Белые паруса

***

... Я проснулась от чувства удушения, лежа на краю кровати и прижимая предплечье к горлу. Распахнув глаза и дёрнувшись, я уставилась в пол перед кроватью. На светлом дереве виднелись капли крови, а горло, на которое давила моя собственная рука, согнутая в локте, нещадно болело и саднило. С усилием, но мне удалось выпрямиться и сесть на кровати. По губам, подбородку, грудине потекли струйки крови, идущей из носа. Выругавшись, я быстро схватила со спинки кровати полотенце и прижала его к носу. — Чёрт! Чёрт! – шипела себе под нос, сдерживая сбившееся дыхание и ощущая, как паника вновь начинает охватывать сознание. Сердцебиение ощущалась, как мне казалось, даже в лёгких. Каждый вздох давался мне с трудом, но в голове билась мысль, что мне нельзя переставать дышать. Рывком встав, я метнулась к одной стене и тут же рванула к другой. Страх, паника, ужас завладели сознание настолько, что единственным выходом мне казалось застрелить себя, заставить этот гул в голове исчезнуть. Онемевшие ноги подкашивались при каждом шаге, пока в конце концов не ослабли, и я села на пол, забившись в угол между кроватью и тумбой. Подтянув ноги к груди, я спрятала в них лицо, чувствуя на губах вкус крови. Я заскулила в тряпку. Время шло медленно, словно издеваясь. И в этом тянущемся ожидании прошли мгновения до того момента, пока дрожь и страх не стихли. Был бы нож – было бы проще, можно просто вскрыть кожу. Пошатываясь, мне удалось встать на ноги и, сделав пару шагов к двери, не упасть. С большим трудом я вышла на палубу. На море давно опустилась ночь, прохлада пробиралась под одежду, немного бодря своими колючими потоками. Пальцы, которыми я держала тряпку около лица, моментально замерзли. Квартирмейстер очень быстро заметил меня в ненадлежащем виде. — Голая русалка по левому борту! — громко крикнул он, указывая куда-то. И пока все отвернулись, он подлетел ко мне, ловко подхватил под руку и завёл обратно в каюту. Наскоро закрыв дверь, он вернул меня на кровать и присел на одно колено возле меня. — Ну ты чего, Маркс? Что случилось? — Лоа решили пошутить и напугать, – ответила я, ощущая контраст между прохладой на палубе и духотой в каюте. – Кровь пошла, – показала на тряпку, оторвав её от лица, что вызвало новое кровотечение, – понадеялась, что станет лучше на воздухе. — Сейчас, — квартирмейстер встал и открыл иллюминатор. По дороге он открыл сундук и выудил оттуда серую рубаху и поднёс мне. — Лучше сюда. Не страшно испачкать. Что-нибудь дать? — обеспокоенно и четко произнёс он, пристально глядя на меня. Взяв рубаху, я отняла от лица полотенце и заменила его на рубаху. Головокружение начало медленно овладевать мной. Из-за чего я немного завалилась на бок, опираясь свободной рукой о кровать. — Нет, наверное, – вяло ответила я. – Просто встряску мне устроили мои лоа. Как назло, оба смертью заведуют. — Ну, главное, что не к себе зовут, — попытался пошутить квартирник. — А вот в этом я сомневаюсь, – я вяло улыбнулась. – Кстати, Каиф нормально прошла инициацию, теперь у нас на одну вудуистку больше. Мои лоа решили меня поздравить и поиздеваться. У нас с Каиф теперь одна на двоих лоа смерти. — Приятно слышать. Я привязался к этой девчонке, — довольно улыбнулся Крау. — Может всё-таки... принести там... перец или ленту? Непосвящённый явно пытался придумать способ помочь мне. — Даже привязался? – я удивленно вскинула брови. – Удивительно. А вот с магией... Нет, не стоит. Я на ритуале много потратила сил, боюсь, если сейчас хоть что-нибудь сделаю, то опять увижусь с духами. Как-то не хочется. — Да я и не про ритуал. Просто, если бы тут был Гит, он бы быстро остановил кровь. — Я бы у него выпросила его самогон, который ставит магию на якорь, – я выровнялась и отняла рубаху от лица. Кровь, вроде как перестала идти. Закрыв глаза, постаралась сосредоточиться на собственных мыслях, но ничего не выходило. — Могу предложить только ром с перцем, — квартирник отошёл от меня и сел на стул, давая мне чуть больше пространства. — Крау, это одно из подношений моему лоа смерти, зовут Барон Самеди, заведует кладбищем и покоем, – я открыла глаза и улыбнулась. — Ой, — констатировал моряк и благоразумно замолчал. — Принеси, пожалуйста, чай зелёный с мятой, – я посмотрела на пирата, стараясь уловить черты его лица, но, как назло, оно расплывалось перед глазами от пережитого стресса. – Сестрам и Каиф ничего не говори. — Не выходи из каюты, — предупредил он и вышел наружу настолько спокойно и расслабленно, будто