Королева Средиземья

Ваше сердце знает путь. Бегите в этом направлении. Руми

В Хельмовой Пади все еще было полно орков. Люди дрались и изо всех сил старались удерживать свои позиции. Хоббиты решили на время уйти в зал: они были ранены и к тому же устали, поэтому легли спать на полу. Теоден позволил им отдохнуть, так как был благодарен им за то, что они отчаянно сражались с орками. — Арагорн! — крикнул Эомер, войдя в зал через заднюю дверь. Орки в то время пытались выломать дверь тараном. — Нужно что-то делать! Они почти взяли Хельмову Падь, держатся лишь несколько сотен наших солдат! — Мы должны выехать и встретить врагов, — сказал странник, глядя на Теодена. — Берите лошадей и поезжайте за мной! — крикнул он через зал. — Мы больше не можем защищать крепость, так сделаем же это! Эомер кивнул. Обрадованные, люди подскочили, а он вышел через заднюю дверь и стал выводить всех лошадей, которые находились внутри. — Мерри, Пиппин, Сэм, Фродо! — Арагорн принялся будить хоббитов. — Нужна ваша помощь! Вы маленькие и умеете незаметно пробираться сквозь толпу. Пожалуйста, поищите раненых и незаметно отведите их в пещеры. Уведите их подальше отсюда в Гондор. Они могут укрыться в замке: это последнее безопасное место в Средиземье. Фродо медленно приоткрыл глаза. Его руки и ноги болели после битвы. — Арагорн! — вскрикнул полурослик, хватая его за руку. — А ты? Странник посмотрел на друга успокаивающе. — Посмотрим, — сказал он и повернулся к остальным хоббитам, которые уставились на него. — Вы сможете сделать это! — он с гордостью улыбнулся им, а затем отправился к людям, которые уже оседлали лошадей и ждали его. Дверь открылась, перед входом стояло множество орков. Люди принялись прокладывать себе путь сквозь толпу, размахивая мечами. Леголас увидел, как они покидают главный зал вместе с лошадьми, и вскочил на своего коня, забрав Гимли с собой. Фарамир и Боромир все еще обороняли пробитую в стене дыру, мимо них проносились тысячи орков. Остальные солдаты Гондора защищали земли Хельмовой Пади. Халдир и большинство эльфов все еще стояли на стене; в сражении они двигались так, будто кружились в танце. При взгляде на них могло показаться, что битва только что началась, а не длится уже целую ночь. Проносясь по мосту, всадники отрубали головы сотням орков, но твари продолжали наступать. — Их слишком много, — обеспокоенно заметил Фарамир, тяжело дыша. — Мы больше не можем сдерживать их! — Я знаю, — ответил Боромир, проткнув мечом горло очередного урук-хая. — Нужно отступать! — крикнул младший из братьев. — Это же самоубийство! — А как же дети и женщины? — к ним прибежал Леголас. — Мы будем биться до конца, чтобы они выжили! — А наши люди? — ответил Фарамир. — Я не смогу жить, если пожертвую кем угодно из воинов Минас Тирита. Что, если начнется еще одна война, а сражаться будет некому? Смеркалось. Во время атаки Арагорна сбросили с коня. Теперь он шел пешком, как и большинство людей: все они были также сброшены с лошадей, или же животные были убиты. Дунэдайн снова сражался на земле, как вдруг услышал рев позади. Он обернулся: перед ним стоял тролль, одетый в доспехи. Огромным мечом он ударил странника. Арагорн успел заблокировать удар, но сдерживать натиск было трудно, под давлением его руки дрожали. Тролль схватил его за голову и швырнул прочь; Арагорн пролетел над полем битвы и со стуком упал. — АРАГОРН! — Леголас видел, что произошло, и пытался добраться до друга, но не смог. Фарамир и Боромир, поглядев друг на друга, кивнули: нужно искать другое решение, чтобы их не убили прямо сейчас. — Назад! — крикнул Фарамир своим людям, и те побежали в крепость. — Назад, отступайте! Сейчас же! Арагорн лежал на земле и видел, как тролль шел к нему. К нему все еще пытался пройти Леголас, но путь ему преграждали