Хогвартс открыт для всех

Субботнее утро Шерлок встретил, со скептицизмом рассматривая строчки присланной Майкрофтом книги. Строчки эти гласили: «Пригласите куда-нибудь Вашего возлюбленного. Время, проведённое вместе, даст вам шанс лучше узнать друг друга». В выходной все студенты по обыкновению собираются в Хогсмид. Шерлок поморщился, представив их с Джоном, сидящих за столиком в каком-нибудь кафе и уплетающих сладкую вату. Полный бред. Впрочем… – Джон! Джон, вставай! – Холмс, резко вскочив и забравшись на край джоновой кровати, принялся методично расталкивать сладко посапывающего Уотсона. – Если ты опять поджёг шторы, я тебя убью, – сонно пробормотал Джон, переворачиваясь на другой бок. – Не шторы, Джон, – раздражённо откликнулся Шерлок, дёргая одеяло. Это было всего раз, сколько можно об этом вспоминать? – Я не дам тебе свои учебники, ты и на них прольёшь какую-нибудь дрянь… – Да нет же, мне нужны глаза, – встряхнул головой Холмс, и Джон, наконец, повернулся к нему. – Что? Уотсон выглядел преступно умилительно. Не до конца проснувшийся, он непонимающе щурился, глядя на нависшего над ним Шерлока. – Глаза, – повторил Холмс и, подумав, добавил: – сушёные. – Извини, ничем не могу помочь, мои мне ещё нужны, – Джон широко зевнул, собираясь продолжить спать. – Да не твои, идиот, – хмыкнул Шерлок, – а листохвостого геккона. – Кого? Точнее, при чём тут я? – Листохвостого геккона. Ты сходишь со мной за ними в один магазин в Хогсмиде, – стараясь выглядеть непринуждённо, произнёс Шерлок. – Чёрт, сегодня же суббота! Который час? – Джон подскочил на кровати, отчего Шерлок, не ожидавший от него такой прыти, схватившись за одеяло, свалился на пол. – Уже десять, – недовольно ответил Холмс, отпихивая от себя одеяло, ничуть не смягчившее падения. – Так ты пойдёшь со мной в Хогсмид? – Я иду туда с Мэри, – вставая и потягиваясь, заявил Джон. – Она нам не помешает, – решил пойти на уступку Холмс, подумав, что вообще-то предпочёл бы обойтись без неё, но… – Конечно, это ты нам помешаешь, – Холмс непонимающе моргнул, а Джон смотрел на него, словно он сморозил какую-то глупость. – Мы с Мэри идём на свидание, Шерлок. – И? – язвительно фыркнул он, глядя на Уотсона снизу вверх. Он не понимал, почему Джон делает из этого такую проблему. – И твоё присутствие там крайне нежелательно, – выразительно закатил глаза тот. – Мы же друзья, – возразил Шерлок. – Соседи, – хмуро поправил его Джон и отправился в ванную, по пути бросив: – И бога ради перестань таскать мои свитера, у меня нет их неиссякаемого запаса. Шерлок поднялся и, пнув ни в чём неповинное одеяло, так и оставшееся на полу, вышел из комнаты. Чёртовы свитера, чёртова книжка, чёртов Джон Уотсон.

***

За завтраком, на который он всё-таки пошёл, Шерлок занял место по правую руку от Джона, в то время как Мэри сидела по левую. Пришедшая Уизли сверкала улыбкой и явно была чем-то довольна, но не спешила делиться новостями. По её осторожному взгляду на Мэри Шерлок понял, что эта новость не для лишних ушей, а по учебнику в руках – то, что это явно как-то связано с Адамсом. Он ещё не решил, как относиться к Уизли – она порядком его раздражала, но Шерлок полностью разделял её убеждённость в том, что Джон должен быть с ним. Возможно, слыша постоянные намёки на их якобы отношения от Уизли, Джон всё же задумается об этом? Но, когда Уизли в очередной раз заголосила про «распад Джонлока», Уотсон свою позицию выразил предельно ясно, припечатав девицу строгим взглядом. – Объект код 10-40, – выдала Роза на вопрос Лиама про учебник зельеварения. О, она установила слежку за преподом? Неплохо. Это могло бы облегчить поимку Штриги, если бы Адамс ею являлся. Но Шерлок был убеждён в обратном, а потому эта новость была абсолютно бесполезной для него. А вот Уотсон явно не понял метода шифровки Розы и поэтому недоумённо смотрел на девушку. – Какого… – начал Джон, но Холмс не дал ему договорить, склонившись к его уху. – Она повесила на Адамса следилку, – шёпотом проговорил он, чувствуя, как Джон вздрогнул, когда Шерлок случайно слегка коснулся губами его кожи. Судорожно вдохнув, Уотсон кивнул, покрываясь лёгким румянцем. Можно было бы порадоваться такой реакции Джона на его близость, но только Уотсон так же, если не сильнее реагировал на Морстен. И в Хогсмид он идёт именно с ней. После завтрака Шерлок направился в свою комнату, вспомнив