Case Number 182a

Прошло всего несколько часов с репетиции. Они уже вернулись в отель, чтобы отрепетировать завтрашнее выступление, когда Райан позвонил Питу и попросил устроить собрание группы. Брендон, Райан и Спенсер сели на один из диванов, Джон развалился на единственном кресле в номере, а Пит стоял посередине комнаты, готовый выслушать причину, по которой его присутствие здесь было необходимо. — У нас, эм, есть проблема, — начал Райан, поглядывая на Брендона, который сидел рядом, сложа руки и не выражая никакого интереса к происходящему. Пит усмехнулся, доставая руки из карманов, и сделал вопросительный жест в воздухе, всем видом показывая свое несерьезное отношение к их проблеме. — И что же это? Спенсер, не проронивший ранее ни единого слова, прокашлялся. — Брендон взял Райана за руку в прямом эфире, и теперь Райан боится, как пресса—если пресса вообще как-то отреагирует, — он посмотрел на Райана. — Он беспокоится о том, как все начнут воспринимать группу, если узнают, насколько они близки. — Еще как близки, — сказал Брендон, повторяя ранее сделанный Питом жест. — Я знаю, но... Просто еще не пришло время узнать об этом прессе, — Райан похлопал Брендона по ноге и вздохнул. — Мы оба не хотим прерывать отношения, но при этом мы согласны насчет того, что мы еще не готовы открыться публике. — Но ребят, вы делали хрень и похуже. Так в чем проблема? — Пит не понимал, что происходит и злился, что его позвали сюда без веской причины. — Просто... Я не знаю, сколько я смогу притворяться. — Тогда раскройтесь уже всем, — сказали Спенсер и Пит в унисон. — Черт возьми, Райан, — простонал Спенсер. — Я. Не могу. — Райан опустил взгляд, волосы спадали ему на глаза. — Это не честно по отношению ко всем, Райан. — Спенсер повысил голос, смотря на Брендона, который оставался безучастным. — Я хочу быть честным. Я просто—просто не могу сделать это сейчас. Я не готов. Я знаю, чего я хочу, и— — Если ты действительно знаешь, чего ты хочешь, то ты просто должен это сделать. Жизнь слишком коротка, чтобы откладывать все на потом. — его прервал спокойный голос Джона, доносящийся из кресла. — Просто... Ты можешь это исправить? — Райан казался беспомощным, его взгляд блуждал по комнате в поисках понимания. Пит усмехнулся, с трудом веря в реальность происходящего. — Я не могу исправить твои эмоциональные проблемы. Что, черт возьми, ты хочешь, чтобы я сделал? — Райан хочет Уотергейт* без скандала, — снова заговорил Джон, в этот раз в его голосе можно было различить тревогу. В комнате повисла тишина, если не считать тихое жужжание холодильника и звук телевизора, раздававшийся из соседнего номера. Пит ходил туда-сюда, погруженный в свои мысли. — То есть, вам нужно прикрытие? — наконец-то заговорил Пит, приземляясь на кровать рядом с ним. Все закивали. — И что именно это прикрытие подразумевает? — Мы все отрицаем. Мы можем шутить, вытворять всякое на сцене, но до тех пор, пока это уместно. Отклоняем все серьезные вопросы и делаем вид, что не понимаем, о чем вообще речь, — Райан говорил от имени всей группы, нервно теребя рукав. — Если вы уже все решили, то зачем звать меня? Неужели это нечто такое, в чем вы не можете разобраться сами? — Он хочет, чтобы лейбл согласился на это. И все окружение, группы, с которыми мы вместе в туре, — сказал Брендон, скрестив руки. Ему определенно не нравилась эта ситуация, но приходилось подстраиваться. Пит рассмеялся. Он смеялся так сильно, что из его глаз потекли слезы. Он остановился только тогда, когда понял, что это была не шутка. — Вы же не серьезно? Вы серьезно хотите, чтобы я пошел к Янику** и сказал, «Хей, P!ATD не хотят, чтобы кто-то знал их грязный секретик, так что они просят, чтобы все согласились не говорить об этом.»? В комнате снова повисла тишина. — Вы, должно быть, шутите. — Мы не шутим, — Райан натянул рукава, смотря Питу прямо в глаза. — Ты можешь это сделать? — Тут дело не в том, могу я это сделать или нет, а в том, сработает ли это. Я имею в виду, вы серьезно ожидаете, что люди послушаются? Это... так по-детски. — Это касается только нас. Другие не должны об этом говорить, если нам некомфортно. Мы имеем право на личную жизнь. Пит погрузился в раздумья. Все сидели в полной тишине, затаив дыхание и ожидая окончательного ответа. — И это всех устраивает? — Пит достал свой телефон и посмотрел на парней в ожидании одобрения. Райан посмотрел на Брендона, а затем Пит вздохнул и нажал кнопку вызова. — Привет, Яник, ты занят? Это было почти три года