Play Crack the Sky

31 Октября. Париж, Франция. Впервые Стайлз не мог отвести взгляда от Дерека в день предшествующий этому. Тренер ещё раз сделал себе заметку на меловой доске об игнорировании «Стилински Присоединится к Кроссу по Пересечённой Местности». Если подобное повторится, Стайлз будет предлагать некоторые, входившие в список его любимых, мероприятия, проводимые после занятий. Ну или в конце концов перепланирует их. Стайлз опрокинул на Лидию её Нейкд сок, из-за чего едва не отбросил коньки. Он почти поджёг Скотта на химии. (На самом деле горелка Бунзена и Дерек Хейл довольно-таки часто ставили под угрозу учёбу Стайлза в старшей школе.) После школы у них должна была быть репетиция, но Стайлз и Дерек остановились по дороге к дому Лидии и с энтузиазмом целовались. Они раньше закончили репетировать, сославшись на СДВГ Стайлза. Это было незапланировано. Они не обсуждали это. Это как будто было предначертано им судьбой. В конце концов, именно это Стайлз будет себе говорить до конца своей жизни. Они больше не могли сопротивляться притяжению. Сегодня Стайлз не мог перестать смотреть на него. После завтрака они разделяются, чтобы пообщаться с журналистами. Стайлз помнит, как говорил с милой девушкой, у которой был сильный французский акцент, но он точно не смог бы повторить сказанное им. Всё его внимание было направленно на улыбающегося Дерека в его чёртовых очках и свитере с косами. Позже Эллисон слегка пихнула его локтём и вернула его мысли к интервью, скорей всего он тоже улыбался. Сейчас Стайлз улыбается Дереку, но поёт песни о любви Скотту. Его рука касается щеки лучшего друга, пока он поёт. — Окей, ладно, — повторяет Джексон в громкоговоритель. — Мы настроили звук. — Ревность Джексона, — говорит Дерек в микрофон. — Э, хах. — Стайлз буквально слышит, что он закатил глаза, произнося это.

***

Сегодня Стайлз выглядит великолепно. Старые, выцветшие чёрные зауженные джинсы и кофта с V-образным вырезом смотрятся отлично. Такой превосходный. И улыбающийся. Весь день он был полон жизни и энергии, во время завтрака и интервью, во время саунд-чека и сейчас. Не требующее особых усилий опустошение. На его коже выступили капли пота, когда он обращается к публике после первой песни. — Париж, je t’aime*. Это единственные слова, которые я знаю на французском. Счастливого Хэллоуина, — произносит Стайлз, протягивая руки к зрителям, его гитара висит на его шее с помощью специального ремня. — Omelette du fromage*, — говорит Скотт, слишком близко наклоняясь к микрофону. — Скотти, это всё что ты знаешь по-французски? — интересуется Стайлз, смотря на него. — Да, — отвечает он с лучезарной улыбкой. — Этого достаточно. — Дерек? Ты знаешь какие-нибудь фразы? — Эм… Voulez-vous coucher avec moi ce soir? * — Произносит Дерек, глядя на Стайлза. Он двигает бровями, когда зрители становятся более активными. Стайлз смеётся и прячет лицо в сгибе локтя. Дерек хочет подойти к нему, но занимает себя тем, что ногой поправляет педали. — Так что? — Лидия вымаливает у него ответ, находясь за их спинами. — Ответь человеку. — Oui*, конечно, — отвечает Стайлз. Он быстро перебирает пальцами на грифе, смеясь над криком зрителей. — Лидия. Скажи что-нибудь. По-французски. Дерек слишком сильно старается убрать улыбку со своего лица, а в это время Лидия быстро произносит что-то на разговорном французском. Стайлз поворачивается спиной к публике, со стороны кажется, что он смотрит на Лидию, но на самом деле он мельком смотрит на Дерека с нежностью. Дерек замечает взгляд и немного поворачивает голову в его сторону. — Красиво, — произносит Скотт сквозь овации, когда Лидия заканчивает. — Я понятия не имею, что ты только что сказала. — Ну, тогда это будет между мной и ними, — высокомерно говорит ему Лидия. Стайлз с намёком шевелит бровями, смотря на Дерека, поворачивается лицом к зрителям и начинает ходить по сцене. — Мы безмерно благодарны вам за то, что вы присоединились к нам сегодня. Мы всегда любили играть здесь, ребята, вы безбашенные. Дерек чувствует взгляд Стайлза, когда тот подходит ближе, но он не поднимает взгляд. — Разве мы не любим Париж? — Спрашивает Стайлз, обнимая Дерека за талию. Он убирает свою гитару за спину, из-за чего головка грифа тихо отталкивается от Дерека, не задевая его бас-гитары, и публика начинает сильнее аплодировать. — Любим, — отвечает Дерек. — Вы собираетесь сходить с ума каждый раз, когда я прикасаюсь к Дереку? — Интересуется Стайлз у публики. — Да? Я запомню это. — Он отпускает талию Дерека, взъерошивает его волосы и уходит на середину сцены.