о том, что у него был один незавершённый опыт – отличная альтернатива походу по глупым магазинам в обществе множества безмозглых студентов. Если повторять это про себя достаточно часто, наверное, можно в конце концов в это поверить. Измельчая листья брусники так, чтоб они не проходили сквозь сито с диаметром три миллиметра, Холмс думал, что он слишком быстро привык к присутствию Джона в своей жизни. Они раньше практически не общались – просто Уотсон несколько раз пытался вставать на его защиту, когда на Шерлока накидывался чуть ли не весь факультет. Мотивов Джона он тогда не понимал, считая, что Уотсону просто нравится чувствовать себя спасителем всех униженных и оскорблённых. Подготовив котелок для экстракции, Холмс принялся отвешивать точное количество сырья. Как оказалось, репутация спасителя Джону была не нужна, он действительно просто хотел помочь. Это и зацепило Шерлока. Засекая время кипения воды, Шерлок вспоминал, как пытался понять тогда Джона и как его попытки с треском проваливались. Он честно искал потайной умысел, которого не было. Заселение Уотсона в его обитель – лучшее, наверное, что происходило с ним в этой школе. Он знал, как его однокурсники выбирали новую «жертву» для соседства с психом, и почти перестал надеяться, что удача улыбнётся, и Джон таки проиграет. Но Уотсон проиграл и перетащил свои немногочисленные вещи в комнату местного фрика, а Шерлок получил возможность находиться рядом с ним. Охладив полученный экстракт и профильтровав его, Холмс пошёл к шкафу, чтобы достать необходимые реактивы для очистки. Шерлок не знал, что надо делать для того, чтобы кому-то понравиться. Точнее, он не знал, как сделать так, чтобы этому «кому-то» понравился он настоящий. Отыграть роль он мог, но не хотел – этот способ не подходил из-за своей недолгосрочности. Когда на его резкий монолог с выводами о семье Джона и обо всём, что он смог «прочитать» по нему, Уотсон ошарашенно произнёс «Фантастика», Шерлок подумал, что Джон – именно тот, кто ему нужен. Шерлок сгрёб с полки сразу все три флакончика и резко закрыл дверцу шкафа – мало ли. Подходя к рабочему месту, которое представляла многострадальная поверхность тумбочки, Холмс запнулся о валяющуюся на полу сумку с учебниками и полетел на пол. Пузырьки вылетели из рук и, повстречавшись с каменным полом, разбились. Если цинковая пыль и ацетат свинца не представляли никакой опасности, то концентрированная серная кислота была явно проблемой посерьёзнее. Кислота, попавшая на рукав джонового свитера, прожгла в нём дыру и повредила кожу на запястье. Шерлок зашипел, быстро стягивая с себя свитер, чувствуя, как жжёт руку и лицо – видимо, брызги попали и на него. Выругавшись, он бросился в ванную, чтобы промыть полученные ожоги. Глядя в зеркало, он заметил несколько небольших белых пятнышек на щеке и, вздохнув, от души ополоснул лицо водой. Рука пострадала чуть сильнее, но ничего особенно ужасного Шерлок не увидел. Для верности, намылив здоровую руку, промыл мыльным раствором ожоги, шипя от боли. Вернувшись в комнату, он понял, что продолжать эксперимент нет никакого настроения. Бросив печальный взгляд на испорченный свитер, Шерлок подошёл к сундуку Джона, намереваясь найти там новый. Перерыв все вещи, свитера он так и не нашёл, зато на дне сундука он откопал кое-что гораздо занимательнее. Пистолет. Зачем Уотсону в магической школе «Зиг зауэр»? Этот человек не перестаёт поражать. Хмыкнув, Шерлок положил пистолет на место и выцепил из вещей наиболее приемлемого вида рубашку. Вздохнув, Холмс повалился на кровать Джона, потому что на его постели были разбросаны листья брусники, конспекты и пара ножей. Уткнувшись лицом в подушку Уотсона, Шерлок думал, что с такой степенью везения у него нет никаких шансов заинтересовать Джона. Тот скорее предпочтёт проводить выходные с симпатичной девушкой в кафе, как все нормальные люди, а не разбираться с последствиями неудавшегося опыта по выделению гидрохинона. Хотя, судя по содержимому сундука Уотсона, тот не так прост. Лёжа с закрытыми глазами и представляя, как прямо сейчас, возможно, Джон держит Мэри за руку, Шерлок злился. На себя. За то, что отпустил их вдвоём; за то, что не имел никакого права удерживать Джона; за то, что, вероятно, может упустить даже такой призрачный шанс быть с ним. С не самыми весёлыми мыслями Шерлок не заметил, как провалился в сон.

