Оружие корабля "Глада Миллениум"

По подсчётам капитана, прошло около четырёх месяцев, перед тем, как от Каэды пришло сообщение. Естественно, его любопытству не было предела, но читать он не стал. Вместо этого он нашёл Дзаарха на его рабочем месте и попросил пройти в капитанский отсек. Странная гамма чувств отразилась на лице новоиспечённого члена команды, но он пошёл за Ацахой, и капитан спросил его персональный код. — Зачем? — подозрительность прозвучала в его голосе. — Тебе сообщение. От Каэды. Он снова изменился в лице и продиктовал номер. Ацаха переслал ему сообщение и сразу же удалил его у себя, чтобы не было соблазна. Тем не менее, он сделал это совершенно зря, так как Дзаарха развернул к нему наручный информ и показал короткое сообщение, отправленное с анонимного почтового сервера: «Не ищи меня. Прости». — Будто я собирался искать, — с горечью в голосе прокомментировал он. Ацаха развёл руками. Дзаарха ушёл явно расстроенный. Тут словами не поможешь, потому капитан и не хотел говорить что-то ободряющее, никакого толка от этого не было бы. Вместо утешений Ацаха решил прогуляться по новичкам. Это занятие приносило ему хоть какие-то эмоции и избавляло от уныния. Капитану нравилось касаться чьих-то волос, кожи, этот трепет под его руками был ему приятен. Те, кто откровенно не шарахались от Ацахи, доставляли ему удовольствие. Достаточно извращённый способ развлечься, но капитану казалось, что после Джиевы он неспособен на сильную привязанность к кому-либо. Особенно Ацаха привлекал самый юный из новых рекрутов — Ру́и. Высокий красавец не оставлял равнодушным его взгляд. Капитану было неизвестно: просто ли он терпел, или ему нравились его действия, но он никогда не убирал рук капитана, и тот наслаждался теплотой его кожи, и тем, как он прикрывал глаза, почувствовав его прикосновение. Капитан надеялся зайти с этим новичком как можно дальше в своих играх. Так Ацаха отдыхал от одиночества. Пока что денег было недостаточно для того, чтобы набрать топливных стержней и улететь куда подальше из системы с родной Ха, поэтому Ацаха с Филлардом стали использовать старый план полётов на пару заброшенных планет, с которых они забирали разный металлолом и механизмы и тут же неподалёку продавали весь этот хлам. Средства медленно копились. Одно и то же. Сколько? Лет шесть, не меньше. Дзаарха же маялся от скуки, одинаковые дни начали сводить его с ума. Ночами, когда он не мог уснуть, и им неизменно завладевали мысли о Каэде, он хотел только одного: поговорить с кем-нибудь. А такой собеседник на корабле у него был один. Дзаарха частенько смотрел на сохранившийся у него личный код капитана. Послать сообщение или нет? В одну из ночей он всё же написал ему, пригласив на чашку суррогата. Дзаарха долго ждал ответа, но так и не получил его. Утром, выйдя из отсека, он вздрогнул от неожиданности, наткнувшись на ожидающего его капитана. — Доброе утро! — сказал тот с миловидной улыбкой. — Я хотел извиниться. Так крепко спал, что не заметил твоего сообщения. Может, сегодня ночью, как все разойдутся, встретимся? Ацаха коснулся его руки, Дзаарха ответил на это стальным взглядом, но отдёргивать ладонь не стал. — Я согласен. Весь день они с Ацахой встречались глазами, и капитан улыбался ему. Дзаарха был поражён тем, как он жаждет ночи, любого разговора, хоть чего-нибудь, лишь бы не находиться одному. Ему казалось, что Ацаха видит это в нём насквозь, и ему было немного стыдно. В этот же день он заметил на себе колкий взгляд Руи, того самого юнца. Что ж, неприязнь была взаимной. Дзаарха помнил о той интимной сцене, при