Метод кнута и пряника (An Approach of Carrot and Stick)

Джонатан прислонил лицо к окну, выдав удивленное «а-а-ах» на открывающийся вид школы. Единственный шпиль собора возвышался над заснеженной местностью, а мрачные зимние лучи слабо падали на фасад. Дио проигнорировал кузена, громко перевернул страницу, но вскоре Джонатан притянул его ближе, так что они оба могли видеть быстро приближающиеся учебное заведение с церковью. Школа в Чичестере официально не совсем школа, – Дио узнал, что администрация не брала учителей и учеников из трущоб, и взамен этого интернат существовал только на пожертвованиях – но было все то же образование в сочетании с углубленным изучением, что отличало ее от государственных школ. Еще будет время узнать об истории учебного заведения, а пока Джонатан изумленно смотрел на главный вход. В их старой церкви была парочка красивых витражей; у собора в Чичестере их дюжина – и еще немного. – Добро пожаловать, – произнес нараспев священнослужитель, когда двое слуг открыли двери. Еще четверо поспешили, чтобы взять багаж. – Мистеры Брандо и Джостар, я полагаю? – Да! – быстро кивнув, ответил Джонатан. Дио хмыкнул. – Очень хорошо. Меня зовут Отец Харкорт, я один из трех пребендариев этого собора. Граф написал, что вы приедете между десятым и двенадцатым числами. Я рад, что ваше путешествие, скорее всего, протекло гладко, – он извинился и пошел поговорить с кучером. Джонатан оглядывался налево и направо, вверх и вниз, изумленными глазами осматривал колоссальную церковь. Дио делал то же самое, но более сдержанно. Ему было бы отвратно выглядеть как слюнявая псина. – Он такой огромный, – пробормотал Джонатан. – Угу. Обычно Джонатан мирился с отсутствием энтузиазма у своего кузена. Но сейчас трепет заглушал все мысли. – Только посмотри, ты когда-нибудь видел подобное? Оно точно вдвое больше нашего дома. А эти окна! – он потянулся вверх, безуспешно пытаясь схватиться за фасад, и Дио фыркнул. – Конечно, я видел соборы больше этого. Я из Лондона, забыл? – он не посещал церкви, образование тогда у него было похуже, но это не значило, что храмов вообще не существовало. Джонатан раскрыл рот, только не успел ответить, прерванный приходом пребендария. – Слуги отнесут ваш багаж в хранилище. Декан сейчас занят, но он встретится с вами в ближайшее время. А пока, пожалуйста, проследуйте за мной в зал ожидания, – он повел мальчиков через вход, повернул влево и снова налево. Они шли прямо по главной лужайке, через монастырь и направились к школьным зданиям. Остановились в небольшом жилище, покрытым плющом, который позже открыл пребендарий. Это была заманчивая комната, скудная на мебель, но освещалась она полудюжиной свечей. – После вас. Священнослужитель пропустил вперед мальчиков. Джонатан пошел первым, а Дио последовал за ним. – Хорошо, – кивнул пребендарий. Он собирался уходить, но в последний момент обернулся. – А, небольшое предостережение. Пожалуйста, не ходите по школе, пока декан не встретится с вами, и не открывайте ни одной двери в этом доме. – Почему? – немедленно спросил Дио. Пребендарий только улыбнулся. – Считайте это ритуалом инициации. Затем он вышел, закрыл за собой дверь и предоставил мальчиков самих себе. – Дио, – тихо произнес Джонатан, – тебе правда не -- – Молчи, – подняв руку, прошипел Дио. Хотя это оскорбило младшего кузена, он послушно помалкивал. Как только пребендарий пропал из виду в витражном окне, Дио поднялся и попытался открыть дверь. Закрыта, конечно, и он сердито вздохнул. – Что ты делаешь? – поинтересовался Джонатан. Дио закатил глаза и отпустил дверную ручку. – Сам попробуй. Мальчишка так и сделал. – Ну, дверь закрыта, – подметил он и затем быстро вернулся в кресло. – И