Побудь моим... бизнес партнером

      Она могла с уверенностью сказать, что сегодня выдался хороший день. В эту субботу солнце наконец-то взошло на свой пьедестал после стольких дней непроглядных туч и угрюмости дождливого Нью-Йорка. Сияя незатейливыми лучами направо и налево, желтый диск едва ли обдавал теплом привыкшую к холоду кожу, позволяя всему ленивому городу впервые за долгое время проснуться с улыбкой на лице.       Суббота была любимым днем Реджины за исключением расслабленных пятничных вечеров, ведь она была именно той передышкой между работой, которая позволяла просыпаться с поздними лучами солнца и засыпать уже со сверкающей луной за окном.       Этот день, когда работа отступала на второй план, был самым ленивым и незатейливым. И теперь, когда Зелина предпочла остаться на ночь у своего режиссера, а Лив улизнула на день в Бостон за покупками, брюнетка целый день принадлежала только самой себе. Никаких проблем на работе, назойливых бывших любовников или ворчливых начальников. Ничего не стояло на пути дня проведенного в кровати с ноутбуком, или, может, в кафе с любимым кофе в руке.       Конечно, можно было бы не растрачивать время за таким бесполезным занятием, а посетить уже позабытый класс йоги, сходить в зал или на фитнес. Но почему-то именно сейчас Реджина чувствовала, что просто не способна на физическую активность, достаточно изнурив свое тело недостатком сна за последнюю пару дней.       Да, пожалуй, ничего не станет от одного дня, ненаполненного напряжением и знатной нервотрепкой.       Поэтому сейчас, забыв про все на свете, она впервые за долгое время шла по улице, нацепив улыбку на свое лицо. Не хотелось делать что-то или думать вообще. Наверно, именно этой мыслью она довольствовалась утром, когда вместо укладки смастерила на голове аккуратный конский хвостик, надела джинсы и свитер вместо привычных платьев, и впервые дала своим ногам передышку в утепленных непромокаемых полуботинках светло-серого цвета.       Минимум косметики в виде туши, розоватых губ и удовлетворения на лице – и черт, никто бы не поверил, что видел перед собой не кого-то, а Реджину Миллс собственной персоной.       Первой мыслью было отправится в «Чаттери», схватить еще горячий мягкий бейгл, кофе и расположиться где-нибудь у окна. В прошлый раз ей едва ли удалось расслабиться, ведь её вниманием всецело завладел Робин в своих лакированных туфлях за крайним столиком. Сейчас ей не мешало ничего, особенно когда злосчастное место было свободно от внимания назойливого мужчины, а кошелек уже грела бумажная десятка. Если бы каждый её день мог начинаться именно так, она бы никогда не покидала это место, ежедневно кидая при входе милые улыбки Руби и Джеффу – незаменимым баристам заведения, уже после занимая любимое место неподалеку.       При таком раскладе её судьбой стала бы жизнь с сорока кошками уже через десять лет, но почему-то именно сейчас это казалось очень хорошей идеей.       Колокольчик звякнул прямо над её головой, когда брюнетка зашла внутрь и лениво оглядела помещение, как всегда хвастающееся сонными утренними посетителями и негромким бормотанием изо всех уголков кофейни. Один острый взгляд направился в сторону – пусто! Уютное приглядевшееся местечко пустовало специально для неё, заставив женщину довольно усмехнуться и шустро направиться в сторону кассы. Разрисованные мелками таблички со специальными предложениями как всегда пестрили в глазах, а витрины, полные сладостей, пышных булочек, кексов и маффинов всех цветов и размеров, снова задумали свести её с ума.       Когда-нибудь это место станет её погибелью.       Заказ как всегда вертелся на языке, хоть женщина и знала, что Руби не нужно повторять дважды. Ей нравилось, как это звучало, когда она произносила слова вслух. Будто бы оттого, как смачно это слетит с её губ, зависел сам вкус горчащего кремового кофе или пышность булочки, вкус которой все утро играл во рту. Черт, она мечтала об этом, кажется, целую вечность! Нацепив на лицо довольную улыбку, которая не показывала ничего, кроме детского восторга и удовлетворения, она полезла в сумку на поиски кожаного черного кошелька.       Чек. Чек. Карта супермаркета. Помада. Расческа. Еще один чек? Сколько же их там?!       Боже!       Хотелось вывернуть набитую безделушками вещь наизнанку прямо посреди этой самой кофейни, но женщина упорно продолжала выискивать ненавистный кошелек где-то на дне сумки.       Ключи. Салфетка. Абонемент в зал? А это может пригодиться…       Очередь подошла быстрее, чем Реджина успела это понять, поэтому пока её рука и внимание были полностью погружены в поиски наличных денег, женщина, даже не глядя, кинула привычный заказ бариста:       - Я… Эмм… Мне, пожалуйста, средний ванильный латте и, эмм…       - Доброе утро! – пронизанный позитивом мужской голос пропел прямо из-за кассы, сперва вогнав Реджину в легкое смятение.       Новенький?       Странно, что Руби решила взять сменщика помимо Джеффа, ведь брюнетка всегда знала – девушка не любила новеньких в своем штабе. Конечно, порой в этом месте подрабатывали студенты, нуждающиеся в деньгах, но... Его голос казался смутно знакомым. Она бы даже сказала, ужасно знакомым, и сначала Реджине показалось, что она помешалась, когда женщина услышала в таком знакомом британском акценте незнакомца тон вездесущего Локсли.       Первым инстинктом было усмехнуться собственному безумию, тогда как вторым – быстро вскинуть взгляд на широко улыбающегося человека по ту сторону касс.       Ох, черт!       Только не снова…       Было бы даже смешно не найти на месте парня уже знакомую улыбку с проклятыми ямочками и голубые глаза. Мужчина усмехнулся, увидев потерянный взгляд и обескураженное выражение лица, пока женщина пыталась подобрать правильные слова.       - Ро…       Этот очаровательный недоумок, чья голова была, очевидно, наполнена ничем иным, как соломой и опилками, стоял прямо перед ней с глуповатой ухмылкой на лице, тогда как на его голове гордо красовалась фирменная шапочка кофейни вдобавок со странноватым фартуком зеленоватого оттенка. Его белая офисная рубашка была небрежно закатана до локтей, а глаза сверкали и искрились пугающей радостью.       