Хамелеон

      Кларк слышал выстрелы, гулко разносящиеся по округе. С каждым грохотом тело становилось всё тяжелее, непослушнее. Но, прислушиваясь внимательнее, он понимал одно: Харрис стреляет, только стреляет не в Дориана. Не в направлении дома, крышу которого занял Дориан. Однако и это не укрепляло веру в то, что Дориан жив. Дориан мог спуститься с крыши, занять другое укрытие… А мог погибнуть сразу же, как только Харрис его обнаружил.       Тогда к чему эта стрельба?       Одно не вяжется с другим; даже если Дориан был близко, Харрис заметил его не сразу… Но в конце концов — заметил? Дориан не перехитрил бы Харриса, это просто смешно. И всё же, если Харрис не ждал Дориана здесь — совсем близко, — это могло застать Харриса врасплох?       Со стороны крыши прогремел единственный выстрел, а после всё опять затихло. Лишь через некоторое время Кларк услышал звуки — но не выстрелов, а бьющегося стекла. Это показалось странным в самые первые секунды, потом Кларк осторожно подобрался к окну и заметил, что в одном из передних домов разгорается пламя. Следом загорелся ещё один дом — дым повалил отовсюду, однако пока ещё белый, почти прозрачный. Воздух наполнился терпким горьковатым запахом, и вместе с ветром в комнату проникло тепло от огня.       Дориан ждал недолго, вскоре Кларк услышал возню над головой — теперь-то Дориан точно спускался вниз. Ему пришлось, дым загородил обзор. Дверь резко раскрылась, послышались быстрые шаги, и, пригнувшись, Кларк перебрался в другую комнату — пошёл навстречу Дориану. Тот почти сразу схватил его за плечи и, заглянув в лицо, на мгновение обездвижил.       — Возьми ключи от машины, — сказал Дориан, отпустив Кларка, и сунул ему в руку ключи. — У тебя должна быть возможность уехать.       Кларк и слова не успел вставить, а Дориан уже отпрянул и выскочил из дома. Он так торопился, что ничего не сказал ни про Харриса, ни про Хойт, ни про пожар. Кларк едва не кинулся за ним, но остановился у самого выхода — эти игры в салки ничем хорошим определённо не закончатся. Он хотел спросить: «И что ты собрался делать?!» — но требовать ответа было уже не с кого.       Кларк отпустил ручку двери. Сам-то он что может сделать? Надеяться, что Дориану повезёт и Харрис его не достанет? На то, что Харрис не знает Дориана достаточно хорошо, а потому не сможет точно предугадывать его действия? Но на «войне» Харрис зачастую не был знаком со своими противниками… И всё же как-то справлялся.       Кларк вновь схватился за ручку двери и вновь расслабил пальцы. Так что́ он будет делать? Там Харрис и огонь. Харрис, от которого он залез в шкаф… Ещё там Дориан, вероятность умереть у которого настолько высока, что верить во что-то другое — значит обманывать себя.       «Харрис ранен», — попытался убедить себя Кларк. Попытался соврать себе?.. Но разве это не правда? Харрис ранен. Бронежилет спас его от смерти, но не от травм. Харрис ранен, а Дориан — нет, и это даёт Дориану хоть какое-то преимущество.       Да… Нет ничего более искреннего, чем ложь себе. Пусть Дориан крупнее и сильнее Харриса, но здесь и сейчас — что это ему даёт? Харрис даже не подпустит его к себе.       Взорвались гранаты, и почти сразу прозвучал винтовочный выстрел, а за ним — ещё один. Кларк болезненно сжался, напрягая ушибленные мышцы. Пулемётную очередь он слышал уже вместе со звоном в ушах и до побелевших костяшек сдавливал ручку двери.       Вскоре очередь повторилась, но уже тише — гораздо дальше. Харрис отдалился, и повисла давящая тишина. Не выдержав и минуты, Кларк дёрнул ручку, машинально пригнулся и шагнул наружу. Он не мог быть уверен, что Харрис далеко, оттого казалось — тот повсюду. Кларк затаился, просидел за стеной дома сначала одну минуту, потом другую… Тишину нарушал только ветер, больше ничего. Пока были слышны выстрелы, сохранялось и понимание: Харрису есть кому противостоять. Теперь всё закончилось, тогда почему Харрис удалялся, а не пытался приблизиться? И если вдруг случилось невероятное и Харрис погиб, почему Дориан не возвращается назад?       