Нелюди

      У него было много долгов. Ему стало негде жить. Этому человеку пришлось вернуться туда, откуда начался его путь. Он вновь вышел из тени и имел её преимущества.       Дом был большим. Нет, просто огромным. В особняке, запрятанном среди лабиринта улиц старого, но не менее технологичного района Готтлосграда, Шеид, больше известный как вор из тени, собирался поживиться.       Он прижался к стене здания, полностью сливаясь с чернотой. Его никто не заметил. Даже после стольких лет Шеид не потерял навыков. Ему было тридцать, но из-за стресса и плохого питания, связанного со свалившимися на голову проблемами, он выглядел старше. Однако внешность его не заботила, вору были важны физическая форма и навыки, благодаря которым он сможет спастись от долгов.       Охраны было много, что и неудивительно, ведь особняк принадлежал крупнейшей преступной группировке. Её босс имел не только внушительное состояние, но и громадное влияние. Дёргая за ниточки, привязанные к остальным главам преступных группировок, он мог разыграть любое представление себе во благо и получить всё, чего пожелает. Босс не нуждался в интеллигентах, а полиция не смела цепляться к нему.       За сильным лидером всегда идут с большой охотой. Но у сильного лидера суровые законы, и верность была главным из них. Раньше Шеид не участвовал в таких сложных кражах один, он искал уязвимое звено и обещал поделиться с ним наживой, но в этой группировке не было ржавых хлипких звеньев. От них избавлялись сразу. Босс знал, что на его кресло покушаются не только враги, поэтому постоянно держал ухо востро, проверяя окружение и следя за каждым шагом подчиненных. Не то чтобы те сопротивлялись. Члены группировки знали своё место, уважали босса не только за его силу, но и за способность помочь в трудную минуту. Если кто-то попадал в беду, босс моментально решал вопрос, используя связи и влияние.       В какой-то степени это была не просто преступная группировка, это была семья. Глава семьи был жесток, но справедлив, серьёзен и в тоже время весел, то нарушал законы, то добросовестно исполнял их.       Вор решительно шёл в кабинет этого неоднозначного человека. У дешёвого и малоизвестного информационного дилера, который уже собирался уйти на пенсию, он выяснил, что в ящике стола босс хранит часы, стоившие так много, что запросто могли покрыть все долги вора. Почему такая ценная вещь не бережётся должным образом, информатор не знал, а Шеид не поинтересовался. В конце концов, кто знает, какими причудами обладают эти бандиты?       Глубокой ночью было не только тихо, но и темно. Тени прятались повсюду, в каждом углу спящего особняка, и, сливаясь с ними, вор незаметно дошёл до нужной комнаты. Как ожидалось, дверь оказалась закрыта, но это не стало проблемой. Несколько ловких движений — и крышка электронного замка снята. Ещё пара таких же манипуляций — и соединены нужные провода. Замок сдался и открыл дверь.       Вот стол, вот нужный ящик, вот отмычка в руках. Шеид копошился в замке и почти открыл его, но неожиданно включенный свет в кабинете заставил вздрогнуть.       — Ещё никто не смог зайти так далеко, — раздался спокойный голос. И всё. Дальше — тишина. Леденящая, жуткая.       Вора парализовало от страха. Не хватало духу даже просто выглянуть из-за стола. Он сидел на корточках и мог лишь слушать собственное дыхание и приближающиеся шаги. Из-под стола виднелись ноги в начищенных коричневых туфлях, и Шеид невольно подумал, что, наверное, скоро на них окажется его собственная кровь. Ему бы предпринять попытку сбежать, но куда и как?       А ведь оставалось совсем чуть-чуть! Ещё немного, и он бы, вновь слившись с тенью, убежал из особняка с драгоценными часами!       Если это конец, то лучше встретить его достойно, бороться, даже если шансов на победу заведомо нет. Решив так, Шеид дождался, когда враг обойдёт стол, вскочил с места, схватил придавливавшее какие-то документы пресс-папье и замахнулся, целясь в голову.       «А ведь у него мог быть пистолет», — запоздало подумал вор.       Но оружие не понадобилось. Сильная ладонь остановила исхудавшую руку вора, больно сжалась вокруг, так, что, казалось, вот-вот послышится хруст костей. Шеид невольно отпустил пресс-папье, и оно с грохотом упало на пол. Мгновение, и вторая рука вора тоже оказалась в капкане крепких пальцев.       