Метод кнута и пряника (An Approach of Carrot and Stick)

В те месяцы, когда он спал один (дни, которые пугали и тянулись бесконечно, но продолжались и были лишь мелочью в великой схеме вещей, а через полгода закончились очень удачно), Дио будет скучать по этому. Мокрым спутанным конечностям и легким разговорам, целомудренным поцелуям и мягким прикосновениям в моменты тишины, и как они засыпали под одним одеялом. Это, к сожалению, не была идиллия, особенно когда Джонатан не унимал свой хохот, несмотря на степень возбуждения, и научился обращаться со своим языком так, что у Дио из глаз сыпались искры. – Я очень удивился, – сползли с губ слова, когда они свернулись рядом друг с другом. – Чему? – Что ты отдал эту способность. – Оу, ну, она полезна только в бою с нежитью, поэтому, – пожал плечами Джонатан, – не думаю, что буду встречаться с ней часто. Мистер Цеппели многое отдал, чтобы найти маску, я не мог позволить ему погибнуть. – И у тебя совсем ничего не осталось? – М? Чуть-чуть. Джонатан повернулся к нему лицом, вытянув руки из-под Дио, и прижал ладонь к голой груди кузена. – Что ты… – Дио прервала наполнявшая его теплота, которая исходила от пальцев Джонатана. – Вот, – произнес, убрал ладонь и поцеловал ключицу кузена. – …Что ты сделал? – Дио почувствовал покалывание в теле. – Я отдал тебе оставшуюся часть Хамона. Совсем немного, и я не знаю, сможешь ли ты ею воспользоваться. – Тогда…? – Ну, я это планировал, – неудачно объяснил Джонатан. – После того, как мы победили Джека Потрошителя. – Что? – Отдать тебе часть Хамона. – И я не могу его использовать. – Да, – вновь пожал плечами Джонатан, – но все мое – твое. Кузен по-своему испытывал тревогу. Дио рассмеялся, ущипнул того за щеку, и они оба расхохотались, перекатываясь по кровати, пока чуть не упали на пол. Джонатан с визгом притянул его к себе, а Дио схватился за одеяло. – Нужно…? – Нет, все нормально, – потряс головой Дио, прежде чем положил подбородок на плечо кузена. Удивительно, насколько быстро тот приспосабливался. Хотя Дио нуждался в физической привязанности больше Джонатана, разница между ними была не так велика. Джонатан вздохнул, гладя влажные золотистые волосы. - Утром восьмого числа, за день до свадьбы Уилкокса, Дио выставил первый кусок головоломки. – Джоджо, – сказал за завтраком, – пообещай мне кое-что. – Зачем? – спросил Джонатан, рот предсказуемо забит едой. Он прожевался, проглотил пищу, отпил из стакана с водой и прочистил горло. – Какое обещание? – Не знаю, – соврал Дио. – Ну, если ты не знаешь, то как я могу его выполнить? – Обещание обещания, если так понятнее будет. Я сделаю так же. – Обещание обещания? – нахмурившись, повторил Джонатан. – Что-то вроде обета. – Хорошо, – согласился Джонатан, несомненно желая угодить. – Так что -- – Я попрошу тебя, а ты сделаешь все, чтобы это осуществить. Я пообещаю сделать то же самое на одну из твоих просьб, разумеется. – Тогда это желание. – Нет, – Дио был непреклонен, – не желание. Обещание. Просьба должна быть осуществима. – Ох, Дио, – поддразнил Джонатан, – иногда я забываю, что ты адвокат. – Ага, – поцеловал кузена, отправляясь на работу. – Зато окружающие точно не забудут тебя и твою археологию. Его план заключался в следующем: на свадьбе заставить Джонатана потанцевать с женщиной. Там будет Кенсингтон, поэтому подыскать девушку не составит труда. Нужна особа с низким рангом, как, например, вторая дочь барона – ту, которая будет очень непривередлива… к браку. А обещание он использует, чтобы Джонатан женился на женщине. У кузена появится жена и, в свое время, наследник. Это самый лучший подарок, который Дио может дать на двадцать первый день рождения. Джонатан, вероятно, закатит истерику и откажется от первого предложения, но вскоре увидит светлые стороны. – Брандо! – поприветствовал коллега, и они обменялись рукопожатиям. – Уже вернулся? Как провел время на побережье? – Довольно неплохо. Добавилось