Перестав считать минуты, Кларк сдвинулся с места и перебрался к фасаду дома. Пламя разгорелось довольно сильно, от дыма уже пощипывало в носу и першило в горле. Обогнув горящие здания, Кларк перебежками двинулся туда, откуда, должно быть, стрелял Харрис.       В окружении объятых пламенем домов остался только один целый и пока нетронутый. Это было укрытием Харриса. Дориан обстреливал этот дом, а потом что-то случилось. Харрис каким-то образом выбрался и ушёл дальше?..       Вышел из поселения.       Если так, то это объясняет почему «Хеклер-Кох» звучал в отдалении. Дориан последовал за Харрисом? Может быть… Только зачем Харрису бежать от него? Вести Дориана куда-то туда?       Кларк пересёк улицу и забежал за стену нового дома. Он думал пробраться к крайним домам в поселении, но, двинувшись вперёд, услышал тихий голос и остановился.       — …Она увела машину, — сообщил голос из прошлого.       На несколько секунд Кларк замер, решив, что у него разыгралось воображение. Но нет, этот человек появлялся здесь и раньше. Раз уж все они собрались тут, как в прошлый раз, почему бы и Салливану не повторить свой путь? Кларк отмер, издав глубокий вздох, и прислушался внимательнее.       Больше он ничего не услышал, но одно то, что Салливан может спокойно здесь находиться — никто не пытается его убить, — позволило немного, самую малость, расслабиться. Правда, ненадолго — если здесь безопасно, почему Дориан не возвращается? Хойт жива и «увела машину»? Дориан с ней? Где в этом раскладе Харрис и с кем говорит Салливан? У него рация?       Остановив поток вопросов, Кларк приподнялся и направился туда, откуда доносился голос. Он всё ещё осторожничал, не зная, чего ожидать, поэтому когда выглянул из-за угла и заметил, что Салливан склонился над кем-то, то сперва застыл. Обзор загораживал очередной дом — видно было лишь то, что Салливан не пытался скрыться, стоял на одном колене, затем потянулся к карману и достал платок. Руки Салливана были в крови… Не в его крови.       Всё моментально утратило значение — Кларк выпрямился в полный рост и за считаные секунды преодолел расстояние между ним и Салливаном. Услышав шаги, Салливан резко обернулся, вскинул пистолет, но поняв, кто перед ним, — медленно опустил руку и разомкнул в удивлении губы, собираясь что-то сказать. Слов у него явно не находилось, Кларк тоже молчал. Он неотрывно смотрел на то, как прислонённый к стене Дориан терял кровь и был белее снега. Салливан приподнимал руку Дориана и прижимал ладонь к его ране, одновременно продолжая искать, чем остановить кровь.       — Не могу найти ничего подходящего ни для давящей повязки, ни для жгута, — поделился Салливан, глядя то на Кларка, то на Дориана. — У меня нет аптечки, вообще ничего нет…       Кларк не отвечал, просто стоял и смотрел. Даже близко не подходил.       — Нужно остановить кровь, — обратился Салливан только к нему, но и тогда Кларк ничего не ответил.       Его руки и ноги внезапно похолодели… Наверное, от страха, который рос от секунды к секунде, но после каждой такой секунды Кларк искал способ себя защитить. Как-то закрыться, отгородиться. Он недоверчиво наблюдал за всем, что происходит, и хотя в отличие от прошлого раза — когда Дориану якобы попали в голову — Дориан был в сознании и смотрел на него в ответ, Кларк не мог с ним заговорить. В прошлый раз он не говорил ни с кем, теперь осознавал всё слишком чётко и ясно, в его голове уложилось всё правильно, по своим местам, а потому говорить Кларк не хотел.       