***

Уже довольно-таки поздно, когда они подъезжают к массивному дому на окраине Парижа, но вечеринка и не думает заканчиваться. Жан-Поль и Люк, солист и гитарист La Bete, появляются у входной двери через секунду, после того, как Стайлз пишет им, что они приехали. После того как все быстро обнялись и всех представили Эрике и близнецам, их затащили внутрь и усадили на диваны в бальном зале дома. Их тёмноглазая, с лавандового цвета волосами барабанщица приветствует их громким криком. Лидия немедленно садится на диван, чтобы обнять её. — Дерек! — Восклицает Марго, освободившись из объятий Лидии. Она встаёт и крепко обнимает его. В этот момент Стайлз понимает, что они видели его в последний раз три года назад, когда узнали о Smokes. Марго коротко целует его, прежде чем сесть обратно, и похлопывает по дивану, между собой и Лидией, пока он не садится. Стайлз аккуратно перешагивает через их ноги, чтобы сесть по другую сторону от Марго, но она ловит его и тянет к ним на колени. Бедро Стайлза резко соприкасается с коленом Дерека при падении и он смеётся, когда Марго сжимает его щёки и притягивает для поцелуя. — Детка, — щебечет Марго, поглаживая его лицо. — Мы были в Лондоне на следующий день, после того, как вы уехали, мы были очень огорчены, что не встретили вас. Стайлз поворачивается, чтобы лечь на спину, предпочитая, чтобы его промежность не лежала на бедре Дерека. Когда он устраивается, Дерек так привычно кладёт руку Стайлзу на живот. — И ты привёз мне Дерека, — произносит она, запуская пальцы в его волосы. — Какой это подарок! — Ты такая пьяная, — сообщает ей Стайлз. Она смеётся и складывает губы уточкой, чтобы снова поцеловать его, поцелуй длится чуть дольше. Стайлз смеётся, когда она отстраняется. — Тебе нужно догнать нас, — говорит она, поднимая голову. Она разыскивает ближайшую бутылку и трясёт ей перед лицом Стайлза. — Шоты? — Интересуется она, ухмыляясь.

