Мой ласковый и нежный...Железный Бык

Маленький рыженький мальчик сидел и играл яблоками на крыльце одного из уютных домиков Редклифа. На конопатого малыша набежала тень и он поднял свои большие зелёные глаза, на него мельком посмотрел огромный кунари, который вёл на поводу вороную лошадь, на которой сидела высокая девушка, хлюпающая носом. Малышу стало жаль всадницу - он встал на свои ножки и протянул ей яблоко. Атааши отрицательно помотала головой и юный абориген увидел, как слёзы катятся по щекам растрёпанной красотки. — Перестань реветь! Ты действуешь мне на нервы! — рыкнул Железный Бык. — Это было моё право на месть! — оправдывалась Бэт. Коссит остановился и, обернувшись, пристально посмотрел на девушку. — Ага! Если бы не Сэра, тобой бы можно было удобрять огород! Гатт, конечно, сам виноват, но ты! Не могла ко мне придти и всё рассказать? — покачал разочарованно головой кунари. — Но... Симус! — начала, было, девушка. — Паршаара!!! Сколько можно? Ты, как малое дитя! Хватит! До тебя видно не доходит, что ты подчиняешься мне и точка! А если меня нет то Крэму! Ты — часть целого и должен быть порядок, потому что ты — воин! - рявкнул Хиссрад. — Интересно выходит, Босс, но этот, как его... – нахмурилась девушка, — Гатт, записал тебя в тал-васготы, но почему тогда хотел укокошить меня? Симус пострадал только из-за того, что чёртов агент Бен-Хазарт решил отомстить, потому что я сманила их лучшего агента от Кун! По крайней мере, старый эльф не только заботился обо мне, но и просто слушал, — вскричала Атааши. Она спрыгнула с лошади и чуть ли не бегом направилась в какой-то подлесок, не разбирая дороги из-за заслоняющих глаза слёз. Девушка остановилась только тогда, когда в боку невыносимо закололо, а слёзы высохли. Она огляделась: красивое озеро, окружённое небольшим лесом, ветхие мостки и деревянные лодки, тут и там покачивались кувшинки. Бэт взглянула на противоположный берег — рыбацкий домик, кажется, пустовал. — Ну, что застыла? Пошли, скоро стемнеет. Заночуем в этой хижине, — проворчал за спиной знакомый голос. Атааши вздрогнула и обернулась - позади неё стоял коссит, держа под уздцы взмыленную кобылу. Бык погладил по морде животное и направился к домику. Бэт поплелась следом. — Что это за место? — промямлила девушка. — Озеро Лутий, — угрюмо ответил коссит. Бэт зашла в хижину и осмотрелась. Внутри было уютно. Всё стояло на своих местах, но пахло сыростью. Девушка скинула доспехи, растопила камин и мало-мальски навела порядок. Порывшись в шкафах, она с удивлением нашла чистое бельё и туалетные принадлежности, а взглянув на себя в зеркало, ухмыльнулась: "Чудовище! Мыться и точка!" Атааши вышла из своего "убежища", боясь, как бы снова над ней не прошло цунами под названием "Железный Бык". Однако шефа нигде не было, стояла тишина, только слышно было, как лошадь переминается с ноги на ногу да хрустит овсом за домом под навесом. Девушка пожала плечами, снова огляделась и принялась раздеваться. Так хотелось смыть с себя все тяготы последних дней. Бэт уже закончила и отжимала волосы, стоя по пояс в воде. — Надеюсь, ты умеешь готовить? — Бык бросил на берег огромную связку рыбы и с удовольствием посмотрел на зардевшуюся девушку. — Обижаешь — Атааши стыдливо прикрыла груди и потянулась за полотенцем. — Ишь ты! Стыдно ей! А вчера сверкала своими прелестями по всей таверне! — ухмыльнулся коссит. Девушка насупилась, а затем, хитро улыбнувшись, попросила: — Шеф, не подашь ли мне полотенце? Кунари удивился, но взяв мягкую ткань, протянул Атааши. Бэт протянула руку, затем ухватилась за запястье мужчины и со всей силы дернула на себя. Такого коварства потрошитель никак не ожидал от своего берсерка, а покатый берег оказался скользким от водорослей и ила… — Вот дерьмо! — Бык поскользнулся и оказался рядом с девушкой, подняв сотни блестящих брызг. Берсерк заливисто рассмеялась. Было забавно видеть огромного коссита мокрым, да ещё и с правого рога свисала кувшинка. — А, так тебе весело! Теперь будет не до смеха! — проворчал мужчина, и схватив девушку за тонкие запястья притянул к себе. Он прильнул к нежным губам Атааши. Девушка перестала улыбаться, рвано выдохнула и ответила на поцелуй. Её руки обвили шею Быка, а обнажённое тело прильнуло к нему, словно плющ к камню. — Как водичка, Шеф? — отстранилась Бэт и провела языком по припухшим губам. — Ничего... так. Давай-ка... иди на берег, а то скоро посинеешь! — коссит легонько оттолкнул от себя Атааши, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. Он даже "честно" смотрел на