Дориан никуда не исчез и точно был жив… Но как надолго? Это венозная или артериальная кровь? Как быстро он истечёт кровью?       — Кларк! — пытался привлечь его внимание Салливан. — Возможно, плечо сломано, иди уже сюда.       Кларк не сдвинулся с места, продолжая смотреть в лицо Дориана — того заметно била дрожь, губы синели, частое дыхание с напряжением вырывалось из груди, под глазами залегли тёмные круги, а в самих глазах не отражалось ничего, кроме боли. Но уже через несколько секунд там появилась какая-то осознанность и, сглотнув, Дориан заговорил:       — Кларк… — При незначительном движении кровь обильно вытекла на белую футболку Дориана. — Подойди сюда.       Казалось, Дориан волновался о нём сильнее, чем о пулевом отверстии в своём теле. Поэтому Кларк сделал нерешительный шажок — он двигался словно под водой, а вырвавшись из «воды», мгновенно оказался рядом с Дорианом и больно ударился коленом о землю.       — Держи рану, — сказал ему Салливан. Всё ещё удерживая руку Дориана на весу, он аккуратно передал её Кларку. — Нужно найти, чем остановить кровь.       Кларк оторвал Дориана от стены и зашёл к нему за спину, позволяя опереться о своё колено. Он держал руку Дориана приподнятой, старательно зажимал рану и, словно пытаясь убедиться, прислушивался к пульсу: сердце Дориана не просто стучало, а бешено колотилось, отчего Кларк почувствовал, как его собственный пульс набатом загудел в ушах, на мгновение вытесняя другие звуки.       Дориан скосил к нему болезненный взгляд, и Кларк вновь сосредоточился на его лице. «Я же говорил!» — пронеслось в голове, Кларк едва не произнёс это вслух, но всё же сдержался. Ну он же говорил!       Тебя не станет, а этот ублюдок выживет!       Он же говорил… Харрис «умнее и безжалостнее», он бы не позволил Дориану победить.       — Дай ключи. — Салливан протянул к нему руку, но первые мгновения Кларк ни во что не вникал.       — Дверь не заперта… — быстро проговорил Дориан, прежде чем Кларк успел отдать ключи от машины.       В пикапе аптечка? Дориан предупредил Салливана не только об этом, но и том, у кого искать ключи. И всё же, увидев его, Салливан был удивлён совершенно искренне.       — Она уже вызвала парамедиков. — Отойдя от них на несколько шагов, Салливан вдруг обернулся и посмотрел только на Дориана. — Она жива и на связи. Я к пикапу, скоро вернусь.       Салливан будто успокаивал самого себя. Отсутствие плохих новостей — уже хорошие новости? Да… Хойт увела машину. Она попала в зону рабочей соты и смогла позвонить, но где во всём в этом Харрис?       Когда Дориан глубоко и болезненно вздохнул, из головы всё разом вылетело. Кларк напряг пальцы на ране Дориана и крепче прижал к ней пропитанный кровью платок. Рана была в плече, но кровь брызнула так, что вначале показалось — Дориану прострелили грудь. Правда, поводов для радости не прибавилось. Это был винтовочный патрон — если что-то не убило Дориана мгновенно, это вовсе не значит, что оно не добьёт его со временем.       — Что случилось? — заговорил Кларк.       Молчание Дориана сводило с ума, но когда Дориан открыл рот — стало только хуже. Его голос был слишком тихим, язык заплетался настолько, что слова разбирались с трудом:       — Харрис меня обманул…       Я же говорил!       Не успел Кларк ответить, как Дориан оживился опять:       — Он промахнулся… и почему-то уехал…       — То, что он промахнулся… — начал было Кларк, но не договорил.       — Он промахнулся специально… — Дориан сглотнул и поморщился.       Кларк не придал этому значения, приглядываясь к ране Дориана и пытаясь понять, как много крови тот потерял.       — Зачем ему это? — без особого интереса спросил Кларк, думая, что Дориан принимает желаемое за действительное.       — Не знаю… Он прицелился мне в голову, а потом отвёл дуло и выстрелил в плечо…       На мгновение Кларк застыл, пытаясь осмыслить сказанное. В плечо? Словно в отместку? Что ещё за бред… Если у Харриса была возможность выстрелить в голову, он не стал бы стрелять в плечо.       — Хойт ушла за ним… — продолжил Дориан, его голос стал ещё тише, и Кларк сжался, как от удара в грудь, однако сразу же выровнял дыхание. — Он почему-то отступил, и она последовала прямо за ним… Я ничего не смог сделать.       Взгляд Дориана стал отрешённым, показалось, что сейчас он отключится, и Кларк дунул ему в лицо, пытаясь хоть как-то привести в чувство.       — С ней всё нормально, — как можно спокойнее сказал Кларк. — Подумай о себе.       Он должен успокаивать Дориана, не расстраивать. Если для этого надо говорить о Хойт — будет говорить о Хойт. Если для того, чтобы Дориан не падал духом, нужна Хойт, — она не должна умирать. Он станет её самым лучшим другом, если это хоть как-то поможет Дориану.       — Кларк… — пробормотал вдруг Дориан, — тебе надо уйти.       Ещё перед тем, как успел что-то осмыслить, Кларк хотел выразить протест привычной злостью, но, почувствовав, как Дориана колотит мелкая дрожь, произнёс ещё более мягким тоном:       — Что ты такое говоришь?       — Скоро сюда приедут парамедики… — Дориан хрипло вдохнул. — А значит, и полиция… У меня уже нет выбора, а тебе надо уйти.       Несколько мгновений Кларк просто смотрел на него и стискивал челюсти. Похоже, желваки на его скулах ходили ходуном.       Подумай о себе, а не обо мне…       Но это правда. Всё до последнего слова. Странно, что он сам не подумал о таком — в его голове не возникло ни единой мысли. Парамедики не сунутся сюда без копов, на помощь медикам направятся те, кто ближе: копы округа Брустер, какие-нибудь копы из Пресидио. Не суть важно. Кто бы сюда ни направился, они появятся быстро, и итог будет один: с Дорианом ему остаться не позволят. Кларк не сможет проследить за Дорианом, убедиться, что тот выжил, не сможет отправиться с ним в больницу… Они задержат его, а потом передадут ФБР.       — Не получится, — просто ответил Кларк. — Кто-то должен помочь тебе с раной до их приезда.       — Салливан поможет… — издал ещё один хриплый вздох Дориан. — Ты иди… Возьми мой пикап и уезжай.       — Нет, — покачал головой Кларк.       — Для тебя ничего не изменится, выживу я или умру… Ты будешь либо в тюрьме, либо на свободе. Будь на свободе…       — Нет… — Кларк сглотнул, напряжённо хмуря брови.       Он провёл в «тюрьме» два года… Теперь снова туда? Что он предложит федералам за иммунитет? Уже ничего. Всё, чем он мог откупиться, Харрис отдал бесплатно. И раз он настолько бесполезен — они могут запереть его до конца жизни. Чтобы больше нигде не бегал. Дориана вряд ли ожидает иная участь — его вылечат и отправят в тюрьму. Но вот пока лечат… Пока он слишком слаб, они будут вынуждены держать его в больнице.       Дориан закрыл глаза и вдруг слишком расслабился — Кларк почувствовал, как на колено давит его вес, и, набрав в грудь воздуха, шумно выдохнул Дориану в лицо. Тот сразу открыл глаза, моргнул, а после сглотнул, пугающе глядя в одну точку. Несмотря на дрожь и синие губы, Дориан сильно потел — пот пропитал его футболку, скатывался со лба и висков… Свободной рукой Кларк провёл по его коротким волосам, вытер лоб, только тогда Дориан, будто очнувшись, снова взглянул на него.       — У медицинского центра Биг-Бенд закрыли вертолётную площадку, — как ни в чём не бывало доложил Дориан, — но рядом с Мемориальной больницей Пекос площадка всё ещё работает… Если у них найдётся свободный вертолёт, ты понимаешь, как быстро они тут окажутся?       — Так это же хорошо. — Кларк сделал вид, что не понимает.       — Кларк! — повысил голос Дориан, но, словно израсходовав на это почти все силы, опять заговорил тяжело и тихо: — Ты теряешь время…       Он знает. Он лишь оттягивает неизбежное или сам напрашивается на то, чтобы быть арестованным. Неподалёку послышался голос: Салливан стремительно приближался, на ходу говоря по рации. Его волновала Хойт — за прошедшую минуту её фамилия прозвучала по меньшей мере трижды.       — Салливан возвращается, — предупредил Дориан. — Уходи…       Вот почему Дориан не отдал Салливану ключ зажигания. Салливан может стать помехой. Отпускать кого-то с места преступления он не захочет.       Дориан слабо дёрнулся, попытавшись вырваться из хватки, пришлось сцепить его крепче. Кларк невольно прижался к Дориану со спины, не позволяя ему двигаться. Двигаться и терять кровь.       — Что это ты делаешь? — спросил, появляясь, Салливан. — Хочешь организовать ему болевой шок?       Дориан тут же расслабился, и Кларк перестал давить на него.       — Сначала обезболивающее. — Салливан присел рядом и положил на землю аптечку. — Жаль, только в таблетках, но это лучше, чем ничего.       Салливан достал из кармана пальто маленькую бутылку воды. Приняв её, Кларк быстро открутил крышку и поднёс бутылку к губам Дориана. Дориан запил таблетки, слишком многозначительно и недовольно на него косясь.       — Как себя чувствуешь? — Салливан обхватил раненую руку Дориана снизу и потянулся к жгуту из аптечки.       — Спать хочу, — тихо ответил Дориан, будто не желая признаваться в боли. — Перед глазами темнеет.       Слушая их, Кларк наблюдал, как Салливан приподнимает рукав футболки Дориана и с заметным усилием оборачивает жгут вокруг его руки. Дориан медленно опустил веки, и Кларк уже хотел дунуть ему в лицо, но Салливан опередил — пощёлкал пальцами перед лицом, привлекая его внимание.       — Я знаю, что тебе больно, — Салливан продолжил возиться со жгутом, затянул вокруг него петлю, — но оставайся в сознании. Кровь почти остановилась… Джон, они не дадут вертолёт. Придётся ждать неотложку. — Салливан сделал ещё одну паузу. — Или можем поехать им навстречу. Со жгутом тебя можно перевозить, но…       — Копы там будут?.. — не дал ему договорить Дориан.       — Копы скоро будут здесь. Или нагонят нас в пути. Им вряд ли понравится то, что я тебя увезу, но…       — Тогда нет, — категорично заявил Дориан, и Кларк крепко сжал челюсти.       Дориан отказывается только из-за него. Из-за того, что здесь у него ещё есть возможность уйти, но если Кларк сядет в машину и позволит копам их нагнать, — пути назад уже не будет.       — Тебе слишком больно? — спросил Салливан, хотя наверняка уже понял, что дело не в боли. — Нужно понять, сломано ли плечо, и попробовать…       Дориан слабо кивнул, и Салливан вновь прервался. Кларк наблюдал только за Дорианом, видел, как тот зол. Дориан злится на него? Не на Харриса, который устроил здесь военное сражение, а на него? За то, что вовремя не ушёл? Ещё до того, как вернулся Салливан…       Придержав Дориана за здоровое плечо, Кларк немного отстранился — от резкого движения рана на его ноге заныла, и он коснулся её пальцами. Салливан заметил это, пригляделся к его джинсам с засохшей кровью.       — До приезда медиков твою рану нужно обработать?       Кларк покачал головой, затем опустил взгляд к кобуре Салливана. Он дождался вооружённого копа, который и в мыслях не держит, что в машину парамедиков Кларк не сядет. Совсем недавно он и сам этого не держал…       — Не смей умирать! — повернулся Кларк к Дориану. В эту глупую и банальную фразу он вложил всю ту злость, которую не осмелился выразить несколько минут назад.       — И что ты мне сделаешь? — в той же глупой манере ответил Дориан.       