***

Часть вечеринки, проходившая на чердаке, казалось, была почти что домашней. От музыки вибрировал пол, но она чувствовалась отдалённой. Они сидят в кругу, дым лениво парит в воздухе. Каждый выпил по несколько напитков до того, как они начали курить. Дерек только ощутил это, когда уже была рассказана половина истории про серийного убийцу, использовавшего Эпоху Террора для маскировки убийств, совершаемых им, и о его верной жене. — Она ждала, — рассказывает Жан-Поль, для эффекта понижая голос. — Когда он спрашивал её. Когда Париж покрывался хаосом, пока лезвие гильотины опускалось вниз вновь и вновь, и вновь, пока головы катились… — Драматическая пауза. Взгляд Дерека переходит с Жан-Поля на Лидию, потом на Стайлза и задерживается на нём. Своими длинными пальцами Стайлз прикрывает рот, его голова опущена, пока он медленно затягивается. Жан-Поль продолжает рассказывать историю, но единственное, на чём может сосредоточиться Дерек, это Стайлз и его руки, то как открывается его рот, выпуская дым… Стайлз наконец-то поднимает взгляд и, флиртуя, улыбается Дереку уголком губ. В тусклом свете чердака его янтарные глаза светятся. Когда он выдыхает дым, тот окутывает его губы. Дерек хочет выползти из круга и поймать этот дым ртом, прежде чем почувствовать его губы на своих… — Одной ночью, ничем не отличавшейся от предыдущих, она стояла здесь, смотрела в окно, молясь о его возвращении. Всего на секунду она прикрыла глаза, но открыв их, увидела тёмную фигуру, появившуюся в их доме. Её сердце ушло в пятки, на её глазах появились слёзы, ей казалось, что она узнала силуэт, но было в нём что-то неправильное… И в этот момент эта фигура исчезла. — Но она услышала, как кто-то поднимался по лестнице. Некто тащил что-то по полу и делал шаг. Снова тащил и делал шаг. Звук, который она сотню раз слышала до этого, звук, который она слышала, пока держала глаза закрытыми и ждала, когда муж избавится от своих жертв, звук, который она не хотела понимать. Тащит что-то по полу и делает шаг. Рядом с дверью звук прекратился. Вся надежда, испытываемая ей, превратилась в ужас, когда увидела этот силуэт. Её муж всегда просил не вмешиваться в его дела… Дерек видит, как Стайлз нервно смотрит на дверь, про которую рассказывает Жан-Поль, и старается не рассмеяться над его реакцией. В комнате стояла мёртвая тишина, не считая его голоса и звука, издаваемого бонгом, когда люди затягивались. — Как обычно прозвучал стук в дверь. «Кто там?» — отозвалась она. Снова стук. «Кто вы?» — спросила она, в её голосе был ужас… Эрика касается локтя Дерека и передаёт ему бонг. Он чувствует взгляд Стайлза на себе, пока он щёлкает зажигалкой и наклоняет голову. Он закрывает глаза, затягиваясь и наслаждаясь тем, как дым попадает в его лёгкие и, кажется, медленно пробирается ему в голову. - … дверь медленно открылась, хотя она никого там не видела… и там снова был он. Звук волочения, шаг… что-то тащат, шаг… она увидела плечи… затем грудь… там, где должна была находиться голова, была только темнота. Волочение, шаг… волочение, шаг… с каждым шагом всё больше открывалось для взгляда. Его окровавленная одежда, его рваное и потрёпанное тело… макушка головы… она откинулась на окно, боясь закричать. Волочение, шаг… Его затуманенные, невидящие глаза… его рот, открытый в немом непрекращающемся крике… из отрубленной шеи на грудь стекала кровь, когда он держал её… Дерек задерживает дым в лёгких и передаёт бонг Скотту. Он выдыхает дым, когда встречается взглядом со Стайлзом. Он вытягивает ноги перед собой и немного отклоняется назад, опираясь на руки. Он запрокидывает голову назад и выдыхает остатки дыма, зная, что Стайлз не может отвести взгляд и пристально смотрит на его шею. - … на следующее утро, служанка открыла дверь на чердак. На полу в центре комнаты, на месте, где мы сейчас сидим, была большая лужа крови. Женщина исчезла. Лишь через несколько месяцев её гниющее тело было найдено под половыми досками, её грубо отрубленная голова была у неё в руках, а на лице застыла маска ужаса… Рядом с ней был окровавленный мешок с различными частями тел предыдущих жертв убийств. С тех пор у этого дома не было постоянных владельцев. Есть старая легенда о двух силуэтах появляющихся в коридорах… в подвале… на чердаке, где мы сейчас сидим… фигурах, держащих свои головы в руках, после которых остается кровавый след там, где они проходили… По ночам в коридорах слышны крики жертв этого мужчины. Кто-то ударяет по двери чердака и она открывается. — Ты рассказываешь им историю про… — появляется Ги, но его голос теряется в общем крике. Жан-Поль и Дерек смеются. — Оу, любовники Террора? — Вовремя, дружище, — сердечно произносит Жан-Поль, освобождая место в кругу для басиста. — Засранец, — шипит Стайлз, белый как полотно. — Это полная правда! Трудно найти дом без призраков в Париже, Здесь мёртвых больше, чем живых. Скорей всего. Или что-то в этом роде. — Он хихикает, прислонившись к Ги. — Ну конечно, — ворчит Лидия. — Хах, знаешь, мне кажется, я чувствую эту энергию здесь. Будто… столько всего произошло в этом доме, в конце концов здесь должно быть один или два приведения, — произносит Скотт, в его голосе появляются нотки заинтересованности из-за травки, которую он выкурил. — Не знаю как вы, но я собираюсь свалить с этого чердака, — сообщает Стайлз, вставая. — Но я только пришёл! — Не соглашается Ги. — Ну, если ты уходишь, Стайлз, то в винном погребе в подвале специально для нас есть бочонок пива. Может, ты принесёшь его? — Предлагает Люк. — Оу, в подвале с призраками? — Уточняет Стайлз. — Хорошо, если тебе страшно после небольшой истории про привидений…

