Хранитель и Король

Со дня Церемонии Присяги прошел почти целый месяц. Жизнь во дворце текла своим чередом – немного суматошным, с бурными всплесками, но тем не менее размеренным и устоявшимся. И даже появление при дворе арренита не изменило этого ритма дворцовой жизни. Конечно, Вэл получал немало любовных записок, откровенных предложений, а порой и совершенно похабных, как от женщин, так и от мужчин (хотя от последних, конечно, все-таки реже), ему приходилось внимательно следить за тем, что он ест и пьет, чтобы не нарваться на какое-нибудь любовное зелье, и даже в собственных комнатах держаться начеку, потому что особо ретивые поклонники могли забраться к нему через окно, но это его нисколько не утомляло. Ириндэ посмеивался над ним, каждый раз с восторгом выпытывая очередные пикантные подробности о том, как Аррен с успехом выдворил из своей спальни еще одну настойчивую поклонницу или юного поклонника. Правда от одной ему не удалось избавиться так легко. Баронесса Кендалль прислала ему приглашение спустя две недели после бала в честь дня совершеннолетия Его Высочества. В письме она сообщала, что будет очень рада приветствовать у себя лорда Аррена. Именно лорда, а не Хранителя. Отказывать ей не стоило по многим причинам. И не последней из них было то, что баронесса являлась очень и очень влиятельной фигурой на политической арене Исильтара. Впрочем, это не волновало Вэла – принимая ее приглашение, он руководствовался скорее практическими соображениями. Хотелось узнать, стоит ли вообще доверять главе рода Кендалль. Он не сомневался – леди Элейла отнюдь не была такой же глупой дурочкой, как его многочисленные поклонницы, чтобы последовать их примеру. Скорее всего, присылая ему это приглашение, она также преследовала определенные цели, и вряд ли они касались ее сексуальных желаний, если они вообще были, по отношению к Аррену. Так оно и оказалось. Когда Вэл приехал в ее городской дом, его сопроводили в светлую уютную гостиную, обставленную в типично-женском стиле – слишком мягкие и чувственные тона всевозможных лазурных оттенков, преобладавшие в интерьере, говорили о прекрасном вкусе хозяйки. Аррену не пришлось ждать слишком долго – вскоре она вошла в гостиную, облаченная в светло-голубое приталенное платье с пышными юбками. Как видно, леди Кендалль вообще отдавала предпочтение этому цвету во многом. Вэл, решивший подождать у окна, а не сидя на диване, как ему предложил слуга, повернулся и, сделав шаг ей навстречу, прижался губами к обнаженной ладони. На этот раз никакого подвоха не было. - Благодарю за приглашение, сиэрра, - негромко поприветствовал ее он. – Чем вызвано ваше желание видеть меня? - Вы очень прямолинейны и любите не откладывать дела в долгий ящик, верно, милорд? – по-кошачьи сощурив великолепные темно-синие глаза, сказала баронесса. - Я предпочитаю не ходить вокруг да около, госпожа, - согласно кивнул Аррен. - Что же, в таком случае, садитесь, пожалуйста, - в мелодичном голосе женщины не было тех самых кокетливых игривых ноток, которые звучали на балу. Она была собрана, спокойна и, может быть, сосредоточена. Вэл опустился в кресло, она заняла место на диване, напротив него, и сама разлила по чашкам жасминовый чай, от которого исходил густой цветочный аромат. - Вы можете угоститься без опасений, чай не отравлен, - усмехнулась сиэрра. – Впрочем, я уверена, что вы и сами могли бы это понять. Ваша настороженность на балу не могла меня не порадовать. Не стану извиняться за свою маленькую проверку, я просто хотела убедиться, что Хранитель Его Высочества действительно знает свое дело. Скажите, это ваша сверхъестественная способность, как Хранителя, или просто очень хорошо развитая интуиция? Аррен взял чашку в руки из вежливости, но не сделал ни глотка. И не потому, что не доверял. Просто не любил цветочные чаи, но не хотел показаться в глазах хозяйки неблагодарным за оказанное гостеприимство. - И то, и другое, госпожа