Бродяги полуденного солнца

В какой-то момент Марика задремала. Казалось, она прикрыла утомлённые глаза всего на пару минут, но стоило их открыть, как небо окрасилось в предрассветные тона, и пейзаж внезапно изменился. Теперь вместо разрушенных зданий по обе стороны медленно проплывали безграничные пустынные пространства. Укатанной пыльной дороги больше не было — на коричневатом низкорослом кустарнике едущие впереди машины оставили две чёткие колеи. А ещё ей показалось, что на горизонте, почти на границе видимости, появилось несколько разноцветных флажков. Но по мере приближения, флажки увеличивались, всё больше напоминая по форме крыши больничных зданий, а потом и вовсе превратились в шатры. Нечто подобное она наблюдала в родном Ареа, когда на ярмарку приезжали люди с северных окраин. Похитители парковали свои автомобили перед шатрами полукругом, будто отделяя место своего временного пребывания от остального безжизненного мира.  — Уже проснулась? — спросил Кайдо. Только сейчас Марика обратила внимание на водителя. В свете начинающегося дня она смогла хорошенько рассмотреть его лицо: чёрные широкие брови вразлёт, жёлтые глаза и чуть загнутый книзу кончик носа придавали ему сходство с какой-то хищной птицей, но яркие волосы сводили на нет всю иллюзию угрозы. Похититель глазел на неё с не меньшим интересом, хотя времени для этого у него и раньше было предостаточно. Таму объехал лагерь справа и припарковал свою машину рядом с другими в специально оставленном для него месте. Выйдя наружу, он накинул капюшон, жестом пригласил подопечную следовать за ним.  — Как самочувствие? — произнёс он, как только Марика подошла ближе. Лишь покинув уютное сиденье машины, путешественница поняла, насколько не привыкло её тело к долгому пребыванию в неизменном положении. Некоторое время ей потребовалось, чтоб размять затёкшее тело. Она поймала себя на мысли, что слегка завидует бодрому Кайдо, который совсем не походил на человека всю ночь просидевшего за рулём.  — Всё хорошо, — вежливо отозвалась она. Таму многозначительно хмыкнул.  — Ладно. Тогда запоминай: вон те серые домики — туалеты, вон та красная палатка — комната гигиены, а вон та жёлтая — кухня. Едим на природе или на своём месте, — он говорил вполголоса, указывая ребром ладони на обсуждаемые объекты. — Та зелёная — медпункт, а вон та — дом Старейшин… Если ты не против, я отведу тебя к матери. Её имя — Са́йа. Она поможет тебе немного адаптироваться. Мне нужно доложить Старейшинам, поэтому…  — Подожди-ка, а Алиса? — нетерпеливо перебила Марика.  — Алиса? А, верно, ты говоришь о девушке, что была с тобой? Но она ведь не таму. Я не знаю, что определят для неё Старейшины…  — Я тоже не таму! Не совсем понимаю, что всё это значит? Зачем вы вообще нас выкрали? — Марика остановилась среди разноцветных палаток, она не замечала, как лагерь начинает просыпаться, из шатров раздавались голоса, где-то послышались звуки мотора, со стороны кухни зашумели посудой.  — Мы вас не крали, а спасали, — важно заметил Кайдо. — Ты таму моего клана, а значит, должна жить в семье, как положено. А она не нашей крови! Любой дурак сразу почует чужую кровь! Но я не Старейшина, указывать Риво. Он решил, что она — Аверитори, ведь внешне выглядит как Амела. Я слишком молод, чтоб ему советовать, а Рэйка промолчала. Парень сложил руки на груди, надменно насупился, считая, что сообщённой информации Марике должно хватить с избытком.  — Я не таму, мой дедушка — хокару, — мягко ответила она, чувствуя, что совсем потеряла нить разговора, — я из Купола, понимаешь? Ты слышал что-нибудь про Купол?  — Разумеется! — он фыркнул. — Но ты врёшь, таму не живут за Барьером.  — Я не таму! Кайдо рассмеялся:  — Что за глупости? Ты же — Валтори, я прекрасно это чувствую! Может, конечно, не чистокровка, но свой род я за десять километров учую. А ты хочешь, чтоб находясь к тебе так близко, я ошибся? Ха-ха-ха! Сразу видно твоё никчёмное городское воспитание. Кто твои родители? Старейшин на них не хватает! Тебя Весталле-то хоть учили? Марика в отчаянии схватилась за голову. Она и этот тип разговаривали на разных языках. «Такое ощущение, что он меня не слышит! Нужно срочно найти Алису. Он постоянно упоминает старейшин… наверное, они как поселковые старосты. Если я увижусь с одним из них, то смогу всё объяснить!»  — Я знаю, что такое Весталла! Но сейчас это не важно. Пожалуйста, проводи меня к старосте… то есть к старейшине. Кайдо изумлённо округлил и без того большие глаза:  — Это невозможно! Где твоё воспитание? Ты как будто с Велиоса упала… «Он безнадёжен».  — В таком случае не имеет значения, куда ты меня поведёшь, — Марика пошла вперёд, давая понять, что разговор закончен.  — Эй, не туда! Направо. Таму обогнал её. Он тоже был в замешательстве, поэтому решил дождаться вечернего собрания. Шатёр, в котором поселились Сайа и Кайдо, находился за медпунктом. Когда Марика увидела мать молодого таму, она не могла поверить глазам. Невысокая, тонкая, как веточка, такая же красноволосая, с маленьким курносым носом и россыпью светлых веснушек женщина эта выглядела немногим старше самой Марики. Гораздо позже присмотревшись Марика всё же заметила слабые намёки на возраст в виде едва заметных «гусиных лапок» в уголках глаз. Хозяйка временного жилища почувствовала недоумение гостьи, тоненько похихикала, прикрывая рот нежной ладошкой, а потом пригласила внутрь. Внутри шатёр казался даже больше, чем снаружи, дальний его край закрывали ширмы из тяжёлых занавесок, а в центральной части, по углам и на заменяющих шкафчики коробках стояли солнечные лампы.  — А теперь рассказывайте, — дружелюбно улыбаясь, попросила она. Марика сидела на указанном пуфике рядом с Кайдо, пока он излагал свою версию ночных событий и что-то ещё, совершенно непонятное для несведущей жительницы Купола. К удивлению гостьи, Сайа совершенно спокойно отреагировала на её появление в собственном жилище и не спешила тормошить расспросами. Она слушала сына, иногда кивая, не забывая при этом выставлять на невесть откуда взявшийся низенький столик угощения для путешественников.  — А что Рэйка сказала про реку? — спросила женщина, когда сын закончил рассказ.  — Сказала, нужно переходить завтра после полудня. Предложит на собрании…  — Значит, снова будет дневной переезд? Неудобно. Жарко. Кай, перекуси и ступай к Старейшине Валтори.  — Так и сделаю. Кайдо послушно принялся за еду. После завтрака Марика поняла, насколько сильно устала. Дни и ночи полные событий и постоянных переживаний утомили, а обильный приём пищи настраивал организм на расслабление. Она понимала, что вместо этого должна сосредоточиться, получить как можно больше информации, найти Алису, но веки предательски тяжелели. Сайа, будто угадав её настроение, предложила сперва посетить красную палатку, а затем пройти за ширму, где Марику дожидались расстеленный матрас и свежая спальная рубаха. Девушка не стала сопротивляться, переоделась, благодарно завернулась в покрывало и закрыла глаза. … — Марика? Марика, а мой пропуск у тебя?  — Да, — руки самопроизвольно потянулись к кожаному шнурку на шее. — Нэй, это ты? День слишком яркий и солнечный, от яркого света болят глаза. Наверное, поэтому так плохо видно лицо аросса, ведь он стоит спиной к солнцу, и его лицо в тени.  — Это всё твоя ха-энергия, — как всегда опережая вопрос, отвечает он. — Она очень сильна, и мне сложно. Помог пропуск. Я не верил, что получится. Не могу понять, где ты?.. Как-то странно, не похожее место.  — Нэй, ты мне не снишься?  — Нет. Хотя понятие сна у хоттейцев несколько отличается. Марика, у меня мало времени. Думаю, ребята, увидев меня в таком состоянии, опять начнут волноваться… Теперь Нэйкерос почти исчез в море всё поглощающего яркого света, остался только знакомый тёмный силуэт, но показалось, что он виновато потёр кончик носа.  — Скажи мне, где ты? — попросил Нэй. И тут Марика поняла, что вовсе не в доме у Белого озера. Иному из Конклава тут неоткуда взяться. Он давно уже на пути в Горско, а она затеряна на руинах древних городов в обществе непонятных людей. Невыносимое отчаяние и чувство одиночества вдруг нахлынуло на неё, в носу засвербело от наворачивающихся слёз.  — Я домой хочу… — выдохнула Марика, первая слезинка скатилась по щеке. Изумлённый взгляд Нэя, как будто его лицо вдруг возникло прямо перед глазами. И… …Пробуждение было похоже на падение в холодную воду. Марика вскочила, пытаясь набрать в лёгкие как можно больше воздуха, а его будто не хватало. Но через долю секунды она вспомнила, где находится, а вот странный сон, оставивший внутри чувство светлой грусти, напротив мгновенно забылся. Марика провела пальцем по мокрой щеке. «Что это было? Что-то такое знакомое». Когда Сайа забежала в шатёр, гостья всё ещё была в поисках своей одежды.  — Сейчас не время, — махнула рукой хозяйка, на её немой вопрос. — Я дам тебе балахон. В твоём возрасте ни к чему другие вещи носить, к тому же ты на Пути Отшельника, верно? Вот и ходи в белом, как положено. В руки Марике всучили свёрток, перекрученный верёвкой. Что-то подобное носил и Кайдо.  — Быстрее переодевайся, поможешь мне собраться. Через час мы должны выезжать. Спустя несколько минут началась невообразимая суета. Марика и Сайа быстро складывали вещи, а Кайдо бегал от шатра в сторону стоянки и обратно. Потом принялись разворачивать и собирать сам шатёр, затем помогали другим таму собирать и убирать соседние палатки и вещи вокруг. Лица, свёртки, коробки, руки мелькали перед Марикой, не давая задуматься о происходящем, поэтому она постаралась сосредоточиться на деле, оставив вопросы на потом. В течение получаса лагерь был почти снят. Таму рассаживались по машинам и трогались в неизвестном направлении. Марика заметила и грузовики, на которых перевозили сложенные шатры. Раньше она не могла их увидеть, потому что те стояли с другой стороны лагеря. Потом подошёл Кайдо, взял её за руку и куда-то повёл. Следуя за ним, она наблюдала, как незнакомые люди с белой кожей и разноцветными волосами завершают сборы. «Так много таму. Тут, наверное, на целое поселение или даже на два хватит. Но нет детей, и большая часть — мужчины. Странно, — Марика посмотрела на свою загорелую руку, на белую ладонь Кайдо. — Не могу понять, с чего он взял, что я одна из них? Я же совсем другая. Все женщины расы невысокие, ниже меня ростом, и глаза у них другой формы. Да мы ж это в МРР проходили… У меня в голове всё перемешалось. И Алиса пропала… Что же я теперь навсегда останусь здесь? И никогда не увижу дедушку и своих друзей? Такого не бывает в жизни! Ведь такого не может быть, правда? Что мне теперь делать? У меня даже нет КПК, чтоб написать дедушке… КПК?..»  — Кайдо, у тебя есть компьютер? — Марика остановилась, чуть не врезавшись в широкую спину таму. Он встал у машины, приглашающе открыл дверь для своей подопечной.  — Нет. Зачем он мне? Она села, дождалась, пока Кайдо займёт своё место.  — А если понадобится написать сообщение?  — Не понадобится. С отцом и братишкой я попрощался. А мама рядом со мной. «У него есть младший брат?»  — А… где твой брат и отец? Кайдо нахмурился, завёл мотор:  — Они пошли прятаться у чужаков со звёзд. Машина тронулась. Таму пропустил вперёд пару грузовиков, развернулся к заднему сиденью, поправил сползающий с кучи уложенных там вещей плед. Въехал на свежепроторенную среди кустарника колею.  — Ты об Иных говоришь?  — Да. Ммм… забыл твоё имя…  — Марика…  — Ага. Так вот, Марика, не знаю, откуда ты взялась, но вы там живёте, как на Северном Хвосте, честное слово! Ты про Большой Исход знаешь?  — Нет.  — А про чужаков-убийц?  — Каких ещё чужаков?..  — А про то, что война скоро? Такая война, которая похожа на эпидемию, когда много-много людей умирает, знаешь? «Неужели он говорит о либадах? О том, что Нэй рассказывал?»  — Кажется, слышала, — ответила Марика. Кайдо фыркнул недоверчиво.  — И что же слышала? «Интересно, имею ли я право рассказывать ему? Но я же — будущая рэдже. Ведь всё что сейчас происходит похоже на работу рэдже? Я среди таму, как человек с другой планеты. И то, что они уже принимают меня за свою, даёт мне определённые преимущества. Что бы сделал Нэй на моём месте?»  — Есть Иные, которые называют себя либады. Они хотят захватить Хотту?..  — Откуда такая информация?  — Сказал один человек… А это правда?  — Он сказал тебе не всю правду. Есть ещё кое-что. Ты в курсе, что некоторые регенты поддерживают этих либадов? И что либады хотят уничтожить таму, как носителей древних знаний? Таму постоянно подвергались гонениям, но только мы не подчинились чужакам со звёзд –в то время как остальные бегут кланяться к ним в ноги ради выгоды, мы идём, чтоб изгнать их с земель Предков! Марика поёжилась. В голосе мирного таму на миг прорезались нотки свирепой ненависти.  — Знаешь что, Марика, нам в Ларгии нелегко жилось, там климат гораздо более холодный, но наши Старейшины знают своё дело. Вот теперь пришло время Большого Исхода, так они сказали. Самые крепкие из нас отправляются к врагу, самые талантливые и даровитые в это время скроются за Барьером. Пусть Барьер и не наше создание, но грешно не воспользоваться шансом — защитить наших лучших людей. Нам не стоит надеяться на Конклав… — Ты не прав, люди из Конклава защитят нас! А либады очень опасны, лучше с ними не связываться. Конклав сам будет бороться с ними, надо спрятаться и подождать. Ваши старейшины не понимают, что делают! Кайдо рассмеялся, но потом нахмурился ещё больше.  — Вот как значит? Он гневно сверкнул жёлтыми глазами в сторону собеседницы и вернулся к дороге, делая чрезмерно сосредоточенный вид. Кажется, он начал подозревать Марику в неких противоправных связях, но что-то мешало ему обвинить её прямо сейчас. Она тоже не решалась возобновить разговор и, чтоб как-то отвлечься от напряжённого молчания, отвернулась к окну. Пейзаж вдоль колеи вскоре снова поменялся. Кустарник сменился песчаником. Опять начали попадаться руины древних многоэтажек, но таму объезжали их по широкой дуге, стараясь не приближаться к старинным городам. Через несколько часов поднялся ветер, принося с собой пыль, а вместе с пылью усилилась жара. Расстояние между машинами увеличилось, грузовик, до сих пор маячивший впереди, уже не было видно. Марика и её спутник то и дело прикладывались к бутыли с водой, голод тоже давал о себе знать, но путешественница мужественно молчала, не желая сердить красноволосого. Он и без того был похож на нечто взрывоопасное, то и дело нервно дёргал свою косичку, покусывал сухие губы, поправлял беспалые перчатки на руках. Время обеда они «благополучно» пропустили. Солнце теперь переместилось за спины, жара не унималась. Вода в бутыли кончилась, но поездка не прекращалась. Ужина Марика тоже не дождалась. Кайдо остановился только раз — достать из багажника ещё воды. К этому моменту девушка уже чувствовала себя ужасно, но она так и не решилась заговорить с таму. С наступлением сумерек жара существенно спала, правда, это не принесло заметного облегчения. Кайдо вцепился в руль и нещадно давил на газ, на его лице не было усталости, а только мрачная сосредоточенность. Казалось, что он не человек, а биоробот, о которых пишут в межсети. Марика решила было, что караван ларгийцев будет ехать всю ночь без остановки, и очень обрадовалась, когда в сумерках завидела вдалеке огоньки солнечных фонарей. Возможно, кто-то уже добрался до нужного места и начал разбивать лагерь. Небо наполнилось россыпью звёзд. Ветер усилился, гоняя клубы пыли. Но тут, в пересохшей на время огненных месяцев речной старице под защитой холмов с запада было спокойно и свежо. Таму говорили, что вода уходит на время под землю и вновь возрождается с началом обильных ливней. Когда-то русло Ичер проходило именно здесь, но как давно это было… Амела уверенно рассказывала о местах и заброшенных городах вокруг, будто сама жила здесь в те далёкие времена. Алиса слушала заворожено, помогая подготавливать шатры. Они приехали на место одними из первых, и теперь всем предстояло много работы. Но ларгийцы работали споро и слаженно, даже в темноте ловко расставляли палатки, развешивали солнечные лампы. Первым привели в порядок шатёр старейшин. Его установили чуть в стороне от лагеря, и теперь семьи таму по очереди туда наведывались для различных указаний. Амела предупредила гостью, что сегодня им также предстоит важный разговор, но Алису больше интересовала возможность найти в лагере Марику. Ещё днём она мельком видела подругу вместе с тем странным типом в балахоне. Несмотря на то, что среди таму многие молодые люди носили похожую белую одежду, его она узнала сразу. Конечно, Амела, услышав