качающиеся на воде лодки, пока проказница возилась с полотенцем. Девушка сидела возле камина, завернувшись в одеяло, поскольку вещи были постираны. После ужина Бык наотрез отказался ночевать в доме, мотивируя тем, что нужно присматривать за лошадью, да и вообще все косяки в жилище будут его. Бэт поплотнее укуталась в одеяло, глянув в окно: ясное звёздное небо с полной луной постепенно закрывали тучи, пряча в своей необъятной темноте и звезды. Девушка нехотя поднялась и направилась в комнатку, где её ждала холодная постель. Хиссраду снился прекрасный сон: Атааши целует его в щёку, потом в нос, в глаз, в ухо… Но спустя некоторое время поцелуи стали почему-то холодные и противные. Потом что-то громко бабахнуло, и вспышка разбудила его окончательно. Бык открыл глаз и понял — началась гроза. Ворча себе под нос, он поднялся и направился к домику. В комнатах было темно, только в камине тлели угли. Коссит стряхнул со лба воду и подбросил дров в зёв камина. Его так и подмывало посмотреть на спящую женщину. Немного помедлив, кунари не выдержал и заглянул туда, где стояла кровать. Свеча на тумбочке уже почти догорела и оплавилась, но в таком слабом отсвете Бэт была ещё прекраснее: длинные волосы разметались по подушке, чувственные губы полуоткрыты во сне, а пушистые ресницы отбрасывали тени по щекам. Девушка подёргала плечом во сне и повернулась на спину, одеяло сползло, открывая полную грудь. От увиденного Хиссрад едва не застонал и сжал кулаки так, что ногти впились в ладонь. "Да что с тобой!? Раньше за тобой такого не водилось! Это ты должен устанавливать правила, так всегда было! И что с тобой вытворяет эта девчонка?! Даже в последний месяц ведёшь себя как монах!" — кунари готов был биться рогами об стену, отрицая это, но мысленный голос был прав. Атааши - "потеряшка" с Штормового Берега, застенчивая, как лесная лилия, заставляла "кипеть" кровь потрошителя. Бэт проснулась от вспышки и ворчания грома. На миг ей показалось, обрушилось всё мирозданье. Девушка поморщилась — она боялась гроз. Завернувшись в одеяло, она услышала знакомое сопенье и улыбнулась: всё-таки Босс решил переночевать в доме. Атааши вышла из своего угла и обнаружила Быка, спящим возле камина на походном одеяле. На серой коже ещё не высохли капли дождя, они поблёскивали в свете огня, словно маленькие бриллиантики. Коссит пошевелился во сне, и девушка залюбовалась, как капельки перекатились по его спине, подчёркивая первобытную мощь мужчины. Она, стараясь не шуметь, подошла ближе и встала на колени. Её любопытство всегда не давало покоя ногам, вот и сейчас захотелось рассмотреть шрамы, которые были намного светлее его кожи, казалось, что их вышили серебряными нитками. Бэт не удержалась и провела пальцами по самому большому, который перерезал мощную спину от лопатки до позвоночника. — Это от виверны, — сказал Бык и повернулся с бока на спину, положив под голову руки. Атааши вздрогнула, но всё же села рядом. Девушка пробежалась пальчиками по шраму на груди. Кожа, где когда-то схватились края раны, была плотная и нежная. — А этот? — голос берсерка охрип. — Не помню, — немного нервозно произнёс коссит, привстав на локте, и посмотрел на девушку. Потом его взгляд остановился на её открытом левом плече. — А это что? — дотронулся он пальцем до розовых отметин от стрел. Казалось бы, такое пустячное прикосновение, но Бэт покраснела. — Адамант. Прости… Это было, действительно, глупо, — ещё сильнее зарделась девушка. Бык покачал головой, подался вперёд и запечатлел поцелуй на её шрамах. Кожа Бэт в этом месте начала гореть от такого прикосновения. Атааши молча дотронулась рукой до его щеки, лёгкая щетина слегка колола подушечки пальцев и легонько поцеловала в шрам возле его губ. Коссит глубоко вздохнул, отодвинулся от неё и сел, молча глядя на огонь. — Послушай, тут уже не намёки, а... Ты правда этого хочешь или играешь? — устало проговорил Бык. Девушка посмотрела на него, а потом на свои руки, сцепленные на коленях — они дрожали. Бэт стало не по себе от такого прямого вопроса. — Знаешь... Я только сейчас поняла, что такое "жить", — Атааши украдкой глянула на него, лицо мужчины было непроницаемым. Мысли текли как-то вязко, но... "Будь что будет, я ведь не знаю, что случится завтра. Плевать. Я хочу быть с ним. К чёрту мою осторожность, к чертям всё!". Бэт близко придвинулась к косситу и поцеловала, где так соблазнительно билась жилка под серебристой кожей. Бык сжал руки в кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Поцелуями она придвинулась к заострённому уху и