Живой или мертвый?

Прошло уже больше трех лет после начала этого ада. Люди за считанные дни превратились в вымирающий вид. Мы спрятались под землей в надежде выжить, но еды не хватает, и нам приходится выбираться наружу. Города стали населять зомби, ходячие мертвецы. Они не едят нас, но не брезгуют животными и птицами. Но местность так же опасна, вдали от городов стали блуждать трупы. Это не те зомби, которые живут в городах, они безжалостны и сжирают нас до костей. Редкие случаи, когда нам удавалось выжить на поверхности с минимальными потерями, и вот теперь, когда дети стали умирать без солнечного света, мы хотели просить у зомби защиты и укрытия, которые они дают другим людям. И даже если это неправда, лучше умереть, сражаясь в городе, чем в пустоши, где мы, как на ладони. Многие из людей не верят этим сказкам, но я, как командир должен верить в лучшее ради спасения человечества. Грузовик довез нас до небольшой деревушки примерно в сорока километрах от нашего укрытия. Решив закрыться в лесу на ночь, мы разбили лагерь и приготовились дежурить. Примерно в десять вечера дежурные заметили особь (не было возможности разглядеть, кто это), но, судя по тому, как он припадал на правую ногу, можно было сказать, что это зомби. Он был невысокого роста, рюкзак на плече и дробовик в руках. Пройдя метров сто, он остановился под деревом и скинул рюкзак. Я дал знак вести себя тихо и наблюдал, как зомби доставал что-то из рюкзака, и, присмотревшись, увидел контейнер с чем-то жидким. Догадка о том, что это может быть, пришла много позднее, когда уже на поляну вышел труп и «весело» бежал прямо навстречу к зомби. Тот был невозмутим. Молча взвел курок, прицелился и выстрелил. Точно в голову. Это просто потрясло всех людей. И меня тоже. Когда он начал подходить к телу, я тихими шагами преодолел расстояние до него за минуту. Автомат был заряжен, я держал зомби на прицеле. Парень, а я уже успел определить его пол, тянул руку к голове трупака, но я решил помешать, мне не нужны проблемы с целой толпой трупов. — Стоять! Чертов труп! – зомби медленно повернул голову на меня. Его зрачки были сужены, но цвет глаз был заметен даже ночью — зеленые, как трава. — Давид! Не разговаривай с ним! Стреляй! Они не разумны!! — парни из моего отряда тоже выбрались на поляну. Зря они. Это очень опасно, особенно, если вся деревушка населена этими трупами. Похоже, не один я так думаю, потому что зомби заговорил: — Слушайте, уходите быстро. Моя приманка на них до сих пор открыта, — подал он голос и указал на контейнер, — а ещё вы тут, представьте, какой пир тут трупакам. Меня-то не тронут, а вот за вас не ручаюсь, — он усмехнулся, а я задумался над его словами. Он прав. Все парни из отряда шокированно уставились на контейнер, стоявший в метрах десяти и потом на меня. Я не задумывался, дал знак к отступлению, а сам, вытащив наручники, сковал зомби и отвел к грузовику. — Ты идёшь с нами, — мы сели в грузовик. Мы уже отъехали, когда из деревушки выбежали сразу семь трупов. Мои парни, не скрывая страха, отстреливали их, оставаясь на земле, давая нам уйти. "Я вас не забуду. Мы выживем, и вы станете героями", — мысленно пообещал я.

***

Я запер его в клетке. Пока парни отчитываются перед начальством, я наблюдал за зомби. Его руки оставались скованы наручниками, но он будто не замечал их и лишь смотрел на меня своими зелеными глазами, которые на фоне белых волос смотрелись ужасно ярко. — Может, хотя бы поесть мне дашь? — подал, наконец, голос зомби. — Зачем трупам еда? Вы же едите только человеческие мозги, — я подошел близко к клетке, поедая бутерброд с курицей. — Слушай, — он дернулся в мою сторону и смотрел прямо в глаза, — я, может, и сдох, но я не такой, как те твари! — злоба так и читалась на его лице, хотя глаза оставались такими же, как и были. Неожиданно он подался вперёд, голова парня толкнулась в решетки, но те прогнулись в стороны, а он сам дотянулся до меня и, раскрыв рот… откусил добрую половину бутерброда. Потом он отшатнулся, врезаясь спиной в решетку и спускаясь по ней на пол. Он жевал хлеб и мясо, а его лицо искривилось гримасой боли. Парень закашлялся, выплевывая пережеванное ранее, и начал биться об решетки, а я просто смотрел на него. Он успокоился, приподнялся на ногах, насколько это позволяли решетки, и, наконец, позволил рассмотреть себя. Я застыл в шоке. Его глаза остались зелеными, но зрачок стал шире, притом, что освещение было достаточно небольшое. Волосы потемнели и приобрели русый оттенок, кожа разрумянилась. — Теперь ты доволен? — произнес он немного хриплым голосом, зло смотря на меня. — Э…. это… немыслимо… — Выпусти меня! Я безопасен! Можешь проверить, — он вытянул шею, — пульс есть и кожа теплая. Я протянул руку, касаясь нежной кожи, а парень вздрогнул, смотря в стену. Действительно, теплый, пульс только частый. — Хорошо, я тебя выпущу, но если выкинешь что-нибудь, — я достал из заднего кармана штанов нож, — тебе будет плохо. — Что я могу сделать? — он посмотрел мне в глаза. И правда, за все время я успел его достаточно рассмотреть. Худощавый парень с русыми волосами и зелеными большими глазами в обрамлении густых длинных ресниц. Я открыл клетку и выпустил его, снимая наручники, он стал растирать запястья и иногда морщиться. — Как тебя зовут хоть, недозомби? — я старался говорить как можно дружелюбнее. — Ник. И я хочу есть. Твой бутерброд, конечно, вкусный, но мне его мало. Последнее, что я ел, это был небольшой котенок неделю назад. — Извини, но котят тут нет, и перестань это говорить с таким наслаждением, — я рассмеялся, скорчив рожу, Ник последовал за мной. Значит, не все зомби плохие и, получается, что живущие в городах действительно обладают разумом, а не только жаждой человечины.