IV
17 апреля 2016 г., 09:05
— Ну и что же я найду здесь? — Эштон спросил заключенного, улыбаясь ему.
— Всё, что твоей душе угодно, — ответил он, опуская взгляд на свою обувь.
Эш взял карту арестованных, входя в камеру.
— Надеюсь что нет, Хили. — Люк быстро последовал за ним, готовый к очередной неделе проверки камер.
Люк бросил на заключенного Хили быстрый взгляд, маленький мужчина смотрел на офицера.
Заключенные постоянно находят способ приносить вещи, которые они не имеют права хранить в камере. Они могли притаскивать сюда мусор, который валяется в коридорах или умолять поставщиков принести им кое-что, от чего они имеют немалую зависимость.
Это было главной причиной тщательных и частых обысков камер.
Люк опустился на пол, роясь под кроватью, освещая все фонариком чтобы найти что-нибудь блестящее, что не должно блестеть.
Эштон взял бумаги заключенных, роясь между книгами и распахивая обложки.
— Никогда не знаешь во что угодишь, Лукас.
— Да, не сомневаюсь, — ответил он cо вздохом, поднимаясь с пола.
— Я видел такую сумасшедшую и впечатляющую херню в этих камерах.
Эштон был крепким парнем, внутри и снаружи. Он говорил глубоким, громким голосом в независимости от мероприятия. Люк поднял глаза на него. В каком-то смысле, он хотел быть таким, как Эштон. Он хотел заходить в комнату, заставляя всех затихнуть. Он хотел устрашать.
Люк и Эштон проверили комнату, впуская двух заключенных обратно.
Майкл стоял снаружи своей камеры. На его губах красовалась улыбка, так же как и на губах его сокамерника.
— Доброе утро.
— Что вы скрываете? — Эштон взял их карту, словно до сих пор не знал что это за парни и что им не разрешается.
— Ничего, сэр, — сказал Майкл.
Сержант поднял взгляд на заключённого, который так и сиял нехваткой впечатлений.
— Я не доверяю твоей улыбке, да и самому тебе тоже.
Майкл подал плечами:
— Это звучит так,словно это твои проблемы.
Эштон пронёсся мимо заключённого, практически зацепив его своими широкими плечами. Он развернулся, наблюдая за Люком, который следовал за ним в камеру.
— Я ещё никогда так не ненавидел заключённых, пока не появился этот Клиффорд десять лет назад. — Сказал Эштон с повышенным голосом.
Люк одарил его лёгкой понимающей улыбкой.
— Мне кажется у меня с ним тоже довольно много каких-то разборок, разве нет?
Эштон хлопнул блондина по спине:
— Я думаю, ты уже и сам знаешь ответ. — Он опустился на колени и начал снимать простыни с матрасов, после чего разрывал на них швы и внимательно всё рассматривал.
— Начинай пролистывать дневники Клиффорда, он всегда прячет там какое-то дерьмо.
— А это разве не нарушение личного пространства? — Спросил Люк, взяв в руки дневник, обрамлённый кожаной обложкой. Он пролистал пару первых страниц, обратив внимание на неразборчивый почерк и пару рисунков.
— Он носит его каждую неделю к психологам, так что, думаю, это ни капельки не личное. Просто они таким способом убеждаются, что он не пытается убить себя. — Эштон проговорит это так, будто это абсолютно нормально, но Люк знал, что в этом нет ничего нормального.
Люк пролистал ещё пару страниц, мысленно восхищаясь ими. Они были неаккуратными, но этот беспорядок был искусством. Рисунки каких-то тёмных фигур прекрасно сочетались с тёмной сущностью и словами самого Майкла. Люк надеялся, что у парня всё в порядке.
Офицер отложил этот дневник и взял другой. Он заметил небольшую дырку в середине этой книги, и его сердце ушло в пятки. Он вовсе и не хотел, чтобы это было что-то плохое, он не хотел закладывать Майкла и втягивать его в это.
Люк открыл дневник и пролистал до середины, как только он перевернул последнюю страницу, то тут же заметил небольшой бутылёк, по всей видимости, с серином. Люк мог чувствовать, как его сердце билось прямо в его горле, и он вздохнул.
— Ты что-то нашёл? — спросил Эштон и начал разворачиваться.
У Люка была секунда, чтобы собрать все мысли воедино. Он мог бы спрятать это и спасти Майкла или же сдать его и спасти работу.
Мама воспитывала его честным, поэтому:
— Мне кажется, это серин. — Люк вытащил бутылёк, протягивая его Эштону, чтобы тот мог посмотреть на него при свете.
Сержант подозвал другого офицера, прильнул к его уху и что-то прошептал.
Люк обернулся, наблюдая за Майклом в углу комнаты, который внимательно изучал комнату. Его взгляд остановился на книге, которая была в руках Люка, после чего он перевёл глаза на спину Эштона.
Его взгляд встретился с Люком, и офицер мог спокойно понять по лицу арестованного, что его сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Люк наблюдал за тем, как светло зелёные глаза парня становились всё темнее и темнее, после чего парень развернулся лицом к стене у выхода, осознавая, что он уже точно пойман.
Пока не появились другие офицеры, Клиффорд думал, что у него ещё есть шансы избежать этого или хотя бы не быть снова заключённым в наручники, но его моментально прижали к стене, пока он не ожидал этого.
— Это тупо! — закричал Майкл. Он даже и не пытался сопротивляться, ибо знал, что это абсолютно бесполезно.
— Мы поговорим в изоляции.
— Я ебал! — выругался Майкл, как только его развернули. — Я блять урою тебя! — закричал арестованный, смотря прямо на Люка.
Люк прикусил свою губу и слегка попятился назад, неожиданно испугавшись за свою собственную безопасность. Ему не нравилась ни единая форма физического насилия — он выбрал немного не ту карьеру.
Эштон стряхнул пыль со своей формы, встав рядом с Люком.
— Не позволяй ему запугать тебя, он просто зол.
— Разве он не осознавал, что рано или поздно его поймают?
Эштон пожал плечами:
— Ни один из этих парней никогда не думает, что его могут поймать. Из-за этого они и оказываются здесь.
Люку было невероятно сложно в этот день, он каждые пару минут оглядывался, проверяя нет ли никого позади. Он был дико напуган.
