Розоволосый шторм

На белого кролика с подозрением косился не только Наруто. Саске с напряжением во всём теле схватил кунай и зажал его меж пальцев, а я с недоумением хлопала глазами, бегло вспоминая, в какой конкретно момент должен был пробежать кролик. И чей он вообще. Через семь-восемь секунд тяжёлого молчания воздух между нами можно было резать ножом. Я держу ладонь на раскрытой кобуре, но с твёрдой уверенностью, что мне оружие сейчас не поможет. Скашиваю испуганно-напряжённый взгляд на Какаши. Тот стоит твёрдо, уверенно, непоколебимо, едва мазнув взглядом по моей макушке, но его уверенность в своих силах мне ни капли не передаётся. Природный туман, сопровождавший нас весь путь на лодке и суше, вдруг сгустился, приобретая насыщенно-серый оттенок завесы. Я сморгнула. А прошло всего лишь секунд десять. Наруто медленно встал с колен и отпустил белого перепуганного кроля, рывком выдирая из коры собственный кунай. Да, всё-таки, реакция у него хорошая - я того шороха в кустах и не услышала. Пора прекращать отвлекаться на болтовню с Ями. Тринадцать секунд. Наруто возвращается к нам, незаметно кивая Какаши и криво улыбаясь мне. Семнадцать секунд. Бешено стучит сердце - рвано выдыхаю и мысленно посылаю свою жизнь нахуй. Мне страшно. - ..Ложись! - внезапно кричит Хатаке, дёргая за руку недоумевающего мостостроителя. Ах, как бы хотела я в тот момент быть в приятной неизвестности! Вместо этого я падаю на колени почти синхронно со всеми и за диким свистом над головой даже не замечаю боли от небольшого, но острого камня, врезавшегося в колено, что проделал в коже неглубокую царапину, края которой стремительно налились тонкой плёнкой крови. Вот у меня всё не как у людей! Подняв голову, натыкаюсь первым делом на длинную рукоять меча, вонзившуюся в дерево с аккуратной точностью: не столь глубоко, чтобы переломить дерево, и не столь слабо, чтобы легко устоять на рукоятке двумя ногами. Тёмные штаны, сероватая кожа, крепкий, подтянутый торс и наверняка красивое и мужественное лицо, скрытое бинтами. А взгляд.. Дикий, хищный, с искрой заинтересованности и азарта. Я сглотнула и еле подавила такой глупый порыв зажмуриться и прижаться к сокомандникам, чтобы защитили. Нукенин заговорил первым, но я, скованная страхом, его не слушала, только заметила, как мостостроитель испуганно моргал и дышал через раз, боясь издать лишний звук. Какаши что-то отвечал нукенину, столь же гордо держа ровную спину. По-моему, он даже не удивился. Два опытных джонина. Две дикие силы. При желании они и пепла от нас, генинов, не оставили бы. Мы предельно тихо встали на ноги и технично отступили назад, смыкая перепуганного мостостроителя защитным кольцом. Стоя спиной к разворачивающейся перед глазами битве, я нервно кусала губы, даже не пытаясь разглядеть во вновь наплывшем тумане очертания деревьев. Обратилась в слух. Скрип металла. Тяжёлое дыхание, шорох одежды и выкрики техник. Раздражённая быстрыми шагами гладь воды. Моё бешено стучащее где-то у горла сердце. Постепенно сходящий туман. Успокаивающий шёпот Наруто. Спасибо, лисёныш.

***

"- ..О-о-о, кого я вижу, - Забуза лениво прищурил ядовито-карие глаза, прожигая дыру в пепельноволосом шиноби. - Неужели сам Хатаке Какаши, знаменитый Копирующий шиноби? Слышал, ты скопировал одним шаринганом более тысячи техник и можешь использовать их? Где-то за спиной джонина один из последних представителей клана Учиха сверлил спину сенсея заинтересованным взглядом. Он, конечно, уже был осведомлён об этом от Шисуи, но.. Насколько же Хатаке-сенсей силён? Как он может управлять додзюцу Учиха без кровной и генетической предрасположенности?... - ..Момочи Забуза, знаменитый нукенин из Киригакуре, - вздохнул джонин, мимоходом отмечая, как глаза противника блеснули довольством. - О тебе я наслышан с твоего экзамена на чунина. Единственный мальчик, перебивший абсолютно всех будущих участников из разных стран ещё до первого этапа. Помнится, именно из-за тебя Туман прозвали Кровавым? - Ну-у, - нукенин безмятежно пожал плечами, и бинты на его губах чуть дрогнули, выдавая заметный оскал. - Сотрудничество с Четвёртым Мизукаге не сделало из меня паиньку, каюсь." Широкий, но быстрый замах чудовищно большого меча Хатаке отразил одним только кунаем и собственной мышечной силой. Громко скрипнул металл, давление всё усиливалось. Пепельноволосый прекрасно понимал, что в ударной силе мало какое оружие сравнится со знаменитым Кубикирибочо, и, пока металл куная не сломался под натиском и, что хуже, не проткнул его самого, отскочил первым, напал с жаром, стремительно и быстро. Искры молнии засверкали на кончиках пальцев, и за секунду, не меньше, преобразовались в небольшой сгусток электрических снарядов, обжигающих ладонь даже через плотную перчатку. Сильный урон, как Чидори, он не мог нанести из-за чрезмерно быстрой, хаотичной концентрации и отсутствия ручных печатей, но пробить руку (а то и оторвать) было вполне возможно. Хатаке мысленно выругался, предчувствуя, какой долгой и напряжённой будет эта битва. Чем дольше она затянется - тем у него меньше шансов. Демон Тумана был опытным, наравне с Какаши, если не сильнее, и с такими врагами никогда не стоит медлить - атаковать всегда нужно быстро, резко, так, чтобы не осталось пути отступления и шанса в перевесе сил. Момочи не успел увернуться полностью, но и дезориентирован не был: подпрыгнул, упираясь одно рукой за рукоять своего тесака, и оттолкнувшись, размашисто ударил ногой. Джонин оттолкнулся корпусом назад, став на мост, и сальто вернулся в стоящее положение. Мечники, обладающие огромной силой для лёгкого управления своим оружием, смертельно опасны в рукопашном бою, и от прямых ударов проще уворачиваться, чем отбивать. Всё, что угодно, лишь бы не сломать кости. Спустя несколько тяжёлых столкновений Какаши не успел отбить оружие, а увёл удар чуть в сторону - его полоснуло мечом по руке от бицепса до локтя, благо, не задев кость. Хатаке медленно сморгнул, отпрыгивая в сторону, и на долю секунды замешкался от неприятного ощущения боли - кровь живо потекла по руке и пропитала рукав кофты. В тумане без шарингана он больше не продержится. Пришлось поднять хитай. Неприятным было по-новой привыкать к резкому контрасту правого и левого глаза, но другого выхода не было - чакра потекла в глазной нерв, зрачок заметно сузился и наплывшая серо-белая завеса перестала быть проблемой. Он легко улавливал движения бесшумного убийцы и сам стал двигаться быстрее, увереннее. Но это усиление чревато мощным откатом, особенно, если он успеет заработать чакроистощение. Три томоэ на красной радужке светились столь ярко, что Саске, внимательно наблюдавший за боем (а в особенности за сенсеем), видел алый отблеск шарингана. Сам Саске активировал одно томоэ из трёх (спасибо тренировкам с Шисуи, с помощью которых он смог пробудить все томоэ и научиться регулировать поступление чакры в глаза) и наблюдал за поединком, понимая, что помогать сенсею - только путаться под ногами. В его голове настоячиво билась мысль: а не может ли этот Момочи Забуза иметь напарника? Способностями бьякугана его глаза не обладали даже при трёх томоэ, и увидеть бы что-то в лесной глуши он не смог, но, в любом случае, неожиданным для их команды возможное нападение не будет. Наруто и Сакура стояли рядом, настойчиво пытаясь рассмотреть в тумане хоть что-то, а Тазуна, кажется, и вовсе дышать перестал, с дрожью ловя каждый отдалённый скрип-шелест-звук с поля боя. Но, признаться честно, не одному ему было страшно. Генины боялись, и это было видно: в волнительной дрожи рук, тихом перешёптывании и нервном движении пальцев. Но в своего сенсея они верили. Он очень силён, и с ним мало кто может сравниться. Наверное, в Конохе это может сделать разве что Третий Хокаге. Или Шисуи... Только одного они не учли. Какаши всегда, за исключением работы в Анбу, предпочитал брать одиночные миссии. Чтобы не было на кого отвлекаться и не за кого переживать.