***

Стайлз без понятия, куда он идёт. Куда бы он ни поворачивал, он видел ещё один коридор с блестящим деревянным полом и декадент орнаментов в стиле барокко на стенах… и потолках… мебели и дверях… Наконец-таки он может сказать, что он добился успеха, потому что громкая музыка и непрекращающаяся болтовня становятся более отдалёнными из-за его поисков. Окей, возможно это была не самая лучшая идея. Впереди скрипит пол, прямо за тёмным углом, и Стайлз не совсем кричит, но… он близок к этому. Ей-Богу, он найдёт этот легендарный винный погреб полный бочонков с пивом, независимо от любой нечисти. Жан-Поль, очевидно, полный засранец. Его история была убедительна — дому было не меньше сотни лет, скорей всего, во время Французской Революции он уже стоял. Возраст дома можно проверить, насколько Стайлз знал, но приведения? Не-а. В любом случае, после бонга всё кажется убедительным. Стайлз даже не слышал всей истории. Он был слишком занят, наблюдая за Дереком. Каждый раз, когда их взгляды пересекались, они задерживались друг на друге. В тусклом свете его глаза казались темнее, тёмная щетина превращала лицо Дерека в нечто суровое и красивое. Его вдох смешивается с дымом, грудь Дерека расширяется, когда он делает затяжку, его обнажённая шея, его руки, его плечи… Рука опускается на его плечи и он подпрыгивает, ругаясь. Он поворачивается и встречается лицом к лицу с Дереком. — Ты собираешься сломать шею, спускаясь по этой долбанной лестнице… — Воу, иди нахуй, — смеётся Стайлз, хватаясь за грудь. Дерек улыбается обнажив зубы, явно довольный собой. — Где подвал? — Вниз по лестнице. Дерек тяжело вздыхает и тянет Стайлза за запястье. — Ты не знаешь, куда идти, — замечает Стайлз. Дерек всё ещё держит Стайлза за запястье, когда он немного дёргает его. Но эй, так призраки обезглавят его прежде, чем они обезглавят Стайлза… даже если это их призрачная среда обитания. Стайлз сопротивлялся желанию выползти из круга и залезть Дереку на колени в какой-то определённый момент, наверное… Боже, материал рубашки Дерека, в правильных местах облегающий его грудь и… Они поворачивают за угол, и Стайлз, задевая крошечный стол, почти роняет вазу с цветами. — Аккуратней, если ты не будешь уважителен к дому, приведения могут прийти за тобой, — насмехается Дерек. — Заткнись. — В любом случае Стайлза трясёт. Он освобождает руку из руки Дерека, и тот может соединить пальцы вместе. Дерек ничего не говорит об этом. Его рука тёплая и сильная, и Стайлз начинает чувствовать себя в большей безопасности. Он практически чувствует, как в коридоре позади них темнеет. Чем больше он уверяет себя, что никаких омерзительных лиц, видимых им краем взгляда не существует, тем больше он их видит. Когда он запинается на ровном месте, Дерек снова тянет его вперёд. — Помедленнее! — Ускорься, — произносит Дерек, притягивая его поближе к себе. — Следующее, что ты скажешь, это то, что нам надо разделиться. — На его лице появляется хитрая ухмылка, которую Стайлз хочет убрать. — Ты же знаешь, что в таких фильмах обычно происходит. — Ты засранец, прекрати. — Напуган? — Нет. Они находят лестницу, ведущую в подвал (к счастью) в ярко-освещённой кухне на первом этаже. Дерек предоставляет Стайлза самому себе и быстро находит священное богатство не найденной ранее выпивки в подвале. Дереку даже не пришлось отойти слишком далеко, чтобы напугать Стайлза, когда он уже возвращался с бочонком пива. — Спасибо, — говорит Стайлз, садясь на кухонный остров. — Если тебе понадобится кто-нибудь, чтобы выпить пива вверх ногами, студент, то я тебе помогу. — Воу, спасибо, — Дерек ставит бочонок на остров рядом со Стайлзом и снова протягивает ему руку. Стайлз позволяет ему не продолжать разговор на эту тему, будто в благодарность за прошлый раз. Дерек стоит близко к нему, и с этого расстояния Стайлз видит румянец на его щеках. Он может разглядеть спектральные узоры на его сетчатке и как его волосы начинают завиваться за ушами. Он поднимает их руки, чтобы посмотреть насколько хорошо они выглядят с переплетёнными пальцами. — Почему ты пошёл искать меня? — Спрашивает Стайлз. — Не хотел, чтобы тебя обезглавили призраки. — Оу, ладно. Засранец. — Стайлз хочет стереть эту прелестную улыбку с его глупого лица. Или продолжить смотреть на