которой невольно присутствовал, и ему было тошно. Он еле дожил до конца дня. Сидел в столовой и наблюдал, как медленно расходятся рекруты. Долгое время Дзаарха смотрел, как в одиночестве сидит у стойки Гевлит и печатает на информе. Потом и она потянулась и ушла. Помещение опустело. Ацаха вплыл из прохода белым пятном и мягко опустился за стол к единственному близарию в столовой. — Откуда вы…ты знал, что она напишет? — Доброй ночи, прежде всего. Женщины любят ставить точки, а её так не хватало в вашем расставании. — Всего-то? — Да. Тебе налить? Дзаарха кивнул. Он пронаблюдал за тем, как капитан аккуратно наполнил из старого аппарата пару стаканов кипятка с заменителями всего натурального, что, предположительно, могло там находиться. Ацаха поставил стаканчики на стол и обхватил один из них ладонями. — Мне бывает холодно здесь, хоть я и знаю, что температура регулируется системой. Наверное, это нервное, как думаешь? — А может, иногда космос холоднее, чем обычно. — Романтизировать вакуум может не всякий, — оценил капитан. — Как тебе моя «Глада»? — Она мне кажется недостаточно надёжной, уж прости. Ацаха постукивал пальцами по столу. — Тебе не хватает уверенности из-за отсутствия орудий? — Мне кажется, что без огневой мощи в диком космосе делать нечего. Скорость — ваше единственное оружие, но с таким нестабильным движком на него вряд ли можно постоянно и всерьёз рассчитывать. Капитан и бровью не повёл в ответ на этот пассаж. Он пил суррогат, изредка бросая взгляд на большой информ. — Уже ощущаешь себя частью команды? — Команды? — изумился Дзаарха. — Здесь нет команды. Разрозненные рекруты вряд ли могут образовать сплочённый рабочий коллектив. Почему ты не наберёшь хороший состав? Или тебе так нравится одиночество? Ацаха встал и обошёл Дзаарха. Положив обе руки ему на плечи, он слегка помассировал их. Дзаарха напрягся, но ждал ответа. Он не какой-то там сопляк, чтобы млеть от прикосновений капитана. — Я не чувствую одиночества. У меня есть способы отвлечься от этого ощущения. Особенно, — Ацаха нагнулся к самому его уху и чуть нажал на правое плечо, — если вокруг столько новых, а главное разных близариев. Дзаарха уже хотел высвободиться, но Ацаха снова сжал ему правое плечо, и Дзаарха пришлось взглянуть вправо. Тогда он понял, почему капитан так старался обратить его внимание в эту сторону. Во тьме коридора, уходящего к жилым отсекам, стояла фигура, неприметная на первый взгляд. Руки Ацаха снова заскользили по коже Дзаарха. Потом близарий замер от прикосновения к своей косе. Капитан потянул её к низу и негромко сказал: — Ты всё ещё думаешь, что я страдаю от одиночества? Дзаарха, наблюдавший из-под прикрытых глаз за удаляющейся фигурой, не ответил. Это был Руи, без сомнения. Когда его тень полностью ушла из вида, Ацаха вернулся на своё прежнее место с ехидной улыбкой. И для кого он устроил это представление? Позлить Руи? Или погрузить в смятение Дзаарха? Может, так, шутки ради? Мысли смешались. Дзаарха прикончил суррогат одним глотком и встал, обозлённый. — Увидимся, — бросил он и ушёл, слыша за спиной тихий смех Ацаха. Последующие их встречи были более обычными. Особенно душевно получилось прогуляться по поверхности одной из планет, атмосфера которой была вполне пригодна для дыхания. Правда, уровень гравитации был непозволительно высок для посадки на самой «Глада». Дзаарха удивило то, что капитан пригласил его спуститься на планету в челноке и проследить за погрузкой металлолома, хотя раньше ему не выпадало чести бывать на высадках. Как оказалось, на деле Ацахе всего-то хотелось пройтись по