***

..Хатаке не сразу признал своё маленькое поражение: он настолько хотел оттеснить врага подальше от детей, что поддался Забузе и ступил практически на середину озера, запоздало припоминая, что в книге Бинго способности Забузы не ограничивались одним кендзюцу, но и искусными техниками суйтона. Водяные пули. Водяные сюрикены. Благо, эти техники джонин и так знал, поэтому смог перебить атаки Забузы. Но шутки давным-давно кончились. Пришлось копировать Водяного Дракона. Двадцать одна печать, ужасная скорость. Капля пота, покатившаяся по виску. Два идентичных дракона "всплыли" на десятки метров над землёй, а озеро обмелело наполовину. Водяные существа разинули пасти и вцепились друг в друга, едва не рыча, и разлетаясь на тонны брызг, подняв огромные волны, смывающие границу небольшого песчаного берега. Пришлось снова схлестнуться в ближнем бою, едва балансируя на воде с помощью чакры. Как только Хатаке в очередной раз успешно отразил замах тесака, как его за ноги потянул на дно водяной клон. Всё, что джонин успел заметить - ухмыляющийся взгляд Момочи и мягкие разводы от его стремительно удаляющейся фигуры. Чёрт! На берегу его генины. Туман за время битвы почти рассеялся - всё-таки, у Момочи не было возможности поддерживать его постоянно - но.. Нет... Нет! Не захлебнуться от неожиданности Хатаке помогла его маска и ощущение злобы, загорающееся где-то внутри, рядом с наполовину опустошённым очагом чакры. Какаши ведь мог бы - да что там, должен был! - отказаться от этой миссии, казавшейся с самого начала подозрительной. А теперь он идёт камнем на дно из-за какого-то жалкого клона какого-то жалкого нукенина.. А его ученики остались без защиты. И всё бы ничего, они вполне сильные дети, способные на командную работу, но такой противник, как Забуза, им пока не по зубам. Хатаке взмахнул руками в попытке всплыть, но хватка на щиколотках окрепла, да так, что ноги едва не немели. Чёрт уже с этой миссией и с этим мостостроителем!... Хатаке, плюя на всё, рывком наклоняется к клону и крепко-крепко сцепляет пальцы на его шее, внутренне подсчитав, что дыхания ему хватит ещё на минуту, а порезанная рука уж не так сильно и болит. Боль от молнии, текущей сквозь пальцы, он не чувствует, да и не думает, что это, в общем-то, очень опрометчивый ход - пускать райтон в воде. Сзади материализуется ещё один водяной клон, видимо, более крепкий, раз в толще воды ему хватает сил замахнуться мечом. Шаринган в густой темноте едва-едва светится красным. ..Лишь бы дети до его прихода остались живы.

