Play Crack the Sky

Стайлз затаскивает Дерека в ванную комнату и прижимает его к двери, когда она закрывается. Его рубашка влажная, а пахнет он фантастически, как смесь одеколона и запаха потного, теплого тела. Дерек издаёт приятный, дрожащий смех и кладёт ладони на задницу Стайлза. — Хэй, — произносит Стайлз, улыбаясь. — Хэй. Стайлз приподнимает подбородок и Дерек наклоняется для обжигающего поцелуя. Он немного отстраняется, чтобы хитро посмотреть на него. — Сделаем всё по-быстрому? — Спрашивает он. — Очаровательно, Стайлз. — Но его тело отвечает прежде него. Его неспособность держать руки при себе является лучшим ответом. — Стараюсь. — Стайлз прижимается к нему и потирается бёдрами. Дерек рычит и скользит руками вверх по спине Стайлза. Его руки с пассивного и изучающего темпа переходят на сильный и командующий. Он сжимает талию Стайлза и подталкивает, пока тот не упирается в тумбу для раковины. Стайлз кладёт руки на его плечи, переходит на шею, а затем на лицо. Кожа Дерека всё ещё разгорячена после сцены. Его глаза блестят от адреналина. А Стайлз… Стайлз просто наклоняется вперёд и целует его в лоб, нос и щёки, пока Дерек усаживает его на тумбу. Лицо Дерека оказывается около шеи Стайлза, он вылизывает его горло и прикусывает кожу на шее. Стайлз не может сдерживать свои стоны. Дерек задерживается на местечке под челюстью Стайлза, пока он тянется к его ремню. Определённо то, что делает Дерек оставит метку, но Стайлз и не думает его останавливать. Как раньше. Раньше он в отчаянии отталкивал его лицо, боялся разочарованного взгляда Эллисон, когда он появлялся с засосами и раздражением от щетины. Но сейчас ему было плевать. Дерек не останавливается и издаёт самый лучший звук, когда-либо слышимый Стайлзом. Под прикосновениями Дерека его кожа кажется чувствительной и наэлектрилизованной. Стайлз прижимает его голову к своей шее, направляет и умоляет. Свободной рукой он расстёгивает ширинку Дерека и запускает руку в штаны. Когда он сжимает руку на твёрдом и горячем члене, Дерек стонет. Стайлз смеётся и поворачивает голову, чтобы уткнуться в его волосы. Дерек кладёт руки на бёдра Стайла и пододвигает его ближе, из-за чего запястье Стайлза поворачивается под неудобным углом, и сильнее вривается в шею. — Мммблять, — выпаливает Стайлз. Он чувствует улыбку Дерека. Стайлз направляет Дерека и сладко целует его. Дерек с силой сжимает его бёдра, прижимаясь к нему всем телом. Кто-то стучится в дверь, когда тяжёлое дыхание Дерека заставляет Стайлза потерять контроль. — Игнорируй это, — бормочет Стайлз, большим пальцем лаская головку. Дерек закусывает губу, чтобы не застонать, и кивает. — Стайлз, я слышу вас! — Зовёт их Бойд, опять стуча. — Вы можете трахаться на протяжении всей Барселоны, и мне будет всё равно. Но сейчас нам надо идти! — Секунду! — отвечает Стайлз, быстрее двигая рукой. — Нам надо вернуться в отель, — настаивает Бойд. Стайлз втягивает Дерека в жёсткий поцелуй, посасывая нижнюю губу, и заглушает издаваемые Дереком звуки. Бойд стучит в дверь, проклиная их за международные перелёты. Когда Дерек кончает, он издаёт самый порочный и красивый звук. Стайлз смеётся над этим. — Вы, блядь, только что кончили, пока я разговаривал с вами? — С ужасом спрашивает Бойд. Дерек прячет лицо в плече Стайлза. — Я забыл, как вы отвратительны. Серьёзно. Приводите себя в порядок, снаружи остались фанаты. Был момент, примерно в то время, когда Лидии стали приходить письма о зачислении из колледжей. Ему пришлось бороться изо всех сил, чтобы они не распались и Стайлз просто не отпустил их. Он обдумывал это. Думал о том, чтобы жить вместе с Дереком в Пало-Альто, пока он учился бы в Стэнфорде, или он поступил бы в городской колледж. Он надеялся, что Пейдж и Дерек расстанутся, не выдержав отношений на расстоянии. Надеялся, что он и Дерек постепенно подойдут к свиданиям. Настоящим свиданиям. Никого бы это не волновало, потому что они бы были никем. Просто парой влюблённых парней, посещающих пары и тому подобное. Мысль об этом дала ему ощущение тепла, комфорта и небольшой грусти. Это то, что он чувствовал сейчас. Он ополаскивает руку в раковине, позади него, пока Дерек всё ещё утыкается в его плечо. Он думает о том, что произойдёт, если он просто… перестанет скрываться. Если он просто вернёт мяч на площадку лейбла, что если он просто уничтожит свою конкурентоспособность. Что если группа никогда не восстановится. Что если всё развалится на части, ну… возможно, он сможет целовать Дерека в ресторане и говорить, что любит его там, где другие люди могут это услышать. И этот риск стоит этого.

