Хамелеон

      Владельца винтовки зовут Билл, Джон познакомился с ним в церкви. Уже тогда Биллу перевалило далеко за семьдесят, он много ворчал, и единственной темой, которая могла его заинтересовать, была охота. Поэтому, как и со многими другими, Джон не говорил с ним вовсе, но поневоле слушал кашляющий, хрипящий и громкий голос Билла изо дня в день.       Пожалуй, куда больше своей жены Билл любил винтовку Remington 700. Заряжал в любимую винтовку .300 Remington Ultra Magnum и бесконечно хвастался тем, что это один из самых мощных патронов для гражданского оружия. Да, мысленно соглашался Джон, это хорошее сочетание. У патрона отличная начальная скорость, пуля не особо подвержена воздействию ветра и имеет высокую кучность попаданий. Из минусов — очень резкая отдача, да и для охоты на малых расстояниях лучше подобрать что-то другое: тушу дичи этот патрон, скорее всего, сильно изорвёт. Но на больших дистанциях — примерно в тысячу ярдов — пуля сохраняет скорость и бьёт почти любую среднюю и крупную дичь. Забирая заряженную винтовку из пикапа Билла, Джон мысленно извинился, однако угрызения совести не слишком-то терзали его: Билл потерю переживёт, а вот Кларк и Хойт многое могли не пережить…       Что ни говори, винтовка ему досталась неплохая — загвоздка в том, что в отличие от Харриса олени не носят бронежилет. «Крупную дичь» — майора Харриса — этот патрон не взял, и Харрис начал отстреливаться.       Выйти из затруднительного положения получилось бы, сумей Джон воспользоваться возможностями винтовки Билла и занять позицию за тысячу ярдов от Харриса. Не исключено, что Харрис его просто не достал бы. Но подходящего места с ходу не нашлось, более того — не было времени на поиски. Джон обнаружил в бардачке своего пикапа телефон с последним вызовом от Морган, однако перезвонить уже не смог: связи не было тоже. На дороге к Алпайну он нашёл осколки фары, разбившейся, похоже, при ДТП, и ленту с шипами, замаскированную рядом с кактусами. А через некоторое время, свернув с дороги по направлению столкнувшихся машин, осознал, что эти места ему знакомы. Очень неприятно знакомы, Джон потерял следы машин, но едва ли не бессознательно ехал туда, откуда Кларк сбежал от него в предпоследний раз.       Одна ошибка с его стороны — и потом он не нашёл бы ни Кларка, ни Хойт. Однако с каждой милей Джон всё отчётливее слышал грохот и понимал: ошибки нет… Он едет правильно.       Хотелось не тратить времени на дорогу и оказаться прямо там — в поселении — в мгновение ока. Ему нужно было быть там, он чувствовал в этом острую необходимость, но в какую-то секунду Джон решил: чувства — плохой советчик. Он не знал, что происходит, где именно находится Харрис и чем тот занят, поэтому мог умереть, даже не успев припарковаться. Тогда бы он точно никому не помог. Чтобы выяснить хоть что-то, Джон забрался на возвышение и постарался осмотреть поселение через прицел винтовки…       Он должен был быть прямо там!       Вместо этого он видел облако дыма и больше не мог разглядеть ничего. Там, куда дым не распространялся, всё казалось спокойным; Джон мельком заметил Хойт, однако это утешило его лишь на мгновение. Он застрял на расстоянии от Кларка и Хойт и не понимал, что делать… Быть хорошим снайпером и терпеливо ждать, пока завеса развеется? Или в первую очередь быть человеком и приблизиться к поселению? Выбор из двух зол — и в том, и в другом случае потеряет время. Вот только у человека, в отличие от снайпера, вероятность умереть, так никому и не сумев помочь, многократно возрастала. Поэтому Джон снова решил не слушать чувства, которые кричали ему спускаться и бежать к полуразрушенным домам…       Он пожалел об этом через несколько минут.       