***

Мне тяжело дышать! Я с таким восторгом пялилась на Водяных драконов, сцепившихся друг в друга, что не могла даже моргать, лишь бы не пропустить и секунды. Слава Ками, что туман Забуза во время схватки не поддерживал, так что ещё с середины мы все могли наблюдать за боем (а мне тоже, между прочим, было интересно! Да и смысл пялиться в пустоту), правда, с одинаковым содроганием. Наруто восхищенно раззявил рот, Саске ухмылялся краем губ (ну так, додзюцу его клана же), а я (и Ями) давили в себе крик радости. Наверное, мне только транспаранта в руках не хватало, с воодушевляющим лозунгом. ..Но радость была недолгой. Я только успела вспомнить, что, вообще-то, Водная тюрьма когда-то будет применена и придётся что-то предпринимать и как-то выпутывать из неё сенсея, как он.. ушёл под воду. Вот просто взял и пропал, будто его и не было: ни брызгов, ни крика, ни-че-го. Если бы у него закончилась чакра и он перестал держаться на ногах, он бы упал мягче и точно бы всплыл. Видимо, его утащили на дно. Видимо, клоны. Ну, заебись теперь, и как его спасать? Если я нырну, я его хоть найду в толще воды?.. Пока я в нерешительности стояла и кусала губы, Момочи (настоящий, судя по всему, а то негоже ему в холодную воду нырять-то) уже мчался прямо на нас. Пусть и уставший, но он двигался так, как бежала бы я, если бы на меня спустили стаю питбулей. Не преувеличиваю. Наруто долго думать не стал - призвал кучу теневых клонов и окружил ими Тазуну, приказав мне оставаться рядом с ними, а сам вместе с Саске стремительно складывал ручные печати для какой-то техники. Судя по всему, они решили объединить катон и футон. Если получится, будет очень мощно. "- Вырвись из толпы этих клонов и бегом за Какаши!" - рявкает в голове грозный, но пропитанный волнением голос Ями. "- Я-то могу, - я, как оказалось, уже прикусила губу до крови. Зато это здорово меня отрезвило - я наблюдала за командной работой сокомандников с каким-то трезвым и мрачным настроем, на автомате слизывая с нижней губы солоноватую жидкость и прикрывая согнутой в локте рукой глаза. Столб пыли чуть не снёс меня с ног. - Но где уверенность в том, что я найду Какаши? Там же ни зги не видно, ещё хуже тумана. И вообще, я не ныряльщик и у меня нет жабр!" "- Сними печать и всё будет хорошо, я обещаю." "- Ты издеваешься? Второй раз за день уже!" "- Тебе что дороже: твоя жизнь или жизнь Какаши?!" "- Ну очешуеть, какими ты серьёзными вопросами разбрасываешься! - я даже опешила на секунду. - По-моему, это я должна спрашивать тебя об этом!" - так сказать, из обороны в нападение. А что? Я вообще думаю, что Ями по дороге к Какаши этого Момочи его же тесаком прирезала бы. Это, конечно, был бы несравненный плюс, но уж смотря кому: поменяться с ней местами и умереть в мои планы на лето не входило. Из плотной завесы пыли и гари выплыл один силуэт, направляющийся прямо ко мне. Клон. Судя по шуму, Нара и Учиха заняты оригиналом - слышно тяжёлое дыхание последних двоих и чей-то злобный шёпот-мат. Наруто, уши надеру! Так, ладно. - Защищайте Тазуну, - выдавила я клонам лисёныша и, чтоб меня, дуру такую, мозгов как у колибри - побежала к клону навстречу. "- Ебать!.. А это и не клон," - пробормотали у меня в голове. Че-его?... Ну, блять, я в восторге!.. Я чуть не выронила челюсть, но пальцы соображали быстрее мозга - я кинула в него кунай со взрыв-печатью - дымовые шашки разумно не использовала, ибо это мне на руку бы не сыграло. Раздался громкий взрыв, и нам обоим пришлось отступить подальше. Я обречённо опёрлась рукой о кору дерева, понимая, что уже устала. Это фаталити. Колено ноет от недавней глупой царапины, руки всё ещё дрожат от паскудного страха, а за воображаемые яйца тянет чёртова обязанность защищать Тазуну, который в метрах трёх от меня. Убежать? Ни за что, от позора буду годами отмываться, но и Какаши я не могу теперь помочь... ..Но, с другой стороны, Какаши если и утянули на дно клоны, с ними-то он точно совладает. Правда ведь?.. Волнение сказало всё за меня: я отправила одного водного клона на поиски Хатаке. - ..А ты, значит, не настолько безнадёжна, мелочь? - прогремел над головой голос нукенина. Не поднимая головы на звук, я побежала вперёд, к ребятам, подальше от Тазуны и клонов Наруто. Всё-таки, теневые клоны надёжную защиту ему не смогут обеспечить, а мне бы отвлечь Забузу, пока он со мной играется. Слава Ками, что он медлил с убийством мостостроителя - пару секунд моего ступора в задумчивом состоянии могли бы стоить тому жизни, ан нет.. ..Дерево, у которого стояла я, Кубикирибочо расколол в щепки. Да-да, кто-то воспринимает бой как игру, а кто-то - как единственное спасение. Моё спасение сейчас зависело только от меня. Упрямо сжав зубы, вскидываю голову. Ребята сзади, если что - спасут. Наверное...

***

Какаши успешно отбивался от клонов Забузы под водой, но дыхания не хватало катастрофически. Стоять на дне было тяжело - тело тянуло вверх - но в одно мгновение он понял, что если и выплывет, то вниз головой. Может, использовать Водную тюрьму в воде было не очень логично, но клон, едва ли не расплывавшийся от недостатка чакры, так не думал. Наверное, посчитал, что успеет продержаться немного, перед тем как исчезнуть, а этого немного джонину бы хватило, чтобы захлебнуться. Чёрт, чёрт, чёрт!

***

- ..Хорошо, раз тебе так не терпится умереть, я не против поиграть с тобой, - он снова замахнулся на меня тесаком. Я пригнулась, сделав попытку подставить подножку, которая, что ожидаемо, провалилась. Забуза нанёс удар локтём сверху, который я стоически блокировала скрещенными руками. Кости предательски затрещали. Ну и силища же у него... Пришлось, правда, болезненно приземлиться на задницу и оттолкнуть его ногами, щедро добавив чакры. Он отпрыгнул на пару метров, но свой меч кинул прямо в меня. А-а-а... С усилием откатилась в сторону. Мне чуть не оттесали пальцы на левой руке, но по-настоящему зацепило бедро. Резкая боль прострелила ногу, а кровь стремительно потекла на землю, очертив глубокую царапину. А что этому тесаку? Он практически под прямым углом вонзился в землю, цапнув меня самим лезвием. У-ух, острое, как бритва. - Твою ж мать... - просвистела я сквозь зубы шёпотом, и быстро, насколько могла, встала на ноги и, опять-таки, отошла подальше. Мимо уха просвистели три куная сокомандников, вдогонку к ним я отправила несколько своих со взрыв-печатями. Забуза пригнулся чуть ли не до земли, пропуская их куда-то в лес, плавно приблизился к своему оружию и посмотрел то за мою спину, то на меня, так внимательно-заинтересованно. Руки дрожали, болели, а я никак не могла унять учащённое сердцебиение. Наше недо-сражение длилось максимум секунд десять, но я будто бы марафон пробежала, ещё и рану довольно глубокую заработала. Наруто и Саске в трёх метрах от меня, и, кажется, своих клонов почти одолели. А было их, ёб твою мать, целых пять штук. Ну вот откуда у Момочи столько чакры? Где он её берёт-то в таких количествах?.. - ..А вы, ребятки, не такие немощные, как я думал. По крайней мере, живучие, - он невозмутимо оперся рукой о рукоять меча. - О-о-о, какой комплимент, - прозвучало бы с нотой сарказма, если бы я не была такой вымотанной морально и физически. - Что ж, спасибо, Забуза-сан, - я наскоро обмотала рану на бедре бинтом из-под кобуры, впрочем, особо на неё не глядя. Болит и болит, нукенин важнее. Только в такие моменты понимаешь, какая это, всё-таки, жизненно необходимая штука - бинт! Хоть оды посвящай. Слава Шинигами, что шиноби могут дать себе маленькие передышки за разговором - теперь я понимаю их логику, и сейчас мне это только на руку. Пока есть время, я ещё успею надеть перчатки, вот тогда уже можно будет и попробовать задержать его по-настоящему, до прихода Какаши-сенсея. Блин, даже звучит нереально - я задерживаю Забузу. Что-то из разряда фантастики. Мой клон тем временем добежал до берега и почти пересёк половину озера. Остановился, поозирался и, перекрестившись, нырнул под воду. Вслед за ним нырнули и теневые клоны Наруто. ..Мои товарищи, наконец, разобрались с клонами и встали по обе стороны от меня: такие же уставшие, тяжело дышащие, но, главное, живые и относительно целые. Сам Забуза, кстати, тоже не был на батарейках - дыхание было немного сбитым (ну и зверская же выдержка), но несколько ссадин на руках и, как я заметила, глубокая рана от куная на ноге, доставшиеся от Хатаке, наверняка доставляли неприятные ощущения. Когда же уже этот Хаку его убьёт? А убьёт ли? Вдруг он решит напасть на нас?.. Ксо... Не прошло и пяти секунд тяжёлых переглядываний, как лицо Момочи вдруг помрачнело. В следующее мгновение, столб искрящейся воды за нашими спинами взмыл чуть ли не в небо. Наруто скривился - воспоминания клонов, растворившихся от мощнейшего удара тока, передались ему, и я мысленно поблагодарила Ками за то, что водные копии исчезают, не оставляя памяти оригиналу. А тем временем кое-кто решил воспользоваться секундным замешательство врага. - Сеть молнии, - прошептал Саске, складывая печати. Земля заискрилась, но не успел Момочи увернуться, как тёмный силуэт унёс его в сторону, засадив ребром ладони куда-то в затылок, и столь же стремительно воткнул тому в шею сенбоны. Громкий вздох моего облегчения услышал, наверное, даже полуобморочный Тазуна.

