Просто останься

Здесь тихо и слышно, как волны за стенами дома разбиваются о скалы, как стонут и хрипят ходячие, застрявшие в отгородившем побережье заборе. А тут, за закрытыми дверьми, прохлада, тишина и запах корицы, свежих овощей с огорода за домом. Сегодня Ника почти не ломает. Он раскатывает по нёбу терпкий вкус выдержанного вина, а потом зависает на длинных смуглых пальцах мальчишки, вцепившихся в стеклянную ножку бокала, как в спасательный круг. Детишки хозяев дома вертятся вокруг, и мелкий пацаненок (кажется, Гарри), все тянет Ника за рукав вверх по лестнице, чтоб показать какой-то крутой конструктор и фигурки супергероев. Ник всегда иррационально и безусловно нравился детям. Алисия, заметившая эту его особенность очень давно, обычно смеялась и беззлобно подкалывала. Но сейчас просто пожала плечами, уткнувшись в бокал. Крис смотрит на него сквозь стекло, очень даже уверенный, что тяжелый взгляд останется незамеченным. Крис. — Эй, старик, ты пойдешь смотреть комнату Гарри? - как бы невзначай бросает Ник уже со ступеней. — Обойдусь, - огрызается мальчишка и быстро отворачивается. Ник поспорить готов, что увидел, как дрогнули черные густые ресницы. Красивый и глупый. — Слушай, можешь ничего не говорить, но тебе лучше быть среди людей. — Я в норме. — Как скажешь, - фыркает Ник напоследок и улыбается пританцовывающему наверху от нетерпения ребенку. - Ну все, идем-идем-идем, где там твой супермен? Чуть позже Гарри уходит позвать Уиллу, а Ник остается с пластиковыми фигурками человека-паука, трансформеров, каких-то других супергероев, имена которых он не успел запомнить. Тихие, какие-то робкие шаги за дверью, еле слышный скрип приоткрывшейся двери, и руки сами собой смыкаются на тощей спине Криса, он почти летит в стену, когда Ник вжимается в него всем телом, накрывая губы губами. — Т-ты ошалел? - сбивчиво и глухо, прямо в целующие его губы, сдавливая стон. — Тш-ш-ш-ш, мелкий скоро вернется. Просто молчи, - губы смещаются в сторону, исследуя шею, чуть прихватывают под ухом, выбивая из горла Криса то ли стон, то ли всхлип. — Пожалуйста, Ник. У него венка колотится на виске, а глаза мутные-мутные, его определенно ведет, и... Черт. Так хочется загнуть его прямо здесь, среди разбросанных игрушек, заставить упереться ладонями о стену, стащить узкие джинсы. — Потерпи, ладно? Скоро дети вернутся или моя сестрица притащится на подозрительный шум. Ник пытается говорить ровно и не хватать ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, он старается не пялится на Криса и не представлять его без одежды, старается не шарить взглядом по этой худой фигуре, вытащить руки из-под футболки и расстегнутой кофты. Он вдруг понимает, что потирается пахом о его бедро и низко, утробно стонет, утыкаясь лицом в шею мальчишки. Ох, одну только дозу, всего одну. Маленький укольчик в вену, и сразу отпустит. — Крис, я пойду. И буквально сбегает, оставив мальчишку хвататься за стену, чтоб не упасть. * * * — Эй, что с моим братом? За ним будто стадо ходячих гналось по пятам, - смеется Алисия, все еще попивая вино, когда Крис наконец-то спускается вниз. — Понятия не имею. Он у тебя какой-то ненормальный, - сипло бурчит Крис и хватается за бутылку с вином, бордовые струйки стекают по лицу, льются на грудь. - Что взять с торчка, - жмет он плечами и чувствует липкую тошноту где-то в груди. * * * — Далеко собрался? Палуба качается под ногами, свет звезд жидкий и серебристый, он углубляет тени и высвечивает кожу каким-то мерцающим голубоватым светом. И даже смуглый Крис кажется непривычно бледным. — С-спать. А ты прямо тут ночевать будешь? Язык непослушный то ли от выпитого вина, то ли от волнения, путающего мысли. А еще сердце сбивается с четкого ритма и колотится где-то в затылке. — Тебя жду, глупый, - поднимается как-то рывком и сплетает их пальцы. Ладонь горячая и сухая, поглаживает большим пальцем запястье. И это. Боже. Вталкивает в каюту, стягивая рубашку и куртку, тянет вниз собачку молнии на его олимпийке. Футболку - через голову. Прижаться губами к ямке у шеи, скользнуть влажным языком по солоноватой коже. — Я так скучал. Иди же сюда. Если Трэвис узнает, чем его драгоценный сынок занимается с Ником за закрытыми дверями каюты, скормит Ника акулам. Или просто пристрелит, как шелудивого пса. Крис опускается на колени, стягивая с Ника штаны и белье, обхватывает губами горячую плоть. Если Трэвис узнает... Да наплевать.