***

Когда они наконец-таки заходят в комнату отдыха, Бойд смотрит на них, подняв брови. Он смотрит на шею Стайлза и переводит взгляд на лицо Дерека. — Фанаты ничего не заподозрят, — не скрывая сарказма, произносит он. — Пусть, — отвечает Стайлз. — Хотя бы попытайся это скрыть, — без энтузиазма молит Бойд, бросая ему свитер Стайлза. Голова Дерека всё ещё затуманена, а губы покалывает и он до сих пор ощущает вкус кожи Стайлза. Он почти наверняка уверен, что Стайлз с вызовом улыбнулся Бойду… Почти наверняка. — Иисусе, — ругается Бойд, открывая дверь и выводя их в группу поклонников. Стайлз подписывает билеты и плакаты, позирует с фанатами для фото и улыбается так, будто только что не отдрачивал Дереку, но всё же выглядит немного затраханым. Покрасневшая кожа, блестящие глаза, распухшие губы… Дерек чувствует себя затраханным, возможно и выглядит также. Он чувствует усталость и блаженство, но какая-то его часть тонет, как камень. Он не может перестать думать о бёдрах Стайлза под своими руками и его коже под своими зубами. Бойд прислоняется к машине и скрещивает руки на груди. Маркус изо всех сил старается заставить их двигаться дальше. Дерек обнимает плачущую фанатку, которая с сильным акцентом рассказывает ему, что она встречала его и раньше, но сейчас он выглядит намного счастливее. Он хочет сказать ей, что это так, но он также напуган и никогда прежде не боялся потерять кого-то. Вместо этого он благодарит её. — Ладно, ладно. Бойд убьёт нас, нам надо идти, — рядом с ним произносит Стайлз, когда он отстраняется от девушки. Он обнимает Дерека за талию, уводя его. Дерек чувствует, как камеры наведены на них, он делает нейтральное выражение лица, он не реагирует, когда Стайлз проводит руками по нижней части его спины и живота, хотя чувствует, как подгибаются колени. Не реагирует, когда он берёт его за запястье и тянет к машине.

***

Дерек спит на полу. В наушниках, положив голову на рюкзак и спрятав руки в карманах кофты. Терминал пуст, за исключением гастролирующей команды. Большинство из них развалились или попытались лечь на сиденьях в попытке поспать. Голова Лидии лежит на коленях Стайлза, а Эллисон спит на плече у Скотта. — Ты уже нашёл место? — Низким и скрипучим голосом спрашивает Скотт. Стайлз отводит взгляд от поднимающейся и опускающейся груди Дерека. — Оу. Нет. Эллисон скинула мне предложения, но я ещё не смотрел их. Скотт кивает. — Ты, эм… всё ещё злишься на меня? Скотт пожимает плечом, на котором не спит Эллисон, и качает головой. — Это просто херня. — Ага, — соглашается Стайлз. Он чувствует те же эмоции, как в то лето, когда Мелисса отправила Скотта в лагерь где-то в Орегоне. Одиночество, грусть, нетерпение, в ожидании его возвращения… Скотт прямо здесь, всего в дюйме от него, а он уже скучает по нему. — Мне жаль, хотя, это было… и дерьмово с моей стороны. — Все нормально, мужик, — Стайлз пожимает плечами. — Мне просто казалось, что ты покидаешь нас. — Я никогда не смогу это сделать. — Стайлз качает головой. — Я знаю. Какое-то время они сидят в дружеской тишине, мысли Стайлза приходят в норму, когда он прочищает горло. — Ты же знаешь, что ты мой лучший друг. — Скотт заслуживает объяснения. Как и они все. Он должен объяснить им. — Знаю, — отвечает Скотт, поворачивая к нему голову. Большие карие глаза и мягкая улыбка, заставляют его больше походить на того парня, с которым Стайлз подружился. — И я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя. — Ты для меня целый мир. — Как и ты. К чему всё идёт? — Скотт немного смеётся. — Я переезжаю, потому что хочу быть ближе к папе, и я просто хочу… отдохнуть. Быть подальше от всего дерьма, в которое втянуло Эл-Эй. Знаешь, я не всегда хорошо себя чувствую. Иногда, я чувствую то же, что и до реабилитации. Это по-настоящему… — Пугает, — предполагает Скотт. Стайлз кивает. — Поэтому я переезжаю домой, просто чтобы… работать над этим. Я не сбегаю. — Стайлз аккуратно, чтобы не разбудить, кладёт руки Лидии на голову. Ему просто необходимо прикоснуться к ней, чтобы замкнуть цепь между ними тремя. — Да, мне по-настоящему хорошо сейчас, но… Я не могу сорваться. Понимаешь? Мне опять необходимо почувствовать опору. — Я понимаю. Мы можем работать дистанционно. Ты продолжишь работать над собой, я займусь своими делами. Мы воссоединимся и всё будет великолепно. Лёгкая вера Скотта в их дружбу заставляет Стайлза почувствовать тепло и сосредоточенность. У них осталось два шоу, несколько дней до возвращения и им было… лучше. Становилось лучше. В начале этого тура Скотт и Стайлз едва разговаривали друг с другом… — Моя гостевая комната всегда в твоём распоряжении. Знай это. Если ты не хочешь по прибытии сразу же покинуть Лос-Анджелес, то тебе следует остаться… Возможно, мы запишем ещё несколько песен, прежде чем ты уедешь или ещё что. Последнее заявление сопровождается застенчивым и полным надежды взглядом. Если Скотт подразумевал то, что Стайлз подумал, то будущее кажется немного светлее и чуть более определённым. — Да, чувак.