На мгновение его голос стал прежним — будто не было никакого винтовочного ранения, — но потом Дориан тяжело и болезненно втянул воздух, и Кларк вновь увидел того, кто совсем недавно истекал кровью. Сглотнув, Кларк отодвинулся немного назад, всего на несколько дюймов… почти незаметно. Но Салливан заметил, посмотрел очень внимательно, даже недоверчиво.       — Я не должен дожидаться неотложку… — сказал ему Кларк и сдвинулся ещё на пару дюймов, убирая руку с плеча Дориана. Это оказалось так же трудно, как вырвать рубашку из металлической сетки — на деле очень легко, но рука стала тяжёлой, почти неподвижной и будто бы вовсе отказывалась слушаться.       Его мозг едва не зациклился — и правда как в тот раз, — наверное, он мог бы глупо и бессмысленно цепляться за Дориана, не в силах себя остановить, но заговорил Салливан, и Кларк вынужденно поднял к нему голову.       — Должен. И копов тоже. Им будет интересно послушать, что́ здесь произошло.       Кларк сдвинулся ещё немного назад, что Салливан тоже прекрасно видел, но будто не придавал этому особого значения. Кларк встретился взглядом с Дорианом, поймал в его глазах то самое — «я же говорил».       — Меня посадят, — медленно произнёс Кларк, глядя только на Дориана. — И я буду сидеть до конца жизни.       — Да? — отозвался Салливан. — Просто так такие сроки не дают, выходит, есть за что?       — Вероятно, есть, — согласился Кларк. — Только в тюрьму я не пойду.       Теперь Кларк ещё внимательнее сосредоточился на пистолете в кобуре Салливана. Салливан придерживал Дориана и пока к пистолету не тянулся, но что, если потянется? Из-за ноги Кларк малоподвижен, вряд ли он сможет что-то предпринять…       — И что ты сможешь? — озвучил его мысли Салливан. — Ты ранен, тебе тоже нужна помощь.       — Я ранен не настолько серьёзно, чтобы из-за этого добровольно отправиться в тюрьму.       Кларк опять перевёл взгляд к Дориану. Вот у кого не остаётся выбора… В лучшем случае Дориан дождётся скорую, оправится от ранения, но потом всё равно сядет. Хойт сможет что-то с этим сделать? Раньше она попыталась бы выбить для него иммунитет, удастся ли ей теперь хотя бы смягчить приговор? Если Дориан сразу не признается в тех первых убийствах в Майами и всё дойдёт до суда — присяжные могут простить ему и Шейна, и педофила Грейса. При грамотной защите — и Шерман тоже. Если бы всё свелось только к ним, Дориан не отделался бы легко, но во всяком случае ему можно было бы надеяться не получить по полной программе. Официально подтверждённое ПТСР, которое заметно невооружённым глазом, не оставило бы жюри равнодушным. Но всё не ограничивается только этим. Остальное, включая время, которое Дориан — в роли пленника — провёл с ним, Кларком, — навалится как снежный ком. Хойт сможет доказать, что Дориан не был с ним заодно? Дориан не вламывался в чужие дома, не грабил банкоматы, не угонял машины и не таранил в них федеральных служащих… Насколько просто будет убедить в этом остальных? Хойт сможет доказать, что другие убитые в Майами — жертвы Шейна, а не Дориана? Доказать преступления Шейна до истории со снайпером и тем самым ещё нагляднее показать что он из себя представлял? Или преступления Грейса?       — Он должен уйти… — вмешался Дориан, поднимая голову к Салливану. — Ему нельзя здесь оставаться…       Некоторое время Салливан смотрел на него и не отвечал, а затем, когда вдалеке послышались сирены, резко и едва ли не испуганно обернулся на звук. Копы приехали. Салливан поднялся на ноги, помог Дориану придвинуться к стене и, убедившись, что тот не падает, сделал несколько шагов в сторону сирен. Кларк провожал его взглядом, но Салливан делал вид, что кроме него и Дориана здесь больше никого нет.       