развалинам, наседая кому-нибудь на уши. — Много таких планет. Только радиация всё портит, а так бы груза было — бери, сколько влезет. Вот и здесь можно найти что-нибудь стоящее, беспилотники как раз обнаружили что-то вроде ангаров, если там остались старые корабли, то это просто замечательно. Купим пару-тройку топливных стержней и полетим дорабатывать старые шахты на дальние планеты, ты ещё не видел мою малышку — буровую установку — в действии. О, она помогает нам отрыть то, с чем другие не считали нужным ковыряться. А редкие руды сейчас хорошо ценятся. Это раньше их было много, но эти времена давно прошли. Вот руда скидда. Раньше из её сплавов делали так называемые лепестки для старых трёхфазных ускорителей. Но потом, когда стали известны её главные свойства — её не любят теканы, компании сразу стали скупать эту руду и делать в кораблях «безопасные» отсеки по невероятной цене. Хотя толку от них было немного — мало кого в этих капсулах жизни находили до того, как там заканчивались все припасы. Как ты думаешь, что лучше: умереть от истощения или быть порванным на части тектеками? — Я бы предпочёл остаться в живых. — Дзаар, ну ответь! Дзаарха недовольно фыркал бестактности, а Ацаха брал его за локоть и увлекал дальше меж развалин. Дзаарха не знал, то ли капитан забывался и вёл себя с ним, как со своими новенькими, то ли у него всего лишь было хорошее настроение. Как бы то ни было, Дзаар терпел. Ацаха всё же спас его. Вскоре на информ капитану пришло сообщение, что на этом участке они закончили. В следующем районе поисков стояло несколько ангаров, которые заметили беспилотники. Капитан пожелал увидеть их содержимое, и ворота пришлось вскрывать резчиками. — Пойдём, неужели тебе не интересно? — заглядывал ему в глаза Ацаха. Да, Дзаарха сегодня доставалось внимания явно больше, чем кому-либо ещё. Ангары меж тем вскрывались один за другим: пусто, пусто… У капитана уже сползла улыбка с лица, но в пятом ангаре что-то обнаружилось. Крупный объект, накрытый брезентом. Пока Дзаарха смотрел, капитан уже отдал приказ освободить нечто от покрытия. — Невероятно! — услышал Дзаарха голос Ацаха возле себя. — Вы хоть знаете, что это? Старая модель орбитального истребителя. Если сможем запихнуть его в наш челнок, то загоним кому-нибудь по хорошей цене. Давайте, начинаем погрузку. Все вокруг засуетились, забегали. — Это нужно будет отметить, — заговорщически подмигнул капитан Дзаарха и скрылся среди рекрутов. Эта высадка дала ещё один толчок к сумятице, вносимой Ацахой в коллектив. А именно: Дзаарха пришлось познакомиться поближе с Руи. Тот буквально поджидал его возле рабочего места по окончании дня. Убедившись, что Руи смотрит прямо на него, Дзаарха вздохнул. Что ему могло от него понадобиться? Однозначно речь пойдёт о капитане. Руи был самым молодым из новоприбывших, ему было двадцать восемь лет. Видимо, сокращённые годы армии за счёт категории. Но роста ему было не занимать: ничуть не ниже Дзаарха, с крепким торсом и мощными руками. Кожа светлая, черты лица правильные. Красивый близарий, видный. — Дзаарха, если не ошибаюсь? — приблизившись, сказал Руи. — Чем могу помочь? — Пара вопросов. Перекусим вместе? Нехотя Дзаарха пошёл за ним, даже не пытаясь избавиться от кислой мины. У него не было настроения иметь какие-то дела с капитанскими игрушками. Еда не лезла в горло перед незнакомцем. Впрочем, разговор всё равно вышел коротким. — Что у тебя с капитаном? — Руи выдерживал мягкую улыбку, за которой, кажется, скрывалось острое неприятие. — Ничего, — честно ответил Дзаарха. В такую глупую ситуацию можно