***

11 Ноября. Барселона, Испания. — Хэй, мы попали в мировые тренды с тремя хэштегами, — сообщает им Эллисон за завтраком. — Smokes for Harris, Чувствуем Это и, оу, посмотрите-ка… Стерек Существует. Дерек заставляет себя допить кофе, не подавившись. Стайлз же вообще отворачивается от стола, стараясь спрятать свой смех. — Фото и видео просто везде, — продолжает Эллисон. — Какие именно фото и видео? — Спрашивает Лидия, в её голосе появляется обвинение и беспокойство. — Их вчерашняя встреча с фанатами. Они выглядят флиртующими, ничего необычного, если честно. — Оу, — произносит Лидия, отмахиваясь. Эллисон прищуривается и приближает фото или что она смотрит на АйПаде. — Стайлз, покажи мне свою шею. — Он поворачивается к столу и отодвигает воротник. — Чёрт, Дерек, ради всего святого, что это? Дерек просто делает большой глоток кофе, избегая ответа. Он знал, что ему нечего сказать, чтобы переубедить Эллисон, если она собралась читать тебе лекцию… Она качает головой, смеётся и опускает АйПад. — Так, чем мы займёмся сегодня? Дерек в удивлении поднимает обе брови, смотря на неё. Стайлз остаётся рядом с ним, ожидая, что она начнёт нападать на них. — Что? — Интересуется она, переводя взгляд с одного на другого. — Оу, вы думали, что я буду кричать на вас. — Ага. Она пожимает плечами. — Вы же помните, что я не могу контролировать фанатов? — Стайлз сказал что-то подобное в Лос-Анджелесе перед началом тура. — Как мы проведём наш выходной? — Надеюсь в спортивных штанах, — строго произносит Лидия. Все остальные согласны с ней.

***

12 Ноября. — Барселона, вы знаете, что будет дальше, — говорит Стайлз кричащей толпе. — Нам было так весело, когда играли все вместе в Риме, поэтому мы решили повторить это. Поэтому вся банда здесь. — Он показывает на всех остальных, стоящих позади него. — Сегодня у нас предпоследнее шоу, поэтому мы хотим, чтобы оно было засчитано. Чёрт возьми, вы можете в это поверить? — Он задаёт этот вопрос собравшимся участникам групп. Он устал, он так устал, но чувствует, что он выдержит ещё месяц, если они будут с ним. Совершенно точно. Вокруг слышны щелчки, всё опять становится весёлым, он опять начинает любить это. Он комично хмурится, поворачиваясь к зрителям. — Немного притормозите, у нас проблемы с сетью. — Раздражённо вздыхает Джексон в инэйры. — Меня попросили приостановиться, поэтому, ребята, о чём вы хотите поговорить? — Спрашивает Стайлз у зрителей, отцепляя микрофон от стойки, чтобы разогреть их. Барселона кричит и аплодирует в ответ. Он смотрит на Скотта и пожимает плечами. — Давайте поговорим о завтрашнем дне, — предлагает Скотт. — А что насчёт завтра, Скотти? В Инстаграме было много подтверждений того, как они провели вчерашний день, хотя они и не выходили из отеля. Стайлз опубликовал видео, на котором смеющийся и поющий без рубашки Скотт ел бутерброд на балконе. («Что касается лучших друзей, @ScottyMcCall — довольно солидный вариант.») — О том, как много всякого дерьма мы сняли для Ютьюб и как стары мы стали, раз заваливаемся спать до полуночи. Раздалось много аплодисментов в ответ на обещанные видео. Стайлз сдерживается от соблазна, чтобы не рассказать о том, как он лёг далеко за полночь. Но образ Дерека, стоящего на коленях перед ним, сильные пальцы и язык на его члене… был слишком отвлекающим. Ему было чем заняться. Он не может удержаться и смотрит на Дерека. И понимает, что он думает о том же. — Мы сделали несколько очень энергичных каверов вместе с Royales, — продолжает Лидия, сидя за барабанной установкой. Вернувшись в отель они попытались вытащить их на ланч, но вместо этого им пришлось играть песни. Конечно, они не жаловались на это. Стайлз опубликовал их совместное фото, на котором они все умещаются на диване, а гитары лежат рядом на полу. («@SmokesForHarris и @Royales =😍😍😍😍😍.») — В пижамах. — Добавляет Стайлз. — Вы должны были видеть Лидию во всей её красоте. Он опубликовал её фото, с её немного щурящейся улыбкой и грязным пучком на голове, днём ранее. («@LydzMartini что за детка.») — Кстати, мы сыграли Хакуна Матату, — заявляет Дерек. Он так же опубликовал и его фото. С щетиной, в очках, свободной кофте и тёплой улыбкой, когда он склонился над бас-гитарой. («@ThisIsTheRealDerekHale самый горячий мужчина на свете.») Стайлз начинает играть мелодию, которую они подобрали для песни, а Скотт начинает напевать в микрофон. Стайлз возвращается к стойке и крепит микрофон на место. — Так будь свободен от ушей до хвоста, — поёт он. Дерек и Эрика вместе вступают на фразе: «Закусил слегка и жизнь легка», но оба начинают смеяться, ещё до окончания куплета. Стайлз перестаёт играть и тоже начинает смеяться. — Вот он, вот наш кавер на сегодняшнее выступление. Продолжаем дальше, — он произносит в микрофон. Зрители смеются, некоторые из них продолжают петь. — Ещё пара минут, — сообщает им Джексон. — Ладно, я солгал, — признаётся Стайлз. — Но нам всё ещё нужно подождать, так чтооо… — Он обдумывает все варианты и потирает шею. Большую часть вчерашнего дня ушло на высмеивание раздражений от щетины и засосов. Скотт нашёл твит и прочитал: «Боже благослови вернувшееся раздражение на коже. Интересно, кто оставил на нём эти следы? #СтерекСуществует.» Кстати об этом… — После Рима, вы, ребята, позволили нам попасть в мировые тренды. Сразу же с несколькими хештегами, если я не ошибаюсь. — Зрители издют восторженный и безумный звук. — Чувствуем Это, — Подсказывает Скотт. — Smokes for Harris, не забывай о нём. — Добавляет Лидия, отбивая ритм на малом барабане. — Дерек, какой же был третий хештег? — Спрашивает Стайлз. — Не знаю, Стайлз, может ты скажешь? — В ответ интересуется он. — Не знаю, детка, я забыл. — По-волчьи улыбается Стайлз и отстраняется от микрофона. Крики зрителей достигают нового уровня. Дерек качает головой и переводит взгляд на педали, поправляя их ногой. Стайлз наклоняет голову, чтобы поймать его улыбку. Существует вселенная, в которой Стайлзу не приходится беспокоиться, что он совершает те же ошибки и опять теряет его. Там, где Стайлз открыт и свободен, а Дереку не приходится прятаться. Дерек опубликовал фото Сталйза с гитарой на его коленях. Он смотрел на Дерека и слегка улыбался ему. Он играл партию из песни Боба Дилана, которую, как он знал, любил Дерек. («Моё персональное радио. Скучал по этому. @Bilinski.») Эрика играет что-то на пианино и напевает: — Ты чувствуешь любовь сегодня? Он обменивается кокетливыми взглядами с Дереком. Частично чтобы подогреть публику, но основной причиной является то, что он не может сдержаться и не сделать этого. Джексон привлекает их внимание и произносит: — Прежде, чем вы совершите каминг-аут на сцене… мы можем начинать. — Окей, хорошо, давайте вернёмся к шоу, мы достаточно поразвлекались, — Стайлз ругает всех, возвращаясь к микрофону. — У нас очень серьёзное рок-шоу. Во всяком случае, мы планировали это вступление, так что эта песня называется «Спой! Спой!», а исполняют её Marianas Trench.