***

А вот младший Нара облегчение напарницы не совсем понял. - А кто ты такой, даттебайо? - недоуменно поднял бровь Наруто и почти сразу приблизился к незнакомцу, пытливо вглядываясь в прорези необычной маски со знаком Кири. Парень вызывал подозрения, причём, большие такие подозрения ввиду того, какая битва разворачивалась минутой ранее. Они все чуть не погибли, пытаясь убить этого мечника, а тут пришёл какой-то парень и вырубил его.. Серьёзно?! - Ойнин Тумана? - Какаши приблизился к неизвестному с другой стороны: вымокший до нитки, вымотанный, уставший. Но, что бы там ни было, Наруто понимал, что если у сенсея возникнут на его счёт подозрения, он примет бой. Даже в истощённом состоянии джонин был способен на многое. И, наверное, этот парень это понимал. - Да, - он легко поклонился Хатаке. - Моя задача - убить этого человека и принести его тело Мизукаге-сама. - Обычно ойнины сжигают тела и забирают только голову, - задумчиво потёр затылок джонин, но Наруто не нашёл в этом жесте ничего, что выдало бы расслабленность. Но он не успокоился, пока сам подошёл к телу нукенина и проверил пульс. Его нет. Наруто вздрогнул, немного сочувственно поджимая губы. Тело слишком быстро остыло. Словом, уже третий труп, который он видит за сегодня. Как бы он не старался относиться к этому нейтрально, это очень неприятное зрелище. - ..Тело шиноби таит с себе многие секреты, и раскрыть их по-настоящему могут лишь шиноби его деревни, - довольно уклончиво парировал незнакомец и, довольно небрежно взвалив довольно мускулистое тело на своё хрупкое плечо, испарился в шуншине. - Мне этот парень не нравится, ттебайо, - вынес свой вердикт бывший Узумаки, глядя в глаза сенсею и тут же одёргивая себя, опустив взгляд ярко-голубых глаз куда-то в землю: смотреть в шаринган, как у Саске-теме, было довольно странно. Он в принципе не любил это додзюцу, считая эту силу слишком опасной и.. негуманной, что ли. Всё-таки, это глаза мастеров иллюзий, и непонятно, ужасней ли умереть от чьего-то куная или поддаться смертельной иллюзии, так и не попытавшись защититься?.. Уж лучше бьякуган, коим обладает клан Хьюга и его подруга Хината в частности, но не шаринган. По поверьям эти глаза вообще называли "глазами дьявола", потому что они пугали, настораживали.. и подчиняли. Страшное это слово - "подчиняли". Противное такое, пугающее. Пусть он и не знал толком о том, почему в деревне его зовут демоном (Шикаку-сан этот вопрос оставлял пока без ответа), но что-то внутри шептало-твердило-кричало ему о том, как он ненавидит эти красные глаза. Нет, Саске и Какаши-сенсей (и Шисуи-сан) вызывают у него чётко противоположные чувства - это те люди, которые (как и Сакура-чан) стали ему как вторая семья, которым можно доверять и ради защиты которых и жизни не жаль отдать - но когда он видит в их глазах шаринган, то сразу начинает необъяснимо нервничать. - ..Что бы там ни было, Забуза мёртв, - выдохнул Какаши, а в следующий миг закатил глаза и завалился вперёд. Всё, он окончательно истощился. Наруто успел его поймать, от тяжести ноши едва не поджимая ноги. Да-а, это тебе не хрупкую Сакуру-чан на руках нести. - Ксо... - Саске устало потёр переносицу. - Теперь его тащить придётся. - Гляньте, какой он бледный, почти синий, - подала голос розоволосая напарница, прикладывая ко лбу джонина запыленную и грязную от крови ладонь. - У него точно обморожение. Ясное дело, вода-то в озере не парное молоко. Нужно быстрей дойти до какого-нибудь дома и отогреть его. - Холо-одный, блин, - недовольно фыркнул Нара, когда ему на плечо лёг острый подбородок, а правая рука после манипуляций Харуно безвольно опустилась и очертила бок. Да, на спине его не понесёшь - ноги волочиться будут. - Саске-теме, помоги. - ..Давайте лучше я его понесу, - почесал затылок Тазуна. - Спасибо вам большое, что защитили. Нужно скорее дойти до моего дома и залатать ваши раны - деньгами я вас отблагодарить не могу, но хоть как-то... - Что ж, - Нара аккуратно передал сенсея в руки мостостроителю и, обведя взглядом уставших товарищей, выразил общую мысль. - Идёмте скорее.