Когда завеса начала рассеиваться, Джон по-прежнему ничего не видел, улицы выглядели пустынными, он не мог найти ни Кларка, ни Хойт, но потом в одном из домов громыхнуло, и Джон навёл на него прицел. И в следующее мгновение из окна выпал Кларк. Джон вздрогнул, видя, как он отползает назад, похоже, не в силах подняться. Харрис тоже показался там быстро — перемахнул оконный проём, словно его экипировка ничего не весила.       Счёт пошёл на секунды. Джон изо всех сил постарался унять дрожь в руках, но прицел продолжал подрагивать в такт его волнению. Когда Джон нажал на спуск, Харриса снесло с ног и с силой шарахнуло о землю. Первые мгновения Кларк не двигался, а после скрылся по другую сторону от Харриса. И не успел Джон выстрелить снова — их обоих начало поглощать облако дыма.       Дым не помешал Харрису стрелять. Сам же Джон не мог вести огонь вслепую — где-то там находился Кларк, он никогда не простит себе, если по неосторожности заденет Кларка. Но, казалось, Харрис тоже не стрелял вслепую… Он бил точно, плотно, дым и расстояние не затрудняли ему поиск мишени. Всё складывалось очень скверно: штурмовой винтовки Харриса хватало ярдов на восемьсот… И это только прицельной стрельбы.       Выбрав более-менее сносное укрытие, Джон всё же сделал несколько выстрелов наугад — туда, откуда стрелял Харрис, — но ничего этим не добился. Огнём на подавление Харрис заставил его вновь сменить позицию, а затем и вовсе спуститься вниз и скрыться за сплошной преградой.       Когда в стороне Кларка прогремел новый взрыв, дышать стало тяжело. Джон внутренне сжался, будто граната взорвалась рядом с ним. Но лучше бы она была рядом… Около кого она взорвалась? Если Кларк не успел уйти оттуда, то стал самой легкой целью.       Джон должен был быть там… близко к Кларку и Хойт. Не в отдалении, не застрять в сотнях ярдов от них без возможности приблизиться, а быть прямо там и видеть всё своими глазами. Однако, даже спустившись, Джон не мог туда добраться. Беспорядочные мысли шныряли у него в голове, но нужное решение не приходило. Всё решилось мгновенно, когда вместо грохота винтовки и пуль в свою сторону, Джон услышал выстрел из ружья и пулемётную очередь.       Харрис стрелял в кого-то ещё. В кого-то, кто близко…       Это стало последней каплей. Выключив здравомыслие и поддавшись чувствам, Джон ринулся вперёд. Медлить было нельзя… Кто перетянул внимание Харриса на себя? Кларк? Хойт? Долго думать не пришлось, приблизившись к первой же постройке, Джон заметил бегущего Кларка. Бегущего и падающего, не в состоянии удержать равновесие…       Сперва Джон приготовил винтовку, думая, что следом увидит и Харриса, но за Кларком никто не гнался. Бегать Харрису впрямь было необязательно, и всё же Кларк вёл себя так, будто его кто-то преследует, кто-то рядом, прямо за его спиной…       Джон пытался жестами просигналить Кларку, что здесь только он… Однако Кларк ничего не видел, не слышал и, казалось, даже не воспринимал. Он просто прятался и бежал, снова и снова — Джон сам превратился в того, кто преследует его. Убегая, Кларк забрался в один из домов, и когда Джон вошёл туда же через главную дверь — всё вокруг показалось тихим и безжизненным. Прятаться в доме особо было негде, но, обнаружив в одной из комнат опрокинутый на пол шкаф, Джон первым делом подумал — неужели и правда там?       Кларк явно не понимал, кто пришёл за ним, и мог выстрелить, просто услышав что-то или почувствовав, как кто-то открывает дверцу. Но, приближаясь к шкафу, Джон не осторожничал. Наверное, у Кларка не было оружия. Потому что, если бы было — он не залез бы в шкаф. Тем не менее, приготавливаясь к борьбе, а то и к стрельбе, Джон нарвался лишь на то, что Кларк вцепился в приоткрывшуюся дверь пальцами и изо всех сил потянул её обратно.       