Просто останься

— Боже, Дэрил. Ты жив и ты здесь. Как ты здесь оказался? Его руки теплые и сильные, как и всегда. И пахнет он порохом, потом и засохшей кровью. Отстраняется, чтоб посмотреть, чтоб убедиться — правда она. Его Кэрол. Здесь. С ним и сейчас. А потом снова стискивает так, что у нее кости хрустят. Тихо смеется, слабо стукает кулачком по плечу. — Дэрил Диксон, ты меня пополам переломишь. А он зарывается носом в изгиб ее шеи и закрывает глаза. Она пахнет яблоками, выпечкой и корицей. Домом пахнет. — Ты улыбаешься? Она не видит, но чувствует, наверное. Когда двое вместе пережили так много — смертей, жизней, утрат, боли, крови, конца... Чувствуешь, понимаешь, даже не глядя. Больше, чем эмпатия. И не телепатия даже. Просто чувствовать его эмоции, мысли, пропуская через себя. Беззвучный кивок и ладони, смыкающиеся на спине. — Ты опять убежала. Но я всегда отыщу. У него голос охрип, будто он не говорил пару месяцев. Или больше. И голосовые связки, как несмазанная заржавевшая цепь. Но Кэрол улыбается сквозь щиплющие глаза слезы, трется щекой о заросшую щеку. — Где бы я не была, всегда думаю о тебе. Почему ты искал меня, Дэрил? Что-то случилось? Дома все хорошо? Но он снова молчит, не потому что сказать нечего или страшно. Просто... зачем? Спасители, гибель Гленна и Абрахама, даже Спенсера, его пытки и плен... Это ничего не изменит, но ее глаза потухнут, плечи ссутулятся, а вокруг рта залягут глубокие складки... А он так любит, когда она улыбается. — Там тяжело, но когда было иначе? — она не успеет напрячься, как он продолжает по возможности беззаботно. — Что надо сделать ,чтобы меня здесь ужином накормили? На ужин у них запеченный с овощами сладкий картофель и свежее мясо, пирог с консервированными абрикосами. Иезекииль заботится о своей гостье, пусть даже не пожелавшей остаться в Королевстве. Дэрил хмыкает, чувствуя, как что-то неприятно царапает, жжет в груди. Ревность что ли? Вот уж где глупость... — Ты сегодня спросила, как у нас дома, — пробормочет он позже, уже вытянувшись на диване и опустив голову ей на колени, уже почти засыпая под ласковыми прикосновениями перебирающих волосы пальцев, — а я только сегодня понял, что дом — это там, где ты. Заснет, так и не услышав ответа. Да и к чему им слова? Если и так он слышит, как она улыбается. Если она точно знает, что будет сниться ему.