***

— Что будет дальше? — Спрашивает Дерек запуская пальцы в волосы Стайлза. Он даже не уверен, что он до сих пор не спит. Его дыхание медленное и спокойное, а воздух за пределами одеял прохладный, влажный и всё ещё пахнет ими. Дерек хотел бы, чтобы эти волны убаюкали его, хотел бы насладиться мягким теплом, окружающем его и Стайлза. Но он не мог не думать. Они не говорили о будущем группы с тех пор, как Эллисон поговорила с ними о лейбле. А Дерек… Что ж, Дереку не обязательно вникать в это. Если они продолжат работать, то он не обязан тоже к ним присоединяться. Он подписал контракт только на время гастролей, а не на постоянную основу… А если они не продолжат, то чем они будут заниматься? К чему это приведёт? Что будет дальше? Когда он точно уверен, что Стайлз заснул, тот отвечает. Его голос звучит ясно. — Я не знаю. — А что ты хочешь, чтобы произошло? — Интересуется Дерек. Стайлз ненадолго убирает голову с плеча Дерека, чтобы посмотреть на него. Дерек может видеть только общие черты его лица, никаких мелких деталей. Но его глаза. Его глаза кажутся чёрными в темноте, но лунный свет, озаряющий комнату серебром, заставляет их выглядеть более глубокими и живыми. — Не знаю. Чего хочешь ты? — Чтобы вы были счастливы. — И всё? Нет, это не всё. Дерек тоже хочет быть счастливым. Возможно, это делает его счастливым. Эта группа, эта карьера, Стайлз. Каждый раз, когда он отказывался от самого себя, он становился несчастным. Уход был необходим, но это убвало его. Школа убивала его. Юридическая школа делала его несчастным. Но этот тур заставил его почувствовать себя… настоящим. Но лучше. Он пододвигается и крепче сжимает талию Стайлза. — Нет, — произносит он, громким шёпотом. — Тогда, что же ещё? — Интересуется Стайлз, лицом прижимаясь к шее Дерека. Если бы это был вечер или следующее утро, или любое другое время, он бы не смог произнести этого. Но в окружении темноты, когда реальность отходит на задний план… — Я хочу остаться. — Со Стайлзом, с группой. Стайлз что-то радостно и сонливо бормочет. Он прижимается носом к Дереку и мягко целует его в шею. — Всё будет хорошо. Дерек улыбается в потолок, слушает дыхание Стайлза и сосредотачивается на том, как чувствуется кожа Стайлза. — Если я перестану скрываться, ты останешься со мной? — Спрашивает Стайлз, его голос звучит сонно и он произносит это едва слышно. Дерек ждёт, что он снова задаст свой вопрос, закроет эту тему или отшутится, но он не делает этого. — Стайлз? — Зовёт Дерек, желая, чтобы он объяснился. Но он уже спит.