орки. Дунэдайн поднялся на ноги и потянулся к мечу, но тролль настиг его раньше. Подняв ногу, он наступил Арагорну на грудь, вдавливая того в землю. Мужчина чувствовал, как воздух покидает легкие, и попытался освободиться, вонзая нож в ногу тролля. В толпе бежал Фарамир, предупреждая людей о происходящем, как вдруг орк прямо перед ним в страхе обернулся и устремил взгляд на восток. Гондорец остановился и увидел, что и другие орки смотрят в том же направлении. Они остановились и не делали ничего, просто стояли и смотрели. Арагорну удалось высвободиться из-под ноги тролля, когда тот так же повернулся на восток. Странник встал и изумленно осмотрелся вокруг: орки, урук-хаи глядели на восток огромными от ужаса глазами. Мужчина посмотрел туда же, но ничего не увидел. Это показалось ему довольно странным. — Что сейчас случилось? — Боромир подошел к Арагорну. Он был также удивлен. — Не знаю, — признался странник. Подойдя к лошади, которая беспокойно подпрыгивала, он угомонил ее. — Вот! — сказал он Эомеру, который был поблизости. — Я поищу Брего, может, он еще жив. Тогда я подъеду к вам позже. Отыскав своего коня, дунэдайн поехал на восток и догнал Теодена, Эомера и еще нескольких людей, стоявших на краю леса. Леголас и Гимли тоже сидели на лошади, а Фродо и Сэм, которые искали раненых и последовали за остальными, заметив, что происходит что-то странное, стояли рядом с ними. Все напряженно всматривались в лес. — Орки бежали среди деревьев и кричали, — пояснил Леголас. — Я думаю, что энты пробудились и пришли сюда закончить битву. — Энты? Их не будили еще со времен законных правителей, — удивленно сказал Арагорн, всматриваясь в лес. По телу разливалось чувство облегчения, но он все еще не знал, как стоит воспринимать происходящее. Несмотря ни на что, все это беспокоило его. Что-то было не так. Он развернулся и поскакал назад. — Гермиона! — позвал он, пронесшись по недавнему полю битвы. — Гарри! Рон! На земле лежали тысячи трупов, отовсюду раздавались крики раненых солдат. Когда остальные вернулись в Хельмову Падь, Арагорн вновь созвал людей. — Фарамир, Боромир! Возьмите Сэма, Фродо и ваших солдат, которые еще живы, найдите раненых и заберите женщин и детей. Отвезите их в замок Гондора. — Что делать с мертвыми? — спросил Боромир. — Похороните их, как подобает. Сожгите тела, но делайте это быстро: мы не знаем, будут ли еще нападения. Мужчины кивнули и отправились выполнять то, что сказал Арагорн. Дунэдайн продолжил поиски, но молодые волшебники словно исчезли из крепости. Вместо них он увидел светловолосого эльфа, который направлялся к нему. — Халдир! Спасибо, что бился вместе с нами. Не знаю, что бы мы делали без тебя, — произнес Арагорн, положив руку на плечо Халдира. — Идите домой. Сегодня вы все отлично сразились. Он оглядел остальных эльфов, собравшихся вокруг них. Халдир с уважением кивнул и отдал своим сородичам приказ уходить, но перед тем, как уйти самому, еще раз повернулся к Арагорну и сказал: — Ее здесь нет. Наверняка она покинула Хельмову Падь. Дунэдайн стоял озадаченный и со стены смотрел, как эльфы уходят на север, обратно в Лориэн. Куда бы она ушла в самом разгаре битвы? Он надеялся, что его подозрения не оправдаются, и все же должен был выяснить это. С решительным выражением лица он повернулся к людям, стоящим рядом с ним: — Некоторые из вас поедут со мной в Изенгард. Мы своими глазами посмотрим, что там произошло! — Но что, если маги еще живы? — взволнованно спросил Гимли. — Тогда вы двое, — Арагорн указал на Пиппина и Мерри, — поедете в Гондор и предупредите всех людей там, а мы сразимся с магами. Он повернулся и скрылся в лесу, боясь худшего, но в то же время надеясь на лучшее. Эомер, Теоден, Леголас, Гимли и двое хоббитов последовали за ним вместе с небольшой группой роханцев.