Кендалль, - пожал плечами он. – Я родился арренитом и чую опасность в любых ее проявлениях. - Это весьма занятная способность, я бы сказала, - задумчиво кивнула женщина, словно Аррен подтвердил какие-то ее догадки. – А вы умны, милорд. Не повезет тому, кто вас недооценит. - Я просто хорошо делаю то, на что был натаскан. - Вы принижаете себя, - возразила она. – Вот скажите, разве мог провинциал, вроде вас, совершенно неискушенный в политических интригах, никогда не сталкивавшийся с той грязью, которая неизменно присутствует в любых отношениях при дворе, так легко справиться со всем этим? Этому вас вряд ли учили в вашем Эриндале. Вы ведь покидали родные края, верно? - Бывало, - согласился Аррен, не став уточнять подробности. - И будучи таким молодым успели побывать во многих местах, если я не ошибаюсь? Ваши техники на тренировках напоминают мне боевой стиль дроу. То, как вы применяете свою энергию – вы явно умеете ею пользоваться, – похоже на боевую школу нагов из Суримии. Вы бывали там, верно? - Могу я уточнить, с какой целью вы задаете мне такие вопросы? - Желаю убедиться, что жизнь молодого Даанра находится в надежных руках, и похоже я уже в этом убедилась. Мне нравится то, что я вижу, - бесхитростно ответила сиэрра. - Вы радеете за трон Исильтара? – приподнял брови Аррен. – Насколько я помню, род Кендалль всегда держал жесткий нейтралитет на политической арене. - А вы, к тому же, еще и очень образованы… - Сиэрра, вы желаете играть со мной в кошки-мышки? Будьте же откровенны, если позвали меня сюда. - Ах, мальчик, мне так нравится твой подход, - внезапно рассмеялась баронесса. – Ты жестко берешь. Ну-ну, не стоит сверлить меня своим проникновенным звериным взглядом, право же, я слишком стара, чтобы играть в кошки-мышки. - И однако же, вы это делаете. - Не обижайся, это выходит не нарочно, просто рефлекс. Слишком долго я кручусь во всем этом дерьме, - изящно пояснила Элейла, и грязное ругательство в ее красивых губах прозвучало особенно изысканно. – Принц Демираэлидэ очень молод, но он не глуп. Ты, будучи его Хранителем, во многом можешь повлиять на его решения, даже неосознанно. И мне хотелось бы знать, какого поля ягода наш нынешний Хранитель. Потому что во все времена Исильтара, в тени Короля стоял именно Хранитель. Правители Исильтара и сами недооценивают ту глубокую связь, которая возникает между Даанром и Арреном. Это квинтессэнция Магии и Силы, понимаешь, о чем я говорю? Конечно, ты понимаешь. Ты очень молод, Аррен, но ты совсем не глуп. Тебе не достает опыта, но это дело поправимое. Для Исильтара грядут нелегкие времена. Уже не за горами война с эльфами, и на фоне этого неизбежного события некоторым личностям будет особенно легко надавить на нашего мальчика. Под «нашим мальчиком», конечно, подразумевался Демире, но Аррен не стал обращать внимание на такую фамильярность. Он внимательно слушал. - Я не стану называть конкретные имена, ты и сам придешь к правильным выводам, в противном случае, я буду весьма разочарована. Мне бы совершенно не хотелось, чтобы эти самые времена, омраченные войной с остроухими, были усложнены еще и дворцовыми переворотами, иначе все это отразится на остальных Родах, а это такая ненужная морока для их глав, понимаешь? Именно поэтому я желаю знать, что наш принц находится под надежной защитой и сможет удержать власть в своих руках. Я наблюдала за тобой все это время, Дарвэл. Ты отлично справляешься, мне нравится. - Демире сможет удержать власть в своих руках со мной или без моей помощи, но я сделаю все, что в моих силах, чтобы он стал хорошим правителем, - выдержав небольшую паузу, ответил Вэл. – Вы это желали услышать от меня, даэра* Кендалль? - Отчасти, - кивнула глава Древнего рода. – Что ты будешь делать, если начнется война или дворцовый переворот? - То же, что и всегда – прикрывать спину Короля, - просто отозвался Аррен и поставил чашку с почти остывшим чаем на