Побудь моим... бизнес партнером

      В салоне машины, что плавно рассекала шумные улицы, пахло кожей и освежителем с легким запахом леса. За окном мелькали дома и сверкали огни светофоров, желтоватых фонарей, слышались гудки машин и другие звуки большого города. В стеклах мельком отражались яркие кричащие билборды, пока темные глаза с пушистыми ресницами лениво оглядывали привычный пейзаж. Женщина сложила руки в замок на коленях, обтянутых угольно черным элегантным платьем, позволяя авто увозить ее все дальше и дальше по разукрашенным ритмом города широким улицам. Чуть расправив оголенные смуглые плечи, она вздохнула и нервно откинулась на сидение.       Она помнила, как увидела это платье на одной из витрин и решила примерить, несмотря на неодобрение подруги и сестры, которые в два голоса продолжали твердить, что черный цвет слишком мрачен для такого события. Она тогда лишь закатила глаза, глядя на их ухмылки. Это было не свидание. Определенно нет. И она наденет на этот вечер то, что посчитает нужным без всяких бесполезных советов. На ней оно, кажется, сидело в тысячу раз лучше, чем на манекене, ведь когда в зеркале на нее посмотрела женщина, чьи изгибы идеально повторяло тугое черное платье без бретелек, выгодно подчеркивая высокую грудь и острые ключицы, у нее не осталось никаких сомнений.       Оно было простым, но этого было достаточно, чтобы свести с ума любого мужчину. Не то, чтобы ей это было очень нужно.       Локсли уж точно был не при чем.       Кажется.       Надев безразличие на красивое лицо, она терпеливо ждала, пока машина доставит ее в пункт назначения, хотя внутри все сжималось в нетерпении и липком волнении от новой встречи с мужчиной. Что-то трепетало в груди и не позволяло спокойно вздохнуть, как бы она ни пыталась расслабиться. Ей не терпелось сказать ему про сделку с Голдом, но в то же время было волнительно вновь сталкиваться с Робином лицом к лицу. И да, возможно, это звучало необычайно глупо, возможно, она просто накручивала себя. Но с каждым разом, с каждым днем сопротивляться становилось все сложнее, и тот факт, что сейчас она добровольно направлялась на собственную пытку, ничуть не облегчал ситуацию.       И что с ней было не так? Сперва твердив, что не хочет быть с Робином, теперь она шла на вечер в качестве его пары и думала, какого же черта согласилась на это. Ее отношения с мужчинами ограничивались флиртом и короткими интрижками (это было удобно без глупой привязанности и чувств), но никак не свиданиями и сладкими речами. Что с ней случилось? Это не было на нее похоже.       Но это ведь было не свидание? Да?       Кем она была без своих принципов? Он делал ее слабой и мягкой – она ненавидела это, но продолжала привязываться к нему. Она задумалась.Теперь после всего, что было, утверждать, что они друг другу никто,было просто смешно.       У нее было предчувствие. Этот вечер должен был изменить что-то, и она не знала, в какую именно сторону.       Однако Миллс хотелось увидеть его вновь.       Сколько бы Робин не убеждал ее заехать за ней перед вечеринкой, брюнетка все же настояла на том, чтобы поехать самой. Она отшучивалась тем, что подготовка займет много времени, а он не может опаздывать на собственный вечер. Она говорила, что хочет дать ему больше времени пообщаться с партнерами и прессой, но на самом деле просто не смогла бы вынести еще одной поездки в его авто, когда они бы сидели слишком близко и разбрасывались откровенным флиртом, пока воздух наполнялся напряжением. Ей нужно было больше воздуха.       Поэтому подъезжая, она сделала глубокий вздох и подхватила свой черный клатч, сквозь стекло рассматривая высокое здание корпорации. Вокруг уже собирались люди. Авто плавно остановилось прямо напротив входа (даже с улицы была слышна легкая музыка и шумные разговоры),и крохотная фигурка женщины в тугом черном платье вынырнула с заднего сидения. Коротко вскинув руку к забранным в высокую прическу волосам, она поправила пару воздушных прядей у лица и направилась внутрь здания.       Двери перед ней распахнулись.       Мужчина был по уши занят разговором с парой партнеров компании, но просто не мог не поглядывать на дверь каждые две минуты в ожидании ее. Чуть закатив рукав белоснежной рубашки, что пряталась под элегантным серым костюмом, он в очередной раз взглянул на часы, бросая короткую улыбку в сторону одного из собеседников в ответ на новую ремарку.       Повсюду крутилась пресса, за сдержанными разговорами собралась элита города, банкиры, бизнесмены и инвесторы, сквозь толпу гостей то и дело проплывали одетые с иголочки официанты с подносами шампанского в руках, а на фоне играла едва слышная джазовая музыка. Мужчины в отглаженных костюмах и женщины в безупречных платьях с интересом рассматривали и интересовались новым продуктом, пока Робин принимал поздравления по поводу релиза.       Только вот его голова была не здесь.       Он до сих пор не понимал, почему Реджина не позволила ему заехать за ней. Может он сделал что-то не так? Может, для нее всего было слишком много? Но она обещала прийти, а значит, все было хорошо.       