***

22 Ноября, 2011. Чикаго, Иллинойс. Пейдж не произнесла и слова, с тех пор, как закрыла за ними дверь в свою спальню, заглушая звуки вечеринки, проходившей в её секции. — Что ты делаешь в Чикаго? — У нас, эм, завтра шоу? — Точно. Точно, ага, я забыла… вы гастролируете, это… безумно. Поздравляю. — Она отступила и села на край кровати. — Как всё остальные? — У них всё хорошо. — Что ты здесь делаешь? — Хотел поговорить с тобой. — О чём? — Я накосячил. — Конечно ты сделал это. Но мы двигаемся дальше. Я забыла тебя. Я всё понимаю. — Она закатила глаза. — Что ты понимаешь? — Что тогда ты запутался. — Она посмотрела на него понимающим взглядом. Дерек покачал головой. — Нет, я проебался. Я не должен был изменять, я просто должен был… остаться с тобой. Теперь она покачала головой и немного посмеялась. — Ты сильно мне нравился, но это бы не сработало. Это никогда бы не сработало. Всё в порядке. Ты поругался со Стайлзом или что? Дерек проигнорировал её вопрос. — Ты встречаешься с кем-нибудь? — Он мысленно отвесил себе пинка за то, как отчаянно он звучал. — Нет. — Тогда дай мне ещё один шанс. — Нет, Дерек, — твёрдо произнесла она. — Что если я поклянусь, что больше никогда не прикоснусь к нему? Что если я всё ещё люблю тебя? — Я бы никогда не заставила тебя клясться, — сказала она. — Ты всё ещё в замешательстве, не так ли? — Нет, это не так. Я… — Он в замешательстве. Это совершенно точно. Пейдж была красивой, милой, и она грустно улыбалась ему со своей кровати в общежитии. Её футляр для виолончели балансировал на стуле напротив музыкального стенда. Её тетради были сложены на столе. Коллаж из фотографий её друзей и семьи занимал большую часть стены над её кроватью. Она была той, с кем ему следовало быть. Умная, милая и талантливая девушка. Этот реальный человек. Возможно, он тоже должен был пойти в колледж. Они бы вместе посещали занятия и занимались тем, чем обычно занимаются подростки в колледже. Дерек должен был подготовить варианты до выпуска из школы. Он должен был взять её во внимание, когда подавал документы в юридический… Накануне вечером Дерек был обдолбан, сидел в задней части автобуса и подавлял желание отсосать Стайлзу, пока остальные были в койках, а она была здесь. Идеальная, нормальная, чисто теоритически, она была лучшей… — Я люблю тебя, Пейдж. — И это было так неловко произносить. Будто что-то мешало это сделать. Она засмеялась. — Нет, не любишь. Я всё это слышала и раньше, Дерек. В глубине души ты хочешь Стайлза. Тебе это позволено. Ты можешь заполучить его. Он уже твой, он уже любит тебя. — Я не люблю Стайлза. Не так. — Да? И всё-таки, где он? Как он поживает? — Он снаружи… — Он должно быть ненавидит тебя. — Она улыбнулась. И это глубоко ранило его. — Что ты имеешь в виду? — Ты притащил его сюда, чтобы попытаться вернуть меня? И он сейчас на улице ждёт тебя? Знаешь, сегодня должен пойти снег. Он слишком тощий и калифорниец, чтобы вытерпеть этот холод. Дерек… Он любит тебя. Почему ты так поступаешь с ним? Дерек не ответил. — Иногда ты бываешь таким эгоистом. Он всё ещё не отвечает. — Ты на самом деле влюблён в меня или ты просто боишься любить Стайлза? Он был в ужасе. Напуган. В оцепенении. Дерек уставился на неё, открыв рот, понимание медленно завладевало им. Блядь. Он даже думать не мог о другой девушке, которую мог хотеть. Он даже подумать не мог о другом парне. Пейдж пододвинулась и похлопала по кровати рядом с собой. Дерек каким-то образом умудрился найти силы, чтобы сесть туда. — Всё хорошо, — произнесла она, держа его за руку. — Он хороший парень. Талантливый. И весёлый. И он делает тебя счастливым. Всё на самом деле хорошо. Однажды ты станешь таким счастливым, если просто… решишься. — Решусь на что? — Пробормотал он. — Признать, что хочешь его. Он признал. На самом деле… Но она думала, что это легче чем есть на самом деле. Если он выберет Стайлза, то выберет и хранить свою любовь в секрете. Подписаться на особые правила и указания от лейбла. Он возненавидел бы это… Но это было бы лучше всех вариантов, которые