Мужчина резко впечатал Шеида в стол. Вор почувствовал, как в спину уткнулись скрепки, зажимы и чёрт знает что ещё, а в пояснице неприятно хрустнуло от неудобной позы. Шеид смотрел на мужчину расширившимися фиолетовыми глазами, доставшимися от какого-то подверженного радиации родственника, а враг глядел на него с жутковатой неподвижностью анаконды.       — Ты и вправду, как о тебе и говорили, абсолютно незаметен в тени, раз смог прошмыгнуть в мой кабинет.       Шеид почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Перед ним был не просто рядовой член группировки, а босс личной персоной. Перун, глава Черноморских туч.       — Только вот что-то за последние пять лет о тебе не было ни слуху, ни духу, — в голосе босса проскользнуло любопытство, и угроза в карих глазах смешалась с интересом хищника.       Шеид почувствовал, как сердце от страха готово проломить рёбра, хотя пару секунд назад он думал, что достиг пика ужаса. Их разница в силе была очевидна. Перун был высоким, широкоплечим, белый костюм подчёркивал крепкое тело, и выглядел он так, словно мог одной рукой держать Шеида под мышкой, а другой колотить недругов из враждебной группировки.       Но кроме силы Перун славился жестокостью, слыло множество слухов о том, как долго и мучительно он убивает тех, кто перешёл ему дорогу. И Шеид в своё время успел вдоволь наслушаться этих легенд.       Ну почему его не нашла охрана и тут же не пристрелила?       — Знаешь, — вновь заговорил Перун, отчего Шеид вздрогнул, — я верю в то, что ты самый ловкий вор всего Готтлосграда. О тебе всегда ходило много историй вроде «вор, прячущийся в тени, украл то-то, стоящее столько-то, и его не то что не поймали, даже увидеть не смогли!» Но ты не смог украсть ничего в моём доме, не потому что молва оказалась лжива, и даже не потому, что после пяти лет отставки якобы потерял форму. Нет, этого просто не может быть, это не причина. Правда в том, что ты решил ограбить меня. И я об этом знал.       Шеид разлепил сухие губы:       — Информатор?..       — Подставной.       Шеид внимательно наблюдал за изменениями на лице Перуна, отчаянно пытаясь хоть что-то понять. Карие глаза были хитрыми и загадочными, но в то же время исполнены какой-то странной доброжелательности. Перун отпустил одну руку Шеида, но тот настолько онемел от страха, что даже не смог воспользоваться этим. Послышался треск. Это Перун просто выдернул ящик стола, игнорируя замок. Шеид вздрогнул от громкого звука и мысли, что его сейчас забьют до смерти этим ящиком, и Перун это прекрасно почувствовал, отчего заулыбался ещё сильнее.       Внезапно руку освободили. Больше никто не удерживал Шеида, и тот, не веря в происходящее, медленно открыл глаза. Перун стоял перед ним, простирая ладонь с покоившимися на ней часами.       — Ты ведь это хотел? Забирай.       Шеид не спешил принимать внезапный подарок. Вот подойдёт он поближе, и Перун как врежет ему кулаком свободной руки.       — Зачем?       — Этого хватит не только покрыть долги, но и на личные расходы, — как ни в чем небывало объяснил Перун. Шеид продолжил взирать на него с немым вопросом. Перун вздохнул и пояснил: — Расплатись с долгами и возвращайся, Шеид. Такие люди, как ты, очень нужны мне.       Через несколько дней он пришел в особняк при свете дня, полностью открытый и беззащитный без своих теней. Он вошел через центральные ворота. Его пропустили без проблем. Он спокойно поднялся на второй этаж и вошел в уже знакомый, на этот раз не запертый кабинет. И первое, что он услышал, было:       — Я ждал тебя, Шеид.              Тихонько постучав, Шеид открыл дверь с временно выключенным электронным замком.       — Босс, Общество Оккультизма прибудет с минуты на минуту, — сообщил он, зайдя в кабинет.       — То их днём с огнем не сыщешь, то приходят как снег в июле.       Мэр Готтлосграда сидел в мягком кресле и соскребал со стенок стаканчика остатки мороженого. Сообщение о визите тех, кому он сам же и назначил встречу, его не обрадовало.       — Вы злитесь лишь потому, что из-за их прихода не успеете насладиться ещё одной порцией, — Шеид вздохнул. — Хотя, вам же ничего не мешает взять второй стаканчик, если с ними будет беседовать тень.       