А потом двери распахнулись еще раз, и в зал, плавно стуча каблуками по начищенному полу, вошла она. Он думал, что, возможно, из его легких напрочь выбили воздух, когда его глаза приклеились к тонкому силуэту. Черный цвет обнимал бедра и талию, идеально подчеркивая достоинства фигуры, а идеальная кожа молила о прикосновении. Столько силы и хрупкости было в этой маленькой женщине, и он начал завидовать самому себе. Когда с ее вздохом поднималось бюстье наряда и высокая грудь, он вздыхал тоже, не смея оторваться, но, кажется, забывал выдыхать. Забранные волосы делали черты лица острее, и он не думал, что она когда-либо сможет еще сильнее его удивить.       Черный явно был ее цветом.       Она выглядела невероятно в этом платье, и он почти почувствовал укол ревности, когда все взгляды были мгновенно направлены на красивые изгибы тела женщины. А потом он вспомнил: она не была его. И Робин ничего не мог с этим поделать, как бы сильно его к ней не тянуло.       Он выругался про себя.       Он благодарил Бога за то, что их пути однажды пересеклись в том коридоре компании, что он именно в этот момент подошел на ресепшн, и она именно тогда решилась на тот отчаянный поцелуй.       Ее темные глаза мгновенно прогулялись по помещению, и чуть распахнулись бордовые губы, брюнетка сделала пару шагов вперед. Лед нашел огонь и их взгляды встретились, в это же мгновение на ее лице расцвела легкая улыбка. Он не заставил себя ждать. Извинившись у своих коллег, он, чуть распахнув руки, подошел к женщине с широкой улыбкой на лице.       Миллс сверкнула глазами, улыбаясь уголками губ.       - Реджина, - ухмыляясь, он подхватил ее руку и оставил хитрый поцелуй на тыльной стороне ладони. Брюнетка рассмеялась. –Добро пожаловать! Хорошо добралась?       Женщина кивнула с легкой улыбкой.       - Прости, я немного опоздала, - она шепнула.       - Все в порядке, официальная часть еще не началась, а гости все еще продолжают приходить, - он сощурился и указал рукой в сторону партнеров. – Хотя я уже успел пообщаться с некоторыми людьми...       Она не заметила, как рука Робина как бы по привычке скользнула на ее оголенную платьем спину, когда они направились в сторону двух мужчин неподалеку. Она чувствовала себя комфортно, когда он прикасался к ней, когда его ладонь оказалась в контакте с ее кожей, и именно это волновало больше всего. Реджина решила не придавать этому значения.       С улыбкой на губах, она подошла к коллегам Робина.       -...и рассказать им, что сегодня меня сопровождает самая красивая женщина в этом зале.       Миллс фыркнула и бросила в его сторону хитрый взгляд.       - А ты умеешь льстить девушке, Ромео, - с сильным британским акцентом хохотнул зеленоглазый мужчина, что стоял слева от брюнетки с дерзкой улыбкой на лице.       Робин цокнул, заставив Миллс тихо рассмеяться.       - Реджина, это Уилл Скарлетт – один из разработчиков и по совместительству мой кузен и лучший друг... - сощурился мужчина, чуть проходясь ладонью по спине брюнетки (Вот же черт!), - …пока что, - подразнил он.       Уилл закатил глаза.       - А это Грэм Гумберт – наш коммерческий директор.       Приветливо улыбнувшись, второй мужчина подал Реджине ладонь для рукопожатия. Насколько она поняла, этот не был особо разговорчивым типом. Хотя бы работу свою он делал хорошо. Но было что-то знакомое в чертах его лица, когда Грэм приблизился к ней. Она отмела эти мысли в сторону.       - Приятно познакомиться с дамой, о которой этот парень прожужжал нам все уши, - усмехнулся Уилл, улыбаясь в сторону Реджины.       Ее сердце забилось быстрее и дернулось. Может, она тоже производила на Робина тот эффект, что и он на нее? Конечно, ей льстило это, и она не могла не сказать, что многие мужчины не редко попадали под ее чары, но почему-то именно сейчас было особенно важно услышать эти слова. Где-то внутри она хотела, чтобы он думал о ней.       Робин пробурчал что-то себе под нос, побудив женщину хитро посмотреть на него из-под пушистых ресниц.       - Взаимно.       Было что-то в атмосфере этого места, или, может, все это было благодаря собравшимся здесь людям, но брюнетка чувствовала себя более расслабленно и спокойно, чем когда-либо прежде на подобных мероприятиях. Несмотря на присутствие прессы и высоких лиц, она знала, что ей здесь рады, и все казалось гораздо более личным и семейным, чем было на самом деле. Хотя может, это Робин скрашивал ее визит своим теплом и чуткостью. Все-таки внимание виновника этого вечера автоматически отправляло ее в самое сердце праздника.       Она никогда бы этого не признала, но ей нравилась близость, которую дарило тепло его пальцев.       Проведя пару минут за разговором, что был полон едких ремарок Уилла, она чуть расслабилась. Утонув в ощущении комфорта и тепла, Реджина потерялась и, к своему же удивлению, еще сильнее приблизилась к Робину, позволяя его руке как бы невзначай скользнуть на талию. Это казалось невинным и привычным на тот момент. Она не видела в этом ничего запретного. Они ведь просто говорили, так?       - Не может быть! – рассмеялась женщина, прикрывая рот ладонью.       - Тот корпоратив я не забуду никогда, - хохотнул Уилл.       - Стоило познакомить тебя с моей дамой, и ты сразу начинаешь рассказывать унизительные истории обо мне? Я не думал, что ты падешь так низко, - драматично сказал Робин.       «Моей дамой». Она кричала внутри.       - Ну кто-то же должен разрушить миф о твоей идеальности, - ухмыльнулся британец.       Робин открыл рот, чтобы ответить.       Внезапно она услышала до боли знакомый голос, что окликнул одного из коллег Робина. Сердце забилось быстрее, когда догадки завертелись в ее голове. Кто это? Почему она знает его? Заметно напрягшись, Реджина вздохнула, а затем ее глаза нашли лицо подошедшего к Грэму мужчины. Темные мужские глаза сияли спокойствием, а на его лице застыла улыбка, когда что-то мгновенно ударило ее по голове.       Джонатан. Ее сердце упало.       Миллс почувствовала, как рядом с ней напрягся Робин – его взгляд сверлил отверстия в брюнете, а рука на ее талии рефлекторно прижала женщину ближе.       Что?..       Удивление все еще играло на ее лице, когда Гарднер перевел взгляд на ее лицо и воскликнул:       - Реджина? – он светло улыбнулся. – Какая приятная встреча!..       Чертов прохвост. Он точно знал, что она будет здесь, учитывая, что вечер устроил ее «молодой человек». Их столкновение, казалось бы, было случайностью, но Реджина знала Джонатана, наверно, слишком хорошо, чтобы в это поверить. Конечно же, его не приглашали на эту вечеринку. Причина у него могла быть только одна.       - Джонатан, - она опасливо пробормотала в ответ, нацепив на лицо дружелюбие. – Что ты делаешь здесь? Как ты…       Пальцы Робина нетерпеливо поиграли с тканью платья на ее талии. Было видно, как Джей мельком взглянул на то, как близко они стоят и где находится его рука, после этого слегка поджав губы. Реджине стало некомфортно.       - Я… видишь ли…       Грэм прервал его:       - Моя жена Кэсси не смогла прийти на вечер, а ее приглашение пропадало. Я был на ланче с Джонатаном в тот момент, когда она позвонила мне с этой новостью. Казалось логичным отдать билет моему брату.       Что?!       Грэм как-то неловко хлопнул по плечу темноволосого мужчину и прокашлялся.       - Брат? – смятенно спросил Локсли.       Каковы были шансы, что произойдёт такое совпадение?! Каковы?!       На лице Реджины было недоумение, и явно читался дискомфорт. Она не знала, успокаивали ли ее прикосновения Робина или наоборот нервировали – сложно было сказать, когда эмоции брали верх.       - Двоюродный, - поправил Джонатан, строя на лице добрую улыбку.       Может, она была рада, что Джонатан оказался здесь, пускай даже не случайно. Хоть что-то могло отвлечь ее от Робина и того, как сильно поглощала ее каждая секунда рядом с ним.       - Что ж, отлично, - Локсли неловко прочистил горло и чуть поджал губы.       - Я бы сказал, что не ожидал увидеть тебя здесь, Реджина, но… - он прокашлялся и мельком перевел взгляд на Робина, - но сейчас это кажется глупым…       Она улыбнулась.       - Хотелось поддержать Робина в такой важный для него вечер, - она потянулась рукой и заботливо поправила воротник мужской рубашки. Кажется, Робин слегка расслабился от такого жеста.       Хорошо.       - Вечер и правда вышел замечательным, - подметил брюнет.       Джонатан перевел взгляд на Локсли.       - Должен сказать, я очень впечатлен вашим новым продуктом. Продолжайте в том же духе, и ваша компания действительно когда-нибудь сможет изменить мир, - испустив смешок, он попытался разрядить обстановку, говоря с легкой улыбкой, но Локсли все еще не проявлял эмоций.       Повисла неловкая пауза.       - Спасибо, - сухо ответил Робин, оглядывая его с ног до головы.       Её глаза забегали из стороны в сторону, наблюдая за тем, как в воздухе между мужчинами растет напряжение. Черт. Робин все еще помнил то, как Джонатан напортачил в прошлом, и не собирался прощать ему эти грехи. Джей до сих пор делал попытки вернуть брюнетку, что теперь была с другим, и это уже был достаточный повод для ненависти. Ситуацию надо было спасать.       Она вздохнула.       - Так… приятно было повидаться с тобой, Джонатан, - пробормотала она, крепче хватаясь за Робина, – но я боюсь, Робину пора готовить свою речь.       Локсли продолжал молчать.       - Увидимся позже… может быть… - прощебетала она.       - Конечно, - Джей кивнул и удалился.       Реджина готова была поклясться, что его взгляд задержался на ней на пару секунд дольше, чем следовало.       Официальная часть была довольно скучной, если учесть что кроме Робина как минимум двадцать совершенно незнакомых ей человек произнесли самую длинную благодарственную речь в мире на небольшой сцене зала. А еще было интервью с прессой… К тому времени, когда все закончилось, она стояла в уединении около одного из столов с закусками и играла пальчиками с полупустым бокалом шампанского, пока люди начали потихоньку рассасываться из центра зала по своим компаниям. На красивом лице застыла ленивая улыбка, когда из толпы с ухмылкой вынырнул Робин и направился в ее сторону. Отсалютовав в его сторону бокалом, женщина сделала крохотный глоток и вздохнула.       - Это была хорошая речь, - подразнила она, вскидывая бровь. – Воодушевляюще…       - Чего только не сделаешь ради рекламы, - он пожал плечами, подходя ближе.       