Двери судьбы

Марина вместе с Куликовым подошли к регистрационной стойке, чтобы расписаться в журнале. Таня, наклонившись и показывая взглядом в сторону двоих мужчин в форме, ожидающих в холле возле окна, тихо произнесла: — Марина Владимировна, Вы поговорите с ними по поводу вашего пациента? — Да, куда деваться… — ответила ей Марина, осторожно бросив взгляд в сторону полицейских. — Брагин приехал? — Да, он уже минут сорок, как на плановой вместе с Павловой. — Может мне с ними поговорить? — включился в разговор Куликов. — Нет, Сереж. Буду вести его, поэтому лучше я сама. — Ладно. Пойду проверю нашего вчерашнего с Брагиным прооперированного, — с этими словами он направился в сторону лифта. Марина подошла к сотрудникам полиции. — Здравствуйте, мне сказали, что вы по поводу Виктора Хаева, который поступил к нам с огнестрельным ранением. — Добрый день. Старший следователь, Миронов Вячеслав Дмитриевич. А, Вы, простите? — представился мужчина, средних лет, с коротко стриженными светлыми волосами. Второй, более молодой, высокий брюнет, молча посмотрел на нее заинтересованным взглядом. — Марина Владимировна Нароч… т.е. Брагина. Я проводила операцию. — Да, мы ждали ее окончания. Как все прошло? Нам необходимо знать, когда он сможет дать показания. Еще нам нужно заключение, — произнес Миронов. — Операция прошла успешно. Жизненные показатели стабильны. Но пациент еще находится в реанимации. Заключение сможем выписать не раньше, чем завтра, когда он будет в сознании, — ответила ему Марина и тут же, стараясь быть, как можно более беспристрастной, решилась задать вопрос: — А, при каких обстоятельствах это произошло? — На него было совершено покушение, когда он выходил из машины во дворе своего дома. Больше подробностей озвучивать Вам не имеем права в интересах следствия. Поэтому, убедительная просьба, как только Виктор Хаев придет в себя, сообщите нам сразу же, — проговорил уже брюнет, подавая Марине свою визитную карточку. — Хорошо, Павел Александрович, — сказала она, взяв у него визитку и успев прочитать имя. — Только здесь у нас тоже свои порядки. И, по таким вопросам Вам следует договариваться с моим руководством. Но, раз уж мы с вами разговариваем, я передам заведующему отделением ваши указания. — Отлично. Тогда еще одно — никого из посторонних к нему не пускать. Мы сообщили о случившемся его бывшей жене. Но, до того, как мы с ним сами не поговорим, ей здесь тоже нежелательно находиться. — «Может мы здесь еще личную охрану должны ему обеспечить?» — с негодованием подумала про себя Марина, но внешне, лишь молча кивнула им и, развернувшись, направилась в сторону ординаторской. По пути она подошла к кофе-автомату, и тут обратила внимание на женщину, сидящую неподалеку. Марина узнала в ней жену погибшего парня из МЧС, которая навещала Брагина. Кофе пить ей расхотелось. Она решила подойти к вдове и поговорить. — Здравствуйте, Виктория. Вас ведь так зовут? — начала Марина, успев чисто по-женски отметить, что эта миниатюрная женщина — молода и хороша собой. Длинные темные волосы свободно струились по плечам. У нее были зеленоватого оттенка глаза и соблазнительные формы. — Да… Здравствуйте, Марина. Я знаю кто Вы. — Виктория привстала и с интересом посмотрела на Марину. Вы не подумайте ничего такого, я просто пришла навестить вашего мужа, а мне сказали, что он уже выписан, даже вышел на работу и сейчас оперирует. Вот решила дождаться его и передать кое-что от моей дочери, — сказала она, при этом, сжимая в руках какой-то сверток. — Виктория, примите мои искренние соболезнования по поводу вашей утраты. Я всё понимаю. Но, и Вы должны понимать, что вам не стоит сюда больше приходить. — Марина чувствовала себя ужасно неловко перед ней, но твердо была уверена, что должна была сказать ей всё без обиняков. — Я Вас понимаю. Простите, если что не так… — тут она устремила взгляд в сторону, открывающихся межкоридорных дверей. Марина невольно последовала за ее взглядом и увидела Брагина, который тоже, очевидно, заметив обеих женщин, направился в их сторону. — Привет, Павлова уже у себя? Мне нужно с ней поговорить. Прощайте Виктория, — сказала Марина, едва Олег подошел ближе, и быстрым шагом направилась в ту сторону, откуда только что вышел ее муж. — Привет… — только и успел он произнести, посмотрев ей в след, и молча повернулся в сторону Виктории. Бегло обрисовав Павловой ситуацию с полицией, Марина вернулась в ординаторскую. Олег был уже здесь. Он сидел на диване, откинув голову назад, и вертел в руках тряпичную куклу. Как только она зашла, он приподнялся и, потянув ее за руку, усадил рядом с собой. — Марин, что происходит? Ты так напряжена сегодня. — А ты не понимаешь? — Нет. Я в чем-то снова виноват? — Нет. Прости. Ты не виноват. — Марина взяла из его рук куклу. Это была тряпичная фигурка, в смешном колпаке и костюме, не то клоуна, не то волшебника. — Да, Брагин… Даже ребенок верно почувствовал твою сущность… — она улыбнулась, возвращая ему игрушку и тут же, отстраняясь, добавила: — Есть будешь? — Марин, ничего не хочешь мне сказать? — не выпуская ее руки, притянул к себе еще ближе. — Олег, ты же сам всё понял. Мне не нравится, что эта Виктория ходит к тебе. — Мар-и-и-н, ну ты даешь! Мне никто кроме тебя не нужен. Слышишь? — произнес он, зарываясь лицом в ее волосы. — Я люблю тебя. Марина, обхватив руками его шею и скользя ладонями по его затылку и щекам, наклонилась к его губам. И прежде чем он накрыл ее губы своими, успела тихо ответить: — Я тоже тебя люблю.