***

– Шерлок, что тут, чёрт возьми, творится?! Холмс проморгался, просыпаясь. Рядом с кроватью над ним стоял Джон и хмуро разглядывал своего соседа. – Неудачный эксперимент, – проворчал Шерлок, не желая вдаваться в подробности. – А хотя бы стекло с пола можно было… Боже, что у тебя с лицом? Шерлок озадаченно провёл рукой по щеке, чувствуя под пальцами небольшую шероховатость – капли серной кислоты оставили свой след, который, к слову, был ещё болезненным. – Обжёгся, – коротко ответил он, на что Джон, покачав головой, скрылся из поля зрения. Приподнявшись на локтях, Холмс увидел, как тот копается в своём сундуке. Шерлок задержал дыхание, гадая, заметит ли Джон, что он дорылся в поисках свитера до того, что ему видеть было нельзя. Достав оттуда аптечку, непонятно на кой чёрт нужную, Джон присел на край кровати рядом с ним. Не заметил. Вытащив мазь от ожогов, Уотсон выдавил немного на палец и, взяв в свои руки тонкое запястье Шерлока, принялся обрабатывать повреждение. Холмс смотрел на его сосредоточенное лицо и боялся лишний раз вздохнуть. Забинтовав ему руку, Джон поднял голову, внимательно разглядывая лицо Шерлока. Прицокнув языком, Уотсон аккуратно коснулся его щеки пальцем, на котором была мазь. Шерлок неотрывно следил за ним, не говоря ни слова и наблюдая за своим отражением в чужих зрачках. Джон был близко – слишком близко, но Шерлоку разрешалось только сидеть и смотреть на него, подставляя лицо в точках ожогов будущему колдомедику. – Готово, – прокашлявшись, сказал Джон, вытирая руки о кусок неиспользованного бинта. – Спасибо. Уотсон недоверчиво прищурился, но никак не прокомментировал его ответ, поднимаясь с кровати и убирая аптечку обратно в сундук. А Шерлок чувствовал, как горят щёки, и на этот раз это было явно не следствием действия кислоты. – Держи, кстати, – Джон кинул в него какой-то свёрток, который Холмс поймал на автомате. – Что это? – разворачивая пергаментную бумагу, Шерлок уставился на содержимое. – Сушёные глаза листохвостого геккона. Тебе вроде нужны были. Думая, смеяться ему или лучше не стоит, Шерлок покачал головой.

***

Шерлок, поджав губы, смотрел, как эти пятеро героев отправляются на «поимку Штриги». Джон, выходящий последним с этими нелепыми очками на голове, бросил на него нерешительный взгляд, но Шерлок так и не сдвинулся с места, делая вид, будто не замечает этого взгляда. Дверь захлопнулась, и он остался один в комнате. Может, стоило пойти с ними, даже будучи уверенным в их ошибке… но Шерлок не был бы самим собой, если позволил бы им решить, что он допускает вероятность их правоты. Адамс не был Штригой и точка. Тогда кто был? Холмс задумчиво глядел в пространство, пытаясь найти ответ, который, как он был уверен, находился на поверхности. Но нужная мысль всё не шла. Если они будут медлить, то кто-то может погибнуть, но если они ошибутся (а сейчас эти идиоты как раз это и делают), у них будут связаны руки из-за бдительного присмотра преподов. На месте Адамса он бы заставил их пожалеть, что теория о связи его и Штриги вообще пришла в голову этим нерадивым студентам. Так ничего и не решив, Шерлок принялся ждать, от нечего делать открыв ту самую злополучную книжонку. «Если у Вашего возлюбленного плохое настроение, не доставайте его расспросами, подождите. Позже он будет благодарен Вам за проявленную заботу и, возможно, поделится своими проблемами». О да, как своевременно он увидел именно этот совет. Сегодня у Джона явно появятся некоторые проблемы, если Адамс не прибьёт их всех на месте. Спустя пару часов в комнату вошёл Уотсон, и Шерлок сразу понял, что их операция провалилась. Джон двигался, словно был пьян, чисто на автомате подходя к своей кровати и расстилая её. Как он и предполагал, Адамс оказался ни при чём. Племянница на Пуффендуе, вот оно что. Шерлок присел на кровать Джона, но тот на разговор настроен не был. Стиснув зубы и вспомнив совет из книги, Холмс не стал вопреки своему желанию допрашивать друга, пожелав тому спокойной ночи. Джон уснул быстро – видимо, сказывалось сегодняшнее напряжение, а вот Шерлока спать совсем не тянуло. Он смотрел на размеренно дышащего Уотсона рядом с собой, неосознанно поглаживая его плечо кончиками пальцев сквозь одеяло. Он не знал, сколько прошло времени, но тут Джон заворочался. Уотсон хмурился во сне, глаза под сомкнутыми веками двигались – началась стадия быстрого сна, и, судя по всему, Джону снилось что-то не очень приятное. – Шерлок. Холмс дёрнулся, думая, что Джон проснулся, но потом понял – тот зовёт его во сне. – Шерлок, – чётко повторил Уотсон и заворочался, ещё больше хмурясь. – Не оставляй меня. Резко выдохнув, Шерлок аккуратно сжал плечо спящего и лёг рядом, касаясь подбородком его макушки. – Я здесь, я рядом, – он не знал, что говорят в таком случае, и надо ли говорить вообще, ведь, по сути, Джон спит и не воспринимает информацию извне. Но, похоже, этого оказалось достаточно – Джон уцепился за его руку и прижал её к груди. Получилось, что Шерлок практически обнимал его со спины, стараясь не дышать, чтоб не разбудить Уотсона ненароком и не нарваться на что-то типа кулака в челюсть. Кто знает, как воспримет Джон его неожиданное соседство в пределах одной кровати. Уотсон больше не ворочался, а Шерлок получил возможность лежать рядом и даже обнимать ничего не подозревающего друга. Да, низко, подло и эгоистично. Но Шерлок ничего не мог поделать, вдыхая запах шампуня Джона и касаясь щекой его волос. В этот момент он был практически счастлив.