неё. Всё вместе. Дерек закусывает нижнюю губу, и если это не самая горячая вещь на земле… — Итак, когда ты собираешься снова меня поцеловать? — Спрашивает Дерек низким голосом. Стайлз переводит взгляд с его рта, и внезапно до него доходит, куда он смотрел. Под хищным взглядом Дерека он чувствует себя обнажённым. — Могу сказать, что мне нравится твоё предложение, — отвечает он, стараясь не запнуться. Стайлз не может отвести глаз от него. Дерек отпускает руку Стайлза, чтобы взять его за талию и притянуть к себе. В этот раз всё по-другому. Меньше нежности, больше страсти. Стайлз сжимает его лицо и притягивает ближе, их зубы сталкиваются. Стайлз чувствует, что все рациональные, высшие мыслительные процессы полностью прекращается, когда язык Дерека оказывается во рту у Стайлза. Затем Стайлз включает автопилот. Он убирает руки с лица Дерека, скользя по его плечам, переходя на бицепс, затем оказываясь на его талии и на застёжке молнии… Боже, он не может с этим справиться. И Дерек не останавливает его. Он засовывает палец за пояс Дерека, смотря на его реакцию. Возражений нет. Он возится с пуговицей, когда дверь подвала немного скрипит. — Блядь. Ну нахуй, — восклицает Стайлз, пытаясь слезть с острова и оказаться в безопасности. Дерек смеётся и обнимает его, оставляя на месте. — Какой нервный, — произносит он, целуя Стайлза в шею. — Это место блядь просто населено призраками, они прямо заявили нам об этом. — Я думал, что ты не напуган. — Я не собираюсь злить призраков серийных убийц. Или призрака, павшего жертвой убийства. Или призрака Французской Революции или кем бы эти призраки не были. — Но его пульс замедляется. Дерек решительно стоит напротив него. Горяч и привлекателен. Он поднимает лицо к лицу Дерека, оставляя след на его шее. Он заставляет себя говорить, но его язык не хочет двигаться. — Ты же знаешь, что в таких фильмах обычно происходит, Дерек. Мы будем умолять вырвать наши глазные яблоки. — Хочешь прекратить? — Интересуется Дерек, наконец-таки смотря на него. — Я хочу уйти подальше от этих ворот в ад, скрывающихся за дверью в подвал. Дерек смеётся, покачиваясь вперёд-назад. Он наклоняет голову, чтобы поцеловать Стайлза в лоб. — Прекрати смеяться надо мной, — говорит Стайлз, просто чтобы сказать что-нибудь. Он пьян, но недостаточно для того, чтобы симулировать онемение. Он под кайфом, но недостаточно обдолбан, чтобы у него все плыло перед глазами. Слюна Дерека холодит его шею, мягкие поцелуи в лоб, руки, обнимающие его… Возможно ему необходимо ещё несколько напитков, может один или парочка, чтобы он был уверен, что это не сломает его. — Прости, детка. — Дерек посасывает его шею, его руки скользят под рубашку, чтобы сжать обнажённые бока. Он может чувствовать, как воздух двигается в горле Стайлза. — Не называй меня деткой, — потому что это больно. Боже, это чертовски больно. Это снова альтернативная вселенная, та в которой всё пошло по правильному пути. Где это не является секретными, пьяными и неуклюжими страстными поцелуями. Где они влюблённая пара, ускользнувшая на минуту, пока их друзья смеются над ними за их спинами. «Эти чокнутые дети.» «Любовь. Отвратительно, не так ли?» Нежные улыбки повсюду, смех в студии звукозаписи, большее количество меток и рост доверия. Он старается не дать сердцу выпрыгнуть из его груди. Он старается не думать о поте и слюне, коже и простынях, запутавшихся в их ногах, а так же пробуждении утром для ещё одного раунда… — Прости, — говорит он, немного отстраняясь. Прежде чем он успевает зайти слишком далеко, Стайлз берёт его лицо и притягивает обратно, раскрывая рот. Он хочет получить всё что сможет, хочет зайти, как можно дальше. Он в доме с привидениями, находящемся в Париже, и целует единственного человека на всём свете, достойного, чтобы его целовали. Ощущение безопасности и силы от того, как Дерек держит его за талию, и его рот вдыхают в него жизнь. Если Стайлз пододвинется вперед и обнимет его ногами, то пусть так и будет. Если он потянет Дерека за волосы и влюбится в звуки, издаваемые им, то пусть так и будет. Дерек отпускает его талию и отсутствие контакта напрягает, но его руки начинают возиться с его джинсами. И да, пусть всё так и продолжается. Если в конце концов он будет разбит, то пусть так и будет.