стол. – Послушайте, сиэрра, я понимаю ваши интересы, но вам не стоит беспокоиться на мой счет. Если вас так волнует будущее вашего рода, подстрахуйте трон. Уравновесьте политические силы в грядущей большой игре. Рано или поздно, нейтралитет Кендалль придется нарушить. Вам не удастся избежать потерь, если наступит то, чего вы так опасаетесь, и вы прекрасно знаете это и без меня. Так прекратите лить воду, возьмите в руки судьбу своей семьи и встаньте на защиту трона. Демире придется принимать трудные решения, которые, возможно, изменят судьбу королевства, и он не готов к тому, что грядет война. Ему нужна поддержка, поддержка в лице могущественного Рода, и желательно не одного. С вашими связями и репутацией помочь юному становящемуся Королю будет не сложно. Докажите, что в жилах отпрысков из Древних родов еще течет кровь, а не вода. - Какие громкие слова, лорд Аррен, браво, - хищно сверкнув глазами, произнесла Элейла. – Вы умеете красиво говорить и убеждать. И сразу схватываете суть. Я вас услышала и прекрасно поняла. Давайте заключим сделку? - С вашей стороны – поддержка Короны в любых решениях, с моей стороны – обещание воспитать достойного Короля? – иронично приподнял брови Вэл. - Я просто восхищена, - холодно усмехнулась женщина. – Вы так многое прочли между строк из всего того, что я вам наговорила. - Ваши обтекаемые туманные формулировки для меня не представляют никакого барьера в понимании. Но я не любитель ходить вокруг да около, как это принято здесь при дворе, говорить очень много и при этом так мало, поэтому предпочитаю переходить сразу к сути. - Учитывая ваши потрясающие способности, и я говорю не о физических навыках, надо ли мне, как главе рода Кендалль, беспокоиться о том, что Король станет лишь номинальным правителем Исильтара? - Если вы хотели оскорбить меня подобным предположением, то вам это прекрасно удалось, - сухо ответил Вэл, поднимаясь на ноги. - Постойте, - Элейла тоже резко встала. – Я не хотела этого. Просто… вы невероятно проницательны, и что уж говорить, сумели удивить меня. Теперь я действительно уверилась в том, что Король в надежных руках. - Демире не требуется моя помощь в принятии решений, - холодно произнес Аррен. – Он дойдет до всего сам, когда наступит время. Я бы советовал вам пересмотреть свое мнение о Его Высочестве. Может быть, он очень молод, но он остается Даанром. Не забывайте этого. Последние слова прозвучали особенно веско, и даже глава рода Кендалль почувствовала, как по позвоночнику пробежали мурашки. - Не забуду, - сказала она и внезапно тихо спросила: – Вы верите в него так сильно, правда, Дарвэл? - Всем сердцем, - просто ответил арренит и направился к двери. У порога он остановился и вежливо поблагодарил: – Спасибо за чай, госпожа. Я вас услышал и понял. Для Демире последние три недели пролетели очень быстро. Все его время занимали тренировки. Первую половину дня он обычно упражнялся со своей магией, после обеда немного отдыхал, а вечером занимался с Вэлом в тренировочном зале на мечах. Это стало их маленьким ежевечерним ритуалом перед ужином, который они всегда проводили вместе. После той вспышки ревности со стороны Демире, в их отношениях словно что-то изменилось. Как будто они перешагнули на новую ступеньку. Потому что принц больше не поддавался своим эмоциям – то ли тренировки сказались, то ли он просто изменил свою точку зрения на происходящее. Нет, это вовсе не означало, что он окончательно успокоился и решил отказаться от идеи перешагнуть рамки, очерченные Вэлом в их отношениях. Просто он очень долго и внимательно наблюдал за своим Хранителем и очень скоро понял, что несмотря на не особенно большую разницу в возрасте, Вэл был слишком зрелым, словно у него за плечами уже большой жизненный опыт. У Демире такого роскошного преимущества не было, и ему оставалось только полагаться на свою интуицию. Он понял, как смехотворно было его поведение и решение дать Вэлу понять, кому он