Секретом того, почему никто никогда не проводил параллель между нынешним мэром Готтлосграда и боссом преступной группировки, являлось то, что вместо себя Глинт всегда посылал тень. Мнимый мэр хорошо играл свою роль, не терял самообладания и успешно импровизировал. А благодаря пластической хирургии был заменим. К счастью, за всё время тень пришлось поменять лишь раз.       Для Общества Оккультизма Глинт не собирался делать исключений и планировал наблюдать за разговором через камеры.       — Шеид, ты же не ешь, глядя на кучу дерьма.       Шеид примирительно поднял руки. Он знал, как тошно Глинту от того, что они вынуждены просить у них помощь.       — Глава Общества Оккультизма вместе со своими подчиненными только что прошли через главные ворота, — донесся женский голос из динамиков компьютера, а вслед за ним на мониторе вспыхнуло изображение с видеокамер.       — А вот и они, — сказал Шеид.       — Чтоб их все демоны и разом, — прошептал Глинт, отставляя в сторону пустой стаканчик. — Иди, пригляди там за всем.       Шеид послушно направился к выходу, но перед тем, как покинуть кабинет, повернул голову через плечо и лукаво спросил:       — А ты будешь приглядывать за мной?       Глинт хмыкнул и махнул рукой, подгоняя Шеида. Тот подмигнул напоследок и закрыл за собой дверь.       Камеры передавали на монитор чёткую картину, и Глинт внимательно разглядывал главу Общества Оккультизма. Пожилой мужчина был облачен в длинный темно-коричневый плащ с золотой вышивкой у подола и на манжетах, а в руках держал трость с рукояткой в виде головы льва. Глинт гадал, что же за красные камни вместо глаз у животного. Он перевёл взгляд с трости на лицо гостя, отмечая, что борода главы лишь немного разбавлялась сединой, да и густые коричневые волосы отливали бронзой, а не платиной. Если бы мэр не знал наверняка, что человек на мониторе вдвое старше него, то даже предположить такого не смог бы. Впрочем, даже та дата рождения, что стояла в данных Мадлена, казалась Глинту фейковой.       — Как неожиданно было услышать ваше приглашение.       — Неудивительно. Ведь мы работаем в разных сферах, — спокойно произнесла тень.       Глинт испытывал к нынешнему мнимому мэру неоднозначные чувства. С одной стороны, тень было трудно вывести из себя, что помогало, когда речь шла о дебатах, выступлениях на телеканалах или обсуждений в городской думе. Но когда дело касалось преступного мира, ему не хватало способности внушать опасность. Глинт понял это сразу, поэтому никогда не выставлял тень перед другими боссами. Так что ему было немного волнительно от того, как фальшивка справится на переговорах, которые не имели отношения ни к политике, ни к криминалу.       Общество Оккультизма было основано общиной, которая не имела чёткого названия, но даже так её члены могли легко распознать друг друга по определённым признакам, неизвестным другим. Глинт и даже самые смышлёные информационные дилеры не знали толком, в чём его суть и чем конкретно они там занимаются. По слухам, в нынешние времена люди, не состоящие в общине, тоже могли получить приглашение в Общество Оккультизма. По более проверенным слухам, их обычаи сильно отличались от привычных, и между признанной конституцией и своими правилами они выбирали второе. Даже если это шло вразрез с законом.       Предыдущий мэр Готтлосграда покрывал их преступления, поскольку Общество Оккультизма владело заводами по производству запчастей для самолётов. Они продавали их по очень выгодной цене. Причиной тому, по слухам, служил неоплачиваемый детский труд младших членов общины. Доказательств преступления не было, но Глинт вполне мог поверить в это. Чёрт знает, что может твориться в логове этих сектантов. В отличие от своего предшественника, Глинт не собирался делать им никаких поблажек. Плевать на самолёты. Может, лет десять назад это и было выгодно, но сейчас настала эра риал-протезов.       Мадлен сидел на диване в комнате переговоров мэрии Готтлосграда, жмурился и вежливо улыбался. По обе стороны от него сидели охранники, давая главе пространство, но находясь достаточно близко, чтобы незамедлительно оградить его от опасности. Рядом с креслом, в котором расслабленно сидела тень, стоял лишь стройный Шеид, на первый взгляд не внушающий опасности.       