Он и Она

      Следующие две недели Гермиона все свое свободное время проводила с родителями, наслаждаясь их обществом и попутно собирая свою «сумочку». Все что можно было купить в Косом Переулке и в магловских магазинах, уже было куплено и аккуратно упаковано в «сумочку». Она была очень рада, что освоила Заклятие незримого расширения, а то без него ей понадобился бы целый фургон. Это потребовало огромных усилий, но оно того стоило. И что греха таить она ужасно гордилась собой что освоила такое сложное заклинание самостоятельно.       Также она внимательно читала книги, которые взяла в день похорон Дамблдора. Это были книги о темных искусствах, и Гермиона надеялась найти там что-нибудь о крестражах и как их можно уничтожить. Переборов стыд за то, что украла их, и неприязнь к содержимому она внимательно читала каждую страницу. И впервые в жизни ей было противно читать книгу, так как содержание было просто ужасным.       Пару раз у нее были ее «трех часовые» сны. В этих снах она видела яркий свет. Вокруг было много людей, и впереди вдруг появлялся этот свет. Она не видела его источника, потому что он ослеплял глаза. Он все рос и рос, пока не заполнял собой все пространство вокруг. Затем она, вся дрожа, просыпалась в холодном поту. От этого света исходила мощная сила и энергия, и радовало только то, что эта сила явно была добром. Каким бы ни был странным этот сон, но девушка чувствовала, что он сбудется. Она не знала, что бы это могло бы быть, и она не знала никаких заклинаний с таким эффектом. Он был немного похож на Патронус своим ярким светом, но чувство, которое он вызывал, было другим. Патронус чувствовался как энергия радости, а этот свет был источником чистой силы без примеси эмоции. Только мощь. Если раньше она стала бы искать что-нибудь в библиотеке, то теперь она собиралась спросить об этом у Драко. Не было совпадением то, что она начала видеть этот сон, после того как узнала о Лиге Сальваторов.       Что же касается папы, то он, как и обещал, взял отпуск. Они с мамой были удивлены желанием Гермионы съездить отдохнуть просто за город ненадолго, а остальное время провести дома. Просто Гермионе хотелось подольше побыть в родных стенах вместе с родными ей людьми.       Побыв пару дней за городом, они вернулись домой. Потом в основном гуляли по городу, ходили в кино и кафе, в парки. Иногда все вместе готовили ужин, а потом всей семьей сидели, разговаривали до самой ночи.       В один из таких вечеров Гермиона сидела во дворе и смотрела на небо. На чистое, безоблачное небо, на сияющие звезды. Глядя на них можно было только на секунду забыть о войне, о поисках крестражей, о спасении любимых…но и этих секунд было достаточно для того чтобы хоть на секунду почувствовать умиротворение.       Папа тихо подошел и подсел на крыльцо рядом.       -Отличная погода, правда?       -Да, даже мне захотелось сесть на метлу и полетать — мечтательно сказала Гермиона       -Так странно.       -Что странно? — Гермиона посмотрела на папу.       -Ты уже не первый год учишься волшебству, а мы с мамой так мало знаем о твоем мире.       -Ну почему, я всегда пишу вам о своей школьной жизни, — улыбнувшись, сказала Гермиона — и даже показывала, как работают заклинания.       -Да, и это было великолепно. Мне казалось, что глаза обманывают меня. Вот только…о самом мире волшебников ты не рассказываешь.       Гермиона хотела возразить, но отец остановил ее жестом руки:       -Да, ты о многом нам рассказываешь. Но как бы не отличались от нас волшебники, они все же остаются людьми. Если рассуждать логически, я не думаю, что мир волшебников так прекрасен и сказочен как ты его описываешь нам. Тем более, мы оба заметили, что тебя что-то сильно беспокоит.       Гермиона промолчала. Ей не хотелось таких разговоров, ведь стирание памяти она планировала на завтра и всеми силами внутренне готовилась к этому. Ей уже пора было собираться и поехать в Нору. А она все тянула время, ей хотелось побыть с родителями подольше. Но папа как всегда выбрал самый нужный момент. Чем ближе был день стирания, тем больше она сомневалась и колебалась.       -Дорогая, мы твои родители и любим тебя. Если у тебя какие-то сложности, ты можешь нам довериться.       Она посмотрела на своего папу, и вспоминала как он всегда, сколько она себя помнила, был рядом. Он всегда относился с пониманием, с чем бы она к нему ни обратилась. Даже в тот памятный день, когда ее родителям сообщили что их дочь волшебница и должна обучаться магии вдалеке от дома. Он спокойно попросил сначала доказать что они действительно волшебники и затем что потребуется от него.       Она опустила голову и задумалась на секунду. Она вспомнила о Драко, и все что он ей рассказал. Затем, наконец, приняла решение.       -Ох, папочка, мне столько надо тебе рассказать.       Папа обнял ее за плечи и сказал:       -Я внимательно тебя слушаю.       Это был долгий вечер. Папа действительно внимательно выслушал, даже несколько раз задал уточняющие вопросы. Гермиона рассказала отцу абсолютно все. С самого первого курса и обо всех событиях, обо всех их с Гарри и Роном приключениях. Даже о том, что однажды на втором курсе она окаменела. На этом месте было видно, как он был возмущен, но сдерживая свое обещание, он только посетовал на то, какими безответственными оказались учителя Хогвартса. На это Гермиона лишь улыбнулась. Родители всегда остаются родителями.       Самое главное она рассказала ему о войне и что ей с друзьями предстоит очень опасный поход. Она не рассказала только о самих крестражах и о том, что ей недавно рассказал Драко. Это было уже лишним, да и она видела, как волновался отец. На рассказе о конце четвёртого курса папа спросил, не будет ли она против, если он закурит, хотя он уже пару лет как не курил. Они съездили в магазин, где папа купил себе сигареты, а Гермионе шоколад. Вернувшись на крыльцо, папа сел так, чтобы дым не шел в ее сторону, всем видом показывая, что готов слушать дальше.       Было уже за полночь, когда она закончила свой рассказ, а папа в это время задумчиво докуривал третью сигарету. Гермиона ждала, что же он скажет, станет ли ругать.       Но папа лишь сказал:       -Уже поздно, ты иди, поспи. А мне нужно подумать обо всем, что ты мне рассказала.       Гермионе очень хотелось услышать от него что-нибудь прямо сейчас, но папа был прав. На его месте ей бы тоже понадобилось время.       -Мне надо уезжать завтра вечером, хорошо?       -Так скоро? — затем вздохнув, сказал — Хорошо, милая.       -Спокойной ночи, папа.       -Спокойной ночи.       И она пошла к себе в комнату. Ложась спасть, она увидела в окне, что он все еще сидит на крыльце.       Драко говорил, что он вернется через две недели. И она с нетерпением ждала завтрашнего дня.       Все происходящее казалось сном, ведь раньше она никогда не смогла бы представить, что наступит день, когда она расскажет о войне отцу, доверит свою жизнь Драко Малфою и будет ждать его возвращения для того, чтобы обдумать совместные планы на будущие действия.       Вдохнув, она легла спать. Часы показывали 3:15 ночи. Хоть сегодня не будут вещие сны.