***

Ближе к рассвету он принялся аккуратно высвобождаться из объятий Джона, который во сне повернулся к нему лицом, уткнувшись носом в шею. Шерлок надеялся, что Уотсон не проснётся… но когда его надежды оправдывались? Голубые глаза распахнулись, и Джон, ещё не проснувшись до конца, непонимающе моргал, глядя на него. – С добрым утром? – попробовал Холмс, пытаясь отстраниться, но куда уж там. Уотсон, закинувший на него ногу и крепко держащий его руку, неосознанно сводил на нет все попытки. – Что на этот раз? – хриплым ото сна голосом поинтересовался Джон, не выглядя при этом особенно удивлённым, а у Шерлока от этого голоса по спине побежали мурашки. – Тебе приснился кошмар, – Шерлок чуть ли не касался кончика его носа своим и чувствовал, как начинает краснеть. Чёрт. – Я разбудил тебя? – нахмурился Джон. – Да, – соврал Шерлок, выпутываясь-таки из импровизированных объятий, когда проснувшийся Уотсон ослабил хватку. – Ты не похож на человека, который ложился сегодня спать, – хмыкнул Джон, внимательно разглядывая полностью одетого Холмса. – Погоди, это что, моя рубашка? – Свитера закончились, – пожал плечами Шерлок, отходя к своей кровати и присаживаясь на неё. – Так что там вчера произошло? Джон недоумённо моргнул, а потом поморщился, видимо, вспоминая события вчерашней ночи. – Оказывается, там были не только мы, – Уотсон поднялся, выискивая подходящую одежду в сундуке. – Команда старшего Поттера тоже оказалась там. Из-за порошка ничего не было видно, и мы не сразу это поняли, зато, когда в медпункт ворвалась МакГонаггл, всё встало на свои места. Нас наказали, вычли с Гриффиндора и Когтеврана по полторы сотни баллов и отправили по комнатам. – А, я-то думал, кто-то умер, – беспечно хмыкнул Шерлок, глядя в расширившиеся от удивления глаза Джона, и пояснил: – У тебя вчера был такой вид… – Адамс пообещал нас всех отравить, – веско добавил Джон, вытаскивая какую-то рубашку. – Об этом не беспокойся, у меня есть множество самых разных антидотов, – быстро ответил Холмс, на что Джон недоверчиво на него посмотрел. – Ну, на крайний случай у меня и безоар имеется. – Я не думаю, что он действительно собрался нас травить, – фыркнул Джон. – Скорее, это была метафора. Но спасибо за участие. – Это не участие, это рациональный подход, – парировал Шерлок. – Если тебя отравят, мало ли кого подселят ко мне в комнату. – Ну да, точно, я и забыл, – улыбнулся Уотсон, натягивая рубашку и разглаживая её заклинанием. – Когда общий сбор? – поинтересовался Шерлок, стараясь не залипать на то, как Джон застёгивает пуговицы на гладкой груди. – В смысле? – Ну, версия с Адамсом определённо отметается, надо разрабатывать новую, – удивился его непонятливости Холмс. – Так когда у вас общий сбор? – Не будет никакого сбора, Шерлок, – прямо посмотрел на него тот. – Всё, финита ля комедия, мы проиграли. Я не хочу, чтобы меня и вовсе исключили отсюда. – Да брось, ты так просто сдашься после первой же неудачи? – неверяще усмехнулся Шерлок. – Я видел, как у тебя глаза горели, когда вы распутывали это дело. Мы на финишной прямой, не время отступать! – Поздно, Шерлок, – покачал головой Джон. – У меня на сегодня только одно занятие – молиться, чтобы письмо от директрисы получила мать, а не мой отец. – Ребята, собираемся на завтрак, – в открывшуюся внезапно дверь просунулась голова их однокурсника, имени которого Холмс не помнил. – Нам разрешено передвигаться по замку только группами не менее пяти человек, а в Большой зал – в сопровождении старосты, так что поторопитесь. – Видишь, – устало проговорил Джон, когда парень скрылся. – Нам теперь даже не собраться. – Бред, – отмахнулся Шерлок. – Нас явно больше пятерых, а библиотека – отличное место. Так что я надеюсь, что ты подберёшь сопли и доведёшь дело до конца. Не заставляй меня разочароваться и в тебе. С этими словами Шерлок вышел из комнаты, подальше от изумлённого взгляда Джона Уотсона.