назад. — Я знаю, что все знают эту историю, в этом и смысл, — Райан вернулся в реальность. Правильное ли решение он принял той ночью? — Брендон знает о том, что только что случилось? — спросил Пит обеспокоенно. — Неа, ты первый, кому я позвонил. — Ну тогда ты должен поторопиться и позвонить ему, прежде чем он узнает об этом из интернета, — не успел Райан ответить, как Пит повесил трубку, как бы намекая на срочность этого дела. Вздохнув, Райан прожевал остатки бекона и стал выезжать на шоссе. Был еще один человек, которому ему надо было позвонить, прежде чем говорить с Брендоном. Он набрал еще более знакомый номер, который не менялся уже шесть лет. Райан ускорился на шоссе. — Почему ты мне звонишь, — сказал Спенсер, как только взял трубку. Это был даже не вопрос, а утверждение, требующее ответа; здесь была разница. Разница была всегда. — Я еду обратно. Пауза. — Что случилось? — Она узнала, — Райан задержал дыхание, готовясь к Третьей мировой войне. Он услышал звон посуды и предположил, что Спенсер вышел из кухни. Затем он услышал, как закрывается дверь, теперь Спенсер был в гостевой спальне. Он все еще жил у Брендона, ремонт в его новой квартире будет готов как минимум только в следующем месяце. — Как это случилось? — Спенсер внимательно слушал. — Брендон отправил мне смс, и— — И она его прочитала, — закончил за него Спенсер. — Почему ты не рассказал Брендону? Я все еще дома, и он мне ничего не говорил. — Я не мог. Что я должен был сказать? И вообще, я злился на него, так что это бы плохо обернулось. Вместо этого я позвонил Питу. — И что он сказал? — Позвонить Брендону, — тихо ответил Райан. — Но Спенс, я не могу, мне страшно. — Мне тоже, Райан, мне тоже... Но просто возьми и позвони ему. Что ужасного может произойти? — повисло молчание. — Вот именно. Поэтому сейчас я брошу трубку и уйду в соседнюю комнату, где Брендон в скором времени ответит на твой звонок, и вы поговорите, окей? Вся прелесть дружбы Спенсера и Райана заключалась в том, что они всегда были на одной волне и понимали друг друга с полуслова. Их разговор мог состоять из четырех слов, и они бы все равно поняли друг друга. Именно эта связь позволяла им каждый раз одновременно бросать трубку. Из чистой случайности. Хоть и не хотелось, но теперь пришло время сделать самый важный звонок. Райан почти выехал из Вегаса, когда взял телефон и набрал еще один номер, который он знал наизусть. Брендон был одним из тех, кто покупал рингтоны, так что вместо раздражающих гудков из телефона раздавалась Sgt. Pepper’s Lonely Hearts Club. Райан начал подпевать. —Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club band, we hope you have enjoyed the show. Sergeant Pepper’s Lonely Hearts Club band we’re sorry but it’s time to— — Райан? — смех Брендона прервал его монотонное пение. — Привет, — он сделал глубокий вдох и попытался сконцентрироваться на вождении. — С Днем святого Валентина, Брен. — Оу, ты не должен был мне звонить, чтобы сказать это. Мы же увидимся сегодня, да? Вот и настал момент истины. — Я вернусь немного пораньше. Он услышал шуршание бумаги. — Ты не мог бы повторить? Я не расслышал тебя. Райан почти рассмеялся, это было так в стиле Брендона, не услышать самую важную часть разговора. — Я сейчас еду домой. Посторонний звук сразу же прекратился. — А как же Келти? Разве у вас не было каких-то планов? Это было почти смешно, что Брендон всегда так непринужденно говорил о других отношениях Райана. Иногда он шутил насчет этого и говорил, что это определенно связано с тем фактом, что он был мормоном. Его кузены откуда-то из Канады практиковали полигамию, он рассказывал об этом при любом удобном случае. Она была всем для них. — Насчет этого... — Что-то случилось? — голос Брендона подсказал Райану, что он уже знал ответ, но все равно решил спросить. — Брен, ты отправил мне то сообщение, когда я еще был с ней. Ты испортил наше прикрытие. Теперь она знает о нас, — Райан наконец-то все высказал. — И теперь все разрушено. Возможно. — Ри, прости, я забыл, — Брендон понизил голос чуть ли не до шепота, он делал это только в тех случаях, когда был крайне разочарован в себе. — Ты знал, когда я вернусь, неужели так сложно было вспомнить, что я все еще буду с ней? Это так глупо. Ты во всем виноват. Ты никогда не думаешь, прежде чем что-то сделать. Они оба молчали в течение примерно четырех минут. Райан знал это, потому что каждые несколько секунд смотрел на экран телефона, чтобы увидеть, повесил ли Брендон трубку. Когда