Это было… непонятно. И почти пугало. Кларк выбрал не борьбу с преследователем, он не искал спасения в нападении, а забился в самый тёмный угол, будто только это могло его защитить. Но самое удивительное ожидало впереди. Кларк не реагировал на прикосновения, не говорил и до сих пор не слышал ничего вокруг. А Джон не открывал вторую дверцу, словно боясь спугнуть Кларка, которому и так некуда бежать.       «Не пугай его», — шептал внутренний голос, и Джон послушно ждал. Он никак не мог сообразить, что не так? Будто этим сопротивлением Кларк сообщал ему о чём-то, чему и сам не знал названия.       Или не хотел давать этому названия.       — Позволишь мне открыть?       Надо было спрашивать. Не пытаться пересилить Кларка, а дать ему возможность самому выбраться оттуда. Будь они в иных обстоятельствах, Джон ждал бы столько, сколько требуется, но неизвестность о судьбе Хойт заставляла его торопиться.       — Кларк?..       Похоже, Кларк услышал. Хватка его руки ослабла, и Джон осторожно потянул дверцу на себя. Шкаф удалось открыть, но Кларк замер на месте, глядя в одну точку… Его грудь беспокойно вздымалась и опускалась, лицо слегка опухло, губы разбиты, волосы слиплись от пота, а на щеках, помимо синяков и ссадин от ударов, отпечатались разводы пыли.       Джон бессознательно потянулся к его голове, коснулся, перебирая волосы. Провёл большим пальцем по лбу и уже собрался стереть с лица пыльные разводы, но Кларк вдруг сам вжал его ладонь в свою щёку и сдавил так крепко, что стало немного больно. Кларк молчал, по-прежнему не поворачивая головы. Признаться, это забеспокоило сильнее, чем окровавленная нога Кларка. Поэтому Джон сам развернул его к себе и заставил сесть.       На досках шкафа остались пятна крови. Джон внимательно присмотрелся к ноге Кларка, боясь коснуться её и тем самым причинить новую боль. Когда Кларк заёрзал, Джон приподнял голову и заглянул ему в лицо. Очертив пальцами ссадины на щеках Кларка, хотел помочь ему выбраться, но Кларк заговорил раньше:       — Я порвал рубашку…       Сперва Джон не понял, о какой рубашке речь, потом пригляделся к своей собственной, которая была на Кларке, и ничего не ответил. При чём тут рубашка? Кларк бросил его в мотеле, забрал машину, пистолет и поехал прямиком к Харрису. Хойт сейчас и вовсе неизвестно где. А Морган?..       Так при чём тут какая-то рубашка?       Обхватив Кларка за плечи, Джон потянул его на себя и всё-таки вытащил из шкафа. Сзади, где-то в районе лопаток, рубашка действительно порвалась… Да только с учётом синяков, ссадин и ран — тело Кларка пострадало куда сильнее. А говорит он о рубашке? Надо было изорвать её на лоскуты, скрутить и попробовать затянуть в виде жгута для прекращения кровотечения.       Но кровь, похоже, остановилась сама, правда, судя по бледности Кларка, вытекло её немало. На фоне общей бледности у Кларка раскраснелись щёки — слишком странно, неестественно. Когда Джон прижал его к себе, то почувствовал, как Кларк трясётся. Его пробирала нервная дрожь, поэтому Джон сжал его крепче и услышал громкий вздох. Кларк раздражён? Недоволен? Ожидалось, что вот сейчас он отстранится, но Кларк лишь расслабился, вжимаясь щекой чуть ниже плеча.       — Устал… — пробормотал он вдруг.       Это уже что-то. Что-то про себя, а не про рубашку. Джон посмотрел в сторону окна… Мало того, что не было слышно ни Хойт, ни Харриса, так сидя прямо перед окном, они становились очень заметной целью.       Не отвечая, Джон чуть приподнял Кларка и вынудил встать. Тот неудачно наступил на раненую ногу, качнулся; Джон стиснул его ещё крепче, не позволяя свалиться обратно. Прихватив винтовку, он оттащил Кларка в другую комнату, к сплошной стене, и только потом усадил на пол. Сразу попытался отстраниться, чтобы вернуться к осмотру ран Кларка, но тот схватился за его плечи, словно подумав, что Джон сейчас встанет и уйдёт. Это было быстро, внезапно, а хватка Кларка была настолько сильной, что Джон на мгновение замер… Затем снова прижал Кларка к себе, чувствуя, как тот утыкается носом ему в шею.       — Что случилось, Кларк? Я видел здесь Хойт… Где она сейчас?       Ещё в доме Морган был Харрис. А где сама Морган?..       Кларк молчал, привалившись к нему и прижавшись щекой к ключице. Из-за давления на грудь Джон почувствовал едва ли не нехватку воздуха.       — Кларк?..       — Как ты меня нашёл? — Кларк не шелохнулся, зато сказал что-то ещё более осмысленное.       — Я был дома у помощницы шерифа Морган, — ответил Джон, стараясь не сосредотачиваться на Морган. — Оттуда начал искать.       Кларку он ничего о ней не говорил. Вообще.       — Соскучился по подружке?       Джон опять замер, ещё плотнее прижимая Кларка к себе, хотя, казалось, плотнее было уже некуда.       — Нет. Но это не имеет сейчас какого-либо значения. Что случилось, Кларк?       — Хойт погибла, — буднично сообщил Кларк. — Где твоя подружка, я не знаю. Да мне и не особо интересно. Харрис заманил Хойт в дом Морган, а потом мы с Хойт выбрались вдвоём… Помощница шерифа осталась с Харрисом.       Пульсация отдалась в шее и висках, в груди и правда потяжелело от нехватки кислорода. Джон сглотнул образовавшийся ком и попытался успокоиться. Хойт погибла? Если так говорит Кларк — это неправда… Она не могла погибнуть.       Не могла вот так просто приехать сюда и погибнуть.       Хватит мне врать.       Кларк вжал ладонь в его грудь, отслеживая дикое сердцебиение. Пытается понять, насколько сильно он встревожен? Сперва Джон решил, что это желание причинить боль, — годы назад в этом же месте Кларк вдавливал ладонь ему в грудь, только-только узнав о Хойт. Силы тогда у Кларка было хоть отбавляй, однако сейчас Кларк не пытался давить… Спустя мгновение Кларк и вовсе обхватил его шею и, слегка приподнявшись, вжался в губы поцелуем. Таким требовательным, что Джон опешил, а затем стиснул Кларка и притянул ближе к себе. Прихватил его нижнюю губу, очерченную разводами подсохшей крови, — Кларк вздрогнул от боли, но поцелуй не прервал.       Мысли замерли, Джон почти не отдавал себе отчёта в том, что делает, но где-то глубоко внутри за желанием обнимать Кларка разгоралось то предчувствие, в которое верить он не хотел. Потери. Как тлеющие угольки под пеплом…       Хойт умерла? Поэтому Кларк хочет отвлечь его? Переключить всё внимание на себя. И это горькая, беспомощная и неуместная радость должна стать его утешением?       Джон положил ладонь Кларку на поясницу, отстранился всего на секунду и снова впился ему в губы. В висках шумела кровь. Однако если и конец света не заставил бы его оторваться от Кларка, то вот конец Хойт…       Хойт больше не будет? Он видел столько смертей… Во всех формах, очертаниях и проявлениях. Не только чьих-то, свою собственную тоже — она была так близко, но всегда обходила стороной. Он оттягивал её как мог и всё-таки со временем перестал бояться, однако смерть Хойт — эта та боль, к которой он точно не готов. Жестокая и опустошающая…       Когда Джон попытался отпрянуть, Кларк не позволил — сильнее сжал пальцами его затылок, затем спустился руками к плечам, к груди и сжал в кулаке футболку. Где-то за стенами дома остался Рой Харрис. От одной мысли, что Харрис жив, в то время как Хойт может быть мертва, перед глазами появились огненно-алые круги, а от адреналина бросило в жар. Поэтому Джон всё же сжал плечи Кларка и отстранил его одним аккуратным рывком.       