***

– Вчера ночью в нашей школе произошло вопиющие нарушение правил, – говорила МакГонаггл, окидывая взглядом заинтересованных студентов и самих нарушителей, которые сидели за своими столами, опустив головы. – Несколько человек с Гриффиндора и Когтеврана проникли в больничное крыло и напали на профессора зельеварения, – послышались смешки, студенты переглядывались между собой, гадая, кто же эти самоубийцы. – Ничего смешного в этом нет, – прикрикнула директриса и, когда разговоры стихли, продолжила: – Эти два факультета оштрафованы на сто пятьдесят баллов каждый, а виновники понесут соответствующее наказание. Зал, до этого находившийся в относительной тишине, наполнился взволнованным гулом и выкриками о несправедливости. Теперь каждый желал узнать имена провинившихся, чтобы поквитаться с ними за снятие глупых баллов. Шерлок надменно фыркнул и наклонился к Джону и Сэму. – Сегодня после завтрака собираемся в библиотеке. – Ты с ума сошёл, Холмс? – прошипел Винчестер, глядя на него, как на сумасшедшего. – Наши однокурсники разорвут нас в клочья, когда узнают, КТО вчера ночью был в медпункте, а МакГонаггл с нас глаз не спустит. – Значит, будем действовать быстрее, – жёстко ответил Шерлок и, поднявшись, пошёл к гриффиндорскому столу под шепотки и неодобрительные взгляды окружающих. Подойдя к Уизли, Данбару и младшему Поттеру, Шерлок склонился над ними. – После завтрака в библиотеку, – он был лаконичен. – Совсем крышак поехал? – флегматично ковыряя овсянку в своей тарелке, поинтересовался Лиам. – Мистер Холмс, сядьте, пожалуйста, на своё место, – раздался громкий голос директрисы. Сидящая неподалёку от них маленькая девочка посмотрела на него со страхом и, вскочив, пересела как можно дальше. Шерлок вспомнил её – это она была в комнате, когда они осматривали место преступления. Да уж, видимо, он здорово тогда её напугал. – Не время обсуждать мои психические отклонения, – недовольно бросил Шерлок и посмотрел на рыжеволосую однокурсницу. – Уизли, ты должна убедить их. – Только если ты поцелуешь Джона, – усмехнулась Роза. – Мистер Холмс, – с нажимом повторила МакГонаггл. – И Поттеру-старшему передайте, – спешно закончил Шерлок, проигнорировав выпад Уизли. – Нам нужна группа из пяти человек как минимум. Не дожидаясь ответа, Шерлок вернулся на своё место рядом с Джоном под гневным взглядом директрисы. – Джон, не хочешь после завтрака сделать вместе со мной домашнее задание по зельеварению? – спросила Уотсона Мэри, сидевшая от них через пару человек и улыбавшаяся тому крайне очаровательно. Джон посмотрел на Шерлока, который честно пытался сделать вид, будто ему всё равно. Что предпочтёт Джон? Провести время в обществе приятной ему – Холмс поморщился – девушки или же засесть в библиотеке со своей подпольной ОПГ и разрабатывать новый план поимки Штриги, рискуя вылететь из школы? Шерлок вздохнул, чувствуя затянувшуюся паузу и пронзительный взгляд голубых глаз на себе. – Я немного занят, Мэри, извини, – ровно ответил Джон. – Может, как-нибудь в другой раз? – Да, хорошо, конечно, – легко согласилась девушка, а Шерлок почувствовал, что ему не хватает кислорода. Оказывается, всё это время он не дышал. Судорожно вдохнув, он победно взглянул на Мэри. Да, знай, Морстен, он занят. И не только после завтрака. Когда все поели и оставаться в Большом зале уже не было смысла, они с Сэмом и Джоном подошли к группе «ночных охотников». Сказав старостам, что они все направляются в библиотеку (семикурсники тоже), под бдительным взором директрисы ребята покинули помещение. – Объясни-ка мне, братец, как вы там оказались? Они все расположились за большим столом в пустынной библиотеке, в то время как за ними краем глаза приглядывала только библиотекарша. Джеймс Поттер буравил взглядом Альбуса, который на это только вскинул подбородок. – То же самое я могу спросить и у тебя, Джейми. – Мерлин, обсудите это как-нибудь в другой раз, у нас не так много времени, чтобы продумать нормальный план действий, – раздражённо прервал их Шерлок. – И что ты предлагаешь? – смотрел на Шерлока парень с живыми карими глазами. Его волосы были взъерошены, лицо – усыпано родинками, а беспокойные пальцы теребили страницу книги, взятую с полки для вида. – Нам нужно поменять тактику, – ничуть не смутившись, твёрдо ответил семикурснику