъёмник, – бывший джедай протянул руку Ксатозу, и тот послушно вложил в его руку пистолет. Скайуокер, прищурившись, прицелился и выстрелил: конец троса примагнитился к дну лифтовой кабины. Вцепившись одной рукой в подъёмник, другой Рербанд покрепче перехватил меч и, поднявшись почти к самому потолку, вырезал из него квадрат, чтобы было через что проникнуть в кабину. Металл рухнул вниз, а сплоченец поднялся в сам лифт, двери которого тоже были заблокированы.       Пока Ребранд недовольно чесал нос, вслед за ним поднялись и Эс с Ксатозом.       – Ситхова матерь, – наконец выругался бывший джедай и вытер лоб рукавом чёрной пилотской куртки: он был весь потный. – Четвёртый раз я это не потяну.       Эс перезарядил бластеры, взял по одному в каждую руку. Скайуокер окунулся в Силу, сливаясь с ней, и потянулся мыслью к дверям лифта. Они застучали, словно не поддаваясь Ребранду, но с каждым мгновением это противодействие становилось всё слабее и слабее, пока не прекратилось совсем.       Мстители снесли очередную турель, трандошане кружили вокруг, словно вороны, а «Трофей» подошёл вплотную к зайгеррианскому «Охотнику», готовясь с ним состыковаться.       Двери лифта со скрипом разъехались. Изумлённо крикнули зайгеррианцы, оглядываясь: они уж было решили, что до них теперь не доберутся. Их было всего четверо: трое мужчин, высоких, рослых, с серо-жёлтым пушком на подбородке, и женщина, ещё совсем молодая; в её жёлтых глазах мелькнул страх, когда она увидела оскалившегося Ребранда, и тут же сменился высокомерием. Она, отскочив назад, пальнула из своего маленького карманного бластера по Ксатозу, который не успел уклониться от стремительного выстрела и взвыл, схватившись за плечо.       Скайуокер опустил меч, и в глазах его появилось что-то звериное, дикое, тёмное.       Зайгеррианцы, переглянувшись, ухмыльнулись — и тут же взлетели в воздух, пытаясь содрать с глоток невидимый захват, царапая горла острыми тёмными ногтями. Одним движением Скайуокер отбросил их назад, к панели управления, и трое из них тут же лишились сознания. Только один, мужчина лет двадцати пяти, оставался в ясном уме, хоть перед глазами у него и летали мошки:       – Король Скинтель заставит вас заплатить, – прошипел он по-кошачьи, пытаясь приподняться на локте и получше рассмотреть своих пленителей.       Ребранд, Тёмная Сторона в котором уже начала угасать, отвернулся от него, глянул на Ксатоза, раздирающего униформу на рукаве, чтобы приклеить бакта-пластырь на рану; тот отмахнулся, мол, всё хорошо. Скайуокер кивнул и отошёл к компьютеру, чтобы узнать, есть ли на корабле рабы — а он чувствовал, что есть — и где они находятся.       – Это ты заплатишь за все покалеченные жизни согласно Уголовному Кодексу Республики, Уго Скинтель, – Эс узнал в мужчине сына зайгеррианского короля и его наследника. Глянув на девушку, безвольно лежащую на аппаратуре, и заметив на её голове небольшую корону, дранцианец догадался, что то была младшая сестра Уго — Айжа.       Принц приподнял голову и сплюнул, а в его голосе было столько презрения, что Эс даже отшатнулся:       – Грязный раб. Тебя не трандошане послали, я знаю, иначе я был бы уже мёртв… – ему уже было трудно говорить, и, теряя сознание, он процедил: – Грязный, смерти достойный раб…       – Кка, – Скайуокер установил-таки связь с «Барлозом», и голос его был уже куда более спокойным, – Стыкуйтесь. У нас тут несколько пленных, поэтому пусть Фран подготовит трюм.       – Без проблем, Ребранд, – ответила Кка и отключилась. «Охотник» дёрнулся — то стыковочные шлюзы протянулись к нему от «Трофея». Аварийная тревога отключилась.       Скайуокер отошёл от бортового компьютера, направился к лифту — по пути его остановил Ксатоз, протягивавший ему снятый с пояса одного из зайгеррианцев комлинк — и у самых дверей остановился, чтобы сказать:       – Я открыл все отсеки, чтобы забрать людей. Вы останетесь здесь?       – Как прикажете, командир, – Эс кивнул и чуть не отдал честь своему лидеру.       – Нельзя допустить, чтобы эти четверо сбежали. В Республике должны узнать, что даже королевская семья Зайгеррии занимается работорговлей.       – Я знаю, командир. Скайуокер помолчал, а потом добавил:       – Будьте осторожны, – и нырнул вниз, в отверстие, прорезанное им же самим.       Странным было то, что на корабле было очень мало пленников, меньше десятка разумных. Ребранд уже предположил, что этот звездолёт был только отвлекающим манёвром, а большая часть зайгеррианских кораблей пошла в обход, так, чтобы успеть сесть на планету, пока трандошане заняты охотником. Но именно то, что почти все невольники были детьми, и вызвало столь бурный всплеск Тёмной стороны, и Скайуокер, вспоминая свою дочь и множество других детей, живших с его семьёй на секретной базе Сплочения, на Салласте, думал о том, что их могла постигнуть та же судьба.       