***

Всё, о чём мечтал Саске в тот момент, когда пересёк порог дома Тазуны - это сон. Здоровый, крепкий сон, чтобы забыть нафиг сегодняшний день, чересчур насыщенный и.. жутковатый, если честно. Три убийства за день - многовато для первого раза. И, всё-таки, насколько же был силён этот Забуза? Недаром его называли демоном Тумана - чакры просто прорва. До Наруто, конечно, далеко, но как он мог так легко создавать водных клонов? Если так посмотреть, то он их создавал почти с десяток (если не больше), и пусть даже с интервалами, но чакра бы у него быстро не восполнилась. Сакуре, если Саске всё правильно помнил, хватало трёх, чтобы остаться с минимумом допустимого запаса. Конечно, между генином и джонином прорва между разницей сил, но ведь до этого-то он кучи водных техник использовал и сильно вымотался от схватки с Какаши-сенсеем. Да и у того тоже - отражать кунаем огромный тесак, использовать додзюцу на пределе сил (не имея кровной расположенности, опять-таки) и, плюс к этому, заработать обморожение, пробыв на дне озера.. две минуты? Или целых четыре? Саске не считал, но знал, что даже для опытного бойца столько не дышать по-любому очень трудно. А если учесть, что и там наверняка были эти водные клоны... Жуть. Нет, Саске даже не завидовал. Он, скорее, восхищался. Может, эти джонины и не ровня его старшему брату и кузену, гениям клана Учиха, но у них многому можно поучиться. Вряд ли бы младший Учиха получил такой боевой опыт на любой-другой миссии ложного ранга-С... К ойнину Учиха с особым подозрением не отнёсся, так как от рассказов Шисуи знал, кто они такие. Правда, странно было, что тот не позволил его убить - молнии сделали бы это гораздо гуманнее огня, которым положено сжигать тело. Хотя, не его это морока, так что и думать нечего. Общаясь с импульсивным и непредсказуемым блондином, Саске взял себе привычку не копаться долго в проблемах, а решать их по мере наступления. Ванной дом Тазуны не располагал, так что пришлось довольствоваться прохладным душем в душевой кабинке - как ни крути, на горячую воду мало у кого в стране были деньги. Это ещё больше подогрело ненависть к этому.. как его там.. Гато. Любому человеку нужен комфорт: для кого-то это мягкая кровать вместо футона, для кого-то безопасность на улице, для кого-то горячая вода. Вот для Саске последнее было вообще вершиной. Вышел на свет он переодетый в свои сменные серые штаны и футболку с высоким воротом. Вещи его были сильно потрепаны, местами порваны и пропитаны кровью, и отмокали вместе с вещами Сакуры, в тазике с холодной водой. Сама Харуно сейчас сидела в гостиной на небольшом жёстком диване и обрабатывала перекисью глубокую рану на бедре и царапину на колене, благоразумно отложив сменные штаны в сторону, чтобы кровью не испачкать. Она, конечно, могла заняться подобным в ванной или в комнате для гостей, но ей не хотелось создавать очередь для сокомандников (Наруто залетел в ванную с куском бутерброда и полотенцем в руках, как только Учиха распахнул дверь, и чуть не сбил его), а комната сейчас была.. занята. Хозяйка дома, Цунами-сан, занималась Какаши-сенсеем, приняв от Сакуры все необходимые лекарства. Неудобно, конечно, было всем ютиться в одной комнате, но Тазуна уверил, что ещё одна комната будет готова, как только он уберёт из неё какой-то хлам. Да, таким его было видеть приятнее - трезвым, чувствовавшим перед детьми вину. Всё-таки, ради него они жизнями своими рисковали, хотя и не обязаны были. - Может, помочь? - брюнет уселся рядом, глядя, как Харуно кривится от боли. Она вскинула на него усталый взгляд ядовито-зелёных глаз (их можно даже сравнить с кошачьими, будь они немного узковатыми), о чём-то на секунду задумалась и со вздохом передала перекись и вату, отвлёкшись на поиск бинта и мази в своей сумке. Младшего Учиху никак не смутил вид напарницы практически в неодетом состоянии (в конце концов, он её и в купальнике на речке видел) - он молча обработал рану и перевязал её так аккуратно, как только мог. Всё-таки, болевой порог у неё низкий - это ещё Шисуи-нии-сан говорил после тренировок, когда перевязывал ей руки от электрических разрядов. Девушка, всё-таки. Ей, к тому же, тяжело поддаётся молния - стоило бы подумать на упор в техниках суйтона и медицины, но она упрямилась и твердила, что она что, хуже всех, игнорировать свои возможности? Пожалуй, пока Какаши будет отходить от чакроистощения, она точно попросит его, Саске, научить этой Сети молнии. Техника эта охватывала довольно широкий диапазон и вполне годилась для "пробы". Во всяком случае, Саске - это тебе не строгий Шисуи с его вторым любимым после танто оружием - бо, которым он за промахи может так током лупануть, что имя своё забудешь. Да-да, Шисуи-нии-сан был очень строг в обучении, даже беспощаден, зато результаты были максимально хорошими. Саске это прочувствовал на своей шкуре, когда открывал шаринган. Вообще, Сакура была на удивление упорной девочкой. Её нельзя было и сравнить с тем бесхребетным розоволосым ребёнком, который в первый год учёбы в академии смотрел на него глупыми влюблёнными глазами. Учиха не знал, почему она на следующий год вдруг взялась за голову и захотела стать сильнее, но не находил это чем-то плохим. Она, в конце концов, перестала плестись за ним тенью, а стала совершенствоваться. Она не вызывала у него каких-то конкретных чувств, кроме крепкой дружбы и какого-никакого лёгкого соперничества. Он считал её своим другом, таким, какой для него Наруто-добе, только в разы приятнее в общении. Хотя, с Сакурой и помолчать бывает приятно. Наверное, если Саске когда-то и влюбился бы, то только в неё. ..А сейчас он бездумно пялится на то, как розоволосая беззастенчиво напяливает на себя штаны, шипя проклятия и подпрыгивая на здоровой ноге, хмурит широкий лоб и красит ногти на руках в салатовый. Фу, какой лак вонючий. - Это просто спирт! - бурчит Харуно, не поднимая глаз. - Это просто хрень, - парирует Учиха, по привычке сложив руки на груди. - О, ты ещё настоящей хрени не видал! Дать попробовать свою самую ядрёную настойку от насморка? Почему-то по спине от напряжения пробежали мурашки. - Спасибо, обойдусь. Не хочу умереть молодым. ..С Наруто так не поспоришь: легко, ненавязчиво, так, чтобы без обид. Как бы младший Учиха с ним не дружил, он чисто на подсознательном уровне найдёт, к чему придраться. А потом это выливается в очередную драку, которую, если получится, пресекает Сакура. Но сейчас ей, во-первых, лень, а во-вторых, она торопилась к Какаши-сенсею, ибо ближайшие дни до его выздоровления она будет с ним соседствовать в одной комнате. И, соответственно, лечить. Непонятно по её лицу, рада она была этому или нет, но какая разница - она всё равно ещё давным-давно обмолвилась, что будет работать в госпитале и набираться опыта в ирьёниндзюцу, а тут как раз больной манекен для опытов - почему бы и нет?.. Учиха и Нара кивают Цунами, которая что-то говорит о позднем ужине, который скоро будет готов, и выползают на задний двор, чуть ли не кубарем катясь по пыльной дороге. В ход шли не только кулаки, но и ногти, зубы, обзывательства, угрозы навести порчу... Конечно, это простое ребячество, но это здорово помогало отвлечься от мысли, что у них был тяжёлый день, наполненный не самыми приятными ощущениями.

