f a m i l y

- Мама... - повторяю одними губами, не веря своим глазам. Она лежит на кровати. Обе руки изрезаны от кисти до локтя, в пальцах зажат окровавленный нож. Я будто перестаю дышать. Смотрю на бездыханное тело матери, лежащее в луже ее крови. И не моргаю. Мне кажется, что кто-то прозрачный, невидимый в воздухе, начинает наносить мне сильные удары в грудную клетку. И с каждым ударом мне становится все больнее... Но потом я понимаю, что этот кто-то невидимый - мое сердце, которое бьет так, будто хочет пробить ребра. Не забывай дышать, Банти. Первый судорожный вздох режет горло похуже самого острого лезвия ножа. Не может быть. Она не могла сделать такое, не могла бросить меня одну. Обжигающие слезы собираются в уголках глаз и скатываются по щекам, оставляя теплые влажные дорожки, стягивающие кожу. Мама распахивает веки. Пару секунд смотрит в потолок, но уже не глубоким карим взглядом. Ее глаза стали стеклянными, их заволокла мутная пелена. - Нет! - мой крик вырывается сам собой. Я подаюсь вперед, но Карл обхватывает меня руками и тянет назад, отводя от комнаты. От комнаты, где моя мать покончила жизнь самоубийством. И все вновь повторяется. Я рыдаю от нестерпимой внутренней боли, а Карл обнимает меня, на время закрывая от всего мира. - Почему? - еле проговариваю вопрос, задыхаясь от слез и рвущего горло немого крика. - Почему она это сделала? Выстрел. Замираю, понимая, что я сделала со своей семьей. Беллами мертв. Я не уследила за ним. Отец мертв. Я пустила ему стрелу в лоб. Мама мертва. Я довела ее до суицида. Я погубила всех, кого любила. Теплая ладонь Карла ложится на затылок, а пальцы немного зарываются в мои волосы. И я понимаю его без слов. Возьми себя в руки, Банти. Они бы не хотели, чтобы ты была тряпкой. Отступаю назад, прикладывая холодные ладони к разгоряченным щекам. Глубоко дышу, пытаясь успокоиться. - Мне нужно побыть одной, - говорю я, разворачиваясь к лестнице. - Банти, - зовет Карл, но не оборачиваюсь, спускаясь по лестнице. - Банти! - Мне нужно побыть одной! - срываюсь на крик, хлопая входной дверью.

***

Звенящая тишина давит на сознание, а однотонные стены вызывают панику. Я погубила всех, кого любила. Различные мысли и слова крутятся в голове. Ты убийца, Банти! Зажмуриваюсь, закрывая лицо ладонями. Я не считаю тебя своей дочерью, Банти! Закусываю губу и чувствую, как на ней лопается корка. Слизываю проступившую кровь. Я ненавижу тебя, Банти! Ненавижу, понимаешь? Впиваюсь ногтями в кожу лица, но они слишком короткие, чтобы причинить боль. Мы искали тебя. Сжимаю пальцы в кулак и прикусываю костяшки. Это ты убила его! Резко сажусь на кровати, сжимая челюсти и надеясь, что проступившие на глазах слезы не скатятся по щекам. Поднимаюсь на ноги и спускаюсь на первый этаж дома. Хватит. Хватит мучить себя и остальных. Хватит. Я больше не могу жить, зная, что вся моя семья мертва. Из-за меня. На кухне сидят Рик и Карл, что-то обсуждая. Но как только я вхожу, они замолкают. Наверняка говорят обо мне и моей семье. Наливаю себе стакан воды, залпом выпивая. Ставлю его на место, но в горле все равно сухо. - Банти, - начинает Рик, а я продолжаю идти к двери. - Нам нужно знать, что... - Ничего вам не нужно знать, - поворачиваю к ним голову, выхватывая нож. - Вы больше не будете терпеть меня. Бегу на второй этаж. Слышу звуки отодвигающихся стульев, топот двух пар ног. Я забегаю в ванную и успеваю захлопнуть и закрыть на замок дверь раньше, чем кто-то начинает колотить по ней. Задираю рукава свитера до локтя, смотря на свои запястья. Они покрыты глубокими темными шрамами, от которых мне никогда не избавиться. Я уже говорила, что у меня были большие проблемы раньше. Это отпечатки моего гнилого прошлого. - Банти, открой дверь, - произносит Карл. Никто больше не колотит в дверь. - Прошу, открой дверь. И на душе становится в разы хуже. Меня нашла эта группа, потом она нашла моих родителей. Я подружилась с Бэт, с Карлом, если общение с ним можно назвать дружбой. А сейчас меня просто не станет... Нет, мне все же еще тяжелее, когда я вспоминаю о родителях и Беллами. Поэтому я должна избавиться от этой тяжести. Моргаю, и слезы скатываются по щекам. Скапливаются в уголках губ, и я слизываю их, ощущая на языке соленый привкус. - Банти, - продолжает попытки достучаться до меня Карл, но я уже прикладываю нож к запястью, немного надавливая. - Банти, пожалуйста, не делай этого. - Я не могу, - голос ужасно дрожит, и я сомневаюсь, что он вообще разобрал мои слова. - Просто не могу. - Можешь. Я знаю, ты можешь. Просто убери нож и открой дверь, а потом мы все уладим. - Мне стало слишком паршиво, Карл. - Банти, - снова зовет он меня по имени, я плачу, громко всхлипывая. - Мы все уладим, обещаю. Выстрел. Замок трещит. Дверь медленно распахивается. Дергаюсь от неожиданности, а после чувствую жгучую резкую боль в запястье. Я случайно порезала себя. Отбрасываю нож и накрываю глубокий порез ладонью, пачкая пальцы в собственной крови. Смотрю на Карла. - Прости, - иду к нему. - Прости меня. - Ничего, - он обнимает меня одной рукой, а второй также накрывает порез. - Все в порядке, - мы выходим на улицу, и Карл ведет меня куда-то. Я чувствую, как вместе с кровью из меня вытекает жизнь. Становится все холоднее, я не могу пошевелить пальцами поврежденной руки. Но теперь в голове крутиться совсем другая мысль. Карл спас меня.