Но Расски, которую так искали трандошане, здесь не было. Ребранд считал, что смог бы узнать её в Силе, если бы она появилась поблизости — в конце концов, женщиной она явно была незаурядной — однако зайгеррианская корона по какой-то причине не стала продавать Расску, если она была ещё жива, конечно. И это было весьма странно.       Скайуокер спустился вниз и зашёл в рабский отсек, на самом его пороге столкнувшись с лоррдианкой-воспитательницей в длинном чёрном платье — она осторожно выглядывала наружу, намереваясь, по-видимому, сбежать, но едва женщина увидела чужака, как тут же отшатнулась, выставляя перед собой руки в защитном жесте.       – Сплочение, – тихо молвил Скайуокер, тоже поднимая руки, чтобы дать понять, что он не вооружён, и зашёл внутрь, придержав лоррдианку за острый локоть.       Девять детей испуганно жались друг другу, и, даже увидев незнакомого высокого мужчину, они сбились ещё плотнее, пытаясь этим, видимо, себя защитить, хотя стоило скорее бросаться врассыпную.       Две зеленокожие тви’лекки лет пятнадцати в просторных одеждах, близняшки, держались за руки и выглядели совсем юными. Невысокий подросток-родианец с кислотным ожогом на бирюзовой щеке сурово взирал фасеточными глазами на пришельца. Бесалиск чуть помладше, что стоял рядом с ним, испуганно сплёл пальцы обеих пар рук; одежда на нём была старой и рваной в нескольких местах. Иктотчи в чём-то, больше напоминающем мешок, нахмурился, почувствовав Силу в человеке. Миниатюрная панторанка, очень красивая уже в свои тринадцать лет, закутанная с ног для головы в голубое платье, вцепилась в пау’ана рядом; лицо у того было весьма угрюмым. Красноволосая балосарка, пригнув к голове антенны, с саркастической улыбкой, свойственной своей расе, с покорностью ожидала своей участи, сложив длинные худые руки на груди. Мон-каламари, хлопая глазами, тоже разглядывал Ребранда, не зная, чего от него ожидать.       Скайуокер вздохнул и послал в Силу облегчение: теперь им не стоило бояться.       – Наш корабль уже пристыковался к этому, – обратился он к лоррдианке, которая тоже не понимала, что ей следует делать. – Я провожу вас. На корабле найдёте капитана Ундиргена или его первую помощницу, Нос Тау-и, они скажут, где вам разместиться. Боюсь только, что удобств будет не очень много.       – Так Вы правда… – воспитательница схватила его за предплечье, заглядывая в глаза. – Вы из…       – Да, госпожа, – Ребранд отнял руку и сделал кивок головой в сторону выхода. – Поторопитесь, пожалуйста, чем быстрее вы окажетесь на нашем «Барлозе», тем в большей безопасности будете. – Комлинк запищал: его вызывали из рубки. – Эс, всё в порядке?       – Да, командир, – дранцианец, видимо, перетаскивал зайгеррианцев к лифту, потому что он громко и натужно пыхтел. – Кка спрашивает, есть ли на «Охотнике» Железнохватка, трандошане её вовсю требуют.       Ребранд помотал головой, даже зная, что Эс его не увидит.       – Нет. Её здесь нет. Если хотят — пусть проверят, нам нет смысла от них её утаивать.       Секунд десять дранцианец молчал, а потом вернулся снова:       – Они не верят. Мне передать что-нибудь Кка?       Скайуокер на миг остановился, чем ввёл в замешательство всю группу детей, прикрыл глаза и воззвал к Силе. И она ответила.       – Да. Пусть скажет трандошанам, что мы будем искать Расску. Чувствую, что мы её отыщем, хоть и нескоро.       Эс отключился и более не звонил.       Впереди уже показались стыковочные люки, и где-то вдалеке маячил силуэт Франа. Завидев приближающихся, он махнул рукой, подзывая их к себе; Ребранд кивнул ему, сказал пару слов лоррдианке и вернулся на «Охотник», чтобы помочь пилотам отнести всех членов семьи Скинтель в «Барлоз».       Помнится, когда они вылетали на задание, Скайуокер обещал сестре не отсвечивать. Каждый раз перед очередной вылазкой он брал на себя это обязательство и каждый раз его не выполнял. Ребранд просто не мог остановиться, когда видел, что рядом творится несправедливость, и знал, что Рейна точно такая же, и никакие обещания её не сдержат от попыток сделать мир хоть чуточку добрее.       Скайуокер вздохнул, в Силе касаясь сестры, а та ответила ему чуть слышно: «Брат?»       «Я опять не сдержал слово».       Он почти видел её усталую улыбку и блеск карих глаз.       «Мы тоже».       Ребранд усмехнулся — неожиданно мягко — и двинулся дальше. Предстояло ещё очень многое сделать, и, похоже, даже за одну стандартную неделю они это всё не разгребут.