было попасть только на «Глада», не иначе. — Он так с тобой общается, будто ты ему не подчинённый. Кто ты? Старый друг? — Капитан мне жизнь спас с полгода назад, теперь я здесь как рекрут. Руи вроде расслабился. — Вот оно что. То-то я думаю, что ты не из наших парней, я видел, всё дёргаешься от него. Слушай, спасённый, не мозоль мне тогда глаза рядом с капитаном по ночам, а? Что тебе стоит, оставь это время мне. — Обыкновенно не я инициатор нашего общения. Спасибо за беседу. Возвращаясь в свой отсек, Дзаарха был раздражён. Белобрысый интриган на самом деле заставил Руи подумать, что между ними что-то есть. Ему действительно настолько нечем заняться, что он доставляет всем такие неудобства? И этот тон: «Я думаю, что ты не из наших парней». Для таких, как они, существовало жаргонное словечко с негативным оттенком «сквинш», означавшее однополые отношения. У близариев, несмотря на тысячелетия истории, влечение к своему полу до недавней поры считалось противоестественным отклонением: этой расе в прошлом с трудом удалось достигнуть повышения рождаемости, тому не способствовала особенность физиологии женщин, слишком тяжело протекала у них беременность, за всю свою жизнь они с трудом могли родить три-четыре раза, после чего была велика вероятность бесплодия. Редкой радостью были двойняшки. С развитием медицины проблема экстранизкой рождаемости стала понемногу решаться, но к однополым отношениям относились всё также отрицательно, как к губительным и не приносящим прироста населения. Наконец, около двухсот лет назад медицина описала бисексуализм — «да́йо», предполагая, что у некоторых особей может наблюдаться влечение не только к противоположному, но и к своему полу. То есть, однополые отношения в своей чистой форме так и не были открыто признаны. Но сквинши существовали, существуют и будут существовать. Вот, например, сейчас Дзаарха наверняка именно с ним и имел дело. Почему-то ему казалось, что Руи точно сквинш. И получается, что капитан — дайо, а он даже не задумывался об этом. Да и разве должен был? В любом случае, Дзаарха был оскорблён сложившейся ситуацией и больше не приходил к капитанскому мостику или отсеку сам. Пару раз, когда он засиделся в столовой, там неизменно сидел Руи, и Дзаарха спешил избавиться от его общества. Погрузка с этой планеты закончилась и впереди у них была только дорога на торговую базу, а потому вероятность столкнуться с Ацахой стала ещё меньше. Дзаарха уже и не помнил, когда он видел капитана в последний раз даже мельком. Как-то раз за ужином Ормак спросил его: — Ты что, сдружился с капитаном? Дзаарха немного удивил тон, которым это было сказано. — Не то, чтоб мы были приятелями, но с ним порой интересно поболтать. Ормак пытался не смотреть ему в лицо, и старательно отводил глаза. — Зря ты это, — неодобрительно качал он головой, — он у нас странный. — Ты про то, что он дайо и клеится ко всем подряд? Мне уже сказали, да и сам не слепой. Он со всеми так раскрепощён? — Нет, но я подумал, раз уж он так часто возле тебя вьётся… — Я могу за себя постоять, — ухмыльнулся Дзаарха. Ормак всё постукивал когтями по столу, явно что-то недоговаривая. — Знаешь, те, кто близок с капитаном, обыкновенно очень быстро вылетают с корабля. — Я с ним не близок, — начал злиться Дзаарха. — Я просто тебя предупредил. Предостережения сыпались одно за другим, то Руи, то Ормак. Неужели на «Глада Миллениум» действительно такая странность общаться с капитаном? Все, кому не лень, подозревали что-то неладное. Конечно, никто не отзывался об Ацахе хорошо — кто любит своё начальство? Разговоров о