Сперва ничего не произошло. Кларк облизнул раскрасневшиеся губы — они наверняка болели, — а после в его глазах промелькнул холодный блеск. Начинает злиться… Что будет, если Кларк выйдет из себя? Всё это время он знал о Морган, но ничего не говорил. Он даже приехал вместе с Хойт туда, где однажды уже пытался в неё выстрелить…       Кларк отпустил его футболку, и ткань скользнула по груди и животу. Следом опёрся на локти и расслабленно зевнул, словно мог заснуть прямо сейчас. Полы рубашки скользнули на пол, открывая тело, которое казалось сплошной уликой… Свидетельством того, что после мотеля Харрис встретил Кларка отнюдь не с распростёртыми объятиями. Забрав Кларка из трейлера, Джон думал, что для того всё закончилось. Что синяки и раны заживут и, возможно, когда-нибудь от них не останется и следа. Но вот поверх старых ран отпечатались новые, и Кларк стал выглядеть ещё более измождённым и бледным.       — Твоя машина далеко? — без особой надежды в голосе спросил Кларк.       Джон почти его не слышал, пытаясь унять бессильный гнев. Отчаяние толкает на глупость, поэтому нельзя снова поддаваться чувствам. Нельзя, чтобы его разум помутился. Мельком глянув на винтовку, которую всё время держал наготове, Джон ответил:       — Мы не доберёмся. Я должен найти Харриса… И Хойт.       — И Морган, верно?       Кларк так на ней зациклен. Важно верить тем, кого любишь, но как бы сильно Джон ни хотел ему доверять — всё равно готовится к худшему.       — Она не должна пострадать из-за нас, Кларк. Вот и всё.       Во взгляде Кларка сквозило что-то неопределённое, и это заставляло беспокоиться. Всё произойдёт снова? Кларк снова выйдет из себя?       — Она бы не пострадала, если бы ты не спал с ней.       Джон хотел бы ответить, но язык будто прилип к нёбу. Что он может на это возразить? Сказать, что не спал с ней? Что Кларк слишком много времени провёл взаперти и не может знать подробностей? Морган не оказалась бы с Харрисом, если бы Джон сам не подпустил её близко.       — Но, наверное, мы квиты, — ответил за него Кларк. — Ведь я без тебя тоже не хранил целибат.       От злости начало покалывать кожу.       — Это не одно и то же, Кларк, — как можно спокойнее проговорил Джон, но, кажется, голос выдал его настоящие эмоции.       — Почему? — Кларк изобразил искреннее недоумение, граничащее со злым весельем. — Ведь однажды, когда я почти сбежал, до свободы оставался какой-то шаг… — Он запнулся и умолк. — В общих чертах, вместо того, чтобы искать тебя, я выбрал секс с Харрисом.       От мгновенной боли заломило виски. Наверное, если бы Джон уже не сидел, ему срочно понадобилось бы присесть, но в голове лишь вспыхнуло «мне некогда это слушать» — и Джон бросил короткий ответ:       — Нет времени на разговоры, надо найти Хойт.       Он попытался подняться, однако Кларк дёрнулся и вновь вцепился в него, как утопающий в брошенную верёвку. Джон повернулся с мыслями «отпусти меня наконец» и застыл, затаив дыхание. Вроде бы не произошло ничего особенного, но страх в глазах Кларка вспыхнул, словно взрыв; зрачки расширились, казалось, ещё немного — он начнёт хватать ртом воздух. Так что случилось? В одно мгновение вся надменность схлынула, и Кларк снова превратился в того, кто прятался в шкафу…       Эта неуловимая перемена задержала ещё на несколько минут. Кларк подумал, он оставит его одного? Джон приблизился и накрыл кисть Кларка ладонью. Только тогда тот разжал побелевшие от напряжения пальцы, а после позволил приподнять себя; придерживая за плечи, Джон заглянул ему в лицо.       — Я не видел того, что случилось, — заговорил Кларк, хотя больше его ни о чём не спрашивали. — Харрис испортил нам машину и загнал в один из домов, граната не достала нас, потому что мы скрылись в чём-то вроде погреба. Потом мы вышли… Хойт отвлекла Харриса на себя, а я подобрался к нему сзади, но Харрис заметил меня раньше, чем я успел выстрелить. Он использовал дымовые шашки и отсёк нас друг от друга, через какое-то время я услышал выстрелы Хойт, она очень быстро затихла. Харрис выжил, значит, она умерла.       