***

Я сидела перед бессознательным Какаши в позе лотоса, подперев подбородок кулачком, и смотрела в его красивое лицо, томно вздыхая. Да-а, без маски и верхней одежды мне доводилось видеть его только на картинках, а тут в живую... Он даже бессознательный, даже с мешками под глазами, гипсом на ноге и чакроистощением выглядел красивее, чем многие мужчины в этом мире, без преувеличений. А шрам поперёк глаза и родинка под губой придавали ему особый шарм. Да-а, а ведь Наруто и Саске даже забыли о том, что могли увидеть его лицо. Ну и бестолочи забывчивые, такой шанс упустили... Ями даже не говорит ничего. Она вопит, визжит, скулит и, судя по звукам, захлёбывается своей слюной от восторга. Неужели это любовь с первого взгляда?.. Хотя, стоп. Как она его лицо-то увидела? Даже с ментальными блоками Иноичи, даже с её "я могу лишь общаться с тобой"... Это ведь ложь. Точно ложь. Ками, я уже и не помню наших с ней разговоров. Она точно могла лишь общаться со мной?.. ..Ну нет же! Она же и раньше пялилась на Какаши через мои глаза! Осознание пришло столь же внезапно, как и испуг от сложившейся ситуации. Ну у меня и дырявая башка, твою ж дивизию. Но, хоть убей, я не помню нашего с ней диалога обо всём этом. Вот и прыгнуло в пропасть моё хорошее настроение. Но как же я сейчас рада, что мои мысли, пропитанные подозрениями и негативом, она не слышала. Всё-таки, когда в моём поле зрения появляется пепельная макушка джонина - ей резко становится похуй вообще на всё, кроме него. С одной стороны это умиляло, но с другой - раздражало и жутко отвлекало. В глаза ему бывает стыдно смотреть, а уж когда краснею... Мысленно пожелав Ями такой хорошей (а, главное, счастливой) смерти - сдохнуть от потери крови (из носа, а то чую, она там прямо фонтанирует), - я проверяла бинты на груди и руках джонина. Глубокие порезы от меча обрабатывала моей настойкой Цунами-сан - она же, собственно, избавила его от обморожения, - и я сижу и уповаю на свои лекарские способности. Во-первых, мышцы должны прийти в тонус, во-вторых, волокна скорее будут восстанавливаться, а в-третьих, от Хатаке теперь так вкусно пахнет... Блаженно вздыхаю и только потом, глядя в небольшое зеркальце, понимаю, что я краснее варёного рака. Н-да. И непонятно ещё: от Ями это, или же я втюрилась. Но, в конце концов, джонин-то без сознания, а в комнате кроме нас никого нет - ребята под девятый час вечера вывалились на улицу, громко бранясь, поэтому стесняться своих красных щёк у меня не было смысла. А ужин нам готовила Цунами. Я, конечно, предложила ей помочь и выгрузила весь свой немногочисленный запас провизии в холодильник. Там, кстати, кроме льда и овощей больше ничего и не было, а лёгким салатом и суши мы бы определённо не наелись. Меня поблагодарили и тепло улыбнулись, с моего разрешения потрепав за щёки. Очень милая девушка, я скажу. Кстати, я почти даже забыла о том, что у неё, в общем-то, сын есть, нытик необыкновенный. Мальчишка по имени Инари смотрел на нас, генинов, исподлобья, но молчал, излив свои мысли, как ни странно, во время позднего ужина. Ненадолго же его хватило, да, всего каких-то час-полтора в нашей компании. Какаши был без сознания, укутанный мною в простыни для согрева (всё-таки, сосудорасширяющее лишь позволило сбить температуру и дрожь, а обрабатывать его раны приходилось на практически голом теле), Тазуна отсыпался в своей комнате и ему еда была отложена, так что ели мы впятером. - ..Неужели ты так не любишь шиноби? - нахмурился Наруто. - Почему ты нам не доверяешь? - Потому что у вас ничего не получится, - бессильно прошептал Инари и молча заплакал. Саске, сидящий рядом со мной, незаметно закатил глаза. Похоже, лисёныша эти слова задели, и, в общем-то, это неудивительно: мы так старательно защищали Тазуну и выживали, а тут какой-то мелкий говорит, что всё бесполезно, ещё и ноет, как девчонка. Я решила в разговор не встревать, чувствуя, что всё идёт своим чередом. Этот разговор между ними рано или поздно состоялся бы. - Мы знаем мотивы и цели Гато, так почему мы, по-твоему, не сможем одолеть его? Если мы один раз защитили Тазуну, то и во второй раз сможем. Тебе просто нужно довериться нам. - А чем мне поможет эта глупая вера? Я - это я, и в этом мире я не значу ничего, как и мои призрачные надежды вернуть отца и!.. - Ты просто дурной ребёнок, - резко оборвал его лисёныш. Я сморгнула, не увидев в кристально-голубых глазах друга той привычной весёлой искры. На какой-то момент, признаюсь, стало немного страшно. - Ты не веришь в мечты и в других людей просто потому, что однажды тебе было плохо и больно. Открою тебе секрет, каждый из нас отчего-то да страдал - потеря близких, боль одиночества, физическая боль, моральные унижения - и думал, что всё, жизнь разрушена. Но нет - в том-то и дело, что мы забываем об этом и продолжаем жить дальше, потому что нам, людям, свойственно копаться в себе и свойственно мечтать. До многих рано или поздно доходит, что они не никчёмные. И, что бы там ни было, они продолжают жить дальше. Блондин встал, отложил палочки и кивнул притихшей хозяйке дома: - Спасибо, Цунами-сан, было очень вкусно, - и перевёл взгляд на поникшего мальчика, в глазах которого застыли злые слёзы. - А если ты продолжишь хныкать и жаловаться на свою жизнь только потому, что потерял близкого тебе человека - ты только очернишь его честь. Я искренне сочувствую твоей потере, но твой отец, я уверен, был сильным и храбрым человеком, и он бы не обрадовался из-за того, что ты только и делаешь, что плачешь по нему и не можешь отпустить, - он застыл перед лестницей на второй этаж, едва касаясь перил, и прошептал: - Когда-нибудь ты меня поймёшь, Инари. Через секунд пять скрип половиц окончательно затих, выдавая отсутствие блондина. ..О..ого. Вот это речь. Я зависла на минуту от удивления, переваривая услышанное. Я, конечно, предполагала, что Наруто далеко не похож на канонного, но мне это показалось даже правильным. Лисёныш далеко не глупый (тем более, находится под опекой самого умного клана, как я считаю) и, думаю, именно сейчас он был настоящий: с пониманием в голосе, болью в глазах и удушливым желанием показать, направить, подтолкнуть к правильным мыслям. Он не утверждал, что абсолютно все забывают эту боль, он сказал "многие", и дал Инари хорошо над этим подумать. Но одно верно - это всё-таки ребёнок, и до него не сразу дойдёт смысл этих слов.