он уже был готов первым это сделать, он услышал голос, полный боли. — Райан, мне жаль, окей? Я не должен извиняться, но я делаю это, потому что люблю тебя. Или, по крайней мере, я любил того человека, которого встретил шесть лет назад в гостиной бабушки Спенсера. Тот человек любил меня таким, какой я есть, и не скрывал то, что у нас было, потому что всем было наплевать. Но когда людям стало не все равно, ты стал переживать. Ты заставил лейбл подписать контракт, чтобы секрет не разглашался, но даже этого тебе было недостаточно, — Брендон рассмеялся. Это был жестокий смех, в котором можно было различить сарказм. — Этого было недостаточно, поэтому тебе нужно было завести девушку. Наше выступление в том году, выступление, к которому ты сам написал сценарий, позволь мне напомнить, было для привлечения внимания. “Ты будешь преследовать меня на сцене, словно пытаясь поймать, и все будут сходить с ума”- именно так ты сказал мне тогда, если я правильно помню. И люди действительно сходили с ума, им это нравилось. Но затем ты решил, что мы привлекаем слишком много внимания. Мы были “Самым-Гейским-Шоу-Которое-Только-Известно-Человечеству”, и это заставило тебя проводить больше времени с Келти, потому что тебе надо было “устранить слухи”. — Брен, послушай, я—, — Райан прикусил губу, пытаясь сдержать эмоции. Он не мог за такой короткий промежуток времени заставить двух людей, которых он очень любил, страдать так сильно. Это было просто невозможно. — Нет, дай мне закончить, — Брендон повысил голос, он был в ярости. — Ты сказал, что ты не можешь этого сделать? Что насчет меня? Когда ты заключил этот ебаный контракт, это было твое решение. Но я с ним согласился. Не прошло и двух месяцев, как ты все перевернул и написал сценарий, где я должен был тереться об тебя на сцене. О, и давай не будем забывать про “заново изобрести любовь”. Ты говорил “мы всегда будем заново изобретать любовь, Брен” концерт за концертом. Но ты такой гребаный лицемер, ты, блять, использовал того, кого не любишь, потому что слишком стыдился меня. Стыдился нас. — Ох, Брен, — Райан сжал руль, когда Брендон закончил свою тираду. — Я не стыжусь тебя, я просто— — Ага, ты просто не готов, — Брендон рассмеялся. Это не был веселый смех, его обычный смех. Это был смех, полный горькой иронии, смех человека в отчаянии, смех того, кто больше не мог терпеть. — Ты никогда не готов, Райан. А так как все касается только тебя одного, иди нахуй. В воздухе повисла тишина. На этой дороге посреди незастроенной части Невады, где проезжал Райан, не было ничего, кроме этой угнетающей тишины. Брендон. Брендон устал от него. Райан знал это, потому что он ждал пять минут, полчаса, час, прежде чем осознал, что он не перезвонит. Все время, что он ждал, он просто сидел и ничего не делал. Он сидел и продолжал вести машину, даже не задумываясь о том, куда он едет. Брендон не звонил. Райан не знал, что ему делать. Вдруг у него засосало под ложечкой. Это было чувство, которого он не испытывал раньше. Как оно называлось? Как только он въехал в Калифорнию, его телефон зазвонил. Он чуть не разбил машину, машину Брендона, еле успевая свернуть на соседнюю полосу, пропуская грузовик. После удачного избежания смерти Райан прерывисто выдохнул и взял трубку, даже не посмотрев, кто звонил. Он знал, что это был Брендон. — Прости, — выдохнул Райан, с трудом удерживая руль. — Брен— — Райан, это не Брендон, — устало и слегка раздраженно произнес Спенсер. — Он не хочет сейчас с тобой разговаривать, — он сделал паузу. — На самом деле, он не хочет с тобой больше вообще разговаривать. — Он сейчас с тобой? Можно я с ним поговорю? — Райан хотел поступить правильно, он хотел исправить все это. Спенсер вздохнул. — Он не хочет. Не заставляй его делать что-то, что он не хочет. Мы уже проходили это. — Спенсер, это нечестно. Ты же знаешь, почему мы были вынуждены пойти на это. Сейчас, казалось, Спенсер тоже злился на него. Пауза была слишком длинной. — На самом деле, я не знаю. — Ты... Ты серьезно? — Райан снова терял контроль над рулем. Спенсер, его лучший друг, всегда раньше соглашался с ним. — Просто оставь машину в гараже, а мы вынесем твои вещи. Позвони мне, не Брендону, а мне, когда ты уже будешь подъезжать к дому, чтобы я мог вызвать тебе такси. — Он что, серьезно? — Райан был бы не против, если бы у него была с собой бутылка воды, чтобы он мог избавиться от этого кома в горле. — А ты думал, это игра? Он ничего не ответил. Он не ответил, потому что не знал.