он. – Вы шли от частного к общему, подгоняя Адамса под свою теорию. Теперь мы сделаем наоборот – нам даже не нужно знать, кто является Штригой, нам просто необходимо знать, где и когда она появится, чтобы её накрыть. – И снова облажаться, а..? Шерлок вроде, правильно? – смерил его скептическим взглядом парень с ярко-зелёными глазами. Его Холмс знал – это был брат Сэма, Дин Винчестер. – Что-то мне не улыбается вылететь из школы, уж прости. – То есть, набросить на препода металлическую сеть тебе казалось более разумным? – язвительно спросил Шерлок, прищурившись. – Я так и не услышал от тебя альтернативы, – весёлость из его голоса мгновенно испарилась. – Все заболевшие находились у себя в комнатах, следовательно, Штрига лакомится ими прямо там. Уж не знаю, как вы додумались до больничного крыла… – иронично начал Шерлок, вздёрнув подбородок, – но тут вы явно затупили. След, что мы нашли на раме одного из окон в комнате Пуффендуя, ясно говорит, что медпунктом дело и не пахнет. Это уже следующая стадия, и Штрига в ней не участвует. – Что ж ты не отговорил своих друзей от вчерашнего перехода на Тёмную сторону, маленький Дарт Вейдер? – хмыкнул первый парень. – У глупых людей есть одна общая черта – не прислушиваться к разумным доводам, – высокомерно заявил Шерлок, за что получил локтем от Розы и Джона с разных сторон, а тот парень только фыркнул. – Впрочем, сейчас не это важно. Из того, что мы выяснили, ясно – Штрига предпочитает проникать в уже известные ей места. То есть, выкашивать она будет последовательно по комнатам, меняя разве что факультеты. – Слизеринцев она не тронула, – подал голос Данбар. – Потому что в их комнатах нет окон, – только что пришла в голову Шерлока мысль. – Штрига залезает в комнаты через окна, и дело совсем не в Адамсе, защищающем свой факультет. Мерлин, вы действительно считали это правдоподобным? – Давай ближе к делу, умник, – пропустил его сарказм мимо ушей Сэм. – Нам нужно разделиться и караулить Штригу в комнатах. Их три, учитывая, что Слизерин пролетает, – говорил Шерлок, прикидывая мысленно план действий. – То, что Штрига уже несколько дней не ела, нам только на руку – больше шансов, что именно сегодня она вылезет из своей норы. – И что мы сделаем? Убьём её? – спросила его светловолосая девушка, тоже с седьмого курса. – Ну, можно попробовать поймать её вашим методом, – прикусил губу Шерлок, задумавшись. – Но я не знаю, сработает ли он, поэтому я бы припас пистолет. Холмс почувствовал, как вздрогнул сидящий рядом с ним Джон. – Да тебе только теракты планировать, парень, – рассмеялась всё та же девушка. – Слушай, твои выводы логичны и всё такое, но я не пойду ни в кого палить, не будучи уверенной на сто процентов. – Согласен, – поддержал её старший Винчестер, отчего девушка зарделась. – Давай так, мы согласимся с твоим планом, но только после того, как ты скажешь нам имя. – Легко, Мэри Морстен, – произнёс Шерлок и получил по затылку от Джона. – Идиот, имя виновного, – пробурчал Уотсон. – Она мне не нравится, – пожал плечами Шерлок. – Какая разница, кого я назову? Как вы сможете это проверить? – А ты попробуй нас убедить, – фыркнул темноволосый парень, сидящий рядом с Винчестером. Шерлок внимательно его оглядел: что-то звериное проскальзывало в его движениях. Оборотень. – А ты попробуй это почуять, – парировал Холмс, глядя, как насмешливый взгляд меняется на удивлённый. Попал. Оборотни не скрывали своей природы, но и не трубили о ней на каждом углу, поэтому осведомлённость Холмса поразила его. Вдруг они все чуть ли не подпрыгнули от громкого стука в окно библиотеки. Шерлок обернулся и увидел за окном сову с письмом в клюве, которая настойчиво стучалась в стеклянную преграду. – Это от Дерека, – нахмурился оборотень и прошёл к окошку. Забрав у совы письмо он тут же распечатал его и начал читать, краснея по мере процесса. Парень с родинками на лице подскочил к нему, стараясь заглянуть в пергамент. – Прямо сейчас? Он с ума сошёл? Нам нельзя выходить, – посмотрел на оборотня парень, дочитав быстрее друга, и, задумавшись на мгновение, выдал: – Нам нельзя выходить в квадрате. – Надо сообщить МакГонаггл, может, она отпустит нас, – произнёс оборотень, сворачивая письмо и засовывая его в карман джинс. – Нас? Э, нет, бро, я не пойду, – замахал руками его друг. – Он