***

— Куда мы летим? — спросил Гарри Гермиону. Он сидел впереди нее на орле. Девушка отказалась снова лететь на птице одна, потому что очень боялась летать. — В замок моих родителей, — ответила она печально. Она не знала, что какие чувства испытает, когда вновь увидит свой родной дом. — Не стоит ли нам помочь другим в битве с орками? — волшебник повернулся к подруге и встретил ее озадаченный взгляд. — Орки отступят, когда поймут, что их повелители мертвы, — ответила Гермиона. — Маги отдавали им приказы мысленно, но теперь орки не слышат их указаний и поэтому не будут сражаться. Когда Гермиона и ее друзья одержали верх над магами, наступили сумерки. Орлы дрались с остальными орками и не улетели, пока не уничтожили всех и не разрушили башню и ее окрестности. Было темно, когда трое волшебников покинули Изенгард на спинах орлов; они летели, вдыхая прохладный ночной воздух. Позади взорвалась башня. Орлы нашли в шахтах взрывчатку и использовали ее, чтобы разрушить все, что не смыла вода. Гермиона обхватила Гарри крепче, когда орел затрясся в воздухе. — Мы сделали это, Гермиона! — внезапно выкрикнул друг. Казалось, он вышел из состояния шока и теперь ощущал адреналин в крови. — Маги мертвы! — он рассмеялся. — Людям больше нечего бояться! Ты сможешь стать их королевой, и тогда все будет просто прекрасно! Гермиона молча покачала головой. Она понимала, что Гарри вел себя слишком эмоционально, потому что все еще переживал случившееся. Одно она знала наверняка: она не будет королевой Средиземья. Когда ведьма вновь проснулась, солнце вставало. Впереди храпел Гарри. Она огляделась и увидела, что они пролетели над последней горной вершиной, покрытой снегом. Рассвело. Теперь они пересекали Пиннат Гелин, живописные зеленые холмы, а на горизонте виднелось море. Анфалас! — подумала девушка, и ее сердце забилось быстрее. Когда они подлетели ближе к берегу, она хлопнула Гарри по спине. — Что? — проворчал он и зевнул. — Что это? Ответа ждать не пришлось. Открыв глаза, волшебник увидел море и последний из холмов Пиннат Гелин, на котором и был расположен замок, не похожий ни на какой другой замок на Земле. Это было огромное здание с как минимум пятью башнями, выстроенное в прекрасном архитектурном стиле. Оно было выше любого небоскреба или башни, которые он видел на Земле; даже башня магов была не такой высокой. Площадь, которую занимал этот замок, могла сравниться по величине с небольшим городком. Мимо протекала река и впадала в море. — Ого! — в неверии воскликнул Гарри, пока орел пролетал над замком. За всю жизнь юноша не видел ничего подобного; этот замок напомнил ему сказочный дворец. Рон тоже увидел замок и ошеломленно взглянул на Гермиону. — И здесь ты выросла? — спросил он с широко раскрытыми глазами. Ведьма только с грустью кивнула, держась за Гарри, когда птицы стали снижаться. Она не хотела возвращаться сюда, но знала, что должна войти, чтобы вернуться домой.