нём вообще избегали. Дзаарха вспомнилось, что при нём пару раз обрывали фразы, относящиеся к капитану. Боялись, что донесёт? Что здесь вообще происходит? «По суррогату?» — получил Дзаарха сообщение однажды ночью. Но было ещё недостаточно поздно, он был почти уверен в том, что Руи ошивается на месте их обыкновенных посиделок. Дзаарха вообще взял за привычку уносить обед и ужин к себе в отсек — тише и спокойнее. «Сперва попробуй выгнать из столовой всех своих обожателей», — ответил он. «Тогда я зайду к тебе в отсек», — легко разрешил всё Ацаха. Дзаарха встряхнулся и принял сидячее положение. Вставать ему всё равно не придётся: Ацаха сам откроет дверь информом. Отсеки на «Глада Миллениум» были рассчитаны на два близария каждый. Но Дзаарха жил один: капитан так никого к нему и не подселил с того времени, как Каэда оставила его. Ещё один пункт к тому, чтобы он ощущал себя гостем, а не простым рекрутом. — Что это у нас случилось? — Ацаха бесшумно вошёл внутрь и прикрыл за собой шлюз. — Раньше ты никогда не отказывал мне немного посидеть в столовой. Капитан окинул взглядом обстановку и сел на пол возле ног Дзаарха, навалившись спиной на постель. Вытянув руки над головой, Ацаха потянулся и расслабленно прикрыл глаза. — Ну, что там? — Что значит «что»? Твоё поведение заставляет твоих сквиншей волноваться, — с раздражением ответил Дзаарха. — У-у, какие словечки, — поморщился Ацаха, но отрицать ничего не стал. — Ты про Руи? Что он тебе наговорил? — Чтобы я держался от тебя подальше. В других выражениях, конечно же. — И ты его слушаешься? — Мне что, на драку нарываться? — По-моему, ты крупнее его, — беспечно сказал Ацаха. — Это не значит, что я хочу проблем с ним! Капитан сел, скрестив ноги, и посмотрел на Дзаарха снизу вверх. — Дзаар, его угрозы — это же полнейшая ерунда. — Прекрати меня так называть, — перебил его Дзаарха. — Я устал, понимаешь? От проблем, которые ты зачем-то создаёшь. Я не хочу на себе чувствовать отголоски твоих игр, у меня своих забот хватает. — Но мы же друзья, Дзаар, — абсолютно серьёзно сказал Ацаха. «Что? — оторопел Дзаарха. — О чём он? Разве подобные слова говорят таким самоуверенным тоном?» — Кстати, я хочу тебе кое-что показать. Ацаха покопался в информе и вывел на экран изображение. — Это Джиева. На фотографии рядом с Ацахой стояла среднего роста светловолосая девушка. Личико её было совсем кукольным, но не глупым. Золотистые волосы и голубой наряд делали её ярким пятнышком на тёмном фоне корабельных переборок. Вблизи можно было рассмотреть её лучистые глаза. — Красивая, — как можно спокойнее сказал Дзаарха, но самого его в этот момент передёрнуло. Он понял, что рядом с Ацахой то светлая девушка, то Руи, искрящий самым лучшим близерийским цветом кожи. С чего это вдруг капитан выбрал себе в друзья такого смуглого и неприметного близария? Ацаха убрал фотографию. — Я осмеливался всего пару раз посмотреть на неё за последние годы. Наверное, принесу нам по суррогату. — Тебя точно ждать? А то задержишься ещё в столовой, в такое-то время, — язвительно поинтересовался Дзаарха. Ацаха фыркнул и вышел. Просидев пару минут в одиночестве, Дзаарха вдруг решил пойти за ним. Лиш его знает, почему. Может, и вправду боялся, что Ацаха заболтается с кем-нибудь (известно с кем) по дороге. Но, осторожно приблизившись к входу в столовую, он услышал не разговор, а громкое перешептывание: — …в грузовой отсек. Там никого нет, пойдёмте… — это Руи. Дзаарха замер. Он слышал, что Ацаха что-то отвечает ему, но не мог разобрать что. — Капитан, мы с вами… — они говорили всё тише, и Дзаарха с замершим