шёл на камбуз только ради пары сухарей. Когда дверь закрылась, я смотрела вяло в пол, перебирая в руках рубашку. Усталость настолько сильно сковывала меня, что даже мысли остановились. И мне приходилось прикладывать усилия, чтобы хоть немного возвращать себя в реальность. Вскоре дверь открылась, и англичанин тихо вошёл в каюту, прикрывая за собой дверь. Ароматный запах приятно наполнил помещение, вызывая теплые чувства в теле. Пират аккуратно отдал мне чашку, и я тут же сделала глоток. Горячая жидкость практически обожгла горло и желудок, но это ощущение прошло достаточно быстро. — Завтра с утра надо, чтобы Каиф нам указала направление, где есть острова. Будем изучать эту местность, – я ощутила, как постепенно напряжение стихает. – Может, потом Кругу отправим карту местности и совет взять на борт парочку вудуистов, чтобы пираты и тут обосновались. — Думаю, это нужно сделать лично, — порекомендовал квартирник. — Адмирал наверняка захочет убедиться в надёжности источника, прежде чем отправлять аборигенов так далеко. — Сделаем припуску для Гитиаса, которую знают только те, кто знаком с ним. — Прихватите свою вонючую фляжку? — посмеялся Крау. — Или напомню, что девица шпилькой заколола какого-то пирата, нацепив на юбку платья куколку-вуду, – подхватила импровизацию я. Крау сильно удивился этому, но, припомнив, кивнул. — А, ну да. Но такое знаю уже многие. Гитиас несколько раз упоминал, что это главная причина вашего знакомства. — А... – я даже растерялась и захлопала глазами. – Тогда вариант отпадает. Придумаем по ходу дела тогда. Я отпила ещё чай и, выловив листик мяты, зажевала его, ощущая легкую горечь на кончике языка. — Напомни мне, пожалуйста, купить какое-нибудь сильное снотворное. Иначе лоа из-под земли достанут. — Хорошо, — кивнул офицер. — А разве сонное зелье не... э-э-э... будет удерживать на Перекрестке? — Смотря какое использовать. Если слабое, то да – пусть на Перекрёсток, – пояснила я. – А сильное позволяет просто отключаться и просыпаться, без снов, без каких-либо выходов внезапных на Перекрёсток. Это знаешь, как мозг отключается – и всё. Я покачала головой. У Дорриана мне такое давали, чтобы я не использовала магию. Хоть у меня и не было души и возможности нормально колдовать, но я могла делать кукол и проводить заговоры. Правда, без души это намного сложнее, – я замолчала, а потом добавила. – Без души было проще жить. И правда... Нет тревог, нет страхов и воспоминаний. А жизнь?... Жизнь протекает мимо. Но может оно и к лучшему? — А что, среди наших вудуистов нет вообще никого, кто варит зелья? — удивился Крау. — Гит говорил, что алхимии учат всех, хоть и не все становятся мастерами. Можно попросить их. — Есть, конечно. Вирджиния отличная алхимичка, – я улыбнулась, – но я бы не хотела её просить варить мне зелья. Всё-таки она тоже вудуистка и прекрасно знает, что значит отказывать от сновидений и связи с лоа. — И что? Иногда надо же отдыхать. Не все могут каждый день паруса настраивать Я покачала головой, квартирмейстер был далёк от мира магии, поэтому его суждения казались мне немного странными, но логичными. Жизнь вудуиста всегда связана с жизнями лоа, с их волей и намерениями. Мы – лишь проводники их потоков магии. Так, их инструменты. — Если бы всё было так просто, Крау. Я хочу всё-таки блокировать магию.... Как Гитиас. Совсем. Сонное зелье поможет мне положить начало отречению от магии, пока я не найду зелье, которое заблокирует её во мне. Крау несколько секунд пытался понять сказанное, но смысл слов до него так и не дошёл. — В общем, просто напомни, пожалуйста, купить зелье. Так будет проще, – я улыбнулась англичанину, стараясь показать, что всё хорошо. – Утром ляжем на курс, доберёмся до суши и будем осваиваться. Всё, как обычно. — Как прикажете, капитан, — охотно согласился квартирник, у которого миропонимание начало догонять самооценку. Я на всякий случай промокнула нос от крови и встала на ноги. Головокружение дало вновь о себе знать, но ощущалось оно уже намного легче и расслабленнее. Всё-таки чай помог сбросить напряжение и привести мысли немного в порядок. — Помоги, пожалуйста, умыться. Не хотела бы упасть, когда голову наклоню, – я посмотрела на Краулера. Кивнув, квартирмейстер поднялся за тазом для воды. ... Спать я легла лишь через полчаса, выпив чистой вытяжки из мяты. Краулер пришёл чуть позже, когда закончил дела на палубе и раздал указания. И, наверное, уснула я мирным сном тогда, когда англичанин устроился у меня за спиной. Стало спокойно.