принадлежит. Это было настолько глупо, что Демире, даже сейчас вспоминая об этом, мечтал провалиться под землю. Зато теперь он не совершит такой ошибки. Было и еще кое-что, к чему Демире оказался совершенно не готов. В их общении с Вэлом иногда бывали такие моменты, когда в глазах Хранителя появлялось странное выражение. Какой-то безумный огонек. Обычно такие моменты наступали, когда Демире делал или говорил что-то такое, что невероятно нравилось Аррену. Нет, он конечно оставался все таким же невозмутимым и спокойным, но юноша уже научился различать его скупые эмоции. Одобрение Аррена грело его, как теплый пушистый плед. Оно было фактически осязаемо. Читалось в потемневших синих глазах, словно подернутых морозной пеленой, которые в такие моменты буквально физически теплели, в маленькой складке уголка губ, намекающей на улыбку, и в том, как менялся фон его ауры. Серебристая, она начинала волноваться и мерцать, словно окутывая Аррена в сияющий ореол света. Он как будто весь загорался в магическом спектре зрения, нестерпимо и слепяще. Демире никогда не понимал, почему некоторые его слова и поступки так радуют Вэла, но это было очень похоже на те моменты, когда его хвалил отец. Тамир одобрительно смотрел на сына и его суровое лицо смягчалось от удовольствия – мальчик делал успехи и неважно в чем именно. Это послужило причиной, по которой Демире старался быть еще лучше рядом с Вэлом. Он хотел его одобрения. Хотел пусть и редкой, но такой красивой улыбки, улыбки для него одного. Хотел, чтобы в звериных глазах арренита появилось это непонятное выражение затаенного восхищения, как будто принц в очередной раз оправдал его ожидания в чем-то. Ради таких моментов Демире учился. Пытался понять, что же вызывает это чувство, которое оживляет всегда такое непроницаемое лицо Вэла. И вскоре догадался, что не ошибся, и его успехи в любых делах радуют воина также, как когда-то радовали отца. Вэл не хвалил его, не поощрял, он просто кивал и смотрел тем самым взглядом, от которого коленки дрожали и хотелось стараться еще и еще, быть в тысячу раз лучше, только бы он смотрел на него так всегда. И однажды, когда Демире пребывал в сат’ир, его внезапно озарило. Ответ лежал на поверхности. Это было не одобрение, это было… Было такое чувство, подозрительно похожее на религиозное восхищение или обожание. Да Бездна бы это все сожрала, если Аррен не смотрел на него в такие моменты, как на божество. Фанатичный огонь веры – вот как называлось это чувство. Он просто верил, что Демире рано или поздно примет правильное решение, придет к нему сам. И действительно, ведь Вэл ни разу не давал ему подсказки, не помогал додуматься до чего-то, не намекал на эти верные, демоны бы их побрал, решения, он просто терпеливо ждал, когда принц сам найдет их. От мысли об этом тело юноши прошила холодная дрожь, а на спине выступил липкий мерзкий пот. Как, как можно не оправдать таких ожиданий?! А если он ошибется? Если разочарует? Если оступится? Если хоть раз примет неверное решение? Если… Силком заставив себя успокоиться, Демире позволил себе отвлечься и обдумать это позже. Когда останется один в постели и сможет сосредоточиться перед сном. Не сейчас, когда Вэл лежал на траве неподалеку и читал какую-то книжку, пока сам принц медитировал, погруженный в сат’ир. Странно, но это внезапное понимание легло на плечи Демире тяжестью еще большей, чем то, когда он остался один после смерти отца и осознал, что теперь ему придется занять его место и стать королем. Сейчас он уже примирился с этой участью, стал пытаться быть более ответственным и принимать правильные решения (Хеймос невероятно удивился, когда Демире сам настоял на том, чтобы их политические дискуссы участились), и как-то приближение коронации перестало его пугать. Быть королем для целой страны не должно быть для него сложнее, чем для предыдущих Даанров. Ведь как-то же они справлялись? Просто ему пришлось принять