прошептала: — Мне надоело бояться! Я хочу этого! Плевать, даже, если я умру завтра! Лучше прожить миг, чем в него играть. — Ата-а-а-ши! — прерывисто выдохнул Бык и легко усадил её к себе на колени. Он прижал искусительницу к своему напряжённому телу, жадно ища губы и целуя её, не в силах сдерживаться. — Только не останавливайся! — простонала берсерк, впившись острыми ногтями в плечи кунари, когда его горячие губы заскользили по шее к плечу. — Тебе... стоит только попросить и ничего... не будет, — тяжело дыша, отстранился Бык, лишь только для того, чтобы стянуть её импровизированное одеяние до талии. Заметив ласку и страсть в его взгляде, девушка ни капли не задумывалась над ответом. — Ни за что! — улыбнулась Бэт. Его рука легко скользнула по ее груди, едва её касаясь, но она вдруг почувствовала такое странное тянущее ощущение и такую негу, что закружилась голова. Хиссрад губами коснулся ее соска, горячего и влажного, отчего Атааши выгнулась дугой и застонала. Всё происходило как в тумане. Девушка не сразу поняла, что коссит взял её на руки и вместе с ней легко поднялся, направившись к кровати. — Ты боишься? — бархатный голос окутал, когда он бережно положил Бэт на кровать. — Нет. Уже нет, - берсерк услышала тихое звяканье упавшей кожаной перевязи на пол. Свеча уже давно догорела, а гроза утихла. В лунном свете, падавшем через окно, Бык казался ей вылитым из серебра и каким-то нереальным. Ну чем не демон-искуситель? Атааши нетерпеливо привстала на колени и протянула тонкую руку к его могучей груди, потом ладошка скользнула по рёбрами и вниз, ощутив стальную твёрдость мышц живота, которые дрогнули от её прикосновения. Она посмотрела на него в нерешительности, когда пальчики добрались до ремня. Хиссрад посмотрел на неё с нескрываемой страстью и желанием. — Вижу тебе приятно соблазнять меня, — с придыханием ответил мужчина, когда Бэт стыдливо отвела взгляд и услышала, как звякнула бляха ремня. Ложе прогнулось со скрипом под тяжёлым телом, когда он оказался рядом с ней. Бык увлёк её за собой, поцеловав ладошку, а затем в губы. Коссит аккуратно взял её за запястья и, крепко держа, вдавил в подушку над её головой. Хиссрад не дал ей испугаться: прикосновения его пальцев к её нежному телу были сладкой мукой, а чувственные поцелуи сводили с ума. Атааши была не в силах противиться такому, и её тело задвигалось умоляюще призывно, волнообразно. — Прошу тебя… — всхлипнула девушка. Из его груди вырвался глубокий полувздох-полустон, словно он утратил способность контроля над собой. Бык выпустил из своей хватки её руки, которые тут же скользнули по шее и щеке коссита. Ей захотелось большего, и она «обняла» стройными ногами талию мужчины. Почувствовав его первый яростный толчок, она вскрикнула и забилась в его объятиях. Сдерживая себя, кунари задвигался медленнее, целуя и покусывая шею соблазнительницы. Он с наслаждением слушал стоны девушки и, чувствуя как её ногти царапают его спину, то замедлялся, то ускорял темп. Атааши никогда бы не смогла и подумать, что такой мощный и с виду жёсткий мужчина может быть таким мягким и нежным. Берсеркер только и успела отметить для себя, что он достаточно опытный любовник, как вдруг выгнулась и замерла в экстазе. Бык рыкнул и обнял её ещё сильнее, переживая такой же взрыв. Бэт открыла глаза и уткнулась лицом в его грудь. В голове шумело, а где-то внутри разливалась усталость. Хиссрад провел рукой по всей длине её волос, затем погладил по спине и поцеловал в макушку. — Надеюсь, я не сделал тебе больно? — хрипло спросил он. Девушка отрицательно покачала головой. Она провела пальчиками по влажной коже коссита и заметила татуировку, которую никогда раньше не видела. Атааши отстранилась от потрошителя. — Что такое? — насторожился Хиссрад. — Татуировка? Ведь её не было! — Бэт осторожно прикоснулась к рисунку подушечками пальцев. — А, это! Она проявляется, когда я слишком разгорячён, — усмехнулся кунари, — либо в бою, либо... Девушка улыбнулась и поцеловала Быка в шею, на что он бережно прижал её к себе. Первые лучи солнца разбудили берсерка и она, поморщившись, открыла глаза. Хиссрад ещё спал, крепко обняв её, словно боялся потерять. Атааши вздохнула. Как же не хотелось прерывать такие сладкие мгновенья. "Если я его развлечение на одну ночь, то никогда не буду жалеть, что принадлежала ему" — горько подумала она. От Крэма она знала, как ко всему легко относится Босс. Бэт поклялась бережно хранить воспоминание об их ночи на озере Лутий в своём сердце. Но уже вставало солнце и угрюмый Скайхолд ждал их.