Глинт подумал, может, так даже лучше. Не чувствуя угрозы, Мадлен расслабится и взболтнёт лишнего.       — Так, когда же меня почтит своим присутствием Перун? — спросил Мадлен.       Глинт оторвался от спинки кресла и тяжело уставился в экран, тень молчала, а Шеид непринуждённо спросил:       — Вы имеете в виду языческого бога?       Мадлен легко улыбнулся в ответ.       — Если вы сможете, то я очень заинтригован.       Шеид, как и Глинт, понимал, что бесполезно делать из Мадлена дурака. Его слова не походили на блеф, откуда-то он знал, что мэр и Перун — один человек. Шеид коснулся плеча тени и велел уходить. Тот поднялся, не проронив ни слова, и ушёл.       Глинт наблюдал за тем, как Шеид садится в освободившееся кресло, и мысленно сделал пометку приказать правой руке проверить участников группировки. Была большая вероятность, что среди них завелась крыса.       — Лицо босса несоизмеримо дорого, — объяснил Шеид. — И нет никакой гарантии, что эта встреча того стоит.       Мадлен изучающе смотрел на него. Глинт понял, что глава сектантов, как он их звал, пытается понять место Шеида в иерархии группировки. Да, его допустили к переговорам, ему подчинялась тень, и в какой-то мере он говорил от лица босса. Место Шеида было высоко, но недостаточно, чтобы Мадлен пожелал продолжать с ним разговор.       Глинт нажал на кнопку и из динамиков камер в комнате переговоров раздался его голос:       — Чего скис, Мадлен?       — О, а вот и Перун. Говорит прямо с неба, — иронично заметил Мадлен. — Я всегда думал, что боги посмелее.       Глинт сжал челюсть и с трудом удержал желание связаться с подчинёнными, патрулировавшими территорию неподалёку, чтобы те ворвались в переговорную и расстреляли этого старикашку.       — Откуда нам знать, Мадлен, что вы тоже не болванчик? — спросил Шеид.       Мадлен сурово посмотрел в фиолетовые глаза. Его брови нахмурились, образуя глубокие морщины на лбу, каждая мышца лица напряглась, подчеркивая непреклонность и готовность к любым действиям. Но Шеид не впечатлился. Он видел взгляд и посильней. Взгляд своего босса. Ему было неважно, как смотрел на него Мадлен, ведь главная задача — разъяснить гостю, как следовало обращаться к Перуну.       Глинт знал, что перед Шеидом настоящий глава Общества Оккультизма. Ему не нравилась тактика принижать свои познания перед противником, но он признавал, что иногда она работала. Шеид не раз выходил победителем благодаря тому, что его силу недооценивали, а о способности управлять тенями так и вовсе не подозревали.       Приняв для себя какое-то решение, Мадлен немного расслабился и повторил вопрос:       — Так зачем вы меня пригласили?       Глинт нажал на кнопку и аккуратно начал:       — У меня возникли некоторые проблемы с курьерами.       — Теряете из-за них влияние? — точно заметил Мадлен.       — Хочу избежать подобного, — соврал Глинт. Вот уж о чём старику точно не стоило знать, так это о том, что трон Перуна потихоньку крошился.       Глинт сжал зубы от злости на сложившуюся ситуацию. Почему всё так вышло? Он же так уверенно взбирался наверх, так хорошо держал при себе и должность мэра, и звание босса одной из самых крупных и влиятельных группировок. Глинт всё пытался определить тот самый миг, когда пошли первые трещины. Он всегда говорил, что именно курьеры для особых заказов внесли в преступный мир перемены, но, может, было что-то ещё? Неужели час славы и вправду не мог длиться вечно, и всё рано или поздно заканчивается? Глинт не хотел этого принимать, хоть и признавал, что уже взял в привычку разглядывать со всех сторон Веронику и её контору, как законсервированную в банке аномалию. Но что-то же повлияло на эту аномалию. Что-то создало контрактора. И этим чем-то было Общество Оккультизма.       — Один из курьеров — контрактор, — сказал Глинт по громкой связи.       Мадлен даже не шелохнулся.       — Да, этот слух давно ходит по Готтлосграду. Вы искренне верите в подобных существ?       — Существ? Неужели контракторов несколько? — ехидно улыбнувшись, поинтересовался Глинт. Он был доволен тем, что его оппонент, который должен был временно стать союзником, сболтнул лишнее.       — Вы не ответили на мой вопрос, — напомнил Мадлен.       — Я способен видеть сокрытое от человеческих глаз. Поэтому существование хотя бы одного, — Глинт сделал особый акцент на последнем слове, — контрактора не является для меня тайной.       — Вы уверены, что среди подчиненных Вероники действительно есть контрактор и это не просто слух, который она создала ради привлечения клиентов?       — Да, — твёрдо ответил Глинт. — По правде сказать, я думал, они прикроют лавочку после случая со статуэткой в виде крадущегося волка. От неё явно веяло чем-то…       — Хотите сказать, что предполагаемый контрактор уже дотронулся до оберега? — перебил Мадлен. Подобная новость явно потревожила его.       — Что за оберег? — спросил Шеид.       Повисла пауза. Глава Общества Оккультизма тщательно обдумывал слова мэра, а тот не отрывал взгляд от пожилого лица на мониторе. Молчание затянулось, и Глинт нарушил его, прямо заявив:       — Я хочу, чтобы вы сказали, как победить контрактора.       — С чего вы взяли, что мне известно об этом?       — Хватит, Мадлен — сурово велел Глинт. Он уже начинал чувствовать, как кабинет заполняет его собственная астральная энергия. — Если Общество Оккультизма создало его, то и слабые места вам известны.       — Для начала нам нужно узнать действительно ли тот, о ком вы говорите — контрактор, — уклонился Мадлен.       — Его зовут Феликс Громов. И у него очень необычные способности.       — То, что он обладает ими, ещё ничего не значит. Они ведь и у вас есть.       — И что теперь?       — Для начала моя организация выяснит, правда ли некий Феликс Громов — тот, кем вы его считаете, — поднимаясь с дивана, озвучил решение Мадлен.       — Можно подумать, вы не помните имени того, над кем поэкспериментировали, — раздражённо бросил Глинт.       — Проверка в любом случае должна быть.       Немного опираясь на изящную и дорогую трость, Мадлен вместе со спутниками не спеша направился к выходу. Чтобы сдержаться и не отдать охране приказ пристрелить наглого старикашку, Глинт предпочёл сосредоточиться не на Мадлене, покидающего мэрию, а на Шеиде, прямо смотрящего в одну из камер.       

***

      Мадлен сидел в своём кабинете, глубоко задумавшись над словами мэра. Ещё несколько лет назад он не стал игнорировать слух о контракторе среди курьеров, подкинул им пустяковый заказ только для того, чтобы свести их с одним высокопоставленным членом общества. И тот ничего не обнаружил. Мальчишки были необычными, обладали куда большими способностями, чем простые люди, но никто из них не излучал особенной астральной энергии.       У Мадлена не было причин не доверять этим данным, однако чутьё подсказывало, что всё не так просто. Именно поэтому он постарался, чтобы Черноморские тучи наткнулись на оберег. Мадлен давно знал, что Перун не в восторге от деятельности курьеров. Шанс был один на миллион, но, о чудо, Перун таки додумался подкинуть им статуэтку. А от одного из приближённых Мадлен узнал, что судья в соседнем городе был сожжён заживо после того, как решил оправдать насильника. Который призвал на помощь курьеров. И тогда, возможно, этот Феликс коснулся и молотка. Если он действительно контрактор, то всё складывалось удачно.       Глава Общества Оккультизма размышлял, как ему лучше поступить. Он выяснил, где учится Феликс Громов, и у него был человек, способный справиться с этим поручением, однако меньше всего Мадлену хотелось втягивать в это именно его. Но других вариантов он так и не смог придумать, поэтому очень скоро глава поднёс к уху телефон, ожидая ответа.       — Что на этот раз? Старик, ты же знаешь, что я только недавно с задания, — раздался недовольный голос из динамика.       — Феликс Громов. Он ведь учится там же, где и ты? — не обращая внимания на слова собеседника, спросил Мадлен.       — Да. Мы с ним в одной группе.       — Я хочу, чтобы ты начал следить за Громовым. Будешь ли ты делать это, подглядывая из-за угла, или станешь ему «другом» — мне всё равно. Важен лишь результат.       — Результат? — переспросил собеседник.       — Просканируй его на наличие астральной энергии и выясни, является ли этот Феликс контрактором.       — Контрактором?! Старик, хочешь сказать, он тако…       Договорить Мадлен не дал. Посчитав, что раздал подчиненному все указания, он сбросил вызов и занялся другими делами.