все? – настаивал Дио. – Тебя совсем не заботит, что нас запер в странном доме какой-то человек, которого мы совсем не знаем? Он может быть мошенником, подделкой, и этот вор сейчас крадет наши вещи. Ты в курсе, насколько легко получить одеяние викария? – Но он знал наши имена, – размышлял Джонатан. – Ага, он мог узнать, просто прочитав письма пребендария. – Зачем ему так изворачиваться, чтобы украсть наш багаж? Там нет ничего ценного. – Джоджо, – прорычал Дио, – одежда, которая сейчас на тебе, может прокормить семью на четыре месяца. – Не придумывай, – его тупица-кузен рассмеялся, – люди не едят одежду! К счастью, Джонатан быстро заметил вспышку гнева в глазах Дио, и, пускай не мог точно определить почему, он правильно сообразил, что частично был виноват в их трудном положении. Поэтому Джонатан поднял руки и умиротворенно улыбнулся. – Ты прав, конечно, – начал он. – Это было странно, что декан отправил пребендария, чтобы встретить нас, а затем приказал ждать отдельно от нашего багажа. Но предположим, что он говорил правду, и это просто такой обряд посвящения? Отец рассказывал, что эта школа любит средневековые традиции; может быть, это одна из них? Дио выдохнул, расслабил плечи и сел обратно на свое место. – Я немного погорячился. «Я думал о Лондоне», он не произнес, «и о том, как людей оставляли в дураках». Джонатан только шире усмехнулся, схватил печенье и предложил его другому мальчишке. Дио побрезговал, но все равно открыл рот и захрустел масляным песочным угощением. Джонатан, потягивая чай, взял и себе кусочек. После он облизал пальцы, а Дио вытер рот. – Ты тоже волнуешься, да? – наклонив голову, спросил Джонатан. – Не смеши, – проворчал Дио. – Прости, – добавил его кузен. – Я знаю, что отец отправил нас сюда из-за меня. Если тебе это так не нравится, ты можешь вернуться домой. Отец не просто так это сказал. Он человек слова, ты можешь верить ему. «Если бы», Дио очень хотелось сказать, «пришлось бы выбирать между одной глушью и другой, тем более, что твой отец заботится только о том, чтобы воспитать сыну пожизненного слугу, то я лучше бы позаботился о вашей смерти». – Я останусь, – произнес он вслух. – Как ты и говорил: мы кузены. Выражение лица мальчишки стало мягче, и Джонатан причудливо искривил губы. – Спасибо, – ответил он, легко похлопав Дио по руке. – Я благодарен, что ты здесь, но, конечно, не хочу, чтобы тебе тут было плохо. – Говори за себя, – пробормотал Дио. И так продолжилась беседа. Они говорили о вещах, по которым будут скучать и ждать с нетерпением, о книгах, которые хотели прочитать, и о слухах, которые слышали про школы-интернаты. В общем, та же болтовня, что Джонатан заводил во время поездки. Взгляд Дио постоянно метался по жилищу. Иногда он поглядывал в окно, затем на пустые книжные полки и комод. Несмотря на свечи и закуски на столе, больше не было доказательств, что в этой комнате кто-то жил. Ни холодильника, ни уборной, ни даже часов. Джонатан продолжил разговаривать, даже не заметив рассеянности Дио. Дио, в свою очередь, постоянно проверял свои карманные часы. Карета прибыла к соборному входу к четверти двенадцать. Сейчас было полдвенадцатого. Когда прозвенел церковный колокол, Джонатан остановился на половине речи. Дио глянул на него, наполовину ожидая, наполовину обвиняя. – Наверное, у декана много дел? – попытался выговорить мальчишка. Даже для его ушей оправдание звучало жалко. К этому моменту чай и печенье кончились. Джонатан, к ужасу своего старшего кузена, слизывал крошки. – Это нелепо, – произнес Дио, поднялся и попытался еще раз подергать дверную ручку. Когда стрелка показала на час дня, они так и оставались под замком. С рычанием он бросился на дверь, но