он мог сотворить вместе с Пейдж. — Прости, — спустя какое-то время произнёс Дерек. — Ты этого не заслужила. — Ты прощён, — произнесла она, наклоняясь, чтобы поцеловать его в щёку. — Сегодня на самом деле будет серьёзный снегопад, отведи его куда-нибудь, где тепло. Пейдж проводила его, пройдя через группу хороших детей. Умных детей с хорошим и определённым будущим. Подростков, хихикающий над дешёвым пивом, быстрыми перепихонами и травкой. Они были тем типом подростоков, которыми Дерек, да и остальные участники группы, могли легко стать, но отказались от этого пути. — Ты ненавидишь меня? — Спросил её Дерек уже в коридоре. Жизнь, которая у него легко могла быть, осталась за дверью. Он чувствовал себя картонной фигуркой, вырезанной кем-то другим. Она покачала головой и улыбнулась ему. — Должна бы, но нет. На улице стоял Стайлз, увлечённый сигаретой, догоревшей до фильтра. Он проговорил ему несколько строчек какой-то песни и Дерек боролся с желанием прикоснуться большим пальцем к его губам. Стайлз вытащил дотлевающую сигарету изо рта… Стайлз продолжал говорить о Brand New*. Именно сейчас эта группа совсем не заботила Дерека, он думал о том, как вернуться в отель к их друзьям. Он хотел, чтобы Стайлз перестал дрожать. Дерек услышал гитару, мрачную и красивую, как эхо. Конечно же он знал эту песню. Конечно же знал. — Ты нужен мне, как вода в лёгких, — проворчал Дерек, чтобы заткнуть Стайлза. Его лицо загорелось. — Пошли. Его кровь стучала у него в ушах и он знал, что Стайлз о чём-то говорил, но он был далеко не здесь. Он слышал голос Стайлза, но он не слушал его. Он слишком сильно паниковал. Слишком был погружён в волны своего сознания, которые продолжали рушиться на него одна за другой. Они сели в холодную машину. — Так… Что она сказала? — Она сказала, нет. — Нет? И это всё? Без объяснений? — Каких блядь объяснений он ждал? Нет, её бывший был спрятавшимся, несамоопределившимся гомосексуалом? Нет, она была уверена, что он влюблён в Стайлза? Нет, она сочувствовала ему, но всё равно нет? Блядь. — Она просто сказала нет. — Что теперь? — Дерек представил, как стучит ладонями по рулю и кричит. Представил, как говорит Стайлзу заткнуться и забыть об этом. Представил, как говорит Стайлзу, что он не любит его, что он должен остановиться и оставить его в покое. Он хотел, чтобы Стайлз отказался от него. Он не хотел любить Стайлза, не хотел. Он не хотел того, что шло вслед за этим. А затем он представил расстроенного и злого Стайлза, с глазами блестящими от слёз ненависти. Он не хотел этого. Стайлз дрожал, не переставая, и смотрел на Дерека. Дерек любил его. Любил. На самом деле любил. Приборная доска загорелась, когда он повернул ключ зажигания, и тихо заиграло радио. Стайлз выдохнул облачно пара. Дерек включил печку. Он хотел обнять его и не отпускать. Хотел перестать ненавидеть себя за свои желания. — Ничего, — в конце концов ответил Дерек, когда понял, что вопрос остался без ответа. Ничего с Пейдж. Ничего сегодня. Он не хотел по-настоящему отвечать, на заданный Стайлзом вопрос. Стайлз укутался в куртку и всю дорогу смотрел в окно со стороны пассажира. Дерек умышленно проехал мимо отеля и продолжил двигаться дальше. — Куда мы направляемся? — Спросил Стайлз, ничего не выражающим голосом. — Покатаемся. Стайлз вздохнул и немного съехал вниз. — Дай мне свой телефон, — приказал Дерек, протягивая руку. — Зачем? — Дай его. Стайзл недовольно посмотрел на него, но телефон всё же отдал. Они остановились на красном сигнале светофора и Дерек подключил телефон к машине. Заиграли вступительные ноты Тоту, и Дерек сделал максимальную громкость. Стайлз недоверчиво посмотрел на него и улыбнулся. Он не мог перестать думать о том, как впервые поцеловал его, как они впервые прикоснулись друг к другу. Об их первом сексе, других первых и потенциально первых разах, которые у них только могут быть. Музыка продолжает играть, улицы мелькают перед ними, Стайлз находится рядом с ним и он чувствует себя всё более и более реальным, пока секунды продолжают свой