бумажной работы? – Ох, это только первая пачка! Кстати, босс хотел переговорить с тобой… - Как все, что делала семья Уилкокса, свадьба их наследника оказалась зрелищной. Статус невесты, которая была единственной дочерью столь же огромного судового магната, значительно помог ускорить процесс. Часть центрального района Лондона оцепили, а само торжество проходило на крейсере, который чудесным образом плыл по Темзе. Пригласили всех, кто имел хоть какой-нибудь титул, и, судя по слухам, Уилкоксы потратили больше денег на свадьбу, чем Королева для своей любимой дочери! – Господи, – воскликнул Пайрс, когда их маленькая группа заглянула за борт корабля, – я никогда не видел настолько чистую воду. – Перенаправили канализационные коллекторы, – предположил Спидвагон. – Я вижу дно реки! – выкрикнул Джонатан, опасно наклоняясь через перила. – Не надо, – фыркнул Дио и притянул его обратно. – Хочешь свалиться? – Это, пожалуй, единственная возможность поплавать в реке и выжить, чтобы потом похвастаться, – выдохнул Пайрс. Затем удручающе кинул взгляд на танцующие пары. – Ох, Джейн будет в ярости, ведь я не пригласил ее… – К слову, где мисс Мюррей? – спросил Джонатан, забрав очередной бокал шампанского у официанта. – Разве она не получила приглашение? – По-моему, она на раскопках, – скривился Пайрс. – Не представляю, как люди могут получать от такого удовольствие. – Откуда у вас приглашение? – поинтересовался Дио, кивнув на Спидвагона. – Я отослал, конечно же, – ответил Джонатан. – Я бы пригласил мистера Цеппели, но -- – Он уже уехал в Италию, – драматично всхлипнул Спидвагон. – Мистер Цеппели? – поднял брови Пайрс. – Кто это? – Итальянец, о котором нам рассказала мисс Мюррей. – Чего? – Это длинная история, – отрезал Дио. – Джостар! Брандо! – позвал с другой стороны борта Уэбб. Вторая невеста повисла у него на руке, и они скользнули в направлении компании. – Уэбб! Это была чудесная речь! – поздравил Джонатан, похлопав того по спине. – Спасибо! Эй, дорогая, – поцеловал в щеку девушку, – ты не против поговорить с теми джентльменами? Мне нужно кое-что обсудить с Джостаром. Дио приподнял бровь, но Джонатан быстро утихомирил его шокированным взглядом. – Конечно, дорогой, – выдохнула она, отпустила руку и направилась к столу с шампанским. Когда разговор естественно перетек к предстоящей свадьбе шафера, Дио заметил, что Джонатан отошел с Уэббом. Самое удивительное, Уилкокс умудрился покинуть центр торжества с ловкой отговоркой, позволив невесте потанцевать с родственниками. Хотя он пожимал руки и целовал запястья, с легкостью стал частью толпы и добрался до двух приятелей. Невозможно разобрать о чем они говорили. Все началось достаточно приятно, но быстро обострилось, вынуждая Джонатана встать между Уэббом и Уилкоксом. Дио быстро извинился и подкрался к ним. – -- обещал, что поможешь! – Ты тоже ничего не сделал! – Так он и не просил меня! – И мы должны просто оставить его на растерзание? – Он сам согласился! – Что происходит? – вмешался Дио, когда пальцы шафера все еще сжимали отвороты пиджака жениха. – Дио! – воскликнул Джонатан, чуть не упав за борт. Его лицо было ярко-красного цвета. Уэбб убрал руки и обменялся хитрой улыбкой с Уилкоксом. – Оу, – косо посмотрел Уилкокс. – Именно, оу, – добавил Уэбб. – Полагаю, с поздравлениями закончили? – Как говорится, яблоко от -- – Дорогой, где ты был? – перекричала всех невеста Уилкокса. – Перестаньте. Уилкокс, еще раз поздравляю. Уэбб, оставь это на меня. Я виноват, и ты прав – сам попросил. Дио, – Джонатан схватил кузена за руку, направляя их к столу, – пойдем. – Неужели ты думаешь, – спросил Дио, позволив утянуть себя, – что я просто проигнорирую это? – Позже объясню, – потер виски Джонатан. – Наш отец состоял в Индийском национальном конгрессе, помнишь? – Да, – смутно всплывали воспоминания. – Ну, отец Уилкокса тоже там. И, судя по всему -- – Джостар, посмотри на те дымовые трубы, – позвал Пайрс. – С