Гладиатор забытых созвездий

Ой, я под дождик попал. Нет, не ту хрень, которая льет вторые сутки. У нас в городе традиция такая: устраивать артобстрел с орбиты каждые два-три дня. Его я дождиком и называю. Воронки от «капель» 5-20 метров в диаметре в зависимости от калибра. Ну, сегодня мне везет- прорвемся. Слева капелька, справа капелька. Бабах. Обожаю свой город. Без понятия, сколько они еще утюжить будут. Скорей бы закончили, а то лимит везения у меня не бесконечный. Заворачиваю за угол. Все… лимит кончился. Передо мною разведотряд. Все смотрят на меня. А я че? Я ниче, стою улыбаюсь. Может, ручкой помахать? Так, за пушки схватились. Ну чего вы начинаете? Нормально стояли же. Быдыщ! Нда… Не существует «своего» артобстрела. Он либо есть, либо нету. Неплохо их размазало, хорошо что меня не задело. О! Бежит, один контуженый. Извиняй, парниша, бегущий враг все еще враг. Питон, ко мне. Все. Теперь бегущий стал лежащим на веки… А теперь в подвал, пока меня не постигла участь этих реб… этого фарша. Только вот этот подвал найти еще надо. Ладно, двинули. Рывок, перекат, сзади слышу взрыв. Успел… Вижу спереди здание, идем туда. Еще бы на мину не нарваться, а то будет вместо меня мясной салатик. А вот и подвал. Быстро, быстро айййй. POV Автора Артэ откинуло метров на пять от воронки. К нему тенями тянулись диверсанты. Проверили пульс и затащили в подвал, где полевой врач бегло осмотрел Артэ. Через четыре часа группа была на точке эвакуации. Они весело переговаривались и шутили, ведь за пленного они получат премию и неделю отдыха на базе. Маленький юркий шатл скользил в тишине бескрайнего космоса. Через полчаса прибыли на базу. Стыковка на автопилоте, и группа внутри. Все расходятся, а Артэ несут в медотсек. В комнате с тускло горящим освещением вспыхивали клавиши под пальцами врача. Белый стол, белый халат, белые стены, как и все в этой комнате без окон. В углу стоит кровать, а рядом с ней несколько шкафчиков с медикаментами, а в стене проход в операционную, которую почти не используют: солдаты «Сопротивления» пытаются убить, а не ранить. — Так-с что за шкурка у нас? — спросил док — Пленник, проверь его состояние, а ещё желательно на вшей гы-гы-гы, — заржал охранник — Ложи его на койку, — высокий тощий человек лет пятидесяти поднялся из-за стола — Ну, чего статуей встал? — сказал док — иди давай, без тебя справлюсь. Дождавшись, пока охранник уйдет, он склонился над рысью, внимательно его рассматривая, и, не заметив нечего необычного, стал греметь дверцами шкафчиков, доставая медикаменты. POV Артэ Сознание возвращалось со стремительностью черепахи. Казалось, что я плаваю под толщей воды и не могу всплыть. Сколько так продолжалось, не могу сказать. Но вот наконец я начинаю приходить в себя и сразу жалею об этом. Ой ое-ей, надо было оставаться в забытье. Голова раскалывается, в ушах звенит, тело болит. Такое последний раз было, когда и напился после разрыва с девушкой. А хуже всего, что я чувствую запах человека, нет, не человека, а людей. Это может означать только- одно я на их базе. Ну что, добегался, сайгак хренов. Открываю один глаз. Белые стены, пол, мебель- белое все. Мда… ну и атмосфера. За белым- какая неожиданность! — столом сидит щуплый мужчина, на вид могу дать лет шестьдесят. Черт, он посмотрел на меня. Спалился я. Он медленно подходит ко мне и что-то говорит. Стоп! Я не чего не слышу! Совсем! Как такое возможно?! И что, так теперь на всегда будет?! Эй! Я хочу слышать! Страх липкой жидкостью наполняет меня. Так, не нервничать. Пытаюсь встать. Именно, что пытаюсь- сил хватает, чтобы не много приподняться над подушкой. А Айболит тем временем берет в руки планшет и что-то пишет. Разворачивает его ко мне. Так, что там за каракули? «Не волнуйтесь, слух скоро вернется, а силы появятся через 2-3 дня, когда пройдут последствия контузии» Зашибись расклад. Ладно, лежим и отдыхаем. Можно пока обдумать план побега. Что мы видим? Комната без иллюминаторов. Ну это по стандарту, что медотсек не имеет иллюминаторов. Что там дальше? Решетка вентиляции приварена к потолку, так что если выдирать, то с мясом. Да, мне при моем телосложении и состоянии в данный момент только железяки отрывать. В общем, тоже не вариант. Есть еще дверь. Я бы сильно удивился, если бы ее не было. Но бежать через дверь? Легче на хвосте повеситься. Тогда ждем чуда, может, у них разгерметизация произойдет например. Или детонация… детонация. Что у них может рвануть? Ах, нам же не рассказывают об устройстве кораблей противника. Но, кажется, это танкер, переделанный в крейсер, он на орбите уже 2 месяца болтается. Нда… видимо, совсем приперло, раз гражданские суда перестраивают. Так вам и надо! Потом я плевал в потолок, пока не уснул. Проснулся из-за того, что хотел в туалет. Супер! Никого рядом нет,и утку не оставили. И что делать? Да вроде несильно хочу. Могу потерпеть, а хотя… Да ну терпеть, я им что, собачка домашняя? Хотя раз я еще живой, значит, у меня на это есть все шансы… Короче, подъем. Потихоньку, по стеночке, по стеночке. Только на нее лучше облокотиться, чем за нее держаться. Раз шажок, два шажок, научусь я топать понемножку! Пока мой воспалённый мозг вспоминал стихотворение, которое я слыша один раз, и то лет 7 назад, я добрался до стола Айболита. Из дерева… такое на корабль нельзя, и кто меня лечит? Главный хирург корабля? Ладно, с этим потом разберемся. А пока есть время, нужно осмотреться.