***

Дверь в подвал снова скрипит, но громче и дольше предыдущего раза. Стайлз подпрыгивает и в этот раз Дерек не смеётся — единственное чего он хочет, это оказаться где-нибудь, где не будет отвлекающих историях о призраках и скрипучего старого дома. — Давай поднимемся наверх, — бормочет Дерек, смотря на его губы.На втором этаже было множество комнат. — Нет, — выдыхает Стайлз. — Нет, давай вернёмся в отель. Это звучит более многообещающе. Сама идея каждого дюйма тела Стайлза на кровати отеля, предназначенного только ему… В комнате наверху всё произошло бы быстро и грязно, а в номере отеля будет возможность провести вместе всю ночь, а может и утро. Дерек кивает в ответ и снова целует Стайлза. Стайлз потирается о него, жар, исходящий от него, и ощущение тяжести его тела, вызывают ощущение возвращения домой. — Я бы трахнул тебя прямо здесь, — невнятно произносит Дерек, затуманенный похотью. — Я был бы не против, — отвечает Стайлз. Дерек готов послать отель к чёрту, когда Стайлз расстёгивает его джинсы и специально задевает пальцами резинку боксёров. Дерек слышит шаги за долю секунды до того, как кто-то произносит: — Ребят, вас убили привидения? Эрика появляется в дверном проёме, прежде чем они успевают разойтись. — Ох, — шокировано выдыхает она. Дерек смотрит на то, как Стайлз быстро застёгивает штаны. Он прочищает горло, его щёки краснеют. — Мы, эм… — он пытается объяснить. — Заняты. Я возьму это, — произносит она, подходя к бочонку. Она пытается поднять его. — Ладно, я не буду пытаться поднять его. Эм… — Я возьму его, — говорит Дерек. Стайлз подходит к нему, его руки возвращаются к ширинке Дерека. Он собирается послать Стайлза, когда понимает, что тот застёгивает ему ширинку. — Оу. Ох… Эрика выглядит так, будто пытается сдержать смех. — Великолепно. Э… Стайлз разочарованно выдыхает. — Ладно, хорошо, мы поднимаемся наверх, немного позависаем со всеми, а затем мы исчезнем. Эрика не расскажет ни единой душе, так? Звучит же, как план? — Так, — соглашается Эрика, активно кивая. Они возвращаются и Дерек изо всех сил старается не пялиться. Он наверняка уверен, что видит наливающийся засос на шее Стайлза. Он чувствует гордость за это. Да, это он сделал. На этой шее? Так и есть. Стайлз тоже не может оторвать глаз от него. Они сидят и пьют на мансарде, Стайлз говорит не так уж и много, как и Дерек. Дерек чувствует, как взгляд Стайлза всё больше раздевает его. В конце концов, они все возвращаются на вечеринку. Дерек издалека наблюдает как Стайлз танцует с Марго, он игнорирует прикосновение Жан-Поля и удостоверяется в том, чтобы Стайлз увидел, что все, с кем знакомится Дерек, безлики для него, а звуки сливаются в один. В его кармане вибрирует телефон. Во входящем сообщении написано: «Вызови такси.»