свои обязанности чуточку раньше. Но быть королем для одного-единственного человека оказалось гораздо сложнее, чем для целого королевства. Ему казалось, что если он разочарует в чем-то Вэла, то сам не вынесет этого. Сердце замирало при одной только мысли о том, что взгляд его Хранителя потухнет и станет равнодушным. И Демире прилагал огромные усилия в личностном росте и самосовершенствовании – неважно, чего это касалось, его характера, его привычек, его умения разбираться в политических тонкостях, на котором так настаивал советник, его достижений в магии или даже просто в том, что он прочел книгу и захотел поделиться своими впечатлениями с Арреном. Ему было необходимо знать, что он сделал правильный вывод из всего прочитанного, пусть даже в такой мелочи… И эта фанатичная вера Аррена в него одновременно и пугала, и притягивала Демире. Но он не собирался отступаться. Он понял, что шанс на то, что их отношения сдвинутся в ту сторону, в какую ему хотелось бы, есть. Нет, не сейчас, когда он еще слишком юн и незрел, но потом, когда он докажет Вэлу, что способен оправдать его веру в него… О да! Он сделает это с превеликим удовольствием и тогда примет еще одно самое важное решение в своей жизни. И Вэл не посмеет в нем усомниться. Он заставит его понять, что это важно для них обоих, а не просто сиюминутная блажь, прихоть избалованного принца, или взбесившиеся гормоны мальчишки. И если ради этого придется ждать год, два, может даже три, что же, Демире потерпит. Это неважно. Он знал, что его желание стать ближе Вэлу во всех смыслах не угаснет со временем, и от этого лишь сильнее стремился к своей цели – доказать ему, что он знает, что делает. Что, когда настанет время – не нужно сопротивляться этому непреодолимому влечению. Только это удерживало Демире сейчас в рамках, негласно установленных Хранителем. Он более не стремился смущать его своими эмоциями, портить их устоявшиеся отношения ненужными желаниями, которые бы только все усложнили. Он бросил все свои силы на то, чтобы стать тем, кого Вэл в нем видел уже сейчас. Сильным человеком, будущим Правителем. И не потому, что Вэл в нем видел Короля, а потому что Демире, наделенный тщеславием даже в большей степени, чем сам думал, стремился к самопознанию и самосовершенствованию по собственному желанию. Он и не догадывался, что именно эта черта безумно восхищает в нем Аррена. - Я закончил, - устало выдохнул Демире, выходя из состояния сат’ир. Как и всегда после подобной релаксации и погружения в себя он ощущал легкую приятную истому во всем теле. Вэл, кажется, придремавший на солнце, лениво приоткрыл один глаз и взглянул на него. - Я уже понял, - сказал он. – Как успехи? - Думаю, что, когда приедет Дорен, мне будет чем его удивить, - ответил Демире задумчиво. – Но меня беспокоит, что я по-прежнему не могу подчинить собственную силу. Контроль над магией мне не дается. Ее слишком много… Юноша устало вздохнул и дунул на влажную челку, прилипшую к вспотевшему лбу. - У меня снова такое ощущение, как будто я переполнен, перенасыщен, - поделился он, приближаясь к Аррену и опускаясь на траву рядом. – Как будто еще немного и я лопну. Даже регулярные тренировки не помогают. Не знаю, как еще мне избавиться от этого излишка магии… Дорен все не приезжает, а я не… Не знаю, смогу ли сам без него провести этот ритуал. – Демире тихо вздохнул опять и признался: - Мне кажется, я абсолютно к этому не готов. Аррен сел на траве, повернулся к юноше всем корпусом и негромко заметил: - Если вы признаетесь сами себе в том, что не готовы, это означает прямо противоположное. Вы уже давно готовы сделать этот шаг. И Дорен вам не нужен. - Ты… действительно так считаешь? - Самое главное и тяжелое – признаться самому себе в том, что ты чего-то не можешь. Но если у тебя хватает сил это сделать, значит ты готов сделать шаг вперед. И неважно, в чем. Демире задумчиво посмотрел на своего Хранителя и кивнул. Отчего-то