***

В небольшом полуразваленном домике стояла почти мёртвая тишина, прерываемая лишь хриплым дыханием бессознательного пациента и шуршанием подола кимоно. Сухо скрипели полы, пустые оконные рамы-глазницы открывали вид на тёмную лесную глушь; едва-едва потрескивала свеча, догорающая на столе рядом с медицинскими принадлежностями. Опасным было погружать Забузу-сана в летаргический сон, но было приказано повременить с убийством мостостроителя. Проверить, кто стоит на его охране. Хаку помнил всё размыто, но слушал внимательно, не задумываясь о таком странном приказе. Ему сказали - он выполнял, как бы дико не прозвучало, тупо и безоговорочно. Хаку был понимающим шиноби, и не любил задавить лишних вопросов, но бессильно наблюдать за битвой сенсея и не иметь возможности помочь... Он не должен был высовываться до определённого момента, до критической ситуации. Прождал так долго, как мог. И всё сделал правильно. Но руки в бессильной, немой злобе сжимались в кулаки. Его сенсей сильно пострадал и проваляется без сознания около недели, если не больше. Раны его залечены шосеном и перебинтованы, но некоторые внутренние повреждения были очень тяжелы. Всё-таки, райтон Копирующего шарингана - вещь убийственная. Но нукенин не мог позволить себе загнуться посреди битвы. Терпел. Знал, что Хаку его всё равно вылечит, даже если это бы стоило ему жизни. Если бы Забуза-сан понимал, как он для его, простого мальчишки из клана Юки, дорог. Он его спаситель, его сенсей. В конце концов, он человек, чьи интересы Хаку готов защищать. Пусть и интересом этим был заработок денег. Но удивляться не стоило - так живут все нукенины. Хаку грустно улыбнулся, заправив прядь каштановых волос за ухо, и метнул усталый взгляд на клетку с белым кроликом, который из-за пережитого стресса совсем не питался ни травой, ни морковью. Забуза-сан не понимал любви Хаку к животным, но и запрещать не стал. Шатен достал кроля из клетки, успокаивающе погладил по спинке и поместил почти заснувшее животное обратно в клетку. ..Дверь резко распахнулась, громко стукнувшись о некрепкую стену с сетью трещин-паутин; остатки посеревшей штукатурки с потолка упали на дощатый пол; испуганный кролик заметался по клетке. Хаку резко развернулся, держа наготове сенбоны, но стоял, щуря глаза, и пытливо вглядывался в надменные рожи каких-то бандитов. Те прошли в дом и расступились. Лицо Юки - аккуратное, по-женски красивое, будто слепленное умелым скульптором - едва-едва нахмурилось, но осталось таким же отстранённым. Гато. Заказчик этой чёртовой миссии. Доверия этот мужчина не вызывал ни капли, зато заплатил авансом целых полмиллиона. Забуза-сан ненавидел его, но, скрепя зубы, согласился на сотрудничество. Зачем? Хаку не знал, но понимал, что ему всё равно не скажут. - Чего вам? - не очень дружелюбно поинтересовался Юки; он не обязывался держаться с этим человеком уважительно: не уважают его - он ответит тем же. Убийственная сила таилась в обманчиво-хрупком мальчишеском теле. В пальцах - тонких, чутких, с мягкой молочно-белой кожей, пропитанной многочисленными мазями и лечебными травами - застыли длинные иглы. На кончиках блестел жёлто-зелёный яд. - О, так ты, отребье, ещё жив? - усмехнулся Гато, остановившись в метре. Ходил он весьма медленно, постоянно опирался на свою трость, как одряхлевший старик, хромал на правую ногу, но смотрел из-под круглых чёрных очков так презрительно, что становилось даже смешно. Богатый коротышка даже со своими миллионами и недо-охраной не выглядит внушительно. - Странно, что ты не сдох там вместе с Момочи. Хаку не видел его глаз, но понимал-чувствовал-ненавидел такие взгляды. Так на него, одинокого бездомного мальчика, смотрели все прохожие, не подав и куска хлеба. Может, люди и сочувствовали, но не считали нужным ему помогать. А зачем? Чтобы привязался и был обузой?.. - Что вам нужно? - процедил Юки. Он не обуза, он оружие Забузы-сана. И он далеко не слабак. Если этот урод осмелится ещё раз оскорбить Забузу-сана... - Щенок, ты меня не интересуешь, - высокомерно заметил Гато. - Меня интересуют деньги. Мостостроитель жив, этот.. - миллионер кинул неприязненный взгляд на лежащего в бессознательном состоянии Момочи и противно ухмыльнулся. - ..слабак не смог справиться с командой таких же ничтожных слабаков. Я требую вернуть мой аванс. Брови Хаку поползли вверх. Вот такого он точно не ожидал. Зато желание покалечить этого человека росло с каждой секундой всё больше и больше: вонзить иглы так, чтобы двигаться не мог, а только моргать, и сделать из него подобие дикобраза... - Забуза-сан заключил с вами договор. И он ваши условия выполнит, вам беспокоиться не о чем, господин Гато, - язык не поворачивался так уважительно называть этого человека, но Юки не хотел ввязываться в конфликт и был предельно вежлив. Бандиты за спиной наркодиллера - слабачьё, таких он, Хаку, привык давить, как комаров. Но нельзя. Этот человек влиятельнее, чем можно себе представить. Кто знает, каких нукенинов он может нанять, чтобы убить его и Забузу-сана. - ..У вас есть неделя, ребятки, и ни днём больше. Когда голова мостостроителя окажется у моих ног, я заплачу вам полностью. И даже больше... Уходя, этот человек оставил после себя плохой осадок и запах отвратительно едкого, но наверняка дорогого одеколона, от которого разболелась голова. Хаку устало потёр виски кончиками пальцев. Он не привык общаться с заказчиками, обычно это прерогатива Забузы-сана. То ли разговор был слишком тяжёлый, то ли усталость внезапно свалилась на плечи, но Хаку быстро уснул, приземлившись на холодный пол рядом с кроватью Забузы-сана, а под утро, собирая травы на лечебную восстанавливающую мазь, напряжённо думал, что сотрудничество с этим наркодиллером приносит одни проблемы. А стоят ли эти деньги того? Может, стоило их вернуть? Да, Забуза-сан не обрадовался бы, когда очнулся, но ведь это же для его блага. Да и что они, не нашли бы, где ещё заработать?... Впрочем, думать долго лже-ойнину не пришлось, так как мысли резко занял нагло дрыхнущий на цветущей полянке блондин. Он был одним из команды защитников мостостроителя. Хаку помнил его любопытство, тщательно скрытое за напористостью. Он, видно, был немало удивлён тем, что Забузу "убили", и это, в общем-то, было небезосновательно. Только вот знал бы он, что не всё так легко... Хаку подходит к сопящему мальчишке чуть ли не на расстояние вытянутой руки, прижимая корзинку с травами к груди, и думает, убить его сейчас или нет. Сенбоны он носил с собой всегда, правда, не любил смазывать их ядом. Убийство будет быстрым в любом случае, но именно от яда зависело, будет ли оно ещё и мучительным. ..В каком бы жестоком окружении Юки не жил, он не любил убивать, пусть и лишал людей жизни не раз и не два. Это воспитывало в нём жестокого воина. Почти жестокого. Всё-таки, Хаку к врагам был слишком милосерден. Он склонился к лицу мальчишки, на нос которого опустилась божья коровка, вызывая у того улыбку сквозь сон. Тот сначала никак не отреагировал, но потом распахнул глаза - какие-же они, оказывается, ярко-голубые, он и не заметил этого тогда - и отскочил от Юки на пару метров, приняв боевую стойку. - Ты ещё кто такая? И что ты здесь делаешь? - взгляд светился недоверием. Но в большей мере, всё-таки, любопытством. В конце концов, это чувство допустимо для ребёнка, пусть и могло при других обстоятельствах стоить жизни. Только вот.. Он что, за девушку его сейчас принял? Это, честно, было немного обидно, но в то же время забавно. Юки на этот счёт промолчал, опустившись на землю и безмятежно срывая примятую мальчишеским телом лечебную траву. Всё равно её толочь придётся. Но мышцы - что оголённый нерв. Если этот блондин нападёт - он отразит атаку, не задумываясь, и примет бой, как бы сильно этого не хотел.