***

Прошло два часа, прежде чем он добрался до Лос-Анджелеса. Боль в сердце Райана умножилась в несколько раз, когда он увидел очертания города в полуденной дымке. Он не прожил здесь и месяца, но это место уже ощущалось домом. Оно просто казалось более живым. Здесь было больше людей и больше возможностей. Ему никогда не было скучно в ЛА. По крайней мере, пока он был с Брендоном. Когда он подъехал к дому Брендона, он тяжело вздохнул и достал телефон, набирая простое сообщение «я здесь». Как только он отправил сообщение, телефон начал звонить. В этот раз он посмотрел на экран. Пит. — Хей, как все прошло? — спросил Пит. Сейчас был серьезнее, чем утром. — С этим тоже все кончено, — Райан выдохнул после долгой паузы. Сегодня всему пришел конец. — Черт. Черт, чувак, Райан, мне так жаль. — Все... Все нормально, это не твоя вина, а моя. — Но все равно, черт, — он растерянно выдохнул. — Я даже не могу представить это. Все как во сне. Вы просто не можете не быть вместе. Это равноценно... греху? — Ну, по-видимому, можем, так что я сейчас заберу у него свои вещи и затем вернусь в свою унылую квартирку. Проведу День святого Валентина в полном одиночестве, — он только осознал это. Сегодня он будет один. — Так что получается, группа распалась? — Пит напрягся, теперь уже беспокоясь о будущем группы, с которой он подписал контракт четыре года назад. — Я... Я не знаю точно, — неуверенно произнес Райан, эта мысль его пугала. Они же не могут разойтись из-за этого? — Хмм, — Пит задумался на минуту. — Хорошо, позвони мне, как все будет понятно. — Я всегда звоню тебе в таких случаях, Пит, — Райан выехал на самую крайнюю полосу справа. Скоро будет поворот, ведущий к дому Брендона. — Действительно, — Райан был почти уверен, что Пит сейчас закивал головой. — Поговорим позже, бро, окей? Райан невнятно промычал в ответ, завершил вызов и убрал телефон обратно в держатель для стаканов. Сейчас ему были нужны обе руки на руле. Он ускорился, проезжая ряд примечательных для туристов мест. Его руки начали трястись, когда он вспомнил слова песни, которую написал несколько лет назад. Та самая строчка про шок и избыток желудочной кислоты, от которых к горлу подкатывается ком***. Только в этот раз он был изменщиком. Возможно, ты чувствуешь одно и то же, когда изменяют тебе, и когда изменяешь ты. Ты чувствуешь себя плохо, когда тебе изменяют, потому что начинает казаться, что с тобой что-то не так, что ты делаешь что-то неправильно. А когда изменяешь ты, то чувствуешь себя плохо, потому что осознаешь, что смог так поступить. Райан думал об этом, пока проезжал по довольно роскошному району, куда недавно переехал Брендон. Он еще никогда не чувствовал себя так плохо. Это было даже хуже, чем в тот раз, когда он забыл про пятнадцатый день рождения Спенсера, или когда их группу не номинировали на Грэмми (опять). Он свернул за угол и поехал дальше, туда, где был тупик. Когда Брендон искал новый дом, они приезжали сюда с риэлтором. — Это дом идеально подходит для молодой пары, — женщина низкого роста с темными волосами улыбнулась и повела их к главному входу. — Оу, на самом деле мы не совсем пара, — быстро сказал Райан, смотря на женщину своими карими глазами. Кажется, ее звали Роберта. Роберта перевела взгляд на руку Брендона, которая все еще приобнимала Райана за бедра. Он всегда так спешил отрицать. Возможно, Брендон был прав. Стыдился ли он? Она усмехнулась. Ее губы, накрашенные красной помадой, сложились в такую улыбку, словно она хотела засмеяться, и она вставила ключ в замок. — Если вы не знали, то Калифорния очень либеральный штат. На пару секунд повисла тишина. Они зашли внутрь. — Именно поэтому мы и переезжаем сюда, да, дорогой? — Брендон слегка дотронулся до шеи Райана и начал смеяться так, что они оба затряслись. — Наша свадьба будет в середине лета. Знаете, когда солнце золотое. Райан фыркнул. Он бы ни за что не стал устраивать свадьбу летом. Он бы назначил ее на весну, в цветущем вишневом саду, и надел бы—конечно же он об этом думал. Кто бы не стал? Зеленые глаза Роберты засияли, она прекратила их тур до того, как он начался. — Оу, и кто из вас романтик? — Он, — сказал Райан, посмотрев на Брендона. Он прикусил губу, пытаясь сдержать смех. Если эта женщина хочет шоу, она его получит. — Он хочет свадьбу весной, в цветущем вишневом саду, и чтобы мы произносили стихи Э.