ход. — Как ты ко мне относишься? — Спросил Стайлз в тишине, после Так Проходит Слава. Дерек не ответил сразу же. Началась следующая песня и Стайлз отвернулся, наблюдая, как тёмный, светлый и тихий Чикаго мелькает в окне. — Я написал больше открыток, чем получил. Я читал больше карт, чем книг. Почувствуй, как каждый шанс уйти это еще один шанс, который я должен был взять… — Джесси Лейси и Стайлз Стилински пели идеальным дуэтом. Дерек слушал. Слушал, как его голос менялся во время глиссандо, опустился в нижний регистр и поднялся, чтобы соответствовать высоким нотам. Он наблюдал, как Стайлз прислушивается к гитарной партии между куплетами. Дерек наблюдал за тем, как он скрывает панику в своём голосе. Дерек заметил указатель на гавань Белмонт и повернул туда. Следующая песня началась сразу же. Без каких-либо пауз. — Я послание небес, не смей забывать об этом… — Я люблю тебя, — произнёс Дерек, перекрикивая музыку. -… Я всё, что ты когда-то хотел… Что? Дерек свернул на обочину, со стороны которой была видна тёмная вода. Он припарковывает машину, отстёгивает ремень безопасности и поворачивается к Стайлзу. Его глаза были распахнуты, а рот широко открыт. — Это то, что я чувствую к тебе. — Дерек протянул руку и убавил громкость. — Если это нормально. Дерек говорил это раньше. Стайлз говорил это раньше. Но это был конец. Дерек не сказал это с обычной лёгкостью, а Стайлз с этой же лёгкостью не принял это. Он смотрел на Дерека так, будто надеялся, что тот заберёт свои слова назад. Смотрел, пока в Хорошо, Я Верю Тебе не отыграли финальные ноты. Это была самая длиная песня из тех, что Дерек когда-либо слышал… — Но, Пейдж… — Начал Стайлз. — Это никогда не была Пейдж. — Дерек покачал головой. — Ты уверен? — Уверен. — Лучше бы ты точно был уверен, потому что если это не так, то это всё совершенно новый уровень твоего мудачетсва. Дерек наклонился через центральную консоль и поцеловал его. Стайлз немного взвизгнул, но растаял от тёплых прикосновений. Дерек был уверен. Это больно и пугающе, но правда. Он услышал, как Стайлз отстегнул ремень безопасности, и принял более удобную позу. Когда он только прикоснулся к шее Дерека его руки были ледяными, но чем дольше они оставались там, тем теплее становились. Дерек вывалил на него это. Он был уверен, он уверен, он был так уверен. Это будет чем-то трудным. Эллисон предупреждала их об этом. Она объяснила им, что значит встречаться и играть в одной группе. С тех пор Дерек не прикасался к Стайлзу. Прошёл месяц. Он сгорал от желания. Музыка продолжила играть фоном. Она погрузила их в различные эмоции, будь то безумие и равномерность, интенсивность и темноту, мягкость и печаль… Дерек старался дотронуться до каждой части его тела. Его рёбра до сих пор слишком сильно выступают, его бёдра слишком острые. Он всё ещё целовал Дерека лучше всех. Он всё ещё был лучшим, не только на бумаге, но и на деле был идеальным… Дерек потерял счёт времени, пока Стайлз не отстранился, а гитарное соло медленно затихало. Он отстранил Дерека, когда тот попытался опять его поцеловать. Его взгляд был благоговейным и остекленевшим. Лобовое стекло запотело и покрылось снегом. — Школьные мечты сбываются, — пробормотал Стайлз, взяв Дерека за руку. — Да? — Позажиматься под Brand New? Ты не можешь окунуться в атмосферу Старшей школы без этого. — Стайлз кивнул. Тихий звук акустической гитары заполнил салон автомобиля. Та же песня, которую играла девушка во дворе. Эту же песню Стайлз слушал с удивлением, пока, замерзая ждал его, поддерживая во время самого глупого его поступка, хотя это должно было убивать его. — Поехали назад, — тихо произнёс Стайлз, сжимаю колено Дерека. — А то они начнут волноваться. Снег шёл всё сильнее. Лобовое стекло почти полностью закрыло снегом. — То, что они зовут любовью — это риск, потому что ты всегда будешь ударять из ниоткуда, — пел Джесси Лейси. Дерек наклонился и поцеловал Стайлза в щёку. — Хорошо, детка, — прошептал он. — Засранец, не называй меня деткой, — вяло возражает Стайлз, но улыбка выдаёт его.