вами все в порядке? – спросил Джонатан, обращаясь к Спидвагону. – Прекрасно! – приложив руку к лбу, настоял тот. – Я просто -- ну, такое мероприятие -- ох! Но я очень благодарен за приглашение, мистер Джостар! – А я благодарен за вашу помощь, – ответил Джонатан. За другим столом он увидел, как Дио ушел с Кенсингтоном, и сразу же успокоился. Затем повернулся к своему другу. – Знаете, я себя также чувствую. Понятия не имею что делать. – Джостар, – выдохнул Пайрс и похлопал его по плечу, – ты мужчина. И ты приглашаешь дам на танец. Вот, позволь продемонстрирую. Джонатан и Спидвагон наблюдали, как Пайрс подошел к компании пожилых женщин. – Ох, Спидвагон. Вы не против… что я отойду ненадолго? – сказал Джонатан после небольшой тишины. – Нет, – приглушенно ответил Спидвагон, думая, что тот пошел в уборную, – совсем не возражаю, мистер Джостар. – Вы тут один справитесь? – Разумеется! Джонатан выдавил улыбку, которая не достигла его глаз, и быстро поспешил прочь. - – Дочь барона? – уточнил Кенсингтон. – Да, – кивнул Дио. – Поразмыслив, я решил, что такая подойдет лучше всего. – Как скажешь… – Кенсингтон просматривал толпу гостей, ища нужную женщину. Издал удивленный возглас, схватил Дио за плечи и развернул его к бальному этажу. – Похоже, твой кузен сам прекрасно справляется. Хорошо, что Кенсингтон держал его, пронеслось в мыслях Дио. Он бы не упал в обморок, о нет, но точно бы закатил сцену. Потому что среди других пар, кружась и вертясь, словно ребенок, был сам Джонатан Джостар. Дио резко выдохнул, пытаясь успокоить себя. – Кто это? – спросил он. Если Кенсингтон заметил напряжение в его голосе, то разумно воздержался от комментариев. – Вау, просто вау, – качая головой, просвистел капитан. – Твой кузен умеет выбирать дам. – Кто она? Несмотря на обильный опыт мероприятий и изучение каталогов, Дио совсем не узнал женщину. Но ее волосы, – чертовы золотистые волосы – ее ладонь в руке Джонатана и их танец… – Констанция Донаган. Даже имени достаточно, чтобы Дио отвел взгляд от кузена. – Что? – Она почти всю жизнь провела в монастыре, насколько я знаю. И, похоже, ее привели обратно. Из-за исчезновения брата и все такое. Теперь контекст разговора Уэбба и Уилкокса расставил все по местам. – Она дочь эрла, – продолжил Кенсингтон. – Судя по слухам, довольно грамотная. Но свободная. Пока что. - – Мы никогда не встречались, – объяснил Уэбб, когда Дио выплевал правду своим бывшим одноклассникам. – А суть в том, – скривился Уилкокс, – что мать Донагана умерла во время родов. – Значит, она его сводная сестра? – Ага. И, к тому же, ее мать умерла во время ее родов, поэтому девочку отправили жить в монастырь. – Сомневаюсь, что Донаган вообще помнит о ней, – размышлял Уэбб. – Он точно никогда не упоминал ее! – Ну, я знаю, что с ней связались, когда нас признали погибшими. Помнишь, – усмехнулся Уэбб, – как твой дядя готов был принять наследство? – И когда мужа твоей сестры собирались усыновить? – парировал Уилкокс. – Почему, – перебил Дио, – она танцует с моим кузеном? Уэбб c Уилкоксом были взрослыми и одетыми с иголочками джентльменами, но в этот момент чуть не упали на пол со смеха. Дио хмурился, пересекаясь с ними взглядами, и ждал. – Сожалею, Брандо. – Да, прости. – Просто -- вот только что, – они удивленно переглянулись, – ты выглядел как Донаган! – Столько ревности! – Как он готов был поставить крест на всем, когда узнал, что Кросс занят*! Они пожали друг другу руки и еще немного посмеялись. Дио с трудом держался, чтобы не смотреть. Джонатан и светловолосая девка уже исполнили три танца. Хотя ни кузен, ни она не выглядели счастливыми, они не собирались останавливаться. Дио заметил, как пальцы задергались, и хотел провалиться под землю, потому что Ван Чан мертв. – Сожалею, Брандо, – повторил Уилкокс и постучал себя по груди, чтобы схватить ртом воздух. – Мне стало легче. В любом случае -- – Мы не знаем официальную причину -- – Что-то насчет