дыханием стоял прямо за выступающей переборкой. — …идём, — снова Руи. Практически неслышный быстрый шёпот Ацаха. — Идём, — более настойчиво повторил Руи. Невнятный ответ. — Идём! — нотка раздражения в голосе молодого близария. Шёпот прекратился и через несколько секунд начался тихий шорох, Дзаарха всё никак не мог установить природу этих звуков. Но вот высокий и чистый, характерный именно для близерийской расы вскрик он понял сразу — этот звук производили близарии от боли. Дзаарха не смог более оставаться безучастным и вошёл в помещение. На его глазах Руи крепко держал капитана за кисть, а вторая его рука тянула Ацаха за волосы — так вот от чего он вскрикнул. В таком положении Руи тащил его к выходу, а капитан отбивался, как мог. Но волосы очень чувствительны, когда близарию изо всех сил жмут на них, здесь уже не до сопротивления. Участники драки впились в Дзаарха взглядом. — Отпусти его, — сказал Дзаар, глядя рекруту в глаза. Тот незаметно отпустил косы капитана, но руку продолжал держать. — Видишь ли, Дзаарха, нам с капитаном нужно прогуляться по кораблю… — Никуда вам не нужно. Темноволосый близарий приблизился, и лишь тогда Руи отпустил руку капитана. Дзаарха встал перед Ацахой, наскоро приглаживающим косы, и сказал на низком кирше: — Только тронь его. Может, ты и сильнее его, но меня — вряд ли. Руи со злобной усмешкой смотрел ему в глаза. Его нижняя губа была разбита капитаном. — Ты лезешь не в своё дело. — Плевать я на это хотел. — Что, будешь его постоянно охранять теперь? — Я думаю, теперь он и сам в курсе, чего от тебя ожидать, — Дзаарха угрожающе шагнул вперёд. — Пошёл вон. — Псих, — презрительно бросил напоследок Руи и ушёл. Дзаарха смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из вида, а, обернувшись, застал удаляющегося капитана с двумя стаканчиками суррогата в руках. Пришлось догонять. У жертвы нападения даже косы не шевелились. «Ну и выдержка», — мелькнуло в голове у Дзаарха. Он впустил Ацаха в свой отсек. Капитан, поставив горячие суррогаты на стол, с болью на лице медленно стянул резинку с волос. Косы рассыпались по спине. — Я бы сам разобрался. Зачем пошёл за мной? — Почуял что-то неладное. Ты спас мне жизнь, почему бы мне не избавить тебя от маленькой неприятности? — Пойдут сплетни, что я тобой прикрываюсь. И никакая это не неприятность, с моим образом жизни так бывает, вот и всё. А теперь косички немного пошевелились. Капитан сел на постель и медленно пил горячий напиток. Дзаарха смотрел на него и думал о том, что, наверное, не нужно было так поступать. Пересуды про капитана на корабле — дело плохое. Но он не мог остаться в тени, услышав крик боли. Когда кто-то кричит от отчаяния, он жаждет помощи, разве нет? На косах Ацахи стали проявляться чёрные следы — кровяные сосуды полопались под тонкой кожицей волос. На некоторых даже можно было разглядеть отметины от когтей. — Ацаха, зачем ты это делаешь? — мягко спросил Дзаарха. Капитан лишь покачал головой в ответ. — Тебе приключений не хватает? — Просто прекрати, Дзаар. Так они и сидели молча. Корабль равномерно гудел и шёл по заданному курсу. Кроме вахтенных и Филларда, все давно спали. Когда капитан допил суррогат, он встал: — Нужно идти. — Может, тебя проводить? — Нет, — процедил сквозь зубы капитан. Дзаарха открыл для него шлюз из отсека. Капитан проходил мимо него, когда он хотел задержать его ещё на пару слов: — Ацаха! — и тронул его за плечо. Тот хмуро поглядел на Дзаарха и скрылся за дверью. Через полчаса палубы завибрировали — корабль набирал скорость. «Пускай, — подумал Дзаарха, — если ему так легче».