Прямо как в старые времена — отвернулся в сторону и ничего не видел. Предпочитал не видеть. Сколько ему сейчас, тридцать два? Тридцать три? Когда Кларк сбежал из Майами, ему было столько же, только в свои тридцать три он был силён и здоров, а Салливан здоров только внешне — сколько бы он ни пытался это скрыть, кое-что его выдавало. То, как он дышал, как старался особо не взваливать на себя Дориана, потому что Дориан слишком тяжёлый… Как боевая единица Салливан выбыл. В свои тридцать с небольшим.       Когда Салливан ушёл достаточно далеко, Кларк приблизился к Дориану и попытался прикоснуться к нему — даже не понимая зачем, — но Дориан вдруг напрягся и оттолкнул его с такой силой, что сам не удержал равновесия и завалился набок. С его губ сорвался глухой стон боли.       — Быстрее!.. — повысил голос Дориан, прежде чем Кларк попытался его поднять. — Пикап в другой стороне!       Никаких сожалений на прощание, щемящей грусти расставания, ничего от прежнего Дориана, ловившего каждое его слово, каждый незначительный жест… Вообще. Кларк обмер, застигнутый врасплох, потом приоткрыл рот, но, так ничего и не сказав, бросился к пикапу. Ногу пронзило болью, словно кто-то вонзился в неё клыками. Ещё толком не выбравшись из поселения, Кларк упал, но смог быстро подняться и держался на ногах до тех пор, пока не нашёл пикап.       С шумом хлопнул дверцей, завёл двигатель и, не оборачиваясь, сорвался с места. Это тоже было громко, вверх взметнулась стена пыли, Кларк поморщился и зажмурил заслезившиеся глаза. На мгновение в голове возникло: «Копы меня слышали?» — а потом и это вылетело со свистом. Кларк ещё прибавил скорости и убрался от дымящегося поселения так быстро, как только смог.       На ухабах сильно затрясло, Кларк крепче вжался в руль, чувствуя, как с каждым толчком пульсирует и боль. Он выехал на дорогу, наконец обернулся, проверяя — не едет ли кто за ним. Позади было пусто, на дороге тоже — ни домов, ни людей, ни машин…       Он отдалялся от Дориана так стремительно, что, казалось, чувствовал запах стёртой об асфальт резины. А может, это запах дыма, впитавшийся в одежду и волосы. Кларк опустил голову, видя, как ветер, проникающий через открытое окно, почти срывает с него рубашку. Плотно закрыл окно, поправил рубашку, а спустя несколько секунд не выдержал — снова провёл по ней ладонью.       Он напряжённо и часто дышал, словно не сидел в кресле машины, а преодолевал расстояние бегом. В голову лезли мысли, сменяя друг друга с бешеной скоростью: нужно срочно сменить машину, избавиться от этой и…       Как уже бывало раньше, Кларк резко затормозил прямо посреди дороги. Перебрал пальцами по пуговицам рубашки и огляделся вокруг. Здесь повсюду вещи Дориана. Если пошарить по салону, найдётся множество мелочей. Продолжая теребить и покручивать пуговицы, Кларк плотно вжался спиной в кресло. Его поймают, если он не будет мыслить здраво. Сейчас уж точно не следует стоять на месте.       От пикапа и всего, что внутри, надо избавиться, потом найти место, где можно будет хотя бы ненадолго залечь. Это сложно. У него нет ни денег, ни еды. Раньше это его не останавливало, он играючи преодолевал препятствие за препятствием, а теперь мир вокруг выглядел чужим и пугающим. Кларк к нему ещё не привык, не освоился… Мир вокруг против него, он в нём совсем один, и это не изменится. Что бы ни случилось дальше — Дориана не будет? Кларк не сможет найти его и вернуть. Он думал так множество раз, а потом всё равно находил… Сейчас всё иначе, всё другое, хуже, труднее…       Раньше он считал, что одному быть лучше. Безопаснее. Совсем недавно решил, что как только расправится с Харрисом — восстановит равновесие вселенной, — сможет стать самим собой и вернётся обратно…       Кларк глубоко втянул воздух и склонился к рулю. Его губы вдруг задрожали, глаза наполнились слезами, и он разрыдался так по-детски, в голос. Он мог бы простить себе это, если бы рыдал так при ком-то — разыгрывая очередной спектакль…       Но рядом никого не было.