В них обоих проснулась смелость после пары бокалов шампанского, поэтому Реджина не сдвинулась ни на миллиметр, когда мужчина оказался к ней нечеловечески близко. Вскинув голову и врезавшись потемневшими глазами в его собственные, она в очередной раз удивилась, какой маленькой и низкой была по сравнению с ним. Женщина чувствовала его дыхание на своем лице и не смела отвести глаз, пока он просто стоял и ухмылялся. Ее легкие горели, а по телу растекалось тепло, словно именно в эту секунду ее прозрачная кожа пропускала через себя солнечный свет.       - Согласна, - хмыкнула брюнетка.       Все еще продолжая смотреть в ее глаза, он внезапно невозмутимо произнес:       - Потанцуем? – он улыбнулся уголками губ.       Реджина вскинула бровь. В центре зала уже расположились несколько пар, тихо двигаясь под ненавязчивую музыку.       - Не будешь наступать мне на ноги? – подразнила она.       - Обижаешь, - хмыкнул он.       - Только не говори, что помимо кулинарных курсов ты еще и брал уроки бальных танцев? – рассмеялась она.       - В своей жизни я посещал слишком много официальных мероприятий, чтобы не научиться, - он подал ей руку, чуть прикусывая губу, и посмотрел на нее так, что она почувствовала слабость в коленях.        А он знал, как использовать этот свой идиотский шарм против нее. Как будто издеваясь, он намеренно обезоруживал ее, и мысль о том, что они могут быть вместе, уже не казалась такой безумной и невероятной.       Нет! Не туда! Даже не думай об этом!       Он был ее слабостью, она знала, уже было поздно это отрицать, но не то чтобы ему стоило об этом знать.       Он был огнем и испускал искры каждый раз, когда становился ближе, а она настолько сильно не хотела обжечься и вспыхнуть, что предпочитала лучше всю жизнь мокнуть под дождем. Она была слишком сложной, Робину не нужны были ее пустые проблемы и противоречия. Так было лучше.       Ей нельзя было влюбляться, она не хотела этого, любовь несла только разочарования. Именно поэтому мысль о прежней легкой связи с Джонатаном казалась не менее привлекательной.       Однако она была здесь и сейчас, стояла рядом с Робином, и смотрела прямо на его протянутую руку. Уже через мгновение в ней оказалась крохотная женская ладонь.       Они вышли в центр зала, потерявшись в толпе людей. Было странно чувствовать себя в безопасности, когда вокруг было столько народу, но, кажется, каждый был слишком поглощен друг другом, чтобы замечать их. И именно эта безликость танца делала их близость интимной и личной.       Реджина смотрела ему в глаза, когда ее руки оказались на его шее, а его нашли место на её талии. Они начали медленно двигаться в такт музыке, переступая с ноги на ногу, какое-то время просто не произнося ни слова. Попасть в транс оказалось легко, пропасть в этом запахе, тепле рук, в дыхании. Так было комфортно, чувственно, идеально. Она почти забыла, что не может позволить себе раствориться в этом ощущении. Она бы хотела этого. Хотела потеряться в его руках и остаться в этом моменте навсегда.       Нет.       О чем это она?       Через силу, она попыталась разбавить завораживающую тишину.       - Спасибо, что пригласил меня, - она шепнула. – Я польщена.       - Я не могу представить на твоем месте кого-то другого, - он ухмыльнулся. - Спасибо, что скрасила мой вечер.       Она улыбнулась. Он оглядел ее и продолжил.       - Я уже говорил, как невероятно ты сегодня выглядишь?       - Может быть. Может, нет, - она вскинула бровь.       Наверно, она говорила слишком тихо, но они слышали друг друга идеально на таком крохотном расстоянии. От него пахло одеколоном и алкоголем – идеальное сочетание. Тихонько касаясь кожи на его шее переплетенными на ней пальцами, брюнетка насаждалась легкими прикосновениями на поясе. Дыхания смешивались, и не хотелось отрываться. Господи, какой она была слабой. Она смотрела в его глаза и продолжала бессовестно флиртовать, пока ее сознание кричало и билось в конвульсиях.       Они продолжали танцевать. Танцевать слишком близко.       - Тогда скажу сейчас: Реджина Миллс – ты потрясающая, - он поднял уголки губ.       - Лесть никуда тебя не приведет, Локсли, - протянула она с хитрой улыбкой.       - Зачем льстить, если правда и так слишком привлекательна, - он хмыкнул.       Она вскинула бровь.       - Если этот вечер устроен в твою честь, это еще не значит, что тебе сегодня все позволено, - шепнула Реджина.       - Неужели я не могу хотя бы один вечер получить все, что хочу, - он продолжил. – Лишь один вечер. Крохотный. Сегодня же праздник.       - И чего же ты хочешь?       Она не поняла, каким образом оказалась еще ближе, чем была прежде. Реджина прервала зрительный контакт, но лишь потому, что момент предательски привел ее взгляд на его губы.       Нет.       Не смей.       - Боюсь произнести это вслух, - его шепот был ее наркотиком.       Их разделяли считанные сантиметры – она не успела заметить, почему так вышло. Было просто двигаться с ним, чувствовать его. Ей нравилось вплетать свое дыхание в его. Реджина продолжала неотрывно смотреть на его губы, но не двигалась с места. Её захлестнуло непонятной волной, и она почти поддалась. Почти. Сознание отключилось, и она не думала о том, что позже пожалеет о своем поступке.       - А теперь передаю слово одному их наших спонсоров…       Громкий голос в микрофон заставил их отпрыгнуть друг от друга. Её глаза блеснули стыдом и паникой, но она не убежала. Это было бы слишком по-детски. Вздохнув, Реджина лишь потупила взгляд и как-то неловко облизнула губы, мгновенно смотря в сторону. Робин прокашлялся.       - Я…       - Я не…       - Все в порядке, - она пробормотала.       - Слушай, я…       Они уперлись взглядами друг в друга, все еще находясь слишком близко. Её шоколадные глаза непрерывно смотрели в его голубые, будто бы стараясь найти там ответ. Они дышали в такт, но никто не решался говорить первым. У них кончились слова, остались только эмоции.       Их парад неловкости прервал до боли знакомый голос. Последний, который она бы хотела услышать в этот самый момент.       - Реджина?       Джонатан. Ну конечно.       Она повернула голову в его сторону, только сейчас понимая, как выглядит со стороны. Устроившись в руках Робина, она смотрела в его глаза и не замечала ничего вокруг. Не лучшая картина для ревнивого бывшего. Она сглотнула. Робин все еще упрямо не двигался с места, держа ее близко к себе и прикрыв глаза.       Как же сильно он ненавидел этого паренька, который именно сейчас решил разрушить этот хрупкий момент. Такими темпами скоро ему снова придется вправлять свой драгоценный нос.       - Что ты…       - Я хотел узнать, не подаришь ли ты мне следующий танец? – он скромно улыбнулся, не отрывая от нее глаз.       - Я…       - Нет, не подарит, - она услышала резкий голос Робина.       Реджина опешила, тут же кидая недовольный взгляд в сторону Локсли.       - Робин! – шикнула она.       Джей смутился и переступил с ноги на ногу.       - Реджина! – пробормотал он в ответ. Она видела, как сильно он не хотел отрываться, и чего ему стоило прервать такой идеальный момент. Он хотел продлить секунды, даже если это было физически невозможно, и теперь Джей стал для него угрозой. Угрозой, которая норовила украсть у него Реджину. Брюнетка понимала Робина, но была слишком вежливой (и пугливой) чтобы просто игнорировать Джонатана.       В каком-то роде она была рада, что их прервали. После пары минут в его руках она уже не могла сдержаться, а что могло произойти, останься она с ним еще на несколько мгновений дольше. Она не доверяла себе, не умела контролировать себя настолько, чтобы продолжить танцевать с Локсли. Джонатан просто был ее спасительной ниточкой.       Ее глаза сверкнули недовольством, когда она взглянула на Робина, после чего, помедлив, переводя глаза на брюнета.       - Я с радостью потанцую с тобой, - она натянула улыбку.       - Реджина, прошу тебя, - шепнул Робин.       - Это же просто танец, - шикнула она.       Джонатан пытался не лезть в их разговор, глупо оглядываясь по сторонам.       Робин отпустил ее. Он не имел права указывать ей, что делать и уж тем более с кем танцевать. Он вздохнул и отошел на шаг назад. То, как этот идиот просиял в ту секунду, когда Реджина согласилась на его предложение, заставило Локсли сжать челюсти и мгновенно пожалеть, что он вообще позволил сотрудникам приводить своих гостей.       Реджина замерла на мгновение и обернулась, смотря на мужчину.       - Мы поговорим позже, хорошо? – она не сдвинулась с места, пока не дождалась его кивка, а позже развернулась к Джонатану и, заведя с ним очередной бессмысленный разговор, позволила ему повести в танце.       Робин не стал устраивать сцену. Он был не настолько глуп, чтобы делать это на своем же вечере, где каждый угол кишил прессой и инвесторами. Вместо этого он лишь тактично удалился и исчез на большом балконе в дальнем конце зала. Ему не хотелось вести себя как ни в чем не бывало. Он ненавидел, как что-то настолько дорогое ему так быстро ускользало у него из рук. Ему не хотелось отпускать ее. Никогда. Тем более, когда она добровольно падала в лапы чудовища, когда его не было рядом. Но он был никем для нее. Что он мог сделать?       Робин просто не мог поверить, что она так быстро забыла все, что Джонатан ей сделал. Все измены, слова, действия – неужели она не видела и не знала, что люди никогда не меняются. Пыткой было смотреть, как она слепо верит этому психу и просто напросто не слышит его самого.       Она была далеко не глупой женщиной.       Может, у неё была другая причина? Может, она видела сущность Джея, но была с ним намеренно?       Робин вдохнул свежий полуночный воздух и сложил руки за спину. В этот момент на большом балконе не было никого, и он был благодарен за это. Его распирала ненависть и обида. Хотелось крепче сжимать кулаки и просто дышать.       - Все хорошо? – мягким голосом осторожно спросил Джонатан.       - Да, - она мотнула головой и слегка улыбнулась.       Мужчина сглотнул, удобнее расположив руки на женской талии, и нахмурился.       - Мне не нравится, что он говорит тебе, что ты должна делать, - внезапно выпалил он.       - Джонатан… - она вздохнула.       - Нет, правда, никто не должен указывать тебе, - хмуро продолжил он. – Если он всегда обращается с тобой так, тогда он не достоин тебя. Тебе не нужен такой человек.       - Прекрати, - отрезала она, прикрывая глаза.       