***

Конечно же ночью они оказываются в люксе. Дверь заперта, но она не ощущается закрытой. Стайлз молится всем богам, чтобы Лидия не захотела спать с ним в одной кровати, чтобы не бояться одиночества. Он молит, чтобы Скотт не захотел разбудить его пораньше, лишь для разговора о какой-то девушке, изменившей его жизнь во время вечеринки. Он надеется, что они будут вести себя как рок-звёзды, которыми они однажды должны стать. Он надеется, что они не вернутся до утра. Он испуган, когда ложится в постель с Дереком, Дерек касается его, а он Дерека. С такими намерениями он не касался его два года. Два года. Он никогда прежде не волновался о том, что тогда это было в последний раз, но сейчас… сейчас он волновался. Он знает, каково это обходиться без этого ощущения кожи и мышц, костей и вен под собой. Он не может отказать себе в возможности помнить это, даже если сожаление убьёт его. Дерек шепчет что-то ему в волосы, но Стайлз не в состоянии разобрать что именно. Он оказывается сверху, прижимая руки Дерека к кровати над головой. Он наклоняется вперёд, чтобы укусить его шею, двинуть бёдрами и простонать в покрасневшую кожу. Его тело гудит. С одной стороны это потому что он не трахался ни с кем с тех пор, как они уехали из Штатов. С другой стороны, потому что это Дерек. Он привык относиться к этому телу как к алтарю, он относился к этому как к ритуалу, он раньше поклонялся ему. Впервые, когда член Дерека оказался в его руке, во второй раз, когда расстегнул молнию, ютясь на заднем сидении глупой маленькой спортивной машины Дерека, он всегда считал это тело, чем-то божественным. Он пьян. Он так опустошён. Он собирался смеяться над этим вечером вместе с остальными членами группы, смеяться над тем, что он не понимал, что он ушёл с вечеринки, пока не упал в кровать, один. Он не спрашивает Дерека о том, что произошло сегодня, будто он не вспомнит, если он проснётся рядом с ним утром. Должно быть, у него провалы в памяти. Так пьян. Конечно же это не так. Он был пьян до того, как они ушли с вечеринки, но произошедшее потрясло его. Его губы до сих пор немного гудят, но они не онемели. О, нет, это было бы преступлением. Не быть в состоянии ощущать это, это было так криминально. Он отпускает запястья Дерека, чтобы задрать его рубашку и заставить взять эту чёртову инициативу в свои руки, и наконец-таки раздеться. Дерек понимает его намёк и начинает выпутываться из одежды, пока Стайлз снимает куртку и отбрасывает в сторону кофту. Руки Дерека оказываются на ширинке Стайлза прежде, чем тот зайдёт дальше. Он не пьян. Он не обдолбан. Он в происходящем. Он осознаёт, он не спит, он согласен, он запоминает этот момент каждой клеткой своего тела, он поражён тем, как неизменно это тело, но сам человек кажется незнакомцем… Он проводит пальцами по рёбрам Дерека, очерчивает изгиб его талии, спускается вниз по гладкой коже живота, следуя за тёмной дорожкой волос всё ниже и ниже… Стайлз слезает с бёдер Дерека и устраивается между его ног. Целует Дерека в ключицу и скользит губами вниз… Пока его нос не оказывается в жёстких волосах, а губы не прикасаются к гладкой и бархатистой коже… Дерек берёт его за волосы, когда он проводит языком по всей длине члена. Стайлз берёт его в рот и поднимает взгляд на Дерека. Дерек стонет, запрокидывает голову, и Стайлз видит красивое горло. Он убирает одну руку из волос Стайлза и тянется к прикроватному столику, цепляется за лампу в поисках выключателя и включает свет. Он смотрит как напрягается тело под ним, как оно выгибается на матрасе и извивается… Стайлз чувствует боль от желания. При включенном свете он чувствует себя одновременно более красивым и более непристойным.

***

Зрение Дерека не проясняется, когда Стайлз поднимает голову вверх, мягко скользя по гладкой и потной коже. — Блять, — шепчет он, последние звуки теряются у губ Стайлза. Стайлз отрывается от него, сажает Дерека, подталкивает его, чтобы он откинулся на спинку кровати и садится ему на колени. В данный момент Стайлз ощущается чем-то запредельным, его губы такие горячие, в момент соприкосновения с шеей Дерека. Дерек мысленно возвращается в такси, Стайлз посасывает его шею, поглаживая внутреннюю сторону бедра. Он вспоминает, как лежал в кровати в своём старом лофте, а Стайлз сидел на нём. Он вспоминает свой последний тур, как он прижимался спиной к груди, пока Стайлз трахал его, покусывая мочку уха. Он вспоминает, как застенчиво нащупывал заднее сиденье своей машины, пропуская урок, чтобы покурить в лесу, как передавал дым в губы Стайлзу, упираясь рукой в центральную консоль джипа Стайлза, как влюблялся в него за месяцы совместных репетиций группы и вечеринок, поездок в город на концерты и обменов микстейпами… Руки Дерека проходятся по бёдрам Стайлза, его рёбрам, талии и плечам… Стайлз поднимает голову, Дерек прикасается к его шее и притягивает Стайлза для поцелуя. Он может почувствовать свой вкус на его языке. Впервые за два года занятий сексом, впервые с того момента, как он смог вытерпеть отдачу от последней связи в баре Сан-Франциско, мысли Дерека сконцентрированы и тихи. Он не сравнивает длину его ног, текстуру его волос или его руки с какой-то прошлой заповедью. Стайлз и был этой заповедью. — Хочу тебя… — выдыхает он. Стайлз отстраняется, чтобы посмотреть ему в глаза, ища в них ответ… И затем он кивает. Дерек видит, на самом деле может чувствовать ясность в его взгляде. Он не пьян… Он не под кайфом… Он в происходящем. Он в сознании, он не спит, он в деле… Дерек скучает по его весу на своих коленях, когда Стайлз отстраняется. Он наблюдает за ним, слышит своё тяжёлое дыхание и заинтересованно хмыкает, пока Стайлз роется в сумке, стоящей около кровати. Дерек спускается ниже, ложась и не отрывая взгляда от спины Стайлза, пока тот не поворачивается и не ползёт к нему. Стайлз стоит перед ним на коленях, двумя пальцами держа презерватив. — Наденешь его на меня, — произносит он своим низким и хриплым голосом.