***

      Проснувшись утром, Гермиона с удивлением посмотрела на часы, которые показывали 11 часов. Она никогда не спала так допоздна, да и то, что мама до сих пор ее не разбудила, тоже было странным.       Чуть позже, спустившись на кухню, Гермиона обнаружила там родителей. Папа явно только встал и сидел с кружкой кофе в руках. Мама сидела рядом и намазывала джем на хлеб.       -Спящая красавица наконец встала, — улыбнулась мама.       -Доброе утро — тоже улыбнувшись, ответила Гермиона, направляясь к кофеварке.       -Неужто принц пришел и разбудил тебя.       -Видимо он был в шляпе невидимке, — отчаянно зевая, сказала Гермиона.       -Или тебе пора приобрести очки-лупы, ты только что положила соль вместо сахара.       Сказав это, мама встала и сама налила ей кофе.       Помолчав с минуту, папа спросил:       -Ты ведь планируешь сегодня уехать?       Мама удивленно посмотрела на Гермиону:       -Так скоро? Ты же только приехала. Сон как ветром сдуло.       Папа взял маму за руку.       -Дорогая я все объясню тебе подробно, но только позже. Сейчас у Гермионы очень важная миссия и мы должны отпустить ее, — И обратившись к Гермионе продолжил, — Как я понял тебе еще неизвестно, сколько продлиться твой поход и что с нами тебе не желательно видеться во время самого похода.       Гермиона со смесью удивления и восхищения посмотрела на папу. Как она могла вообще сомневаться в том, что он поймет.       -Все верно, никто не должен знать, где я.       -И ожидать от тебя вестей не стоит.       -Да, я не буду иметь возможность с вами связываться.       Тяжело вздохнув, отец спросил:       -Чем мы можем тебе помочь? Что от нас потребуется?       Почувствовав, как сжимается в груди, Гермиона ответила:       -Вам нужно бежать из страны, и …я не знаю на сколько, может на недели, месяцы, а то и годы.       Она ожидающе посмотрела папе в глаза.       -Как это бежать из страны? Что происходит, дорогой, Гермиона? — возмущалась мама.       А Гермиона продолжала смотреть на папу. Ей так хотелось подбежать к маме и сказать, что все будет хорошо, но, увы, она это не чувствовала. Сейчас для нее было главным обеспечить безопасность родителей.       По взгляду папы она увидела, что он все понял. Тем более она почти обо всем ему рассказала.       Сжав мамину руку, папа посмотрел на маму, и она тут же успокоилась и с покорным видом кивнула ему. Гермиону всегда поражало, как родители понимают друг друга.       Еще раз вздохнув папа посмотрел Гермионе прямо в глаза и твердо сказал:       -Хорошо, мы сделаем это.