Казалось, стоило бы начать отчаянно глотать слова и ошарашено спрашивать причины таких изменений, но вместо этого женщина просто фыркнула и лениво выпалила:       - Не знала, что нынче президентов компаний понижают до продавцов… - она вскинула бровь и сжала губы в тонкую линию, видимо, отчаянно удерживаясь от смешка. – Конечно, финансовый рынок сейчас не к черту, но чтоб настолько…       - И я рад тебя видеть, Реджина, - широко улыбнулся он, опираясь на стол рядом с кассой. – И нет, меня не увольняли за плохое поведение.       - Что, нелегальная торговля? – она цокнула и сгримасничала, нацепляя огорченное выражение, и надула губы. – Я так и знала, что это дело прогорит…. Нужно было внимательнее выбирать своих союзников…       Мужчина рассмеялся, замолкая уже через мгновение, но не отвел лукавых глаз от лица брюнетки. Она выглядела совершенно по-другому сегодня: хищные черты лица стали мягче без яркой помады и оттененных глаз, а домашний хвостик на затылке придавал женщине особого очарования. Почему-то хотелось чаще видеть её такой… простой и ничем не обремененной в этом уютном свитере и с улыбкой на лице.       Глаза смотрели в глаза, изучая, застывая, покоряя, но при этом никто не произнес ни слова, не убрал улыбки с лица. Звуки смешались на фоне, когда она почувствовала уют в пронизывающем взгляде, затерялась в глубинах собственной головы и выдохнула, стоило плавающим лучам солнца заиграть на его щеках.       Нужно было прекращать это сумасшествие! Но как, если его глаза не отрывались от её собственных ни на мгновение, а самой это было сделать сложнее, чем казалось сначала?       - Я… Кхм… Кажется задерживаю очередь, - пробормотала она со смешком, заглядывая за свое плечо.       - Минутку… - шепнул он с загадочной улыбкой. – Джефф!       - Да? – крикнул голос в ответ, исходя, по-видимому, из небольшой подсобки.       - Сменишь меня за кассой? Я на минутку!       - Океей! – ленивый крик снова заставил её закатить глаза.       Усмехнувшись, мужчина кивнул в сторону, приглашая женщину отойти от кассы и спокойно поговорить без лишних ушей. Очередь пополнялась с каждой минутой, покоряя это субботнее утро чашкой свежего кофе, пока женщина с ухмылкой шла за своим личным консультантом к стойке с кексами дня. Все еще поглядывая на подбежавшего к кассе полноватого парня с рыжей кудрявой шевелюрой, Робин выдохнул в облегчении.       - Думал, мой перерыв никогда не начнется…       Брюнетка театрально закатила глаза, фыркнула, заправляя за ухо выбившуюся из хвоста темную прядь, и серьезно посмотрела на все еще глупо ухмыляющегося Робина в своем чертовом фартучке с логотипом на груди и фирменной шапке.       - Итак, пока ты будешь приносить мне мой заказ, придумай хорошее объяснение… этому… - она начала махать руками в воздухе, описывая круг, а затем сложила руки на груди.       - Так я теперь твой личный бариста? – ухмыльнулся мужчина, поднимая бровь.       Женщина хмыкнула и, заглянув в сумку, наконец, молчаливо положила на стол десять баксов с самой невинной улыбкой на свете.       - И поторопись…       Не прошло и десяти минут, как мужчина вернулся к покупательнице, лишь одной рукой ловко управляясь с наполненной до самых краев чашкой знакомого латте. Однако, Реджина почти никогда не заказывала такие порции, предпочитая заказ на вынос с бумажным стаканчиком и завернутым в пакет булочным изделием. Губы изогнулись в насмешливой улыбке, и брюнетка уже собиралась подразнить мужчину за очевидную глухоту, но то, что красовалось на поверхности напитка, заставило плечи опуститься, а все слова вылететь из головы.       На белоснежном тонком слое пенки плавало скомканное, но совершенно очаровательное кофейное сердечко.       - Я…       Что это значило? Ох, только не снова…       - Ну, знаешь, я бы нарисовал листочек или Розетту, если бы умел, - неловко усмехнулся он, почесывая затылок. – Пока Джефф нормально научил меня только этому, хотя я уже делаю успехи в других рисунках.       Жест казался таким простеньким, но поражающим до глубины души. Она подумала, что не было еще в её жизни такого человека (в частности мужского пола), который мог вот так просто и без особой на то причины сделать что-то теплое, приятное и совершенно не вычурное, потому что хотелось. Он не дарил ей розы, не присылал игрушки или досаждал излишним вниманием, а просто нарисовал сердечко на чертовом ванильном латте.       Почему тогда внутри появилось чувство досады, когда изначально разливалось тепло?       Загадочно улыбнувшись, она согрела руки теплом небольшой чашки и подняла глаза на мужчину:       - Спасибо… - она покрутила кофе в руках и прикусила губу, усмехаясь. – Так… может, наконец, объяснишь мне, какого дьявола ты здесь делаешь?       - Что ж… - он испустил смешок, потирая нос. – Это довольно таки запутанная история…       - У меня полно времени, Рапунцель, - хмыкнула женщина, аккуратно поднося горячую кружку к губам.       Робин выдохнул, пропуская мимо ушей новое прозвище и удивляясь вечному упрямству брюнетки, способной свести с ума, лишь бы найти повод подразнить его самолюбие.       - Если не углубляться в подробности, то… пару дней назад я был в гостях у друга…       - Еще одного миллионера? – прыснула женщина, делая новый глоток.       Многозначительный взгляд полетел в сторону самодовольно усмехающейся женщины, когда он продолжил рассказ:       - Так вот… Я был на бранче у моего друга Уилла по случаю новоселья. Он пригласил к себе только близких друзей со своими женами, и поначалу мы просто отдыхали и общались, но потом пришел вечер и…       - Я даже боюсь представить, - фыркнула Реджина.       - А ты любитель перебивать, - сощурившись, саркастически подметил мужчина. – Что бы ты себе не думала, мы просто решили пару раз сыграть в карты, соответственно, не просто на интерес, - он лукаво ухмыльнулся и оперся локтями на стол, разделяющий его от Реджины. – Сначала мы просто ставили деньги, но потом Уиллу это показалось скучным.       - Ох уж эти причуды богатых, - выдох был сопровожден очередным взглядом с его стороны. – Все-все, молчу…        - И в итоге карты нагло подвели меня, - резкий смешок слетел с губ, скрытых за чашкой кофе. – И вот это… - Робин оглядел кофейню и развел руками, - было его желанием!       - Надеюсь, ты не продал ему свою компанию за игру в карты, - сощурилась она.       - Нет, я просто вынужден работать в качестве того самого парня за кассой каждые выходные в течение месяца.       - Ох, бедняжка, - надувшись, подразнила брюнетка. – Это же настоящая пытка для простого богача с цветущей фирмой за спиной! Даже не знаю, как ты выдержишь это!       На его лице появилось чересчур загадочное и хитрое выражение лица, что почти побудило её шлепнуть по этой довольной физиономии. Подавшись чуть вперед на локтях, Робин ухмыльнулся, выставляя напоказ очаровательные ямочки.       Когда-нибудь этот самодовольный кретин получит за свою улыбку…       - Реджина?       - Мм?       - Может… ты разделишь со мной эту ношу?.. – он вытянул губы в тонкую линию, лениво вскидывая бровь.       - П-прости, что?.. – кофе почти пролился на старенький бежевый свитер женщины, когда его слова коснулись слуха.       Он предлагал ей что?!       - Как я могу заметить, у тебя сегодня выходной, - хмыкнул Робин. – Ты могла бы… ну, не знаю… провести его со мной за этой замечательной стойкой в окружении всех возможных сортов кофе и видов кексов.       - Вот именно, выходной, Локсли, - фыркнула она и нацепила улыбку на лицо, - который нужен для отдыха, а не для работы, спасибо большое… И где вообще ты забыл мой бейгл? Я жду его уже пятнадцать минут!       - Ты уходишь от темы! – возмутился Робин.       - А ты отлыниваешь от работы!       Она не знала, хотела ли принять его предложение, ведь все это было просто безумием. Когда в последний раз Реджина Миллс опускалась до работы официантки в местном кафе?! Еще пару недель назад она бы ответила, что сделает это только через свой же труп! Но сейчас было что-то такое в выражении его лица, тоне голоса и её собственном настрое, что эта ситуация превращалась в приключение, коих в её жизни толком и не было. Этот человек побуждал её делать странные вещи, но почему-то именно они будили адреналин в её крови, и хотелось снова почувствовать себя способной на все на свете.       Неужели она снова вернулась в колледж? В место, где все для неё было запретным. В место, где хотелось попробовать все, но воспитание и цель жизни вечно стояли на пути желаний, веселья… да что там! - всей жизни. Сейчас судьба давала ей второй шанс развеяться тогда, когда, казалось бы, ни один человек в здравом уме не оценит её действий, а мать разочаруется, наверно, в тысячный раз.       Отказаться от самой себя на день и расслабиться или продолжить быть той, кто всегда пропускает все веселье?       Ах, чтоб тебя, Локсли!       - Неужели ты не хочешь спуститься с небес на землю, а заодно помочь своему хорошему… другу не умереть от скуки в этом месте? – Ох, ну конечно, строить глазки у него получается не хуже, чем руководить компанией!       Она закатила глаза, снова в защитном жесте складывая руки на груди.       - Брось, я же вижу, что тебе хочется, - протянул Локсли с самой хитрой на свете улыбкой на лице.       - Я…       Да или нет?..       Чертов прохвост знал её лучше, чем она могла представить. Неужели все уже написано на её лице? Нужно обязательно тщательно поработать над самоконтролем.       Внутри неё все ныло от желания согласиться, но она знала, что не может себе позволить расслабляться так сильно. Голова гудела от противоречия и грозила свести с ума в считанные минуты, пока Реджина, кажется, даже задержала дыхание. Её разум медленно сдавался на милость мужчины, и брюнетка просто не могла вспомнить последний раз, когда так сильно сопротивлялась собственным принципам. Разве что в тот день, когда осмелилась поцеловать его перед всеми работниками компании.       Хотя нет, тогда она не потратила и минуты на раздумья.       Тогда что останавливало её сейчас?       В голове вертелось громкое «нет», отдающее гадкой горечью на языке, или, может, это было просто послевкусием кофе, и она уже открыла рот, чтобы с гримасой разочарования отказать, но потом…       - Ладно.       Черт!       Что за…       Женщина чуть было не закрыла рот рукой, когда сообразила, что слетело с губ после такой отчаянной битвы внутри самой себя. Она крепко зажмурилась и шепнула пару проклятий себе под нос, когда услышала победный и до жути самодовольный смешок Локсли прямо рядом с собой.       - Но то, что я согласилась, не значит, что согласится и Джефф, - сощурившись, пробормотала брюнетка, искренне надеясь на правдивость своих слов.       В конце концов, если начальство окажется против, ей не придется корить себя за сделанный выбор.       - Минутку, миледи, - загадочно ухмыльнулся он и, прочистив горло, к её удивлению снова закричал куда-то в сторону. – Хэй, Джефф?       - Да, друг?       С каких пор?..       - Ты не против, если моя подруга поработает здесь сегодня?       - Прости брат, но у нас нет денег для зарплаты еще одной малышке, - вернулся ленивый голос рыжего паренька из-за кофейного автомата.       Реджина театрально закатила глаза. В конце концов, чего она еще ожидала от тех крох уважения, что еще остались в этом месте? И тот факт, что женщина работала в компании, где один стул стоил больше их месячной зарплаты, похоже, абсолютно не имел значения в их собственной системе престижа.       - Она работает бесплатно, - крикнул Робин через мгновение с легкой улыбкой на лице, поглядывая на женщину, которую искренне забавила эта ситуация.       Где-то минуту ответа не было, и между мужчинами поселилась неловкая тишина, прерываемая лишь смешками брюнетки. Эта сцена напоминала сценарий какой-то дешевой комедии, которые так любят крутить в Голливуде. Это слегка натолкнуло женщину на странную мысль, что не прошло еще и пяти минут, а она уже чувствовала себя так непринужденно и легко.       Может, это все же была не такая уж и плохая идея…       Наконец, последовал ответ:       - Она горячая?       Реджина исступленно распахнула темные глаза синхронно с тем, как в недоумении упала её челюсть. Это было просто глупо, неуместно, и хотелось надавать рыжему пареньку за такие слова, но вместе с тем она не могла заставить себя убрать с лица глуповатую улыбку.       - Что… - беззвучно пробормотала она, сощурившись, покачала головой в сторону Локсли и прикрыла глаза, не переставая удивляться нелепости ситуации.       Она не знала, какая политика творилась в этом заведении, но это уж точно не походило на настоящее собеседование. В какой-то момент Реджине захотелось убежать от этого позора подальше и, может, просто найти кофейню в паре кварталов ниже по улице, где не было ни озабоченных кассиров, ни вездесущего лица Локсли, но по хитрым глазам мужчины брюнетка поняла, что выхода уже не оставалось.       - Ага, - к её удивлению внезапно выпалил Робин с глупой улыбкой, тут же замолкая.       А она уже думала, что нелепее быть не может!       - Какого… - брюнетка вопросительно сверкнула глазами и тут же наградила его смачным шлепком прямо по плечу.       Мужчина рассмеялся, точно провинившийся мальчишка потирая место ушиба, и с гордым прищуром наблюдал реакцию Реджины, что едва ли сдерживала смешок, закусывая пухлую губу.       Ей хотелось отпустить себя, безумно хотелось, но сейчас все было слишком для неё, ведь проводить время вне офиса или дома, находить друзей, расслабляться в чьей-то компании – для неё все это не было обыденностью.       Такой всплеск эмоций, что испытала женщина, только лишь познакомившись с Локсли, просто не ощущался, как что-то реальное. Лишь кино, которое она ежедневно наблюдала со стороны и отказывала признавать за нечто настоящее.       В любом случае, они все еще находились в злосчастном кафе рядом друг с другом, а рыжий паренек так и продолжать мучать их упорным молчанием.       Да или нет?!       - Тогда ладно, - просто хмыкнул голос из-за кассы. – Выдай ей нашу форму и пусть приступает.       - Так вот как здесь все работает!.. – все еще с прищуром и слегка удивленной улыбкой пробормотала она, медленно обходя витрины по направлению к улыбающемуся Робину. Глаза смотрели в глаза, и она отказывалась признавать хотя бы самой себе, что никто никогда так на неё не смотрел.       - Не обращай внимания, - ухмыльнулся он, кивая головой в сторону подсобки. – Идем, нарядим тебя в гордую королеву кофемашины!       Женщина подумала, что этот день будет неимоверно длинным для субботы, которую она так хотела провести с обычной чашкой кофе в руках.       Реджина светилась. По крайне мере так можно было сказать со стороны, когда знаешь, какая эта женщина в повседневной обстановке. Для той, кто всегда предпочитала вести себя подобающе, никогда не показывать эмоций и казаться идеальной в глазах окружающих, она была совершенно иной, ведь теперь, с сияющим взглядом, неофициальной улыбкой и в очаровательном зеленоватом фартуке с логотипом кофейни, брюнетка выглядела настоящей. То и дело летая от кассы к кофейному автомату и обратно, она улыбалась каждому покупателю, периодически кидая хитрую ухмылку Локсли, что ответственно стоял рядом со стойкой сладостей.       Иногда Миллс успевала улучить момент и шепнуть на ухо мужчине какую-то колкость, заставить его фыркнуть и с ухмылкой бросить что-то не менее острое в ответ, но ему не было в тягость спорить с женщиной, что крала его самообладание лишь одним взглядом шоколадных глаз. Затем она обязательно останавливалась рядом, дожидаясь передышки от покупателей, опиралась на локоть и, смотря прямо в его глаза, дразнящим тоном расспрашивала что-то еще про его друга Уилла или повседневные привычки богатых людей.       Она не знала, что именно побуждало её делать это. Все было так просто, когда на плечах не лежало бремя ответственности, или когда ей не приходилось так усердно сохранять свое лицо. Реджина не помнила, когда в последний раз была такой окрыленной, ведь вместе с примеркой чужой жизни она, кажется, обрела и другие мысли. Легче. Проще. Заманчивее.       Ей почти удалось забыть о собственном обещании проводить меньше времени с Робином. В какой-то момент она решила просто отбросить лишние переживания хотя бы на один единственный день. И хоть Лив долго объясняла ей о необходимости узнать Локсли, вместо того, чтобы сначала открываться самой, Реджина не могла поделать ничего, когда разговор лился так просто и не обременено лишними переживаниями.       Хотелось смеяться. Смеяться через гримасу, ведь непонимание происходящего пугало женщину так, как она никогда не могла этого ожидать. Изменения в ней продолжали происходить, но, как ни странно, в этот самый момент значения стали приобретать лишь написанные на стаканчиках кофе имена и количество молока в кофейном автомате.       И почему все всегда должно казаться сложнее, чем есть на самом деле?       Ничего не менялось, но в то же время изменилось все. Держа в руках верный перманентный маркер черного цвета, она с улыбкой подписывала на стаканчиках имена, аккуратно выводя букву за буквой. Сколько их было? Казалось несчетное количество человек прошло через неё, и столько же разделил с ней сам Робин, но в этот раз, когда с улыбкой на его лице снова появлялись те самые ненавистные ей ямочки, этот странный темно-зеленый фартук переставал казаться глупым и по-детски смешным.       Женщина по имени Мэгги заказала ванильный латте экстра размера. В тот самый момент, когда Реджина с умиротворением на лице нажала маленькую кнопку на кофейной машине, красный огонек известил брюнетку о низком уровне сахара в утомленном покупателями автомате. Кое-как выжав из бедняги остатки, Миллс с улыбкой протянула покупательнице заказ, следом передавая бумажный пакет с черничным кексом.       Она не стала раздумывать дважды, когда уже хотела отправиться в подсобку, но Локсли оказался быстрее.       - Я займусь этим, - крикнул он из глубин кофейни. – Возьми следующего на себя.       Брюнетка только и смогла, что закатить шоколадные глаза и мельком усмехнуться, прежде чем подойти к кассе и улыбнуться новому посетителю, приветственно протянув:       - Хэй, добро пожал…       Ох, черт…        - …Джонатан?!       Она задохнулась.       Супер. Просто замечательно.       Удивленное выражение его лица делало всю ситуацию еще более нелепой, чем когда за этим же самым кассовым аппаратом перед ней со своей фирменной улыбкой выросла фигура Локсли. Но теперь ей действительно хотелось провалиться под землю, ведь в этот самый момент, когда радость полностью смыло с её лица серой реальностью, перед ней стоял тот, кого она так отчаянно пыталась избегать все это время.       