***

Группа людей пересекала лес всю ночь. Повсюду валялись трупы орков; было понятно, что кто-то из обитателей этого леса убил их. Хоббиты и Гимли обеспокоенно оглядывались, слыша странные звуки, похожие больше на громкий скрежет. Звук исходил от деревьев. Леголас не сдержал легкой ухмылки. — Кажется, вы услышали голоса энтов, — сказал он мягко. — Они так общаются. — Они и вправду пробудились, — прошептал Арагорн, не веря в происходящее. Это напомнило ему о давно ушедших днях, когда он сражался вместе с законными правителями. — Не бойтесь, они вас не тронут, — успокоил он полуросликов и гнома. — Ну да… Но они поубивали орков, — Гимли шумно выдохнул и еще раз в тревоге оглянулся. Достигнув Изенгарда, всадники чуть не попадали с лошадей: они ожидали увидеть что угодно, кроме этого. Все было разрушено, а территория — затоплена. Механизмы, которые маги использовали для создания оружия, были уничтожены, но больше всего людей поразило то, что башня исчезла. Они изумленно рассматривали открывшееся зрелище. Что случилось? Это все — дело рук магов? Или же Гермиона, Гарри и Рон победили их? — Что произошло? Здесь такой бардак, — произнес Гимли после нескольких мгновений тишины. — Башня магов пропала, — ответил Арагорн в неверии. — А может, они так пытаются заманить нас в ловушку, — заявил Гимли. При этих словах руки Леголаса потянулись к луку и стрелам на случай, если маги все же атакуют их. Все смотрели на то место, где раньше была башня, и потому не заметили того, что увидел Пиппин. Они сидел на коне позади Арагорна, и взгляд его был сосредоточен на каком-то предмете, плавающем в воде. — Где же Морвен с друзьями? — спросил Теоден с тревогой. Арагорн ответил ему таким же обеспокоенным взглядом: он и сам задался этим вопросом. В тот момент Пиппин соскочил с коня в воду и неуклюже потащился к тому, что привлекло его внимание. — Пиппин! — крикнул Арагорн. — Здесь очень опасно! — добавил Гимли с раздражением. Хоббит схватил плавающий в воде кусок ткани и ошеломленно уставился на него. Он надеялся, что произошла ошибка. — Это ее кошелек, — Пиппин печально вздохнул и встал. Гимли смотрел на Арагорна с беспокойством, понимая, что тому вовсе не понравится эта новость. В глазах странника застыл ужас: он смотрел на мокрый кошелек в руках хоббита так, будто ему только что сообщили о смерти Гермионы. Он тяжело дышал и чувствовал себя так, будто время остановилось, а все звуки вокруг стихли. Он не слышал ни то, как Эомер приказывает своим людям обыскать все, ни то, как Леголас пытается поговорить с ним. — Арагорн, мы так и не узнали, что случилось на самом деле. Возможно, она еще жива, — произнес эльф. Странник не слушал его и только смотрел на предмет, который сжимал в руке Пиппин. — Вот, — хоббит протянул ему кошелек. — Тебе стоит взять это. Арагорн взял вещь и пощупал пальцами материал. Что ведьма здесь делала? Он не мог понять, что случилось. Один из роханцев подъехал к ним. — Там лежит труп огромной птицы! — крикнул он, и это вывело Арагорна из оцепенения. Птица? Он повернул Брего и подъехал к месту, на которое указал роханец. Действительно, по воде плыло тело птицы, из него торчал орочий клинок. Сердце Арагорна забилось быстрее. Неужели волшебникам помогли орлы? Кажется, что так все и было, и это объясняет, почему пробудились энты. Если волшебники использовали магию Средиземья, то все древние создания наверняка ожили. Ошеломленные вопли Мерри и Пиппина заставили дунэдайна развернуться к ним, прежде чем он успел подумать еще о чем-нибудь. — Что там? — крикнул он, скача к ним. Мерри, сидящий позади Эомера, грыз костяшки пальцев и