же меня сожрёт и не подавится! Это вам ничего, вы оборотни, а я хрупкий и чувствительный! Зачем я ему вообще понадобился? – Дерек сказал взять тебя с собой, – непреклонно заявил тот. – Лиам, ты идёшь с нами. В общем, Шерлок, ты выясняешь, кто Штрига, а мы соглашаемся с твоим планом, идёт? – Тогда потрудитесь опросить хотя бы свидетелей и сделать хоть что-то, – недовольно произнёс Холмс, понимая, что большего от этой псины не добьётся. – Я не особенно хорошо лажу с людьми. – Оно и видно, – фыркнул говорливый парень и вместе с оборотнями покинул библиотеку. – Алби, мне будет нужна твоя помощь, – произнёс Джеймс, когда его друзья ушли. – В чём? – приподнял бровь младший Поттер. – Нужно написать письмо родителям с нашей версией произошедшего, чтобы папаня – не дай боже – не решил посетить нашу школу и проверить, как мы тут поживаем, – заговорщески хмыкнул Джеймс. – О, а ты молодец, – воодушевился Альбус. – Ещё бы, – улыбнулся тот. – Давай выиграем время, братишка. Поттеры и остальные семикурсники ушли, оставив за столом только Джона, Сэма, Розу и самого Шерлока. Холмс проводил их взглядом, думая, что у них с Майкрофтом таких дружеских отношений никогда не будет. Не то чтобы они были ему нужны, но… – Ну, ребята, с кого начнём? – весело посмотрела на них молчавшая до этого Роза, отрывая тем самым Шерлока от его мыслей.

***

Шерлок сидел в своей комнате, оставив расспросы студентов на остальных членов команды. Он вспомнил о невероятной способности Габриеля появляться там, где появиться он никак не мог. Человеком этот парень явно не был... Так кто же он? Шерлок помотал головой, стараясь выбросить из головы неважную сейчас тему. На данный момент его должен волновать совершенно другой вопрос: кто же мог оказаться Штригой? В книге говорилось, что это старый волшебник, но что, если могут быть исключения? Тогда под подозрением может находиться любой студент, разве что кроме студентов со Слизерина. Кто бы мог подумать, что эти ребята однажды смогут оказаться абсолютно вне подозрений? Хотя даже сюда сумели приплести Адамса – декана Слизерина. Холмс хмыкнул, опускаясь на кровать. Почувствовав что-то под своей спиной, он вытащил книжку с советами по завоеванию своей любви. Поджав губы, он бездумно пролистал её, не вчитываясь в строчки. Если план Шерлока окажется успешным, и они поймают виновника болезни студентов, Джон посмотрит на него по-другому? Вряд ли. Шерлок уже понял это, но признавать не спешил. Он мог быть умнее всех студентов вместе взятых, но Уотсону это было не нужно. Джону нужна была милая и трогательная в своём несовершенстве Мэри, и ему было всё равно, сколько видов пепла может перечислить Шерлок. Он не станет интересней оттого, что решит для него загадку, так стоит ли стараться? Возможно, он будет благодарен ему за то, что Шерлок даст Джону почувствовать себя героем, спасителем жизней невинных. Ну, и естественно за реабилитацию его имени в глазах директрисы и своего отца. Вот только кроме благодарности и выкраденных свитеров Шерлоку ничего не светит. – Эй, Шерлок, мы не узнали ничего ново… что ты там читаешь? – в комнату внезапно вошёл предмет его размышлений, и Шерлок чуть ли не подпрыгнул от неожиданности, прижав книгу к груди. Видимо, аляпистая розовая обложка привлекла внимание Уотсона и удивила его. Чёрт, не дай Мерлин, Джон увидит содержание этой книжонки! Холмс запихнул книгу под рубашку и прикрыл сверху руками. – Ого, даже так? – улыбающийся Джон вмиг оказался рядом, схватив его за руки, пытаясь добраться до книги. – Ты там дневник что ли ведёшь? – Отвали, – резко бросил Шерлок, но Джона было уже не остановить. Руки Уотсона норовили проникнуть под его рубашку, и у Шерлока в голове возникали исключительно неприличные мысли. Пыхтя от усердия, Джон забрался к нему на кровать, усевшись на Холмса верхом. Схватив Шерлока за запястья и подняв его руки вверх, прижимая их к подушке, Джон, оказавшийся с ним лицом к лицу, раздумывал, как бы теперь достать книгу. А вот Шерлок, лежащий под ним, мысленно вспоминал все названия антраценопроизводных в алфавитном порядке, чтобы хоть как-то отвлечься. В итоге Джон перехватил запястья Холмса одной рукой, а другую просунул под его рубашку, доставая злополучную книгу. Прикосновение чужих пальцев к оголённой коже обожгло нервные окончания