Темные глаза мужчины озадаченно осматривали её миленький фартук и домашний конский хвостик на голове, и где-то в этот момент ей захотелось, чтобы он просто исчез навсегда и не видел, как председатель директоров их компании с милой улыбкой продает черничные кексы в фартуке местного кафе.       Черт, черт, черт!       - Реджина?! Что ты… Как…       Почему именно тогда, когда один единственный день она решила отвлечься от всех проблем повседневной жизни, обязательно должен был появиться мужчина, которого она ожидала увидеть здесь в самую последнюю очередь.       Парень раскрыл рот и уже был готов разоружить брюнетку, но, похоже, просто не сумел подобрать нужных слов.       Реджина успела заговорить быстрее, чем Джонатан отошел от шока:       - Это… это довольно долгая история, - пробормотала она, морщась в виноватом выражении лица, - правда, тебе лучше не вникать в это…       - Эмм… Ну, хорошо… - мельком улыбнулся мужчина, прочищая горло.       А потом он просто смотрел на неё. Миллс было не по себе от того, как глубоко он действительно может забраться в её голову, как долго Джей сможет строить такое лицо, будто она была Злой Королевой во всем этом беспорядке.       Момент, когда его глаза жгли её кожу, был настолько тяжелым, что ей пришлось замереть на месте, чтобы выдержать его, и Реджина точно знала, зачем он появился здесь в первую очередь.       И, о боже, как же сильно ей не хотелось отвечать на заданный им ранее вопрос.       - Так… как ты?       Серьезно?! Это действительно все, что он смог выдавить из себя в этот самый момент?!       Все казалось абсолютным абсурдом, и хотелось дышать огнем от легкой, но тянущей неприязни к человеку, который разрушил её идеальный выходной день.       - Все просто отлично, - выдавила брюнетка с масленой улыбкой на лице, - но на самом деле, сейчас не особо подходящее время для этого вопроса…       Реджина кивнула на кассовый аппарат и как-то совершенно неловко прокашлялась, вытягивая губы в одну тонкую линию. Джонатан лишь вздохнул и опустил голову с легким смешком.       - Да, прости…       Она чувствовала, что если сейчас же не скажет что-то еще, то просто разобьется от вибраций, летающих в воздухе вместе с тишиной. На ум пришла лишь пара стандартных фраз, слов, но все они только сильнее подливали масла в огонь, и она не знала, чего хотела больше: перелистнуть эту страницу в их отношениях или никогда больше не видеть его воочию.       Брюнетка даже задумалась о причине его визита сюда, что казалось практически нереальным в такое ограниченное количество времени, когда в голове царил вакуум от его крепкого взгляда.       Пару раз с её губ срывался выдох, и Реджина не понимала, почему время летело так медленно, хотя наяву прошла лишь пара ничтожных секунд. И лишь когда осознание всей этой огромной нестыковкой выбило воздух из её легких, она решилась на одном дыхании поинтересоваться у Джея о настоящей причине его визита.       - Мне просто интересно, что ты делаешь здесь, - сощурилась она, и в этот момент её слова больше стали походить на возмущение, нежели чем на банальный интерес. – Ты ведь никогда не ходишь в «Чаттери», - женщина вскинула бровь, наблюдая за тем, как в неловкости вытянулось его лицо. – Кажется, твой любимый кофе подают в «Клестосе» на углу Кэмп-роуд и 45-той.       - Да, просто… - он замялся, как-то особо очаровательно улыбнувшись одними уголками губ. – На самом деле я просто надеялся найти здесь тебя…       - Ох… - черт, она могла поклясться, что её сердце забилось в разы быстрее в этот самый момент.       - Я знаю, что ты любишь бывать здесь по выходным, так что я решил не терять времени и… я подумал, что…       Она вздохнула, после задерживая дыхание.       - Может, ты все же дашь мне ответ насчет…       Ох, это…       Рано или поздно он все равно должен был затронуть этот вопрос. Особенно после того, как она позорно сбежала от него в тот день, ссылаясь на срочную встречу. Тот вопрос… он сбил её с толку сильнее, чем она могла себе предположить, и тот факт, что она лишь отсрочила неизбежное, делал настоящее ничуть не легче.       Она выдохнула, качая головой:       - Джонатан, я же уже говорила, что не могу пойти с тобой на свидание, - скривилась брюнетка, хмурясь. – Я не свободна, помнишь?       Следом вспышки напомнили ей о Робине и о том, как ее жизнь с каждым днем все сильнее превращалась в полнейший беспорядок. И когда она запуталась в правилах собственной игры? Сначала она бежала от Джея, используя Робина для защиты, теперь же скрывалась от них обоих, уже не зная, доверяет ли самой себе и своему разуму. Кому из них можно было верить? Тому, кто разбил её изнутри, а теперь тщетно пытается склеить, или тому, кто пытался собрать по кусочкам, а теперь заставляет все вновь предательски трещать по швам.       - Как уж тут забыть, - пробурчал парень, а затем вновь тяжело вздохнул, встречая её укоризненный взгляд. – Я знаю, что потерял шанс быть с тобой, но… что насчет дружеской встречи? Например… прямо сейчас.       Реджина было открыла рот, чтобы сказать что-то в ответ, но мужчина быстро заткнул её еще одним умоляющим взглядом и парой обнадеживающих слов.       - Подумай, это идеальное время для обычного ланча. Исключительно как друзья. Мы можем поговорить, - широкая воодушевленная улыбка расцвела на его лице в считанные секунды, когда Гарднер сумел завладеть её вниманием, - и ты расскажешь, что побудило тебя работать здесь, а потом…       - Прости, но я не могу, - она покачала головой из стороны в сторону, когда с опаской выпалила, зная как сильно это его заденет. – Я помогаю… Я здесь с Робином…       Брюнетка кивнула головой в сторону подсобки и робко улыбнулась.       Джонатан шумно втянул воздух через зубы.       В точку!       - Ох…       - Извините? – дамочка в кожаной куртке раздраженно сгримасничала прямо из-за спины Джонатана, отрезвляя обоих в считанные секунды.       В конце концов, это была очередь к кассе, а не встреча анонимов с разбитой душой.       - Ах да, - женщина втянула побольше воздуха в легкие, незаметным движением заправляя за ухо выбившийся их хвоста черный локон. – Ты будешь заказывать или нет? – пару раз хлопнув ресницами, будто бы заставляя себя окончательно проснуться от этой затянувшейся мелодрамы в голове, брюнетка вскинула бровь и напомнила. – Люди ждут.       - Эспрессо, пожалуйста, - улыбнулся Джонатан, и спрятал руки в карманы, выложив на стойку пару зеленых баксов.       Реджина улыбнулась в ответ и кинула:       Сейчас будет готово, - прежде чем исчезнуть за кофейным автоматом.       - Аах, рука дернула! – воскликнул мужчина, взрываясь негодованием, когда на фоне послышался задорный женский смех. – Это ты виновата!       - В чем?! – осадок легкости и усмешки в голосе заставил его еще больше надуться и схватить очередную кружку со стола. – В том, что стою рядом? Или я порчу твою положительную энергетику?       - Ты как будто ждешь, чтобы я провалился, - сощурился он, наблюдая, как брюнетка лукаво поправила шапочку на своей голове и легким движением смахнула с лица прилипшие темные пряди.       - Ты просто злишься, что у меня выходит лучше, - протянула она с ухмылкой на розоватых губах и лениво оперлась о стол.       Она была просто невыносимой во всех смыслах этого слова. Каждое движение, каждое слово было негласным вызовом в его сторону, но самым привлекательным во всей этой ситуации было то, что он всегда был готов их принять. Ему нравилось, когда в случае неудачи она надувалась как маленькая девочка, забывая о своей маске, а затем шлепала его по плечу, пока он разрывался в смехе, несмотря на царящую в заведении тишину.       А еще он знал, почему брюнетка не хотела открываться ему, бежала, когда только выдавалась возможность, и стеной стояла на охране своих чувств. Это было неподходящим местом для раздумий на такие темы, но сложно было не думать о Реджине тогда, когда она стояла меньше, чем в полуметре от него самого.       Она боялась.       Боялась пораниться так, как будто если рискнет, то потеряет все на свете. Какой бы сильной женщина не хотела казаться в глазах окружающих, какой бы строгой и бесчувственной не показывала себя перед коллегами, все это было абсолютной чушью. Потому что люди не бывают бесчувственными – все они различают эмоции и страдают от них по-своему.       Реджина же просто боялась ощутить что-то новое, ведь новые чувства несут изменения, а она была слишком напугана покинуть зону комфорта и их принять.       Она боялась и бежала так далеко, как только могла, потому что не могла позволить себе сломаться. Это было первым инстинктом, и она боролась за свое сердце, убеждая всех окружающих, что просто его не имеет. Миллс знала, что если привыкнет к кому-то настолько сильно, что не сможет жить без этих ощущений, будет слишком болезненно их потерять. Слишком больно. Слишком рискованно. Слишком тяжело.       Страшно.       Но сейчас все, что она чувствовала – это счастье. Счастье этой загадочной женщины заключалось лишь в паре рисунков на свежезаваренном кофе и дружеском разговоре с кем-то настоящим.       Самым важным сейчас являлось не спугнуть брюнетку, позволяя полностью окунуться в теплую обстановку.       Поддерживая собственный план по социализации Реджины Миллс, мужчина усмехнулся:       - У меня почти получилось, - пробурчал он, крутя в руках маленькую деревянную зубочистку, которой еще пару минут назад так старательно пытался вывести кошачьи усы поверх строптивой молочной пенки. После этого, едва ли справившись с любопытной брюнеткой, ему все же пришлось рассказывать Миллс о секретах создания сердца, но даже здесь она смогла с самодовольной улыбкой вставить палки в колеса.       - Неправда, - она вскинула подбородок. – Твое сердце вышло слишком толстым!       - Ох, кто бы говорил! – фыркнул Локсли, складывая руки на груди. – Твое вообще расплылось до того, как ты его начала!       - Это было мое первое сердце! – шикнула она, тыча пальцем в его грудь, а затем растерянно огляделась, замечая любопытные взгляды из зала кофейни, и понизила шипящий голос: - Мне можно делать ошибки.       Робин сощурился с хищной улыбкой на губах.       - Я думал, великая Реджина Миллс не делает ошибок…       - Молчи!       Боже, да ему просто нравилось выводить её из себя. Он либо был абсолютно бесстрашным, либо глупым. Но в этот самый момент не хотелось разносить это место в щепки лишь потому, что, может, где-то в глубине души теплилась мысль, что ей нравилось проводить время в его компании.       В ответ на колкость хотелось бросить еще одну, и это не кончалось никогда. Хитрые лица, лукавые улыбки и чувство собственного достоинства – вот те вещи, что еще не дали им порвать друг друга в клочья, но, в конце концов, ничего не было по настоящему, а значит, можно было творить все, чего только пожелает душа.       Может, завтра она забудет про все это, а может, продолжить грызть собственное сознание этими воспоминаниями и корить себя за каждое сказанное слово.       Это было завтра.       А этот день все еще был здесь и сейчас.       Женщина подразнила, со светской утонченностью морща вздернутый носик:       - Твоя кофейная ветка вообще похожа на ёлку! Может, в Рождество ты и был бы популярен, но твое время вышло, мистер. Подвинься!       С прищуром на лице брюнетка подтолкнула Локсли в сторону, вызывая у него новый приступ смеха, возвращающийся ему в ответ тихим смешком, слетевшим с женских губ.       Джонатан видит, как она прикусывает пухлую губу, совершенно забываясь в процессе создания рисунка, а затем смотрит на него так, будто ничего прежде так не согревало её сердце. Он чувствует, как горит его лицо, как отчаянно сжимаются челюсти, когда он смотрит на них. Но гадкое чувство, что появлялось от банального бездействия, сжигало еще сильнее.       Но он продолжал сидеть на одном месте и смотреть на то, как двое голубков флиртуют друг с другом прямо на его глазах, будто это было чем-то совершенно обыденным. Ему так хотелось раскрошить чашку с терпким кофе в руках в мелкие осколки, хотелось прожечь их глазами прямо насквозь, будто это могло изменить хоть что-то в этой идиллии, но не происходило ничего. Горечь темного напитка продолжала беспечно касаться его губ, а глаза были упрямо направлены в сторону его потерянной Реджины.       