Э. Каммингса, как наши клятвы. Брендон плачет каждый раз, когда я читаю ему их. Брендон мягко улыбнулся, он до сих пор приобнимал Райана за талию, нежно нашептывая ему на ухо. — Глупый, это же твоя мечта. Роберта ушла в другой коридор, где она стала настраивать термостат. — Я много о чем мечтаю, — вздохнул Райан. — Однажды у тебя будет все. Хлопнула дверь, и вышел Спенсер, стирая улыбку с лица Райана. Сейчас было не время окунаться в воспоминания. Рубашка Спенсера была мокрой в области груди. Райан сразу же понял, что это были слезы Брендона. Судя по всему, Спенсер плакал тоже, его глаза выглядели красными и уставшими. — Привет. — Я все проебал, да? — спросил Райан, медленно вылезая из машины. Спенсер кивнул, скрестив руки на животе и раскачиваясь туда-сюда на босых ногах. Некоторое время он молчал и тяжело вздыхал, не зная, что сказать. Наконец, тишина была нарушена. — Джон вернулся. Райан перевел взгляд с асфальта, на который он пялился несколько минут, на Спенсера. — О, да? — Да, он останется у нас, — Спенсер сделал паузу, думая, не забыл ли он что-нибудь. — Возможно, он заедет проведать тебя. Райан был бы не против компании Джона. Он нуждался в этом, нуждался в нем прямо сейчас. Джон бы понял. Райан кивнул. — Брендон не— — Не хочет тебя сейчас видеть, — закончил предложение Спенсер. — Я думаю, вам нужен перерыв. — Я знаю, что он бесится на меня, но неужели я просто не могу его увидеть? — Нет, он выразился довольно ясно... Или, по крайней мере, он уже не плакал на тот момент, — сказал Спенсер, зная, что этим он ранил Райана. Он хотел, чтобы тот чувствовал себя еще более виноватым. И это работало. Райан пошаркал ногой по асфальтовой дорожке, а затем облокотился на автомобиль. — Просто... У меня ничего не осталось, понимаешь? И это больно, когда у тебя никого нет. В тот момент к дому подъехало желтое такси, и из него вышел Джон с двумя сумками для вещей и бас-гитарой, которую он, скорее всего, не распаковывал еще с тура. Он помахал рукой, или, по крайней мере, попытался это сделать, но сумки ему мешали. Он пошарил в карманах в поисках денег. Пока Райан наблюдал за всем этим, Спенсер молча открыл дверь гаража, вынося его вещи. — Джон, подожди, скажи ему, чтобы он отвез Райана, — сказал он, поднимая две картонные коробки. Райан смотрел, как Спенсер складывает его вещи в багажник машины. Он уже ничего не чувствовал. Конечно, он уже не мог ничего сделать. Один из его лучших друзей, а ведь Брендон таковым являлся, не хотел с ним даже разговаривать. Его бывшая девушка в данный момент скорее всего рассказывала всем о том, какое он дерьмо на самом деле. Если это действительно так, то он бы предпочел умереть и ничего не чувствовать. Пока Спенсер переносил вещи, Джон подошел к Райану, грустно улыбнувшись, и пожал его плечо. — Могло быть и хуже. Райан фыркнул и направился в сторону такси. Это было самым ужасным, что могло произойти. Что вообще могло пойти не так в его жизни? Как только он сел в машину, он пробормотал адрес водителю, который явно не понимал, что происходит. Снаружи Спенсер и Джон уже разговаривали, они отвлеклись, только чтобы помахать Райану вслед. Машина уже отъехала, когда Райан развернулся и посмотрел из заднего окна на дом, который он покидал. — Мне жаль, Брендон, — прошептал Райан, уезжая все дальше и дальше. — Мне так жаль.