Джон слушал его очень внимательно. Почему вместо загадок и беспочвенных утверждений Кларк решил рассказать так, как было? Что ничего не видел, что сделал предположение и может ошибаться.       — Я должен это проверить, — сказал Джон. — Ты же понимаешь?       Раньше взывать к здравомыслию было бесполезно… Кларк просто хотел уничтожить всё, что ему мешало. Теперь Кларк медленно — слишком медленно — кивнул, и Джон подумал… Это реакция на острый стресс? Кларк согласится на что угодно, лишь бы не оставаться одному?       Но Кларк ранен и безоружен, до пикапа им не добраться ни по одиночке, ни вдвоём, а здесь — защищённое стенами укрытие. И когда Джон выйдет отсюда, то просто не даст Харрису попасть в этот дом. Тут Кларк в большей безопасности, чем снаружи…       — Подождёшь меня здесь? — осторожно спросил Джон. — Когда я вернусь, Харриса уже не будет.       Кларк не изменился в лице. Смотрел всё с той же искрой страха в глазах.       — Тебя не будет, — медленно ответил Кларк. — Тебя не станет, а он выживет. И мы снова останемся с ним вдвоём.       На этот раз точно собираясь возразить, Джон внезапно осёкся и сглотнул. Он хотел сказать, что Кларк больше никогда не останется с Харрисом наедине, но точно так же он думал, когда забрал Кларка из трейлера и отвёз в мотель… И где они все оказались сейчас?       Если с ним правда что-то случится и Кларк останется один, то в таком состоянии — шансов у Кларка практически нет.       — Этого не произойдёт, — пообещал Джон. — Ты знаешь, где Харрис был в последний раз?       Там, где был, его наверняка уже нет. Теперь Харрис может находиться где угодно, даже прямо здесь — кто знает, возможно, их разделяет всего лишь стена. Джон понимал, что, появившись в поселении, дал Харрису преимущество, — на близкой дистанции винтовка Билла станет… неудобной. А раз так, приближаться не стоит и сейчас, нужно найти место и осмотреть поселение через прицел. Проблема в том, что Харрис сделает то же самое и Джон вполне может первым попасть ему на прицел.       — Тебе не надо выходить, — проигнорировал Кларк его вопрос. — Из окна неплохой обзор…       Остаться здесь и просматривать поселение из окна? Он уже думал об этом, но, даже если обзор неплохой, этого всё равно недостаточно.       — Отсюда не видно, — предупредил Джон. — Но ты можешь показать мне, где он был последний раз, я выйду и найду подходящее место.       — Крыша? — глянул на него Кларк, понимая, к чему всё идёт. — Харрис пристрелит тебя за несколько секунд…       Потом Кларк резко прервался. Оборвал сам себя, будто готовил какую-то речь, но она утомила его ещё в самом начале. Он точно хотел сказать что-то ещё, однако сомневался и не мог заставить себя произнести это вслух. Джон пристально смотрел на него, ожидая продолжения.       — Он тебя не знает, — наконец-то решился Кларк. — Ты для него функция. Снайпер. Любой другой нормальный снайпер не сорвался бы с места и не побежал прямо к цели. Будь ты нормальным снайпером, тебя бы здесь не было. Ты переждал бы огонь Харриса, а потом снова выстрелил. Быть здесь тебе невыгодно, поэтому Харрис не станет искать тебя вблизи… По крайней мере, сначала.       Джон кивнул почти понимающе. В механизме Харриса он — бракованная деталь, которая ведёт себя непредсказуемо? Приближается, когда по логике вещей должен оставаться на месте, лезет на крышу, зная, что станет открытой мишенью?       — Я и Хойт вели себя правильно. — Кларк опять сел, подтянул к себе колени и прислонился к стене. — Нас он понимал и поэтому мог предугадывать. Ты здесь лишний, ты не вписался в его расчёты, и он тебя пропустил.       Джон перекинул ремень винтовки через плечо. Вопросительно посмотрел на Кларка, дожидаясь ответа — так где Харрис находился в последний раз?       — Где мне искать его?       — Он зашёл в тот дом, возле которого стрелял, — всё-таки признался Кларк. — Возникла короткая перестрелка с Хойт, потом всё затихло, и он зашёл внутрь… Наверное, за мной.       Для того, чтобы открыть себе обзор, Харрису придётся выйти. Джон ляжет на крыше и постарается быстро найти его снаружи. Если всё и правда так, как сказал Кларк, — Харрис не будет искать угрозу вблизи. Сначала осмотрит скалы, потом может заинтересоваться открытой местностью между скалами и поселением, и уже затем — самим поселением. Вот только где в этой схеме место Хойт? Она подобралась к Харрису и даже открыла по нему огонь… Если отделить себя от той части, которая мучилась и корчилась от осознания, что Кларк прав и остался только один, — что сейчас с Хойт?       Если убедить себя «нет, она жива», то где она?       Он сможет выяснить это, поднявшись на крышу?       — Оставайся здесь, — строго сказал он Кларку, почувствовав себя родителем, наказывающим ребёнка.       Такой тон вышел не специально, и Кларк мог резко ответить на него, но Кларк только поднял голову, а следом попытался встать. Быстро не получилось — в последний момент Кларк схватился за стену, словно у него кружилась голова, и Джон бессознательно шагнул к нему…       Однако Кларк достаточно крепко держался на ногах и падать не собирался. Лишь как-то скептически смотрел, ничего не говоря и ничему не препятствуя.       Воспользовавшись этим затишьем, Джон быстро вышел.

***

      Он застрял и не мог продвинуться вперёд. Едва восстановив работоспособность руки, он чувствовал только жуткую боль, заслоняющую собой всё — и Хойт, и снайпера где-то на скалистых возвышениях. Харрис ловил ртом воздух и смотрел на винтовку, как на самого страшного экзекутора. Кажется, снайпер сломал ему плечо, а после он сам себя «добил», сделав вид, что ничего не случилось, и продолжив стрелять. В очередной раз сжав и разжав пальцы, Харрис убедился, что лучевой нерв не повреждён, однако радоваться было нечему; к тому, что он калечил себя осмысленно и целенаправленно, добавилась новая угроза: из-за боли он стал невнимательным и подпустил к себе Хойт. Она не просто подобралась сзади, она успела выстрелить… И попала. Его ударило в спину, куда-то между лопаток. Хойт целилась выше — в малозащищённую зону шеи, но, заметив её, он перекатился и ушёл с траектории выстрела.       Задержись Хойт хоть на секунду, он бы её убил. Поэтому у неё не получилось выстрелить снова. Однако его боль позволила ей отдалиться — Харрис не смог вовремя обезвредить её гранатой, и Хойт быстро увеличила расстояние между ними. Тогда, немного придя в себя, он начал её обстреливать, но Хойт уже скрылась за соседним боковым домом и затихла. Она молчала слишком долго… Так мучительно долго, что Харрис принялся искать подтверждения тому, что серьёзно ранил её или убил. Он знал — где-то поблизости Мартин Кларк, понимал, что Хойт может оказаться невредимой, однако не смог вытерпеть боль и зашёл внутрь дома, чтобы вколоть обезболивающее и хоть немного привести себя в порядок.       Если бы не снайпер, он давно убил бы их обоих…       Если бы не снайпер, он был бы внимательнее к Хойт и точно бы её не подпустил. Снайпер отвлёк его, но, надо признаться, — он и сам не ждал, что Хойт пойдёт на сближение. До этого она бежала, привычным стало — догонять. Для её же безопасности, она должна была либо сидеть на месте, либо попытаться сбежать.       Что заставило её приблизиться? То, что Кларк попался? То, что где-то над ними стрелял снайпер?       Она надеялась, что снайпер её прикроет? Или сама хотела прикрыть его? Потому что наверху Дориан. Ради него она приехала сюда… Решила не откладывать долгожданную встречу?       