историю путешественниц в подробностях, рассказала, что Марика будет находиться в другой семье до решения старейшин, но этот факт не заставил Алису перестать волноваться. Через некоторое время суета немого улеглась. Люди начали расходиться, наконец-то позволив себе расслабиться после долгого пути. Алиса порывалась было снова улизнуть на поиски приятельницы, но её попросили помочь с ужином. На ужин заглянул Риво. Он выглядел уставшим и потрёпанным, впрочем, это не мешало ему по-прежнему отпускать свои саркастические шуточки. Хоть Риво с Амелой были мужем и женой, но по странным негласным правилам, во время путешествия таму разбивались на кланы, поэтому в большом шатре Амелы проживали ещё две женщины, одна из которых была её двоюродной сестрой. А вот законному супругу приходилось ютиться в маленькой палатке, стоящей рядом с грузовиками, с каким-то дальним родственником.  — И в отличие от тебя, моя крошка, он ужасно храпит, — с показным страданием в голосе продолжал жаловаться Риво. Женщины дружно засмеялись. Не удержавшись, Алиса тоже фыркнула за компанию из облюбованного ей уголка. Глядя на светловолосого таму, она почему-то вспоминала вовсе не Макуро, а Локки. Может, потому что Лис тоже любил подурачиться? Может быть, поэтому Риво уже не казался ей таким опасным и отталкивающим как раньше? Но Алиса не успела хорошенько отдохнуть, в шатёр вдруг заглянула чья-то кучерявая голова и лениво пробасила:  — Аверитори, на собрание! Алиса забеспокоилась. Она понятия не имела, как себя вести со старейшинами. Ведь в Тармине все известные ей таму были одиночками. А есть ли что-то в Весталле по поводу обращения к старейшинам, она не припоминала. Вот бы сюда брата! Шатёр для собраний был не круглым, как остальные, а удлиненной прямоугольной формы. Множество солнечных ламп и подвесных фонарей хорошо его освещали, давая возможность разглядеть тех, кто сидел на пуфиках в дальнем его конце напротив входа. Алиса решила, что, должно быть, они и есть старейшины. Центральная часть шатра оставалась свободной, а вошедшие таму рассаживались вдоль боковых стенок. Алиса под руководством одной из женщин Аверитори протиснулась на своё место. Её сразу насторожило, что место это располагалось далековато от выхода. Убежать в случае непредвиденных обстоятельств было бы проблематично. Впрочем, бежать без карт посреди брошенных земель определённо самоубийство. Мысль о побеге испарилась, стоило Алисе заметить Марику. Уроженка Купола сидела в компании красноволосых ларгийцев у противоположной стены. Она тоже разглядела подругу среди внешне похожих Аверитори, даже вознамерилась было встать и подойти, но тот самый тип в белом балахоне дёрнул её за рукав, заставляя сесть на место.  — Все собрались. Можете начинать, — громко проговорили с другого края шатра. Один из старейшин поднялся с пуфика, вокруг тут же установилась тишина.  — Приветствую, родичи! Сначала поговорим о реке. Фао, Рэйка, скажите, что вы видели? В центр помещения вышла девушка, она была слишком высокая для женщин таму и очень худая. Из тёмного угла у входа выбрался мужчина. Оба они явственно напомнили Алисе дядюшку Шанро, особенно мужчина, который казался его точной копией, разве что лицо его было менее живым, да осанка не столь грациозной.  — Реку обходить в сторону от Акаца. Энэстар объехать. Потеряем время, — отрывисто отчеканил он.  — Рэйка? Ты что скажешь?  — Уважаемый господин Хо́рото, я видела, что на переправе через Ичер есть плохие люди, но нас больше. Если вперёд пойдут Хафтори и Валтори, легко их обезвредят. Без моста мы всё равно не попадём на другой берег. Там есть мост, он нам нужен! А опасность Энэстара господин Фао преувеличивает. В городе сейчас люди из Акаца, но они не враги нам. Если с ними поговорит Риво Амитори, а потом наша светлая госпожа Старейшина Рица, то они поддержат нас. Это клан Крыс, они присылали нам помощь, помните? Мужчина закивал, перевёл взгляд на остальных старейшин.  — Ты уверена, что местные синдикаты будут на нашей стороне? — спросил один из них.  — В любом случае, они нам не помешают, — подтвердила Рэйка, — они охраняют свою землю, ничего более. Трое других сидели молча. Потом единственная в компании старейшин женщина, чьё лицо скрывал капюшон белого балахона, подняла руку вверх. Через пару мгновений так же поступили двое мужчин. Только один не изменил позу. В отличие от остальных, он позволил себе усесться прямо на одеяло, прислонившись к пуфику спиной, уместив на него свои локти. Он лениво подпирал рукой голову и периодически неуважительно позёвывал. От него Хорото удостоился лишь небрежного кивка и продолжил, как ни в чём не бывало:  — Одобрено, Рэйка. Расскажете остальным. Старейшина Мара́о, подготовьте своих лучших ребят. Айка́ро, а вы договоритесь со своими, только учтите, в этот раз у нас не будет времени проводить эксперименты… Господа Предсказатели, можете быть свободны. Рэйка поклонилась и вместе с сородичем удалилась на своё место.  — Вопрос о продовольствии. Что решили Старейшины? Господин Айкаро?  — Госпожа Ри́ца нам поведает, — ответил тот самый, сидящий в центре мужчина. Голос его на удивление не соответствовал внешности и оказался довольно приятным, пусть в нём и слышалась излишняя самоуверенность.  — В связи с информацией от Миятори, удобнее всего пополнить запасы в Энэстаре, — без промедлений предложила незнакомка из-под капюшона.  — Отлично, — поддержал Хорото, — думаю, все согласны? Возражений не последовало.  — Вопрос о гхм… городских таму? Старейшина…  — Займусь! — внезапно оживился Айкаро, наклоняясь вперёд. Алиса замерла. Что-то сейчас должно произойти. Ведь других «городских таму», кроме них с Марикой, тут нет. Говорят о них — это очевидно. Тип в центре выглядел жутковато. Он был высокий и широкоплечий, расшитая непонятными зигзагами старомодная накидка нараспашку открывала здоровое мускулистое тело, на макушке задорно торчал красно-оранжевый хвостик, составленный из множества тоненьких косичек, лицо с крупным носом, острыми скулами и ехидной улыбкой казалось злым и даже жестоким. Женщина в капюшоне вызывала у Алисы гораздо больше доверия.  — Так, Риво, это в твоём семействе у нас опять прибавление? — спросил старейшина, вставая. Хорото проказливо улыбнулся, но опомнившись, закрыл лицо ладонью и опустился на своё место. Отовсюду послышались протяжные вздохи и смешки.  — Айкаро, у меня и так трое, куда мне ещё один рот? — возразил откуда-то из толпы знакомый голос.  — Ты выйди что ли, раз я с тобой разговариваю, — недовольно предложил здоровяк, поманив собеседника пальцем. Риво выбрался на середину.  — Вот он — я. Чего хотел?  — Чья девка-то? Ами или Авери?  — Авери вроде. Амела, детка, пусть мелкая сюда подойдёт, — Риво махнул рукой, и женщина, сидящая рядом с Алисой, настойчиво подтолкнула её в спину. Амела была далеко, а Марика ещё дальше. Алиса встала, на негнущихся ногах проковыляла к Риво, но тот развернул её лицом к старейшинам.  — Туда иди, ты чего?.. Алиса сделала ещё пару шагов и замерла, не в силах двинуться с места. И откуда же взялся этот неконтролируемый обжигающий страх? Парализованная ужасом, она не могла оторвать взгляд от серой земли, заменяющей в шатре пол, и молилась всем известным по Весталле богам, лишь бы всё это скорее закончилось. Она вдруг чётко осознала, что именно сейчас, именно в данный момент, когда напротив неё стоит этот ужасный огромный человек, она совершенно одна. Легко было язвительно ответить хулигану там, в далёком Тармине, когда весь район знал, кто такой Бат — Железный Маг, а уж про Иятору и подавно говорили шёпотом; но тут никто не придёт на помощь, тут никто не стоит за спиной, одобрительно положив ладонь на плечо, никто не крикнет: «Бей! Не бойся! Если он тебя тронет — голову оторву!»  — Кто такая? — спросил Айкаро и, не дожидаясь ответа, схватил длинной ручищей Алису за предплечье, подтащил к себе, словно она была лишь самодельной детской игрушкой. Наклонился к ней, принюхался, досадливо фыркнул:  — Риво, она не таму… «Всё. Я пропала. Как он узнал? Братик, где же ты?» Хотелось закрыть глаза и исчезнуть. Вот только ничего не получилось, и разговор двух мужчин по-прежнему резал слух.  — Ты чего, господин хороший? Совсем уже одряхлел? Крови не чуешь уже?  — В том-то и дело, Риво, в отличие от тебя, я чувствую прекрасно. Могу даже попробовать для убедительности… Вокруг зашушукали — таму делились предположениями. В отличие от Алисы, они прекрасно знали тех, кому дали в руки власть над собой. Тем временем старейшина достал откуда-то маленький складной ножичек, явно намереваясь применить его к безропотной жертве. Кажется, для присутствующих на собрании в этом не было ничего необычного. Но кому-то происходящее оказалось не по душе:  — Пожалуйста, не трогайте! — Все сразу обернулись к Марике, она выпрыгнула на середину шатра, в этот раз Кайдо не успел усадить её на место. — Что вы хотите с ней сделать? Отпустите, пожалуйста! В шатре установилась могильная тишина.  — А ты ещё кто? — возмутился Айкаро, недобро прищурившись. Теперь Алиса, будто очнувшись ото сна, смогла взглянуть в ярко-оранжевые дикие глаза склонившегося к ней человека. Осмелевшие мысли судорожно заметались, выстраиваясь в план побега: развернуться, схватить Марику под локоть и бежать, бежать так далеко, как только смогут, насколько хватит сил.  Вдруг Айкаро шумно вдохнул, отпустил Алису, и ножик со свистом выпал из его вмиг ослабевшей руки.  — А́йка?! Не может этого быть… Здоровяк выпрямился, с несвойственным ему смущением обтёр ладони о штаны, подошёл к дрожащей от страха нарушительнице спокойствия, нависая над ней словно монолитная скала. Но Марика, превозмогая себя, подняла голову, с вызовом глядя в глаза незнакомцу.  — Ты — Айка? Кто твоя мать? — спросил он.  — Не… не знаю… Я из… из Купола… Мужчина наклонился, взял Марику за руку, поднёс её запястье к самому лицу и, шевеля ноздрями, втянул воздух. А потом вдруг откинулся назад, громко рассмеявшись, что сразу вызвало оживление среди таму, особенно со стороны красноволосых.  — Эй, эй, племяш! — заревел во всё горло воодушевлённый Айкаро. — Вот и сестра твоя! Наследница! А-а-а-а-а! Наконец-то! А-ха-ха-ха! Я-то думал, Белка её извела где-то, но нет — живая дочка-то моя! Идеально вышла, да? Он развернул Марику за плечи лицом к красноволосым таму, те одобрительно загудели. Вокруг началась суета, и даже позабытые всеми старейшины поднялись со своих мест, чтоб лучше разглядеть взявшуюся ниоткуда «дочь» своего коллеги.  — Говорил же я, что можно внешность спрятать с помощью техники «Королей Велиоса»?! Вот видите! Марао, ты у нас больше всех сомневался?! Смотри теперь! Смотри! Айкаро продолжал сжимать плечи совершенно растерявшейся девушки, раздавая всем и каждому свою сумасшедшую улыбку. Таму вокруг не сомневались в правоте вождя и теперь заинтересованно взирали на Марику, желая лишь запомнить её черты, как нового важного члена своего общества. Впрочем, внимание молодых сразу привлекло несоответствующее расе лицо и телосложение. Те же, что постарше, начали шёпотом обсуждать достоинства упомянутой техники.  — Не спешите, господин Айкаро, — раздалось вдруг со стороны старейшин. Снова говорила Рица, и её звонкий голос разнёсся по шатру, перекрывая шум. — У вас получилось благодаря вашему дару, и то что вы — Валтори, сыграло свою роль. К тому же если вашей силы у неё нет, то всё бессмысленно…  — Вы, безусловно, правы, госпожа Рица, — присмирел мужчина, прижимая одной рукой Марику к своему боку, — но наличие Дара сейчас вы не можете оспорить. Теперь, когда она снова с нами, я смогу в полной мере заняться её воспитанием. Мы — Валтори, своё дело знаем, не сомневайтесь! Его поклон был скорее похож на кивок, тем не менее для других таму это оказалось сигналом к началу обсуждения следующего вопроса. Айкаро повёл Марику к своему месту, было заметно, что та слишком шокирована происходящим, чтоб сопротивляться, поэтому покорно позволила усадить себя на пуфик.  — А что будем с самозванкой делать, а? — вдруг спросил другой старейшина. В отличие от большинства таму волосы его были коротко стрижены, в ушах торчали массивные круглые серьги, и одет он был в строгий тёмно-синий костюм. Именно к нему обращались — Марао. Надежда Алисы, что о ней позабыли, не оправдалась.  — Наверное, у неё мемотерапия, — выкрикнул кто-то из собравшихся, — одно время в городах модно было.  — Я видел, и сейчас кое-где делают, — заметил кто-то ещё. Снова поднялся шум. Начали спорить.  — Прекратить! Поступает в распоряжение Валтори до выяснения обстоятельств, — вставила Рица, люди в шатре сразу притихли. — Валтори Айкаро, новенькие под вашу ответственность. Девушка, если захочешь, останешься в Энэстаре. Мы направляемся в Горско, но там может быть опасно, — теперь слова из-под капюшона обращались к Алисе. — Я рада, что ты почитаешь культуру таму, раз решила стать хотя бы внешне похожей на нас, поэтому я соглашусь, если ты предпочтёшь разделить с нами свою судьбу. При необходимости господин Старейшина подберёт тебе мужа с хорошей кровью, ты сможешь гордо продолжить один из почтенных родов. Засим закончим. Все устали, можете расходиться. Рица поднялась, развернулась и вышла через отдельный вход в углу. Остальные старейшины последовали её примеру, затем и другие таму по очереди начали покидать место собрания. Алиса не знала, как ей поступить сейчас. Амела с родичами прошли мимо, ничего не сказав. Риво посопел, стоя напротив главного Валтори, но не решился оспорить приказание Рицы; досадливо сплюнув, вышел из шатра. Вскоре внутри не осталось никого, кроме красноволосых, которые окружили незнакомок со всех сторон и внимательно их разглядывали, некоторые с любопытством водили носами.  — Итак, кого у нас сегодня нет? — спросил Айкаро, окинув взором подопечных. Он снова развалился на одеяле у ног замершей в ожидании Марики.  — Братья на дежурстве, — сообщила одна из женщин. Для Алисы все ларгийцы уже казались на одно лицо.  — Что ж, передашь и им потом. Итак, Валтори, эта девица, — Айкаро поднял палец вверх, — моя единственная дочь и наследница. У неё моя кровь, такая же чистая и сильная, как и моя собственная. Пусть внешне она похожа на мать, но благодаря древней технике, её дар полностью с ней. Не обращайте внимания на сомнения Рицы — они безосновательны.  — Ох, Старейшина, а меня научите этому? Когда я вернусь к жене, я подумал, что…  — Со своей ты и без техники договоришься, — усмехнулся кто-то.  — Я ещё не закончил. Вам не стыдно перебывать Старейшину? На меня и так жалуются, дескать, Валтори распоясались совсем!  — Что хотим, то и делаем! Мы же вольные!  — Эй ты, вольный, сейчас затрещину схлопочешь! Айкаро вздохнул.  — Наши способности хоть и основополагающие для таму на данный момент, но не стоит забывать своё место, друзья! Когда Рица войдёт в силу, всё может измениться не в нашу пользу. Кайдо, ты тоже остаёшься моим наследником, как и было решено ранее. Но тебе придётся Айку поднатаскать в нашем деле. Наверняка её воспитанием никто не занимался. Я желаю, чтоб вы вместе решали судьбу семьи после меня, понял?  — Как изволите, Старейшина, — молодой человек учтиво поклонился. Тут он ходил без капюшона и Алиса наконец хорошенько его рассмотрела. Но теперь это было уже не важно. Она пыталась обратить внимание Марики на себя, но та сидела, будто оглушённая, растеряно переводя взгляд с одного новоявленного родственника на другого.  — Извините, Старейшина, вы говорите, что эта девушка — ваша дочь… То есть, она — моя сестра?  — Да, я же сказал, Кайдо, она — твоя двоюродная сестра. А ты сам не понял, что ли? Где нос-то оставил?  — Я… я как бы… не уверен был… — парень смущённо отвел взгляд.  — Не уверен он! Сказал же, если на запах не уверен, то на вкус пробуй! Тебе ещё учиться и учиться. Даже не помрёшь тут нормально с вами, шалопаями. В толпе с готовностью засмеялись. Ещё некоторое время таму оставались в шатре, перемежая пустопорожнюю болтовню с важными внутрисемейными вопросами. У Алисы несколько раз спросили её имя, откуда она, девушки заметили, что должно быть страшно путешествовать в одиночку, а парни советовали выбирать мужчин Валтори для создания семьи, потому что клан Аверитори и без того слишком крупный, чтоб расширять его ещё больше. Когда Айкаро неожиданно повелел закончить собрание, Алиса несказанно обрадовалась. Информации оказалось слишком много, требовалось хорошенько обдумать всё произошедшее. Кроме того необходимость поговорить с Марикой стала первостепенной. Вот только подругу после собрания снова забрал Кайдо, а Алису потащили к себе в шатёр юные красноволосые девицы.