Play Crack the Sky

9 Августа Кливленд — Помнишь, мы раньше считали, что гастроли представляют из себя секс, наркотики, алкоголь, непрекращающиеся вечеринки и подобное дерьмо? — Спрашивает Скотт, пытаясь ослабить галстук. Костюмерша шлёпает его по рукам, и он дуется. — Ага, — отвечает Стайлз, продолжая сидеть в телефоне, пока татуированная девушка делает ему макияж. — И тогда мы подписали контракт и это было удивительно, затем к нам присоединилась Эллисон. И Эллисон заставляла нас рано ложиться спать, давать отдохнуть голосу и прочее? Эллисон разговаривает по телефону недалеко от них и она посылает Скотту убийственный взгляд, чтобы показать, что она слышит их. Стайлз только смеётся. — А теперь самое интересное, что мы делаем между шоу — это фотосессии, интервью и тому подобное? — Он обводит рукой их гримёрную в доказательство своих слов. — Мм.. — Я во всём обвиняю Эллисон, — он посылает ей наиболее милую усмешку, когда она закатывает глаза и выходит в коридор, чтобы продолжить разговор. — Она никогда не заставляла тебя пить Троут Коут*, так что у тебя нет причин жаловаться, — говорит Стайлз. Скотт хмурится. — Та дрянь ужасно воняет. — Очень ужасно. — Разве это не печально, что мы должны отнестись к нашей работе серьёзно? Вроде, я так разочарован, что моя карьера идет так хорошо, и я все еще не понимаю, почему мне до сих пор не отсосали в каждом городе! — Лидия насмехается, сидя на стуле рядом со Стайлзом. — Лидия понимает меня! — Восклицает Скотт, изображая бестолковость. — Я полностью понимаю тебя, бро. — Лидия, я думаю, что тебе не составит большого труда добиться того, чтобы тебе отсосали в каждом городе, — уверяет её Айзек. — Кто сказал тебе, что я не делала этого? Стайлз видит как журналист делает пометку в углу блокнота — глубина цвета, маленькие кусочки характера и химии. Она собирается написать взрывную статью, у которой будет мало намёков на человечность. Она, наверное, отметила, что Лидия отдалена, а иногда бывает надменна, но подчеркнула её изящество и терпение. Она описала Скотта, как все-американского обояшку, в то же время, указывая на то, что он может быть иногда немного рассеянным. Обычно они не любят критиковать его, он чертовски привлекателен. Айзека она опишет как тихого, но приветливого парня, она будет говорить о том, что он новичок, вписавшийся так, как будто он всегда был с ними. Что, надо отдать ей должное, на самом деле было правдой. Но, её позорит то, что она не указала то, что он всегда был с ними… в самом начале он отвечал за усилители и другую технику, необходимую для бас-гитары. А о Стайлзе же напишут как обычно. Стайлз слишком согласен с прессой, чтобы получить плохой отзыв, поэтому он получает классические дифирамбы рок звезды. Они все говорят о его «Ауре контроля» и «Слишком крутой» одежде и прочем. Каждый, кто знает Стайлза, понимает, что это куча конского навоза. Но его это устраивает. Визажистка говорит ему смотреть вверх и держать глаза открытыми, пока она проводит подводкой вдоль ресниц на нижнем веке, и затем они все побредут к фотографу.

***

Когда группа играла своё первое шоу в Кливленде ещё в 2012 году, они познакомились с некоторыми хорошими людьми из Alternative Press для будущих мирных отношений. В тот роковой вечер они были представлены в Грог Шоп (и в их баре/пассаже), который и по сей день является одним из их любимых мест для посещения. Как только Скотту сказали, что здесь играли такие люди как Эллиот Смит и Тигр, он был подкуплен. И даже без обсуждений они знали, где будут проводить их ночи. Эллисон отправилась в Лос-Анджелес на несколько деловых встреч, чтобы подготовить их к Европе, шоу прошло довольно хорошо, и они провели уже 25 ночей в турне. Они заслужили это. — Все идут в Грог сегодня вечером? — Спрашивает Лидия только один раз, и они уже направляются туда. Эрика решает остаться и дать отдохнуть своему голосу, но остальная часть Royales и другие члены команды идут с ними. Скотт разговаривает по телефону: — Некоторые местные группы. Стайлз не собирается оставаться там слишком долго, поэтому он действительно не заботится об этом. Парни из Royales и Айзек делают ставки на то, кто из отсутствующих членов команды будет пытаться проложить себе путь в кровать Эрики. Стайлз не говорит им, что Бойд опередил их, потому что он в любом случае не должен знать об этом. Стайлз не отлипает от телефона и не участвует ни в одном из разговоров, гудящих вокруг него в фургоне такси. — Кому ты пишешь весь день? — Спрашивает Скотт, пихая его в бок. — Руису. — Оу. Разговор закончился. Скотт может быть высокомерным иногда. Для того, кто влюбляется в новую девушку каждую неделю, он довольно напряжённо относится к случайному сексу. Скотт романтик до мозга костей. Звёзды в глазах, широкие жесты, лепестки роз, тысячи готовых схем бракосочетания… А Стайлз не такой. Его сущность — это друзья, разбросанные по всей стране, с которыми он может веселиться и заниматься великолепным сексом. И Руис, что ж… Руис вполне хороший пример. Стайлз с трудом вспомнил его имя, но он встретил этого парня, когда он делал снимки во время концерта для уже не существующего сайта. Он ушёл чтобы занять должность в Associated Press, но теперь он в городе из-за договорённости на счёт турне. Он красив, его тело забито татуировками, спокойный и искушённый, опытный и с ним легко разговаривать. Он гастролировал со Smokes раньше, и не поэтому Скотт невзлюбил Руиса. Просто Руис и другие у Скотта ассоциируются с безрассудством Стайлза. Хорошо, что Стайлз не считает необходимым прислушиваться к беспокойству Скотта. Сегодня Руис освещает происходящее в Гроге, и последняя группа отыграет в полночь, которая быстро приближается.