Индийского национального конгресса, – пробормотал Дио. – Да, типа того. Но реальная причина куда проще: деньги, – Уилкокс посмотрел на Уэбба. – Его дочь не в порядке наследования, поэтому эрл планирует сделать то же самое, что и родители Уэбба: усыновить мужа своей дочери, чтобы он все унаследовал. А Дио… что же, он потерял дар речи от абсурдности ситуации. – Кроме того, – продолжил Уэбб, – лорд Донаган желает забрать себе собственность Кросса. – Но если он дядя Кросса -- – Нет, нет. Матери Кросса и Донагана были кузинами. – Ясно. – Расслабься, Брандо, – упрекнул Уэбб, положив руку ему на плечо. – Они красивая пара, не так ли? – добавил Уилкокс. Интересно, они издевались над ним? – Да, чудесная, – улыбка наползла на губы Дио. - Как только они оказались в карете, направляющейся на Фицрой-Сквер, Джонатан начал оправдываться. – Я хотел рассказать тебе раньше. Дио сохранял молчание. – Это все представитель Индийского национального конгресса. Человек, которого рекомендовал отец, сохранил свое место, и именно поэтому в голосовании выиграли низкие тарифы. Но их приняли только потому, что Донагану не удалось договориться на маршрут через Мандви, а это значило, что Бомбей... – он запутался в словах и сглотнул. Стук копыт и колес о булыжники заполнял тишину. – Дио. Это означает, что первую прибыль я получил -- получил через смерть друга. Дио повернул голову к окну. По крайней мере, они почти на месте. – Я хотел признать себя виновным на суде, – выдавил Джонатан. Потому что, конечно же, там был суд, который кузен каким-то образом скрыл от него. – Но тогда эрл – то есть, отец Донагана – узнал, что я не женат, так что он -- Джонатан сразу же замолчал, когда экипаж остановился. Дио отклонился от протянутого стула, пока его кузен выкарабкивался, чтобы оплатить проезд. Потом они неслись по шести лестничным пролетам, а Джонатан настойчиво продолжал свою речь. – Он объяснил мне ситуацию. Как потерял двух жен во время родов и не хотел терять третью. Как его единственный сын умер, а Кросс был вторым наследником. Дио, ты должен понять! Разве не видел такие же дела? Действительно, даже если наследники мужского пола были несовершеннолетними, вдове редко доставалось имение – не говоря уже о дочери из монастыря! Но Дио ничего не сказал, просто открыл дверь в их квартиру. – Это… это способ загладить вину. Отвращение, должно быть, поднялось от груди к лицу, потому что Джонатан посмотрел на него и горько рассмеялся. – Возможно, тогда ты оказался прав. Насчет любви и привязанности за пределами положений в обществе, – слышалось от кузена-идеалиста. Джонатан сморгнул слезы, прижимаясь спиной к стене в гостиной. Он сделал глубокий вздох, прежде чем признался. – Эрл рассказал о моих родителях. Как -- как они встретились при подобных обстоятельствах. Деньги моей мамы помогли отцу восстановить маршрут от Гибралтар до… Он остановился и с болезненным видом упал на диван. Дио должен выразить сочувствие. – Наверное, он научился любить ее, – продолжал Джонатан. – Потому что никогда больше не женился и всегда так высоко отзывался о ней. – Ты планируешь сделать то же самое? – наконец отыскав голос, спросил Дио. – Научишься любить ее? – Как? – прижимая руку к лицу, ответил Джонатан. – Я люблю тебя. Он должен чувствовать уверенность. Он должен поддержать. Он должен поцеловать его. Но в тот момент перед глазами стояла картина: Джонатан стоял у алтаря с этой проклятой женщиной, и Дио рядом в качестве шафера. Дио ворвался в свою комнату, запер дверь, скинул костюм-тройку и бросился на кровать. То, что он смог за ночь немного отдохнуть, было удивительно. _____________________________________________________ * «…он готов был поставить крест на всем, когда узнал, что Кросс занят…» – небольшая игра слов на английском, в оригинале: «How cross he was upon learning Cross was to be taken!». Be cross – злиться, сердиться; Cross – понятно, что имя Кросс, но также означает «крест».