Боже, если бы он только знал, как сильно ошибается. Робин был кем угодно, но не плохим человеком и уж точно не одержимым собственником, как полагал Джей. Порой она даже не понимала, как заслужила такого человека в своей жизни, при этом только отталкивая его от себя.       - Ты не знаешь, что говоришь, - она пыталась говорить спокойно и размеренно. – Робин – прекрасный человек. И я… давай просто не будем говорить на эту тему…       - Хорошо, никаких проблем, - он прочистил горло.       Они продолжили танцевать, но этот танец был даже отдаленно не похож на тот, что они делили с Робином еще пару минут назад. Руки Джея жгли ее талию, и в это момент, чувствуя какую-то странную робость, она даже забыла, сколько всего было между ними до их ссоры. Было глупо стесняться его после всех их совместных ночей. Ей даже не хотелось думать об этом.       А еще Миллс не была до конца уверена, что Джонатан заслужил свое прощение.       - Я знаю, что ты думаешь, - он улыбнулся.       - Прости? – пробормотала она.       - Ты думаешь, что я намеренно стремился попасть на этот вечер.       Она вскинула бровь и даже слегка сощурилась.       - Может быть, - ответила она. – Это правда?       Джонатан лишь улыбнулся, заставив ее усмехнуться.       - Я очень надеялся найти тебя здесь… - он вздохнул, -…по очевидным причинам… Но я не прогадал, и это главное.       - Почему тебе было так важно увидеть меня?       Он не показал ни капли смущения, когда просто ответил:       - Во-первых, я надеялся хотя бы раз украсть у тебя танец, - она фыркнула. – А во-вторых, тебя просто невозможно застать. А я не мог ждать.       - Чего же?       - Ответа на вопрос, конечно, - он улыбнулся, а на ее смятенный взгляд быстро добавил, - насчет нашего ужина… то есть… ланча…       - Джей…       - Слушай, - он улыбнулся, - я знаю, что все слишком запутано, но я не могу просто опустить руки. Я был глуп, я не понимал и не видел, когда совершал ошибки и причинял тебе боль, но теперь я осознал, каким был идиотом, и как многое потерял.       Она отвела взгляд.       - Мне нет прощения, но я не перестану пытаться, пока у меня есть хотя бы крошечный шанс заслужить тебя заново.       Он расплылся в улыбке.       - Я буду приносить тебе документы в офис, случайно сталкиваться с тобой на вечеринках, - она фыркнула с легкой улыбкой в ответ на его ухмылку, - встречать тебя в кофейне по утрам и ждать тебя под дверью – я сделаю все и не отстану, пока не буду уверен, что заслужил твое прощение. Это правда очень важно… именно поэтому я прошу лишь один последний шанс…       - Ты…       - Нет, послушай, у меня есть предложение, - он ухмыльнулся, побудив Реджину с подозрением поднять на него взгляд. – Как бы то ни было… Один ужин…       - Джонатан…       - Всего один, - загоревшись, он улыбнулся, чуть прикусывая нижнюю губу. – И если после этого ты все еще не захочешь иметь со мной дела… я оставлю тебя в покое.       Он пожал плечами.       - Навсегда.       Реджина замялась. Она не знала, что ожидать от такого предложения, которое с каждой секундой казалось все более пленительным и заманчивым. Стоило ли доверять ему после всего, что было? Что мог изменить один жалкий ужин? И если она согласится, то после Джей прекратит попытки и, наконец, исчезнет из ее жизни, если она правда того пожелает.       Она задумалась. Это было хорошей идеей, но тогда вся её сделка с Робином вовсе не имела смысла. Готова ли она была предать Локсли, чтобы рискнуть и раз и навсегда разобраться с Джонатаном?       Робин. Пускай они не были вместе, для Джонатана их отношения были настоящими, а значит пойти с ним на свидание значило «изменить» Робину. Ей не хотелось делать мужчине больно, не сейчас, когда они действительно стали близки. Её резонная сторона говорила, что Джонатану нельзя было доверять.       - Прости, но я не… - она задохнулась. – Ты же знаешь, что все… довольно-таки сложно… Но я… я подумаю…       - К черту его, - отчаянно шепнул он, пуская в ход свое последнее оружие и, очевидно, имея в виду Робина. Реджина опешила. – Он не может решать за тебя, это твой выбор и твоя жизнь.       - Джонатан, ты делаешь поспешные выводы, - она обвела глазами зал, но не нашла Локсли среди присутствующих. Когда ее взгляд упал на большие двери балкона, ответ нашелся сам собой. Что-то щелкнуло в ее голове, и она только сейчас осознала, в каком состоянии она его оставила. Робин. Ей нужно было найти его.       Её мысли вновь утонули.       - Послушай, я не могу сейчас ничего тебе сказать, прости меня.       С легкой извиняющейся улыбкой она отстранилась и испарилась из рук брюнета. Она надеялась, что чутье ее не подведет, и балкон окажется хорошей догадкой.       - Робин? – быстрым шагом (насколько это позволяло тугое узкое платье) она вошла на балкон, смятенно оглядываясь по сторонам.       Он стоял там один, отвернувшись, и просто смотрел вниз под ноги. Сперва мужчина даже не поднял головы, будто бы не услышав ее слов, но по тому, как забегали его глаза, она поняла, что он слушает.       - Я… знала, что найду тебя здесь, - просто произнесла она, делая несколько шагов вперед.       