***

— Что думаешь на счёт… всего этого? — Спрашивает Руис, нагим растягиваясь на кровати. Стайлз знает, что его глаза закрыты, даже если копна тёмных кудрей закрывает большую часть его лица. Стайлз подносит трубку к губам, щёлкает зажигалкой и затягивается. Слышит лёгкое потрескивание. Чувствует, как дым сворачивается клубком в его лёгких. И выдыхает. — Тшш, ты журналист. Знаешь, прекрати напоминать мне, что ты работаешь в прессе. — Я просто чувак, который делает снимки, — он протягивает руку и обнимает ею согнутое колено Стайлза. — Всё это… всё это… — Стайлз упирается головой в стену позади него и переплетает свои пальцы с пальцами Руиса. — Всё это просто замечательно. — Так ты трезв? — В данный момент неееет, — Стайлз специально говорит нечётко. — Ты знаешь, что я имею в виду. — Да, я трезв. Руис был там на протяжении всей катастрофы Летнего Гладиаторского тура. Он мог бы стать ценным источником информации, когда СМИ стучались в двери и пытались задавать вопросы о причине отмены последней недели турне. Но он не сказал ничего. В официальной версии было сказано, что Стайлз был на лечении разорванных голосовых связок. И по сегодняшний день никто, кроме бродячей трупы не знает, что у Стайлза была передозировка и он отправился на лечение. — Хорошо, — шепчет он. — Ты засыпаешь? — Спрашивает Стайлз, отстраняясь от стены и проводя рукой вверх по руке и груди Руиса. — Потому что прошло довольно-таки много времени с тех пор как мы виделись… Сейчас он нависает над Руисом, прижавшись своими губами к его. — Нуждающаяся шлюха, — говорит он, проводя по голове Стайлза рукой. — Просто невозможно найти член как этот в Соединённых Штатах, Руис. Мне нужен он тогда, когда я могу получить его. — Он садится к Руису на колени и притирается к нему. — Разве это выглядит так, будто мне нужна твоя лесть? — произносит он, его голос груб и низок. Стайлз ловит беглый взгляд. — Нет, не выглядит, — соглашается он. Всё кажется таким медленным и слишком реальным, когда Руис тянет его вниз и небрежно раскрывает его рот для поцелуя.