та, конечно, не поддалась. – Дио! – воскликнул Джонатан. – Что ты делаешь?! Неужели ты не слышал Отца Харкорта – даже если бы дверь была открыта, нам нельзя тут шататься! – Кто захотел бы шататься по такому месту? – парировал мальчишка, в последний раз пнув дверь, а затем сел в кресло. Джонатан ныл по поводу правил, традиций и историй, которые слышал от одногодок, те еще тогда учились в интернате. Дио перестал слушать его, постоянно следил за временем. Он дал декану и пребендарию шанс появиться до двух часов пополудни. После этого воспользуется ножом, чтобы открыть дверь. Его планы пошли насмарку, когда Джонатан перестал говорить, щелкнул зубами и пристально посмотрел на пустую тарелку. Дио нахмурился. – Что теперь? – Ничего, – пропищал Джонатан. – Нет, что-то есть, – ответил Дио. Предположив худшее, развернулся и глянул в единственное окно. Но снаружи ничего не было, он повернулся обратно к своему кузену. Затем спросил немного тише. – Что случилось? – Ничего, – настаивал Джонатан. Он отказывался сотрудничать, поэтому Дио опять начал наблюдать за карманными часами. Тик-так, тик-так, шли стрелки. В двенадцать минут второго Джонатан кашлянул. Его лицо было до того красным, что он многозначительно скрестил ноги. – Дио, – прошептал Джонатан, не в силах посмотреть тому в глаза. Дио сложил два и два и скорчил гримасу. – О нет, – прорычал он. – Но ты уже сходил в гостинице! – Это было пять часов назад, – резко ответил Джонатан. Затем он тоже рявкнул и закрыл лицо руками. – Только не говори им. Боже, это так ужасно! – Тебе почти пятнадцать, – проворчал Дио. – Не в состоянии потерпеть? Ты, наверное, выпил три четверти всего чая! – Не ори, пожалуйста, – взмолился Джонатан, зажав уши и крепко закрыв глаза. У Дио заболела голова. Он убрал часы, поднялся на ноги и резким движением раскрыл нож. Приступил к работе, разделываясь с дверной ручкой, и, когда Джонатан наконец посмотрел в его сторону, Дио уже на полпути, чтобы разобраться с главным болтом. – Дио! – выкрикнул мальчишка, вскочив с кресла. – Что ты делаешь?! – А не понятно? – спросил Дио и продолжил разбираться с дверью. – Я хотел подождать еще час, но раз ты ведешь себя как несдержанный ребенок… – Все не так…! – почти провопил Джонатан. Он попытался вырвать нож из рук кузена. Дио, приподняв брови, стукнул его. – Я могу подождать еще час, – начал он. – Да. Да -- пожалуйста. – Но сомневаюсь, что ты сможешь. – Смогу! – настоял Джонатан. Его поза говорила совсем о другом. Дио нахмурился во второй раз. – С трудом верится, что ты продержишься, если останешься здесь, – он замолчал, обдумывая ситуацию, и пришел к очевидному выводу. – Только если -- ты знаешь что-то, чего не знаю я? Поэтому ты такой послушный? Джонатан моргнул. – Эм, – интеллигентно начал мальчишка, – что? Дио закатил глаза уже в который раз, бормоча «черт с ним» под нос. Ему понадобилось меньше минуты, чтобы разобраться с последней защелкой, и дверь открылась. – Дио! – прошипел Джонатан, но его все равно потащили через школьные здания, центральный газон и в собор. Слева, конечно же, был туалет. Он толкнул своего бесполезного младшего кузена внутрь, игнорируя жалобы, и громко хлопнул дверью. – Боже, – тихо выругался Дио, – что за идиот. Вскоре Джонатан закончил, вышел и выглядел куда более спокойным. Его щеки были слегка розовыми, и он застенчиво улыбнулся. – Еще раз спасибо, – промычал мальчишка и позволил вести себя обратно в жилище. Они не успели дойти до ворот, когда столкнулись с пребендарием и его спутником, который, безусловно был деканом. Мальчишки замерли, а Дио сильнее сжал хватку. – Добрый день, – кивнув головой, поприветствовал их декан. – Добрый день, сэр! – быстро ответил Джонатан. Дио