***

Как бы сильно Наруто не уставал, он продолжал тренироваться. И плевать, что стояли сумерки, и, вообще-то, людям положено в это время безмятежно спать. Он даже друзей забыл предупредить, но разумно подумал, что надолго он всё равно не задержится. Нара понимал, что его футон ещё не поддаётся в нужной мере и всему виной слабый контроль чакры, так что время он провёл по большей мере за медитированием и оттачиванием одной техники - Какаши-сенсей говорил, что он, Наруто, очень способный, и в дальнейшем у него получится высвобождать режущую чакру ветра без ручных печатей. Это впечатляло и, в конце концов, вызывало практически детский восторг. Но блондин понимал, что из пустоты он силу не получит, поэтому тренировался так интенсивно, как мог. А потом, уставший и разморенный прохладным летним ветерком, заснул прямо на поляне неподалёку от дома мостостроителя. Может, он бы спал до тех пор, пока его бы не нашли напарники, но девушка, молча сверлившая в нём дыру своими пронзительными карими глазами, разбудила очень даже кстати. Утренняя роса покрывала траву, птицы лениво щебетали на деревьях, а солнце уж как час назад выплыло из-за горизонта, обдавая хрупкую, но высокую фигуру неизвестной каким-то тёплым, мистическим светом. Может, она и была куноичи, но, по крайней мере, попыток напасть не предпринимала. - ..Вообще-то, ты заснул на полянке с лечебными травами. Я хочу сделать лекарство, чтобы вылечить дорогого мне человека. - Дорогого человека? - Да. - Благородное дело, - Наруто присел рядом и протёр глаза, сгоняя остатки сна. - А какие тебе травы нужны? - Все понемногу. - Я могу помочь? - Конечно. Слово за слово, завязался небольшой разговор. Наруто даже понравилось собирать травы, и, пожалуй, если Сакура-чан попросит с ней прогуляться до этой полянки, он с удовольствием составит ей компанию. - А это ядовитая трава, не трогай, - бледная рука оттащила его за запястье от какого-то неизвестного Наруто, зато пышного, куста. - Она не колется, зато может вызвать высыпание, а при попадании в организм - паралич. Нара сглотнул и, виновато улыбнувшись, по привычке почесал затылок. Да уж, вот и спи теперь также беззаботно на травке. - ..А что для тебя, Наруто-кун, значит дорогой человек? Наруто, задумавшись над вопросом, задумчиво посмотрел на облака. Они друг другу уже представились и, вроде как, более-менее доверяли. - Дорогой человек для меня - тот, кто смотрит на меня как на обычного человека, равного себе. Мои родители, нии-сан, друзья... Я с детства жил в недоверии к людям, и не знал, какого это - испытывать привязанность, но, обретя семью, друзей и поддержку, эта привязанность сделала меня сильнее. Наверное, поэтому принято говорить, что за дорогого человека и жизнь не жаль отдать. - Значит, за своих дорогих людей ты готов даже умереть? - Да. - ..Я тоже, - Хаку подняла корзинку с земли и отряхнула запыленный подол светлого кимоно. - Увидимся ещё, Наруто-кун. И ещё кое-что: я парень. Нара долго пялился е..му вслед, думая, что не может у парня быть такое женственное лицо и мягкий голос. Ну не может! - Я что, с ума сошёл?.. - блондин обречённо приложил ладошку ко лбу, плавно проводя ею вниз по лицу. - ..Вот это я опозорился, даттебайо. Что странно, Хаку он видел впервые, но он всё равно показался ему отдалённо-знакомым. Но, во всяком случае, агрессией от него не веяло, да и собеседником он оказался очень приятным. Пора возвращаться в дом, пока его отсутствие не заметили.