Он предпочел промолчать, и это уже начало медленно выводить Миллс из себя. Да что с ним такое? Неужели все это из-за какого-то несчастного танца с Джонатаном? Она не помнила, чтобы делала что-то неправильное или непристойное, да и к тому же, Робин был далеко не ее парнем или мужем, чтобы ревновать, нервничать или предъявлять права. Ему должно быть все равно, так?       Почему ему не все равно?!       - Слушай, если это все из-за этого танца…       - Причем здесь этот чертов танец? – он мгновенно поднял на нее взгляд. – Ты можешь танцевать с кем хочешь, Реджина…       - Тогда в чем проблема? – она замешкалась.       В его глазах было смятение и непонятное ей разочарование, и брюнетке внезапно стало так некомфортно, что захотелось либо подойти ближе и стереть это выражение с его лица, либо просто убежать прочь.       Её уже тошнило от факта, что буквально минуту назад она всерьез рассчитывала пойти на тот «ланч» с Джонатаном, ведь теперь, глядя на него, ей не хотелось даже видеть брюнета и говорить с ним. Робин, сам того не осознавая, отбивал у неё всякое желание вернуться в этот злосчастный зал и продолжить беспечно танцевать. Противоречия ослепляли ее, ведь ей безумно хотелось протянуть к нему руку, и в то же время одернуть ее в страхе обжечься.       - Ты… ты действительно не видишь? – она невозмутимо покачала головой в ответ.       Робин опустил взгляд и открыл рот, в попытке сказать что-то, но на мгновение просто продолжал молчать. Затем его глаза взметнулись вверх и впились в её собственные.       – Скажи мне… в чем был смысл этого спектакля и игры в отношения на показ, если ты все равно просто простишь и примешь его обратно?       Реджина задохнулась. Это было слишком прямолинейно.       - Я не…       - Я не понимаю логики твоих решений, Реджина, больше нет. После всего, что он сделал тебе, он просто строит жалобные глазки, и ты прощаешь его? – он обреченно пожал плечами и поджал губы. - Вот так просто? Из-за пары трогательных фраз и раскаяния на лице?       Она видела разочарование, злость и боль на его лице, и, наверное, не могла понять, почему он чувствует все это. Ему было обидно, что после всего она так глупо забывает про их план и закрывает глаза на прошлое, но ведь это была не его жизнь. Он не мог решать за неё, как бы сильно Робин о ней не заботился. Порой она ненавидела то, что у него было такое сильное влияние на неё.       - Может, люди могут меняться? – парировала Реджина, делая маленький шаг вперед.       - Это неправда и ты знаешь, - тихо фыркнул он. – Он…       Он передумал продолжать свою фразу и просто выдохнул.       Робин замялся и провел рукой по лицу, будто бы продумывая, что сказать дальше. Столько мыслей вертелось в голове, и они просто не укладывались в правильные слова и фразы, потому что их, наверно, просто не существовало. Локсли не знал, как ему донести до неё свои мысли, ведь Реджина едва ли поверит его чутью, едва ли довериться простым словам и, может, даже сочтет это ревностью. Реджина никогда не слышала других. Чертова упрямая женщина. Она делала только то, что сама считала нужным, а Робин чувствовал себя немым.       Было что-то в этом Джонатане. Он никогда в жизни не доверился бы такому человеку. Парень с симпатичной мордашкой, который мог умело орудовать словами, но Робин был совершенно точно уверен, что ему нельзя было доверять. После всех его поступков, Локсли не знал, как Реджина вообще продолжала говорить с ним.       Он видел, что за маской был гадкий и нечестный человек – в нем не было ничего искреннего, пускай, он казался таковым в какие-то моменты. Почему Реджина не видела этого?       Почему она не видела?..       - Я понимаю, он многое натворил, но Джей пытается…       - С каких пор ты защищаешь его, Джина? – Робин нахмурился и удивленно вскинул брови.       Он просто не мог поверить своим ушам.       - Я не защищаю его, я… - она замялась.       - Ты не видишь, что происходит на самом деле? - он усмехнулся. – Это ведь был твой план – заставить его ревновать и преподать урок, твой, а теперь ты… просто бросаешь все это? Как будто ничего не было? В чем тогда был смысл?       Он покачал головой и раскинул руки в стороны, смотря прямо в глаза женщины. Он не видел в темноте, но кажется, они блестели.       - Я ничего не бросаю, Робин! - она повысила голос. – Ты бросаешься в крайности.       Он фыркнул.       - Крайности? Правда? Как я могу этого не делать, когда он словно червь прокрадывается в твою голову, а ты игнорируешь эти сигналы. Неужели ты не слышишь меня?       - С чего ты это взял? – ее грудь горела. – Ты просто боишься, что если я прощу его, то наши «отношения» развалятся и мы перестанем быть так близки. Как бы благородно не звучали твои слова, твои мотивы эгоистичны, признай это.       Он замялся, не зная, что ответить на это.       - Ты трус, Робин, - Реджина чувствовала горечь на своем языке. – Признайся хотя бы самому себе.       И тогда он сделал шаг вперед, взрываясь.       - Да, Реджина, да, я боюсь, что потеряю тебя, если у него все получится! Ты важна для меня, я уже не могу представить свою жизнь, если в ней нет тебя, и это именно то, в чем мне не страшно признаться! И я не хочу, чтобы это заканчивалось, мы заканчивались, потому что это единственное, что делает каждый мой день хоть чуточку лучше.       Она молчала, но не смела прервать контакт глаз. Слов не было.       - И мне бы было все равно, если бы на месте Джонатана был кто-то другой, правда, но я просто прошу тебя хоть раз довериться мне, когда говорю, что с ним что-то не так. Я боюсь, это правда…       Он вздохнул.       - Я боюсь, что он причинит тебе боль, а я буду винить себя за то, что не смог защитить тебя от этого.       - Мне не нужна твоя защита, - бросила она, часто дыша.       Любая другая женщина бы поняла и отпустила, но она не была кем-то. Слова Робина еще сильнее напугали ее, и пускай она не считала себя трусихой, Реджина просто напросто испугалась того, как сильно он заботится о ней. Этого не должно было произойти. Он ошибался.       Привязываться было ошибкой, именно поэтому женщина сделала то, что делала лучше всего.       Спряталась за собственной стеной.       - Он лишь играет тобой, - продолжал мужчина.       - Это тебе говорит твое волшебное чутье? – огрызнулась она. – Если бы я всегда опиралась на чутье, я бы не стояла сейчас здесь и не была бы той, кем я являюсь…       Она переступила с ноги на ногу.        - И то, что ты чувствуешь, что я делаю большую ошибку, - саркастично воскликнула женщина, - не значит, что это правда так.       - Почему ты не можешь просто послушать меня?! – вспылил он.       - Знаешь, Робин, я не дура, и пока имею голову на плечах, - резко бросила Миллс. – Ты думаешь, я не знаю? Думаешь, я настолько глупа, чтобы просто простить его и жить как раньше? Так вот я открою тебе секрет: все уже никогда не будет как раньше.       Она замолчала, и на мгновение в прохладном ночном воздухе зависла напряженная тишина. Они смотрели друг на друга и тяжело дышали, пока Миллс не решила со всей яростью и неприязнью выплюнуть:       - Хотя порой я жалею об этом… Раньше в моей жизни не было тебя с твоими идиотскими советами и наставлениями.       Она провела рукой по своему лицу и быстро направилась к выходу, пока в ее груди бешено билось сердце. Она горела. Возможно, стоило сказать что-то еще, нечто особенно ядовитое напоследок, но от ярости и тумана в голове все слова остались комком в её горле. Хотелось уйти как можно быстрее и как можно дальше от этого места. От него.       Может, она реагировала слишком остро или сказала нечто лишнее, но думать не хотелось. Она была зла, расстроена, разочарована, и просто продолжала бежать куда-то. В конце концов, это получалось у неё лучше всего. Её грудная клетка внезапно стала слишком узкой, и было трудно дышать, даже когда вокруг был свежий воздух. Она даже не помнила, как вышла на улицу, прочь из этого душного зала, где всего было слишком много. Как только большие стеклянные двери остались позади, она обняла себя руками и вздохнула как можно глубже.       Что с ней происходило?       Он не верил в неё. Что ей оставалось, когда человек, который всегда был на её стороне, вдруг перестал верить в то, что она способна постоять за себя? Внезапно Реджина почувствовала себя такой маленькой и бесполезной, как в её далеком детстве, когда люди любили решать все за неё и никогда не считаться с её собственными мыслями. Она просто не могла поверить, что Робин был как и все остальные.       Она просто хотела, чтобы кто-то услышал и доверился ей.       Миллс закрыла глаза и втянула носом воздух.       - Реджина, хэй, - позади послышался голос. – Все хорошо?       Женщина повернула голову, только чтобы увидеть Джонатана, который выбежал из здания следом за ней с обеспокоенным выражением лица и направился прямиком к ней.       Прекрасно.       Только этого ей не хватало.       - Я увидел, как ты выбежала, и… - он замолчал, так и не закончив предложение, а затем робко добавил после короткого выдоха. – Как ты?       - Все в порядке - отчеканила она.       Она была не в порядке. Далеко не в порядке. Не то, чтобы ему нужно было это знать. Их отношения с Джонатаном никогда не отличались эмоциональной связью или разговорами по душам. Наверно этим они и были так привлекательны.       Господи, она так хотела бы вернуться к тому, что было раньше. Платоническая связь была такой простой и приятной, и этого было более чем достаточно. Но чертов Локсли делал вещи с её головой, и она всем сердцем ненавидела ту путаницу, что сейчас пульсировала в её грудной клетке. Так что же ей мешало просто забыться и вернуть все назад? Ей не хотелось думать. Так много вещей в её прошлом манили её назад, и пускай Джонатан был мягкотелым недоумком, в их отношениях было больше плюсов, чем минусов. Она скучала по тому, как просто было с ним.       В тот момент она решила, что больше не даст Робину контролировать её жизнь и лезть в её голову.       Сжав челюсть, Реджина всем телом развернулась к Джонатану и после короткой паузы, что позволила ей рассмотреть мужчину и на мгновение хорошенько задуматься, со вздохом коротко выдала:       - Знаешь что, - она была уверенна в своем решении, но это не значило, что эти слова не отдались горечью на языке и тупой болью в грудной клетке, - я согласна.       - Что? – Джонатан моргнул в непонимании.       - На ужин… - просто ответила она, - …ланч… неважно.       Мужчина мгновенно просиял и выпрямился.       - Я обещаю, Реджина, - он улыбнулся, когда добавил: - ты не пожалеешь об этом.