Черт!       Ох, он не знал, кого ненавидел больше в данный момент: проклятого Локсли, что до сих пор продолжал вызывать её улыбки, или себя самого, за то, что так неумело её потерял. Он был слеп. Ослеплен тем, что не мог принять отказ. Ослеплен своим эгоизмом, ведь так смело ставил свое собственное счастье превыше её.       Сделав глубокий вздох, Джонатан продолжил скрипеть зубами и с яростью сжимать крохотную чашку в руке, пока в нескольких метрах от него дорогая ему женщина так мило щебетала с самым ненавистным на свете мужчиной.       Долго он уже не продержится…       - Так, давай, попробуй еще, - с азартом шепнул он, вставая позади брюнетки, точно они как минимум учились играть в гольф, а не рисовать сердца на кофе.       - Объясни еще раз. Что мне нужно делать… – поинтересовалась женщина, прикусывая губу, но наверно слишком поздно поняла, как очаровательно выглядела, когда вот так смотрела на него снизу вверх своим темным, горящим и, о боже, до безумия соблазнительным взглядом, - …профессор Локсли? – тихо подразнила женщина чистым шепотом.       Она готова была поклясться, что он тяжело сглотнул, прежде чем начать свой кофейный урок.       Самодовольный смешок утонул где-то на её губах в тот момент, когда он начал говорить.       - Нужно вливать молоко тонкой струйкой на небольшом расстоянии от чашки, а затем, когда она будет заполнена ровно на половину, приблизить носик к пене и аккуратно отвести в стороны поочередно, чтобы создать основу для сердца, - ровным тоном повторил он, передавая ей кружку свежезаваренного Эспрессо, на дне которой осиротело болталась темная жидкость.       Если бы он не стоял так близко и не бормотал инструкции в её ухо, может, она и стала бы более усердной ученицей, но сейчас, когда его чертово дыхание касалось её затылка, сосредоточиться казалось так же невозможно, как с первого раза выполнить это вымученное сердечко.       С глубоким вздохом она неторопливо начала творить свое искусство. Кажется, её рука дрожала, когда молочная пена стала гуще, рисунок приближался к кульминации, а еще она почти задержала дыхание, шепча:       - Так?..       - Тшш, медленнее… - прикусив губу, брюнетка сделала все, как он сказал, следя за каждым новым словом, пока чувствовала его дыхание, наверно, слишком близко для той, кто пытается так отчаянно играть в беглянку.       -Так?       - Да, - он довольно кивнул, - а теперь веди струей прямо через весь рисунок и подсекай.       - Мы не на рыбалке, Локсли, - фыркнула она, растягивая на лице довольную улыбку. – Если ты не заметил, мы в кофейне. Или ты уже не можешь отличить карася от маффина?       - Не отвлекайся! – шикнул он, отчего женщина лишь еще раз усмехнулась маленькой победе.       Пара секунд, и женщина радостно подскочила, распахивая глаза и широко улыбаясь.       - Получилось!       Рассмеявшись и пробормотав что-то не совсем внятное, она почувствовала, как что-то теплое взяло над ней контроль. Возбуждение и радость играли в ней с новой силой и забивали голову, заставляя что-то не совсем привычное и резвое туманить голову окончательно, как если бы адреналин подскочил в её теле в несколько раз и победил в битве за трезвое сознание.       В чистом порыве она метнулась вперед и обвила руки вокруг шеи мужчины, так наивно и по-детски пряча лицо на его плече.       В нос ударил резкий запах чего-то елового и безумно знакомого, а после она почувствовала, как теплые ладони точно так же обвивают её тело в ответ. Пару секунд она позволяла восторгу от победы царить в воздухе, а дыханию выравниваться и успокаиваться, пока он так бережно держал её в своих руках. И казалось, что не было ничего более сокровенного, чем этот момент, пусть даже через пару мгновений трезвый ум возьмет бразды правления.       Было тепло.       Уже через минуту она как-то особенно неловко отстранилась, боясь нового контакта глаз, и опустила взгляд в пол, все еще сохраняя на лице победную улыбку. Она могла бы сделать что-то глупое, что-то безрассудное, играясь с огнем, но для одного дня развлечений было вполне себе достаточно.       Пока она собиралась хотя бы отчасти держать себя в руках.       Если бы Джонатан не имел хотя бы ничтожные крупицы самообладания, сейчас бы чашка в его руках разлетелась на мелкие осколки, а темная лужа кофе незатейливыми брызгами расплескалась бы по полу кофейни и его новой голубой рубашке.       Она обняла его, просто так бросившись ему на шею со смехом на её губах, и мужчину почти разорвало на части от такой картины. Все окружающие, казалось бы, даже не замечали двух людей, что с такой теплотой делили очередной счастливый момент, но у Джонатана практически закружилась голова от ненависти к мужчине, чьи руки так бережно обвивали тело его женщины. Хотелось подойти и точно так же наградить его смачным ударом в челюсть, как когда-то случилось с ним самим от его руки, но он точно знал, что после такого Реджина больше никогда на него не посмотрит.       Стиснув зубы так сильно, что поначалу челюсти свела безумная судорога, мужчина продолжал безоружным и беспомощным дышать ревностью, как самым смертельным газом, отчего безумие рождалось в глубине грудной клетки.       Этот парень Локсли не мог так касаться её! Он не мог вдыхать запах её волос, которые так прекрасно щекотали его лицо, когда её влажная кожа касалась его собственной, а женские стоны наполняли комнату до полного беспамятства. Он не мог получать её всю, как когда-то так отчаянно пытался заполучить её он сам. Он не мог быть таким уж особенным, не мог быть таким идеальным, не мог так нагло забрать Реджину у него, даже толком не заслужив такую женщину, как она.       Скривившись, мужчина отогнал дурные картинки и резко вынул черный телефон из кармана, с яростью набирая уже знакомый номер.       - Да, это я, - бросил он, не смея оторвать глаз от женщины и её нового ухажера, будто сделай он это и они исчезнут из виду, творя черт знает какие вещи наедине друг с другом без его чуткого контроля. – Мне нужно провернуть дело на одного парня, Робина Лоскли. Сделаешь это для меня?       Парень по ту сторону линии пробормотал что-то, заставив Джонатана нервно прошептать пару проклятий и оскалиться, совершенно теряя контроль.       - Мне кажется, мои мотивы – это совершенно не твое чертово дело, Оскар! - прошипел он, сохраняя низкий приглушенный тон голоса, пока его глаза горели, оставляя позади себя лишь горячий пепел. – Мне нужно накопать на него немного грязи, чтобы перестал совать нос не в свое дело, понятно?!       После пары секунд молчания, Джонатан тихо кивнул, растягивая удовлетворение на своем лице.       - Отлично, - усмехнулся. - И позвони флористу с Кортланд-стрит, как его, Морис, кажется… Организуй заказ на мое имя и передай сделать так, как мы обсуждали, а потом зарезервируй столик в «Уайтхолл» на пятницу на 7 часов.       Последний взгляд на парочку в одинаковых темно-зеленых фартуках за стойкой мужчина кинул прежде, чем с самодовольной улыбкой повесить трубку и тихо протянуть с особым надломом, будто приторные слова медом растекались по губам:       - Уже скоро ты будешь только моей…       Джефф закрыл дверь кофейни на ключ сразу после того, как брюнетка в своем безразмерном свитере с улыбкой на лице пожелала ему доброй ночи и остановилась прямо посреди безлюдной улицы под светом парочки желтых фонарей. Было достаточно поздно, и именно в это время, почти за полночь закрывались последние заведения, что с достоинством приняли бой с посетителями в шумный выходной день.       Прохлада осени заставила её сильнее закутаться в рукава своего же свитера, если это только было возможно. С утомленной улыбкой Реджина проследила, как некая шумная компания молодежи после очередного хорошего вечера, пройдя чуть поодаль, продолжила веселиться этой тихой ночью. Ветер приглушенно просвистел где-то над её головой, а уже глубокое темное небо, зияющее одинокой пустотой, было почти свободно от грузных осенних туч. Кое-где еще сохранялись глубокие лужи, а воздух пах ночью и сыростью, как бы воссоздавая идеальную сцену из какого-то романтического фильма.       Она не сразу заметила стоящий на обочине черный Мерседес, чье заднее стекло плавно опустилось, как только усмешка вновь расцвела на её лице.       - Задумались о чем-то, мисс Миллс? - самодовольно протянул знакомый голос, после чего из машины высунулась светловолосая голова Локсли.       - Только о том, как бы удачнее прибить тебя за эту усмешку, - подразнила женщина, складывая руки на груди. Мужчина испустил смешок. – Я думала, ты уже уехал.       - И оставил тебя на растерзание уличных котов? Ну уж нет, - протянул он, через мгновение распахивая для неё заднюю дверь авто. – Садись…       Она не стала спорить с Робином, зная, что ей вряд ли понравится в одиночестве красться до дома по кромешной тьме, поэтому уже через минуту она позволила себе удобно устроиться рядом с мужчиной и устало откинуться на спинку сидения, захлопнув дверь. Автомобиль отъехал от кафе немедленно, увозя мужчину и женщину в темноту ночи.       В салоне витал знакомый запах чего-то елового и лесного, отчего Реджина позволила себе расслабиться и на мгновение даже удовлетворенно прикрыть глаза, пока человек, весь этот день даривший ей неизведанные раньше эмоции, сидел в считанных сантиметрах от неё и дышал с ней одним воздухом, делил тепло почти касающейся кожи их рук.       Этот Локсли точно когда-нибудь станет её погибелью.       - Устала? – пробормотал он, поворачивая голову в её сторону, пока она все еще не рисковала открыть утомленные глаза.       - Немного, - призналась брюнетка, слегка облизывая пересохшие губы, а затем через пару секунд тихо добавила. – Знаешь, я рада, что согласилась сегодня на твое предложение.       Открыв глаза и подняв голову с мягкой кожаной обивки, она посмотрела на него сквозь темноту в салоне своими темными пронзающими глазами и слабо улыбнулась. – Спасибо…       Робин кивнул, а затем усмехнулся, роняя взгляд с хитрой улыбкой.       - Что? – смеясь, спросила она.       - Я все равно сделал тебя в рисовании Розетты…       Они тихо рассмеялись, прорезая звенящую тишину машины, а затем каким-то почти магическим образом её рука оказалась поверх его собственной, пуская электричество сквозь каждую клетку кожи. Его пальцы были теплыми, и все казалось таким естественным, как дождь в осенний день или высыпающие на небе звезды по ночам. Она слегка провела подушечкой большого пальца по коже его ладони, заставляя мужчину задержать дыхание и чуть отстраненно впиться взглядом в то место, где их пальцы создавали удивительный контакт.       Она почти подпрыгнула на месте, когда в кармане назойливо прожужжал телефон.       Ах, черт!       Новое сообщение.       Женщина неловко поерзала на одном месте, подхватывая в руку телефон, и в считаные секунды счастливое выражение на её лице сменилось недоумением и злобой. Робин нахмурился, чуть подаваясь вперед, и неловко коснулся её плеча, прочищая горло.       - Реджина?.. – почти неслышно выдохнул и замолчал.       Женщина стиснула зубы и рыкнула, с яростью запихивая смартфон обратно в карман, где ему было самое место. - Что-то случилось?       - Моя сестра, - пробурчала она. – Её режисероподобный парень решил устроить ей небольшой сюрприз у нас пентхаусе.       - Так в чем проблема? – он кинул на неё озадаченный взгляд и чуть сощурился, видимо, никак не следя за очевидным продолжением слова «сюрприз».       - В том, что сейчас моя квартира больше похожа на место съемки порно, - скривилась женщина, тяжело выдыхая. – Очевидно, сейчас они развлекаются на всех возможных поверхностях в доме, так как она посмела прислать мне сообщение с просьбой погулять где-то, пока они не закончат. Зелина просто вышвырнула меня. ИЗ МОЕГО ЖЕ СОБСТВЕННОГО ДОМА! Ради секса с каким-то режиссером, она готова заставить спать на улице свою родную сестру!       - Хэй, тише, - он улыбнулся, выдерживая какую-то через чур подозрительную паузу после этих слов. – Ты уж точно не будешь спать на улице, Реджина… Но…       С опаской она посмотрела прямо в его глаза и, о боже, снова увидела в них хитрую искру, никогда не ведущую к чему-то разумному. Реджина задержала дыхание, будто заранее предвидя, какими будут его следующие слова, а затем он вновь сделал сумасшедшее предложение, от которого было не так-то просто отказаться.       - Но ты всегда можешь переночевать у меня…