***

10 Августа Засыпая, Стайлз сильнее обнимает тёплое тело, лежащее рядом с ним. Он слышит, как звенят колокольчики, на крыльце у задней двери. Он шевелится во сне, и чья-то большая рука сжимает предплечье Стайлза. Стайлз хочет поцеловать вытатуированные спирали на его спине. Он прижимается ещё ближе, таким образом, что его нос оказывается возле чужого уха, а к щека соприкасается с кудрями… Кудри? — Ты собираешься ответить или как? — ворчит Руис. Стайлз со стоном откатывается в сторону, где звучит музыка ветра — рингтон, помогающий понять ему, что телефон лежит под кроватью. — Как дела? — спрашивает он, уже зная, что Бойд собирается сказать. — Я очень надеюсь, что ты в нормальном состоянии. — Конечно, приятель. — Если ты не будешь здесь через пятнадцать минут, то удачно тебе добраться до Индианаполиса. Руис высаживает его рядом с автобусом, который сразу же отправляется в путь. Стайлз бежит рядом с автобусом и пытается докричаться до водителя или до любого, кто может услышать. Ему кажется, что в его ногах свинец, но он продолжает бежать. Бойд открывает первое окно в открытой гостиной и нахмурившись смотрит на него. — Ты опоздал, Стилински. — Да ладно, мужик! Он улыбается своей развлёкся-за-счёт-Стайлза улыбкой и ждёт, когда Стайлз пробежит трусцой ещё несколько ярдов, прежде чем подаёт знак водителю, разрешая ему остановиться. Скотт, Лидия и Айзек спят, в то время как Бойд оседает в кабине с ноутбуком и стопкой документов, которые надо тщательно изучить. У Стайлза нет никакого желания составить ему компанию и он слишком хорошо отдохнул, чтобы снова заснуть. Стайлз решает разобрать стопку книг, которые лежат в неестественно просторном заднем салоне. Он на четверть прочитал Бойцовский Клуб, когда Эрика скидывает ему список с вариантами песен на эту ночь. Она и остальная часть Royales занимают пару часов от всего пути. Вместо отправки сообщения, он решает позвонить ей. — У нас не будет много времени, чтобы поработать над этим, — говорит он вместо приветствия, когда она отвечает на звонок. — Так давай возьмём что-нибудь из того, что мы уже знаем? Или мы может ещё раз сыграть что-нибудь. — Неа, давай сделаем что-нибудь новое. — Эйден просит, чтобы мы сделали Рок Шоу, — говорит она. На заднем плане слышится смех и приветствия и Эрика смеётся вместе с ними, прежде чем прогнать их. — Похоже, что мальчики действительно хотят этого. — Скотт бы снизошёл до этого. — Хорошо. — И мы уже знаем, что будем играть. — Великолепно. — В твоём автобусе тихо, не так ли? — Они все спят, — дуется Стайлз. Автобус Royales примерно такого же размера что и автобус Smokes, но в нём в два раза больше людей и кроватей. Они путешествуют вместе с техниками, инженерами и работниками сцены, в то время как Smokes нужно два больших автобуса, чтобы разместить администраторов их гастролирующего цирка. Это первый тур, когда Стайлз каждую ночь не слышит жуткий храп Гринберга, и это благословение божье, но его экстравертное сердце скучает по постоянному присутствию других людей. В самом начале турне, автобусные техники на самом деле лишь иногда заваливались туда, где люди спят по ночам. Каждый, начиная от членов группы и заканчивая рабочими из Royales и Smokes for Harris проводили большую часть времени в задней части автобуса, где они играли на гитарах и пели, пересекая границы штатов. Но в настоящее время дорожная усталость накопилась во всех и пение дорожных песен стали редкими и проходят с большими перерывами. — Я слышала, что ты исчез с каким-то чуваком прошлой ночью. — Просто друг. — Оу, в этот раз кто-то кого ты на самом деле знаешь? Стайлз бы обиделся, если бы Эрика оставила без комментария его список достижений. — Ага. — Звучит серьёзно. — Не больше чем обычно. После того, как он попрощался с Эрикой, Стайлз возвращается к чтению книги. Кое-что в тишине автобуса, летней мгле за окном и в его плохо работающем от похмелья мозге действительно засасывает его в мир Тайлера Дёрдена и Бойцовского Клуба. Он теряет счёт времени и возвращается к реальности только тогда, когда Скотт наконец появляется. — Доброе утро, радость. Мы собираемся сыграть что-нибудь из Blink. Правда здорово? — Возможно, — говорит Скотт, его голос звучит не очень заинтересованно. — Ты в порядке? Он скороговоркой проговаривает «отлично» попутно осматривая гостиную. Он роется в беспорядке, царящем вокруг и накопившемся с начала тура, и остаётся устрашающе тихим. Его слишком длинные волосы лезут к нему в глаза и он остервенело смахивает их. — Ты уверен, что ты в порядке? Он ногой переворачивает концертную сумку, достаёт из неё пару наушников и ураганом вылетает из комнаты.

***

В Индианаполисе было не очень хорошее шоу. Они добрались до площадки позже, чем ожидалось, разгрузка была затруднена технологическими трудностями и малым пространством, саундчек оказался не очень многообещающим и они были очень уставшими, хотя шоу даже не началось. Стайлз продолжал поправлять мелодию, усилитель Айзека полетел на половине песни, им пришлось переложить провода пару раз, потому что зрители продолжали чувствовать боль при соприкосновении с ограждением. Ах да, и Скотт продолжал с ним не разговаривать, а остальные не говорили ему почему. Стайлз делает всё возможное, чтобы помочь побыстрее перенести свои гитары и со штурмом попадает в автобус, борясь с раскалывающей голову болью. Двадцать шесть позади, осталось ещё двенадцать.