показывал на водяную мельницу, а Пиппин широко раскрытыми глазами смотрел, как вращается колесо, которое привело в движение течение воды. Встав рядом с ними, Арагорн заметил то, что видели они: сверху на колесе было нанизано на пики тело Сарумана. Пиппин протер глаза, когда колесо повернулось и труп снова оказался внизу. Он подошел к мельнице и увидел под водой еще одно тело. — Это Дамблдор, — прошептал он. Теоден и Арагорн с надеждой переглянулись, и дунэдайн слегка улыбнулся. Это правда? Неужели они мертвы? С другой стороны возвратился еще один всадник. — Мы нашли труп Гендальфа! — возвестил он. — Но ни Морвен, ни ее друзей не видно! — Они и правда сделали это! — воскликнул Гимли и вздохнул с облегчением. — Маги убиты! Мерри и Пиппин ликовали, и Эомер с другими роханцами разделяли их радость. Арагорн не смог сдержать скептическую усмешку: все это было просто невероятно. Он повернулся к Леголасу, и эльф взглянул на него с гордостью. — Мы отправимся в Гондор, в замок законных правителей, — объявил дунэдайн, когда все немного поутихли. — Мы сообщим эту новость всем, кого встретим, и скажем роханцам, что они могут вернуться домой. И может быть, в том замке мы найдем наших волшебников.

***

В замке было тихо. Никто не поприветствовал троих волшебников, когда они входили в ворота. Гермионе казалось странным возвращаться сюда, но этот замок отражал ее чувства: он был мертв, его очарование померкло. Казалось, все покинули это место после того, как старые маги выиграли ту войну. Она едва сдерживала слезы, проходя по залам и комнатам, в которых жила столько лет назад. В сознании возникали картины их с родителями жизни: как они вместе обедали, читали, гуляли, играли и общались… Это было давно забыто, но сейчас Гермионе казалось, что она видела родных только вчера. — Морвен! — Нимфадора со смехом бежала по залу, в котором стояла Гермиона. Девушка видела себя ребенком; она счастливо улыбалась и убегала от матери. — Морвен! Не так быстро! — мать схватила ее в объятия и закружила. — Но мама! Я хочу поехать с папой и Гендальфом! — пропищала девочка и указала на дверь неподалеку. — Не сейчас, милая, — Нимфадора потрепала дочку за щеку. — Папа и Гендальф заняты. — Да, они правят. А я хочу помочь им править миром! — Однажды и ты будешь править, но пока еще рано, — женщина улыбнулась. — И мы не правим миром, Морвен, мы всего лишь поддерживаем равновесие магии. Мы единственные, кто может это делать, потому что древняя магия Средиземья живет в наших душах, — она показала на сердце девочки. — А если мы не станем этого делать, то все существа, которые живут здесь дольше, чем когда-либо существовали люди, заснут и никогда больше не проснутся. — Но такого не случится? — маленькая Морвен забеспокоилась. — Нет, — мать рассмеялась. — Но ты должна дать отцу поработать. — А в душе Гендальфа живет такая же магия? — спросила девочка. — Нет, это мы даем ему и Саруману нашу магию, — объяснила Нимфадора. — У них есть и своя магия, но другая, не такая, как в Средиземье. Без нее они бы не могли помогать нам, потому что они не такие сильные, как мы. — Гермиона? — Рон прошел по залу, где только что будто наяву стояла мать ведьмы. — Ты в порядке? — Да, — ответила девушка и вытерла слезы. — Пойдем, я покажу тебе лучший вид на Средиземье. — Добро пожаловать в Астрологическую Башню! — сказала Гермиона, когда они с друзьями прошли тысячу ступенек. Гарри и Рон запыхались после такой прогулки, но их глаза распахнулись при виде прекрасных пейзажей. С башни открывался обзор на океан, а еще вдали можно было увидеть горы. — Ничего себе! — с этими словами Рон с шумом