Собрав всё обратно в аптечку, Харрис выпрямился. Ему нужно зафиксировать перелом, но с шиной он не сможет нормально стрелять. С болью тоже не сможет, и всё же лучше стрелять плохо, чем вообще никак. Перехватив винтовку здоровой рукой, Харрис ещё раз осмотрел всё вокруг. Кларк точно побывал здесь. Забрался в поисках укрытия или оружия. Ни того ни другого он не нашёл, поэтому быстро выбрался и, возможно, уже встретился с Хойт.       Если Хойт жива.       Всё происходило слишком быстро, он мог задеть её и не заметить этого… Она истекает или уже истекла кровью.       Либо она жива и относительно цела. Приняв решение зайти в дом, он окончательно потерял её из вида, и теперь Хойт поджидает его где-то снаружи. Не просто поджидает — она могла вооружить Мартина Кларка.       Или снова — нет?       Она вошла в дом Морган с пистолетом и запаской, в машине был ещё и дробовик… Они с Кларком стреляли много и долго, у неё на поясе был патронташ, но и его запасы не бесконечны.       Она отступила и затихла, сохраняя патроны?       Она пустая, вот почему молчит и прячется. Ей либо уже нечем стрелять, либо скоро будет нечем. Единственное её спасение — снайпер, который тоже затих и вполне может быть уже мёртвым.       Это точно Дориан… Один человек, который не попался копам и свободно передвигался по округу с винтовкой. Если бы здесь была группа, они действовали бы иначе. Снайпер только один, нужно лишь убрать его, и всё быстро закончится — с теми, кто рядом, Харрис разделается, даже будучи раненым.       Аккуратно пройдя в другую комнату, Харрис приблизился к испачканному кровью подоконнику, скрылся за стеной и постарался понять — что-то видно? Что-то было видно, но в конце концов этого ему не хватит. Рано или поздно придётся выйти.       Он присмотрелся к строениям.       Сперва Хойт отошла к соседнему боковому дому и укрылась там от пуль и гранат. Потом, вероятно, ушла ещё дальше, но ненамного… Чем больше бы она двигалась, тем сильнее шумела.       Кларка он тоже слышал. Кларк был совсем рядом, граната его не достала. Но если не лукавить — Харрис мог убить его раньше, сразу после того, как Кларк выбрался из окна. В момент, когда это случилось, Харрис прицелился и подумал — теперь Кларк не похож на него? При первой их встрече Харрис решил именно так: он такой же, как я.       Увидев, как погибает тот, кто небезразличен, Кларк застыл… Зато потом — в карцере — принялся рыдать и крушить всё вокруг. Наблюдая за запоздалой реакцией, Харрис невольно провёл параллель — я выглядел так же? Когда расстреливал спецназ, убивший жену.       Сперва он застыл — пускай не так надолго, — а после начал всё крушить.       Поэтому в решающий момент Харрис сделал заминку, рассматривая Кларка и пытаясь понять — это всё ещё он? Он увидит себя, если убьёт Кларка?       Проверить не вышло. «Я бы не закрыл глаза», — подумалось в последнее мгновение, и Харрис почувствовал, как сотрясается всё внутри, а самого его со всей дури ударяет о землю. Мощный выброс адреналина приглушил боль, но дальнейшее он помнит слабо — тело двигалось само. Осмысленность появилась лишь тогда, когда вокруг распространился туман, а выстрелы из винтовки превратили боль в едва выносимую пытку. Он даже потерял Кларка из вида, хотя мог добить его одним выстрелом…       Как он мог не убить его, когда оборвал жизнь Итана вот так просто?.. Так быстро. Так неправильно. Почему раз за разом он жалеет не тех? Он не жалеет даже себя. Его тело изломано, последние годы его жизни — жизни? — были тюрьмой не только для Кларка; он истязал себя снова и снова, воспроизводя какую-то изощрённую пытку, которая рано или поздно убьёт его…       Не сегодня. Она убьёт его не сегодня.       Сегодня он выйдет, добьёт снайпера, если это ещё необходимо, а потом займётся остальными.       Харрис коротко глянул в прицел и бросил в окно дымовые шашки.