***

1 Ноября. Париж, Франция. Стайлз проснулся из-за стука в дверь. — День общения с прессой! — Произносит Эллисон по ту сторону двери. — У тебя пятнадцать минут. — Блять, — ругается Стайлз, чувствуя, как в нём зарождается паника, когда он приподнимается на локтях. А затем он понимает, что один. — Блять, — вздыхает Стайлз, откидываясь на матрас. — Стайлз? — Снова кричит Эллисон, сильнее стуча в дверь. — Ты жив? — Да, ага, я встал. Отвали. — Такой вежливый по утрам, — он слышит её бормотание и отдаляющиеся шаги. — Может, если бы меня разбудили раньше чем за пятнадцать минут до выхода, я был бы более вежливым! — Кричит он. Но пятнадцать минут спустя он умытый и одетый сидит между Дереком и Скоттом на заднем сиденье фургона, направляющегося в студию. Он ощущает аромат одеколона Дерека, и это убивает его. Он садится поудобней, поправляет солнцезащитные очки и закрывает глаза. — Ты в порядке? — Спрашивает у него Дерек. Ему требуются все силы, чтобы не засмеяться над вопросом. Мысленно он готовится к камерам и интервью. Он сжимает губы в ничего не значащую линию и легко улыбается. — Ага, просто устал. Тяжёлая ночь, — он говорит это и мило, и по возможности делая сексуальный акцент на грубой части. Дерек просто фыркает и отворачивается, глядя в окно. Стайлз смотрит на него уголком глаза и видит, проявляющиеся засосы под воротником его рубашки. Его небольшая фальшивая улыбка меняется на очень самодовольную и удовлетворённую, когда он закрывает глаза и упирается головой в спинку сиденья. Когда он погружается в воспоминания, всплывает прошлая ночь… Обнажённый Дерек под ним, издающий стоны, задыхающийся и скулящий, когда он вбивался в него… Сильный солёный запах пота Дерека. То, как он выгибал спину, кончая. Его руки, сжимающие простыни, пока он чертыхался. Белая, ослепляющая вспышка от хорошего секса, la petite mort *, как говорят французы… — Святое дерьмо, мужик, — произносит Скотт рядом с ним. Стайлз дёргается, его щёки краснеют, когда он поворачивается к Скотту. — Что? — Твоя шея! Конечно. Блять, конечно же. Стайлз дотрагивается до предполагаемого места, где Дерек поставил метку. Лидия и Эллисон оборачиваются назад, чтобы посмотреть. Эллисон щурится. — Эм, для этого потребуется грим… — Она смотрит на него ещё мгновение, будто пытаясь прочесть его. Стайлз свирепо глядит на неё. Она ухмыляется и отворачивается. — Для того, кто вчера хорошо развлёкся, у тебя должно быть настроение получше. — Эллисон, отвали. Настроение получше. Стайлз заснул, прижавшись к Дереку. Заснул потным и обессиленным, довольным и поражённым. Он смеялся Дереку в губы, ему пришлось прикусить губу, пытаясь остановить смех, потому что в этом не было ничего смешного, и он был без понятия почему он так отреагировал, но в этот момент Дерек засмеялся. Дерек притянул его ближе, прижался щекой к голове Стайлза и натянул одеяло на их плечи. И впервые за бесконечный период времени Стайлз чувствовал себя… великолепно. А затем он проснулся один. Стайлз мысленно прощает Эллисон, потому что он обязан так сделать. Потому что она не злая, и он знает это. Потому что он расстроен. Он делает глубокий и сосредоточенный вдох, стараясь не смотреть на затылок. Отблески рыжих волос Лидии в солнечном свете бросаются в глаза, и он смотрит на неё. Она улыбается ему и сжимает его колено. — Люблю тебя, — просто говорит она, прежде чем развернуться и уйти. — А что насчёт меня? — Интересуется Скотт. — Тебя тоже люблю. — А Дерека? — Настаивает Скотт. — Его тоже люблю. — Оу, ерунда, — мечтательно вздыхает Скотт, обнимая Стайлза, и небрежно прижимает его к груди. — Придурки, — бормочет Стайлз, но улыбка выдаёт его.