Обратный билет

На следующее утро — было уже довольно поздно — Саки проснулся от звука открывающейся двери. В каморку вошел каменный солдат. С ним была обнаженная женщина (выглядела она лет на пятьдесят), которая, не дожидаясь, видно, от чудовища толчка в спину, медленно стала на колени. И, опустив руки по швам, стала ждать своей обычной участи… На Саки она даже не взглянула — скорее всего, не хотела смотреть на очередного мучителя. — Если сдохнет — наказывать не будем, — прогудел каменный монстр. Защелкнулся с той стороны двери замок… «Так это же… Эйприл!» — ахнул про себя ниндзя. Если бы в том, оставшемся теперь только в его воспоминаниях, мире он увидел Эйприл ОʼНил без одежды — его тело не оставило бы ему выбора, вмиг взяв верх над рассудком и человеческими чувствами. Но здесь, в этой кошмарной реальности, всё было совсем, совсем по-другому. Несмотря на то, что Саки хорошо выспался и отдохнул, не почувствовал он, взглянув на Эйприл, ничего, кроме какой-то странной смеси брезгливости и жалости. Измученная, худая, вся в синяках… Даже на круглом, как футбольный мяч, животе — пожелтевший уже синяк… Ниндзя невольно зажмурился от ужаса и всё нарастающей жалости. Это как же нужно было издеваться над ней, чтобы из молодой, полной сил красавицы превратить в… такое! Сволочи!!! Он, Саки, никогда бы не… Страшный, снова оживляющий в голове забытое детское воспоминание, звук заставил ниндзя открыть глаза. Эйприл застонала — точно так же, как стонал много лет назад умирающий кот… Саки увидел, что невольница уже не держит руки по швам. Теперь она, одной рукой держась за живот, второй судорожно вцепилась в пол. Почти полностью седая голова склонилась так, что лица уже не было видно. Худенькие плечи тряслись… Ниндзя почувствовал, как внутри словно что-то хрустнуло. Это разлетелась на мелкие обломки тяжелая, толстая каменная корка, которая много лет покрывала его душу. Но вчера дала первую трещину… Кот умер сразу. А этому существу, — существу, которое он всегда любил, — можно было еще помочь. Вот она, возможность начать всё с чистого листа… Саки, опустившись на колени рядом с несчастной, приподнял одной рукой ее подбородок и заглянул в полные боли светло-карие глаза. — Что такое? — тихо спросил он. — Скажи, что с тобой… — Ребенок… пе-ре-вернулся, — не сразу ответила Эйприл. Ну, это еще ничего. Только бы… хуже не было. Саки обнял женщину обеими руками. И вздрогнул, нащупав на ее спине следы от безжалостных ударов плетью… Судорожно всхлипнув — только бы не расплакаться сейчас! — он перевел дух и негромко сказал: — Держи меня за шею. Попробуем встать… только потихоньку. Эйприл молча повиновалась. Ниндзя медленно-медленно стал поднимать ее с колен… К счастью, нового приступа с ней не случилось. — Это ты? — прошептала невольница, уже стоя на ногах. — Ты… пожалел мою дочь? — Да… — Погладь… и меня тоже. Прошу… Я скоро умру. Нет сил больше… Но мне хочется узнать, как это… Саки всё-таки заплакал — просто не смог больше сдерживаться. Глотая слезы, он гладил спутанные седые волосы своей женщины. Целовал губы и щеки, которые никогда еще не знали поцелуев. И вдруг… почувствовал, что его слезы смешиваются с ее слезами.