неохотно повторил за ним. – Вы, должно быть, мистер Джостар. А вы мистер Брандо, верно? – мальчишки кивнули. – Хорошо. Меня зовут Ричард Оуэн, я декан. Мистер Джостар, не пугайтесь; мистер Брандо, я советую вам сохранить это выражение. Но вам не следует беспокоиться. – Даже если мы ослушались? – спросил Джонатан. – А, это, как говорил Отец Харкорт, инициация. Проверка характера, так сказать. – И мы не провалились? – Провалились? Господи, нет! – рассмеялся декан, похлопав их по плечам. – Дорогой Отец Харкорт, что вы сказали этим бедным мальчикам? – Это вы проинструктировали меня заставить их принять тест всерьез, – заявил пребендарий. – Да, да, – вздохнул декан. – Постойте, – вмешался Дио, нахмурив брови. – Мы провели полтора часа в коттедже – и это был тест? – И мы с блеском прошли его? – добавил Джонатан. – Ну, это не тот тип теста, который можно пройти или провалить. Как я и говорил, это прежде всего проверка характера. Несмотря на то, что вы выросли под опекой графа, ясно, что немного отличаетесь друг от друга – совершенно нормальный случай, могу сказать, – он хлопнул в ладони, и двое мальчиков прошли через ворота. – А теперь, как вы поняли, у школы есть множество традиций. Одно из последних новшеств – разделение на классы. Правой рукой он указал на Дио. – Мистер Дио Брандо, вы продемонстрировали решительность, которая является неоценимой чертой лидера, ваше место в классе Йорков. Дио ошеломленно уставился на то, как на лацкан ему прикрепили герб белой розы. – И, мистер Джонатан Джостар, ваша сила воли и дух товарищества помогут вам на поле боя, поэтому я посвящаю вас в класс Ланкастеров. Джонатан, разумеется, светился от счастья, улыбаясь до ушей, когда к нему прикрепили герб красной розы. – Одной из традиций, которая существует в нашей школе, является наставничество между учениками. Вы оба поступили в середине третьего года, поэтому я решил, что лучше ровесники познакомят вас с классами и зданиями, чем старшеклассники. Отец Харкорт порекомендовал – эти двое мальчиков тоже кузены – мистера Донагана из Йорков, он будет наставником мистера Брандо, и мистер Кросс из Ланкастеров – для мистера Джостара. – Привет, – представился Кросс, отступил назад и поднял руку. – Похоже, я буду показывать тебе окрестности. – Я буду под твоим началом, – дрожа от переполняющей энергии, искренне ответил Джонатан. Дио обменялся куда более холодным приветствием со своим наставником. – Очень хорошо! – заключил декан, хлопнув в ладоши. – Мистеры Донаган и Кросс чрезвычайно перспективные ученики в своих классах, но если у вас возникнут вопросы, то не стесняйтесь спрашивать Отца Харкорта или меня – или других учителей, коли на то пойдет. А сейчас я должен написать графу, что вы приехали и поступили, но надеюсь увидеть вас в обеденном зале. Он ушел вместе с пребендарием, оставив четырех мальчиков на стыке между церковью и школой. – Кросс, – обратился Донаган. В его тоне слышалась знакомая острота, с которой Дио был хорошо знаком. – Да? – Давай здесь разделимся. С остальным могут справиться учителя. – Хм-м-м, хорошая идея, – ответил Кросс, резво соглашаясь. – Пошли, Джостар. Он позвал мальчишку и схватил его за руку, потянув влево. – А, хорошо! Увидимся, Дио! – произнес Джонатан и пошел следом. – Ты тоже, Брандо, – добавил Донаган и тыкнул пальцем в противоположную сторону. – Первая неделя на мне, но потом ты сам по себе. – Мне не нужна твоя помощь, – выплюнул Дио, он был слишком зол и загружен, чтобы следить за собой. Но другой мальчишка только рассмеялся, грубо толкнув его. – Ага, и я не хочу ее давать. Но правила есть правила, а традиции остаются традициями. А теперь пошли. Нам нужно закончить экскурсию до ужина.