***

13 Ноября. Мадрид, Испания. В тихие моменты после подготовки к их последнему в туре шоу они все вместе стоят на сцене, погружаются в происхоящее и окружающую их тишину… Недалеко от них Эрика тихо разговаривает с близнецами, Smokes расположились около усилителей, а Дерек сидел за пианино Эрики. Он играл что-то тихое и простое. А Стайлз настолько сильно фокусируется на этом, что может понять сколько различных эмоций он испытывает, особенно… боли. Стайлз наблюдает. Как длинные ресницы Дерека отбрасывают тени на его скулы, а глаза сосредоточены на клавишах. Его лицо смягчается, его обычное выражение лица выглядит менее пугающим и более мягким при слабом освещении. Стайлз с трудом узнаёт мелодию. Скотт подталкивает его. — Иди к нему, — тихо произносит он, когда Стайлз медленно переводит взгляд на него. Скотт смотрит на него с серьёзным выражением лица. Лидия улыбается и кивает ему, стоя позади Скотта. Стайлз улыбыется ей в ответ и встаёт. — И это всё, что я могу сделать, чтобы остаться с тем, что я не сказал тебе до того, как ты пересёк всю страну, — тихо произносит Стайлз, стараясь попадать в один ритм с мелодией. Он подходит и опирается коленом на скамейку. Дерек смотрит на него и кивает, показывая, что он может сесть рядом. — Мне нравится твоя слабость к Jack’s Mannequin*, — признаётся Стайлз. — Твоё нежелание слушать их, а затем и полное поклонение их альбому — это то воспоминание, которое я всегда буду лелеять, — невозмутимо отвечает Дерек. Стайлз чувствует, как глупая, застенчивая улыбка начинает появляться на его лице. — Это было в правильное время и в правильном месте, — заявляет Стайлз. — Лето, поездка по шоссе номер один… — Наша поездка в Outside Lands*. — Лето после выпускного класса. — В первую годовщину смерти моего отца. Сердце Стайлза сжимается от этого. Дерек должно быть чувствует это, потому что он дарит ему небольшую улыбку, как бы говоря, что всё нормально. — Моя семья хотела провести этот день вместе, но я хотел просто быть рядом с тобой, — продолжил он. — Я не знал об этом. Дерек кивает и кладёт руки на колени. — Поездка по шоссе номер один была наименее удобным способом, чтобы добраться туда. — Пробки отстой, но этот альбом, — говорит Стайлз, возвращая их к изначальной теме разговора. — Должен быть оценён морем. — Это практически цитата. — Именно. — Дерек кивает. Они смотрят друг на друга. Просто смотрят. Стайлз хочет просто наклониться и поцеловать его. Определённо хочет. — Именно тогда. — Произносит Дерек и кладёт руки на клавиши, отведя взгляд. Он прочищает горло и начинает играть что-то другое. — Тогда что? — Спрашивает Стайлз. — Тогда я понял, что ты, эм, нравишься мне. Знаешь, нравишься как… Сердце Стайла стучит где-то в горле, а желудок находится на уровне пяток… — Так рано? — Спрашивает Стайлз. Это было лето перед Пейдж. Лето перед их поцелуем. Лето перед тем, как они подписали контракт… — Да. Знаешь, какое-то время я был смущён этим, но… да. Дерек продолжает играть мелодию песни, которую Стайлз так и не может узнать. Стайлз всё ещё удивлённо смотрит на него, когда Эрика подходит к ним. — Окунись в глаза своего разума, разве ты не знаешь, что можешь найти лучшее место для игр, — напевает она. На лице Дерека появляется улыбка. И Стайлз понимает что это за песня. К тому моменту, когда они начинают петь припев, все остальные подходят ближе. — Я слышу, как ты говоришь, не оборачивайся во гневе, — подпевают остальные. Но Стайлз всё ещё находится в шоке. Он наблюдает за игрой Дерека и смутно понимает, что Эйден и Лидия отбивают сложный ритм на крышке пианино. Он замечает, что количество людей рядом с ними увеличилось, и чувствует… что-то… чувствует восхищение. Пока Дерек поёт и играет, его глаза блестят. Он прижимает колено к ноге Стайлза, а Стайлз не может избавиться от оцепенения, не позволяющего ему и рта раскрыть. — Ещё! Ещё! — Эрика аплодирует, когда песня заканчивается. Стайлз оцепеневши смотрит на неё. Переводит взгляд на остальных и понимает, они согласны. — Ты здесь маэстро, — говорит Дерек, держа руки перед собой. — Играй ты. Стайлз поднимается, когда место Дерека занимает Скотт. — Ты в порядке? — Спрашивает Дерек, положив руку Стайлзу на плечо. Внимание всех сосредотачивается на другой песне, а Стайлз удивлён тем, как невероятно звучит их совместное пение. Он потрясён тем, что Дерек… осознал, признал, исповедовался… — Ты просто… — Произносит Стайлз, стараясь сфокусироваться на чём-то одном. — Нечто. Это значит, что… ему чего-то не хватало после ухода Дерека. Это касалось не только личной жизни Стайлза, не только участников группы. Но когда Дерек был здесь, он становился тем, кто собирал всё воедино. Он играл так, будто приналежал им. Он и принадлежал им. Его голос дополнял песни. Его присутствие обнадёживало и успокаивало. Он всегда давал всем ощущение защищённости. Каким-то образом. И сейчас, вернув его, Стайлз не был уверен в том, что кто-то сможет заменить его. Он принадлежал им, был их басистом, они были его группой… Дерек был его, он понял это много лет назад. Возможно, Стайлз тоже принадлежал Дереку. Он надеялся на это. Хоть он и знает, что им над многим придётся работать и многое в их жизни надо уравновесить… Он хочет пойти на этот риск. Дерек любит его, и это, на самом деле, так круто. Стайлз берёт Дерека за воротник рубашки. Ему всё равно, что все находятся в нескольких шагах от них. Он притягивает его к себе, целует и думает о кусочках головоломки. Он думает обо всех плохих поцелуях, произошедших после Дерека. Он думает о людях, чьи тела ощущались неправильно рядом с ним. Он раздумывает о том, что Айзек хорошо вписался в группу, но рядом с ним всегда ощущалась пустота, которую он не мог заполнить. Он думает о том, как расцвела группа, находясь на грани распада, после возвращения Дерека. Он считает, что поцелуи Дерека такие знакомые, такие естественные. Он думает о том, как правильно ощущается то, что он прижимается к нему на глазах у всех. Наверняка они смотрят. Аплодисменты и крики совсем ничто, потому что Дерек целует его в ответ.