так, что Шерлок чуть не задохнулся. – «Как признаться в любви и всё не испортить»? Серьёзно? – поражённо разглядывал обложку Джон, сидя на нём и уже отпустив его руки. – Слезь с меня, – прошипел Холмс, сталкивая Джона на пол. – «Сделайте Вашему возлюбленному неожиданный подарок», – принялся зачитывать вслух цитаты Джон, поднявшись на ноги. – «Поинтересуйтесь его делами», «Покажите Вашему возлюбленному, что Вы доверяете ему»… Боже, кто вообще это придумывает? Это же полный бред! – Отдай, – Шерлок встал с кровати и, оправив рубашку, подошёл к Уотсону, который забавлялся, вычитывая советы. – Почему нельзя просто подойти к человеку и сказать: «ты мне нравишься!», – потрясая в воздухе книгой, Джон посмотрел на него. – Ты мне нравишься, – выдохнул Шерлок, подойдя ближе и глядя прямо в голубые глаза. – Вот, я про это и говорю, – кивнул Джон, явно не понимая, что фраза была в действительности адресована ему. – Или – ещё лучше – сразу поцеловать! Там либо по чайнику сразу схватишь, либо… Договорить Уотсон не смог. Шерлок, сделав последний шаг и приблизившись к нему вплотную, наклонился и прикоснулся губами к его губам. Как там сказал Джон? Схватит по чайнику? Ну и пусть. Мягкие губы, приоткрытые в удивлении, были сейчас единственным, о чём он мог думать. Он никогда ни с кем не целовался – эта сфера была для него полностью неизведанной, поэтому сейчас, обхватив своими губами нижнюю губу Джона, он просто задыхался от нахлынувших ощущений. Шерлок не закрывал глаз, а потому мог видеть весь спектр эмоций в шокированных глазах напротив, когда он очерчивал уголок рта Джона языком. Это было приятно, хотелось прижать к себе Уотсона как можно ближе, вцепиться в мягкие волосы на его затылке пальцами, запрокинуть ему голову и касаться губами его всего, начав с шеи. Но он отстранился от Джона, переводя дыхание и смотря на него, не стараясь нацепить никакую из масок на лицо. Вот он я, открыт перед тобой, смотри. Уотсон смотрел, пытаясь понять, что же нашло на его вечно холодного и раздражительного соседа. Шерлоку было почти смешно от таких мыслей. – Тебе обязательно всё проверять на мне? – наконец произнёс Джон, облизывая свои губы. – А тебе обязательно быть таким идиотом? – хрипло передразнил его Шерлок, залипая, проследив за движением языка Уотсона. Неужели он до сих пор..? – О, нет, – вдруг выдохнул Джон, делая шаг назад и ошеломлёно глядя на него. – Ты же не… о боже. Шерлок рассмеялся бы, если бы где-то под рёбрами слева не было так больно. Он бы предположил, что эта давящая боль – признак стенокардии, если бы не знал истинной причины. Ужас в голосе Джона заставил почувствовать холодок, пробежавший вверх по позвоночнику. – Чёрт, Шерлок, прости, – скомкано пробормотал Джон и выбежал из комнаты. Боль в груди утихать не собиралась и стала ещё больше. Шерлок опустился на пол, чувствуя, как подкосились ноги. Ну, вот он и проиграл. Правильно говорил Майкрофт – он впутался, да так, что даже намёка на спасение не видел. Шерлок расхохотался, стискивая в пальцах твёрдый переплёт книги, которую обронил Джон, когда он его… Мерлин, он поцеловал Джона. На что ты надеялся, фрик? Ты отталкиваешь всех вокруг, с чего ты взял, что кто-то добровольно согласится на то, чтобы быть с тобой? Кто станет мириться с пауками в банках и реактивами в шкафах с одеждой? Большинство людей это бы привело в ужас, но не Джона. А теперь он нашёл способ напугать и его. Псих, нежно лелеющий свою гениальность, влюбился как последний придурок. Превосходно. Лучше некуда. Он пугает даже людей, которые его и видели всего раз. Взять бы хотя бы ту пуффендуйку, которая шуганулась от него в Большом зале… Стоп. Шерлок моргнул, понимая, что всё это время был настоящим кретином. Как он мог пропустить такую нестыковку? Идиот! Девчонка с маленькими светлыми хвостиками за гриффиндорским столом! Какого чёрта она забыла в пуффендуйской башне в момент, когда там никого не было? Ещё и в комнате, где произошло нападение? Либо она пришла замести следы, либо Шерлок и впрямь кретин. Точно, там же было открыто окно… Через него она туда и попала, но ничего не успела сделать, и Шерлок с Джоном нашли след. Имя Джона, даже произнесённое мысленно, отдалось тупой болью. Шерлок мотнул головой, пытаясь абстрагироваться. Сейчас не до этого – у него появилось имя.