опустился на ступеньки. — Ага, — выдохнул Гарри, подошел к перилам и вгляделся в гладь океана. С такой высоты волны были похожи на тонкие линии; выглядело это впечатляюще. — Гарри, — девушка подошла к нему и посмотрела ему в глаза. — Я знаю, что в этом дворце есть проход в наш мир. Мои родители оставили его открытым; они думали, что вернутся и заберут меня, когда война закончится. Я хочу уйти сегодня вечером. Ты со мной? — Нет, — ответил юноша к удивлению подруги. — Мне нечего делать дома, — пояснил он, глядя на ее озадаченное выражение лица, посмотрел на Рона, сидящего на ступеньках и вздохнул. — У меня нет семьи, но здесь я могу помогать людям. И ты тоже можешь, Гермиона, если останешься. — Я не могу остаться, — с грустью ответила она и отвернулась к океану. — Столько людей было убито из-за меня… Да и не смогу я стать той королевой, которая им нужна. Если я останусь, это не принесет ничего хорошего. — Понимаю, ты боишься. Но ты единственная наследница престола. Людям нужно держаться за кого-то. — Я же совсем не разбираюсь в политике! — ответила Гермиона, усмехнувшись. — Ты можешь научиться, — волшебник продолжал настаивать. — Правда, Гарри, — она вновь стала серьезной. — Я не могу остаться. Мне нужно домой, к приемным родителям… Они наверняка ужасно волнуются. Друг смотрел на нее с упреком. — Неужели ты не понимаешь? — девушка наклонилась к нему, чтобы он мог лучше разглядеть ее лицо. Гарри опять вздохнул и достал что-то из кармана. — Арагорн дал мне это несколько дней назад, — пояснил он. На его ладони лежал медальон. — Он попросил меня отдать его тебе, когда ты примешь решение возвращаться домой. Девушка озадаченно уставилась на украшение в руке друга. — Как…? — только и смогла сказать она, не закончив фразу. — Он отыскал это, когда шел в Изенгард по следам орков. Все-таки он нашел ее подсказку! Гермиона не смогла сдержать легкой улыбки, когда подумала о дунэдайне, но тут же вспомнила битву при Хельмовой Пади, и ее улыбка погасла. Она просто надеялась, что с Арагорном все в порядке. — Возьми, — сказал Гарри, видя, что его подруга не сдвинулась с места. — Это же твой медальон. — Почему он сам не отдал его мне? — с раздражением спросила она. — Открой. Гермиона взглянула на медальон. Открыть? Она никогда раньше не открывала его. Как Арагорн узнал то, чего не знала она сама? — Давай же, — произнес Гарри. Она повертела украшение в руках, но не нашла никакого отверстия. — Нужно мягко нажать на застежку, — пояснил волшебник. — Видишь? Медальон раскрылся. Внутри лежал небольшой листок бумаги, сложенный несколько раз. Гермиона с любопытством взяла его и медленно развернула. Милая Морвен! — О, если ты не хочешь читать это вслух, то не нужно, — поспешно сказал Гарри. — Мы все равно не знаем, что там. — Нет-нет, все нормально. Но спасибо, — она снова вернулась к письму. Я хочу, чтобы ты знала: решение отправить тебя на Землю было самым трудным в моей жизни. Надеюсь, это медальон найдет тебя… Гермиона остановилась и медленно вдохнула, пытаясь сдержать набежавшие слезы. …если со мной что-нибудь случится. Я знаю, в жизни ты будешь принимать собственные решения, и надеюсь, что тебе это будет даваться легче, чем мне. Помни только одно: всегда слушай свое сердце. Где бы ты ни была, оно найдет путь домой. С любовью, твой отец, Ремус. Невозможно было больше сдерживать рыдания. Слезы текли по щекам, но Гермиона даже не вытирала их, а только плакала, глядя на океан. Гарри, видя это, взял ее за руку. Сидящий позади Рон наблюдал за друзьями. Только теперь он понял, почему в тот день Гермиона нечаянно привела их именно сюда: это был ее дом.