эти его слова намертво врезались в память. - Если Дорен не приедет к концу этой недели, то мы сами двинемся к точке ритуала, - сказал он твердо. – Я не могу больше ждать. В серебристо-синих глазах воина скользнуло нечитаемое выражение, а в уголках губ затаилась тень улыбки. - Почему вы считаете, что не можете, Ваше Высочество? – склонив голову на бок, с любопытством поинтересовался Аррен. - Я чувствую, как во мне скапливается напряжение. Я от этого раздражаюсь, - позволил себе пожаловаться Демире. – Иногда мне хочется огрызнуться даже на тебя, извини. – Он отвел глаза и вздохнул в третий раз. – Наверное, это просто так сказывается мое недовольство из-за того, что у меня не получается добиться хотя бы небольшого контроля над собственной магией. - Вы сможете дождаться конца недели? Принц неопределенно пожал плечами и раздраженно сорвал пучок травы, начиная рвать его на маленькие частички. Несколько минут Аррен молча наблюдал за этим действием, а потом осторожно положил свою ладонь поверх его рук. - Перестаньте, мой принц. Это вам не поможет. - А что мне тогда поможет? – ворчливо поинтересовался Демире. – Если бы не тренировки с тобой по вечерам, я бы, наверное, вообще с ума сошел. А так, хоть как-то пар сбрасываю… - Я вам кое-что покажу, - внезапно произнес Вэл и переместился так, чтобы сесть напротив принца. Мягко разжал его ладони, очищая от прилипших к ним травинок, и затем взяв за тонкие запястья, положил себе на грудь. – Закройте, пожалуйста, глаза. Демире был слишком удивлен таким его поведением, чтобы спорить, поэтому послушно сделал то, о чем попросили. - Теперь попробуйте сделать то же, что и обычно – передать энергию. Магию. - Тебе? – недоверчиво распахнул глаза принц. – Но… Это же… - он закусил губу и растерянно запустил пальцы в свои волосы, растрепав хвост. Но Аррен заставил его мягко вернуть руку на место. – Вэл, но разве это не будет напрасной тратой магической энергии? Ведь ты невосприимчив даже к моей. - Нет, Ваше Высочество. Не будет. Я просто оттяну часть вашей магии на себя. Влейте энергию в меня, и вам станет легче. Демире с сомнением посмотрел на арренита, но все же решил ему довериться. Он сконцентрировался и сосредоточил часть своей магии в руках. Его ладони засветились мягким голубоватым светом, а потом он почувствовал, как толчками уходит из него магия и испуганно распахнул глаза, инстинктивно ожидая, что Аррена сейчас от такого количества энергии просто порвет. Но ничего подобного не случилось. Он увидел, что вся она впитывается в грудь Хранителя. Не тает, как тогда на балу, когда его неудачливый похититель пытался атаковать Вэла молниями, а именно впитывается. - Что ты чувствуешь? – с любопытством спросил Демире. - Только вас, - ответил Вэл, чуть хмурясь. Глаза его были закрыты. Он явно сосредоточился на том, что сейчас происходило и прислушивался к себе. - А мою магию? - Она и есть – Вы, Ваше Высочество. И теперь она во мне, - пояснил Вэл, не открывая глаз. – На время… Это отчего-то прозвучало так… неприлично, что Демире тихо порадовался закрытым глазам Аррена. Иначе тот бы обязательно увидел, как он покраснел. - То есть, в любой момент я смогу забрать ее обратно? - Да, просто нужно будет к ней потянуться. Достаточно, - Вэл осторожно убрал от себя руки принца и глубоко вдохнул. – Это было не так легко, как я думал, - признался он внезапно. - Вот-вот, - вырвалось у Демире. – А я с нею хожу и чувствую себя бочкой! Которая скоро лопнет! - Теперь не скоро, думаю, до конца недели у нас есть время, - хмыкнул Вэл. – Но нужно начать приготовления к поездке на север. Первая точка находится там. - Да, - задумчиво проговорил принц, поднимаясь на ноги. Дышать сразу стало как будто легче после этого странного и немного непонятного ритуала. Он с благодарностью посмотрел на Вэла и не удержавшись, аккуратно коснулся губами его щеки. – Спасибо. Аррен впервые не нашелся, что ответить и только молча кивнул.